Глава 4
Утро выдалось не самым легким. Ни для Никсарии, ни для ее новообращенного слуги.
Впрочем, последние несколько дней вообще тянулись как жеваная резина - в упорной скуке, пыли и бесконечной работе над замком. «Замок» - громко сказано. Пока это была просто деревянная развалюха на холме, которую белобрысая кровососущая тварь пыталась превратить в подобие былого величия дома Эшвейл.
Никсария стояла посреди того, что когда-то станет тронным залом, и с ненавистью смотрела на очередной криво лежащий камень. Пол. Надо было найти хорошие камни для пола. Установить их. Отшлифовать. Каждый, мать его, камень вручную.
- Твою ж дивизию, - выдохнула она, пиная злосчастный булыжник.
Камень даже не шелохнулся. Только нога заболела.
Рядом, на корточках, возился Рафаэль. Он что-то колдовал со станком - огромной жужжащей конструкцией, которую сам же и собрал из обломков, костей и подручного хлама. Механизм стрекотал, плевался искрами и, кажется, даже работал.
- Госпожа, - позвал он, не оборачиваясь. - Если вы подвинете левый камень на полметра, нагрузка распределится равномернее.
Никсария закатила глаза. Этот человек - уже не человек, вампир, её творение - доставал её советами чаще, чем комары достают смертных летом. Он везде совал свой нос. В строительство, в планировку, даже в то, какой толщины должны быть стены.
- Ты мой слуга или прораб? - огрызнулась она.
Рафаэль обернулся. В его янтарных глазах (уже не просто человеческих - в них появился тот самый голодный, вампирский блеск) плескалось что-то странное. Обожание? Забота? Никс не могла подобрать слова, но это «что-то» заставляло её каждый раз отводить взгляд.
- Я тот, кто хочет, чтобы у вас было достойное жилище, госпожа, - ответил он с той убийственной серьезностью, от которой у Никс сводило скулы.
Она фыркнула и отвернулась. Но камень всё же подвинула.
***
Самое бесячее началось позже. Рафаэль построил себе гроб.
Нет, ну ладно, гроб - это святое, каждый уважающий себя вампир должен где-то спать. Но он поставил его рядом с её гробом. Вплотную. Буквально в сантиметре.
Никсария застыла в дверях спