Рождена, чтобы умереть

Мокрая пелена глаз директора размывалась в лужах синего огня, играющего со зданием спортивного зала. В руках он сжал остывший кофе в серебряном термосе с надписью «Лучшему мужу». Мужчина не плакал, но был морально убит. Его кристально пустой взгляд сопровождал пожарников идущих к пламенеющим останкам. Рамиль подоспел к тому времени, когда лицеисты успели снять происшествие на телефоны и выложить в интернет.

- Кто-нибудь пострадал?
- Там было пусто.
- Что произошло?
- Я не виню тебя.
- Что? - недоуменно потряс головой выпускник.
- Ты всё знал, - взор Вильяма тоскливо зацепился в пожар, - Если ты смог научиться принимать потери, то и я смогу.

Рамиль выждал паузу и только после этого признался:

- Я не знал.

Эта фраза вызвала у директора шквал эмоций, только непонятно каких:

- Что? Как это ты не знал?
- Почему-то этого раньше не происходило.
- А Всевышний не помнит каждый твой... прыжок в прошлое?
- Разумеется, помнит. В этом тогда не было бы смысла.

Они безмолвно наблюдали за дымом в небе над потухшим спортивным залом.

- Если бы это не было заданием, ты все равно бы спас Лилит?
- Да.
- Слушай, может что-то всё-таки ты не досмотрел?
- Я внимателен как хищник! Каждая минута у меня во внимании.
- А где сейчас Лилит?
- С моей сестрой.
- Но это же не она, - ухмыльнулся Вильям.
- Да.

Напуганный и потерянный в мыслях Равен блуждал по незнакомым коридорам, выискивая Ранию. Вместо этого он услышал песню, которую напевали гостьи во дворе Трубучецкого. За приоткрытой дверью очередной комнаты как раз доносилась любимая ему мелодия, состоящая из двух слов, нескольких тональностей и одного тёплого воспоминания.

- Эржебет? - спросил он довольно громко, прислонившись к стене. Пение заменилось тишиной, и из спальни вышла Элайза.
- Виктор?
- Зови меня Рамилем.
- Тогда зови меня Элайзой.
- Что тебя сюда привело?
- То, что и тебя. Ноги.
- Я про то, что... Ты вампир?
- Проходи, - они вошли к ней в двухместную комнату с искусственными гирляндами роз и акцентом в холодных тонах декора, - Меня забрал к себе Всевышний. И отправил сюда на задание.
- Какое?
- Не слишком много вопросов?
- Мы не виделись полвека - думаю, мне это простительно.
- Да, но ты даже не попытался со мной связаться, хотя я всегда была поблизости с тобой, - ответила зеленоглазка, откинув назад длинные густые волосы. Она сняла крышку с помады и принялась красить губы. Равен моментально понял, что она собирается на бал.
- Не хочу мешать.
- Ты мне не мешаешь. А тебя тоже прислал Всевышний?
- У меня немного другая проблема с ним. Договор о... Некоторых вещах.
- Равен, - постучался к ним Дракула, кивая головой девушке для того, чтоб поздороваться, хотя в его голубых глазах пробежал секундный взбудораженный блеск.
- Я пойду.
- До встречи, - попрощалась та, разглаживая тональный крем по острым скулам. Странно, со стороны всегда кажется, что Мэй следит за собой больше всех, но с кем поведёшься, от того и наберешься самолюбия.

- Где Рания?
- Она пошла в туалет.
- Ты видел, что она туда ушла?
- Нет. Рамиль, ты странный какой-то. Я разве буду следить за каждым ее шагом?
- Какой же ты дурак, - вполголоса высказался юноша.

Двое парней быстрым шагом направились в комнату Лилит - их общей подруги. Зайдя с трепетом к ней, она тревожно болтала с Ранией о чём-то.

- Привет, сестринка!
- Привет, Рамиль. Мы тут с Лилит обсуждаем девчачьи штучки.
- Абсолютно всё так, как ты любишь, - потрепал тот ее по голове.
- Мне ревновать? - жестко запрокинул свои руки на стол Равен.
- Нет. Лилит, давай выйдем, поговорим, - уверенно попросил представитель лицеистов.
- Хорошо.

В саду как обычно гуляла плюсовая температура, по коже прыгали капли с фонтанчика, а ноги щекотали ветки с кустов. По неестественно прекрасно оранжерее шла пара друзей:

- Рания не та за которую себя выдаёт.
- Я знаю, это не она.
- Мы должны делать вид, что ничего не заметили. Потому что так, Дампир будет думать, что мы в неведении.
- Это Дампир? В ее облике.
- Да.
- Равена надо предупредить.
- Нет. Дампир сразу поймёт отстранённое отношение и раскусит наш план.
- Равену будет больно, когда он узнаёт, что Рания всё же мертва.
- Мне тоже нелегко в этом. Но он сам ее убил.
- Когда всё закончится, ты бы хотел ее вернуть?
- Возможно. Но, это не мое право. Просто, значит, так надо было.
- Что случилось в спортивном зале?
- Поджог. И камеры опять не записали случившееся.
- А новый охранник приехал?
- Нет, но в охранной сидят полицейские и следят за всем. Кто-то остановил запись ещё в день смерти Антеро.
- Неужели он сам?
- Он бы остановил запись на всех камерах, а не только в одном зале. У кого-то ещё был доступ к охранной.

В цветочно-вакуумный сад вбежал директор, вроде, радостный какими-то новостями, а с другой стороны взволнован до ломки косточек. Отдышавшись рваными вдохами, кареглазый мужчина объяснился:

- Я узнал, что в эту ночь после снятия улик с Антеро все уважаемые полицейские уехали в участок на целый час!
- Все?
- Да.

Рамиль повернулся к стоящей в недопонимании Лилит и с широко распахнутыми глазами выкрикнул разгадку, мучившую его с прошедшей ночи:

- Ключ! Кто-то взял мой ключ с комнаты!
- Зачем? - всё ещё ничего не понимала дочка Матиаса.
- У Рамиля был ключ от спортивного зала, - сказал директор Вилл'и.
- Вильям, - обращение от лицеиста прозвучало ругательским тоном, - А что было такого в спортивном зале, что подожгли именно его?

Самый неожиданный вопрос скользнул тяжелым комом по горлу Вильяма. Стойкие плечи опустились от осознания, что ситуация принуждает вытянуть всю истину наружу.

Скромно шагая по коридору третьего этажа, завешанному яркими разноцветными плакатами и синими новостными стендами от ученического представительства, вампир, директор и пятнадцатилетняя девочка шли к самой консервативной двери из всех, что встречались до этого. Возле неё играла чёрными буквами табличка: «Эвакуационный выход».

- Может ты бы сказал, куда мы идём, прежде, чем показать и томить нас молчанием?
- Так потеряется вся привлекательность, - возразил Вильям Вилл'и, открывая проход в неизвестное тёмное пространство. Лилит решительно нырнула туда, сразу же привыкнув к мраку, что позволило заметить крутую лестницу, ведущую вниз. Сжав поручни, она начала спускаться.
- Как долго нам идти?
- Четыре этажа вниз. Я вперёд, - обошёл их мужчина в офисном костюме, идя в пучину пыли и паутин. Их окружала округлённая стена башни из белого кирпича, что угнетало ещё больше, чем если цвет кирпича был бы, например, красным.

Безмолвно достигнув самого нижнего этажа, управляющий лицеем стряхнул пыль с плеч и подошёл к ещё одной ничем не примечательной двери.

- Рамиль.
- Ты бы не оставил весь пафос на задний план? Он нам сейчас к черту не нужен!
- Этот Лицей не просто место, куда по случайностям собрались все вампиры Хамина.

Рот лицеиста защёлкнулся от ошеломления.

- Не ты единственный здесь по заданию.
- А зачем ты мне об этом рассказываешь?
- Сегодня я уже не его помощник. Сегодня я твой.
- Так к чему ты клонишь? - собрав эмоции под колпак, спросил Рамиль, при этом взяв Лилит за ее вспотевшую ладонь, бешено пульсирующая от ходьбы.
- Рамиль, Элайза, Шелли, Хенри и множество других учеников - вампиры. Всевышний создал здесь свою точку невозврата. И за этой дверью его жизнь, силы, воспоминания и существование.
- Я... Я все ещё не понимаю, зачем ты мне это рассказываешь? Это... подстава какая-то или что? За все разы ты ни разу не говорил о каком-то его «месте силы».
- Всевышний не просто так выбрал этот Лицей. Раньше здесь был его дворец перед реставрацией, - тяжелая рука потянула кладь, но та не поддалась, - Он был здешним графом или что-то в этом роде, - Вильям подергал ручку, но она снова не отворила дверь.
- Это связано как-то с Районом Красных Домов? - с опаской втянулась новенькая лицеистка.
- Не сильно. Хотя, возможно, даже сильно.

Металлическая дверь оторвалась от петель и со сдавленным стоном рухнула перед их ногами. Этот звук будто молил не идти по лезвию судьбы. Небольшую комнату Рамиль осветил фонариком телефона, наблюдая вереницу напольных часов за часами и ещё одних часов.

- Так, и в чем заключается его сила?
- В одних из этих часов.
- Тут же их миллион.
- Я думаю, его часы будут сразу заметны.

Не долго мешкая, трое разных людей начали поиски необычного артефакта. Среди напольных, наручных, карманных одни единственные висели. На потолке. Спустя только минуту их заметила Лилит.

- Это они?
- Как мы сразу их не заметили? - подметил мужчина.
- То есть, в них хранится его жизнь? - взволновалась девочка.
- Получается, так, - кивнул он.
- Так давайте их сломаем! - она взобралась на громадные часы из красного дерева, дотянулась до потолка и сняла часы Всевышнего.
- Лилит, нет! - схватился за них Рамиль.
- Что? Почему? Мы должны их уничтожить, и тогда он умрет! - они тянули часы в попытках вырвать их из рук друг друга.
- Это неправильно!
- Тогда мы будем жить в безопасности!
- Ты всё равно умрешь!

Последние несколько слов пробежали колокольным звоном в голове Лилит. Она отпустила то, что принадлежит не ей, и осознала некое подобие мысли, похожее на просветление. Жизни не будет, после того как она умрёт. Ничего не будет. Только пустота и тонкая полоса тишины. Без шипящих точек в затишье, ничего. Свесив ноги с хорошо стоящих часов, девятиклассница была похожа на куклу: поникшую, с круглыми глазами и с двумя цепочками на шее. На них болтались красный рубин и розовый кварц, ритмично сбивая один другого.

- Прости, - протянул он свои извинения в ладони перед ее волосами.
- Объясни, зачем сохранять эти часы? - ее голос монотонно вычитывал слова из головы.
- Заклятие продолжится уже без Всевышнего. Все его договоры останутся существовать без него.
- И ты будешь снова прыгать в прошлое, каждый раз как я умру...
- Я не допущу этого. В этот раз.

Ее пустые глаза посмотрели на него, от чего парню стало жутко от спины до ног.

- Эта комната сводит с ума, - прошептала она и запрокинула глаза за веки, из-под которых виднелись лишь белые яблоки.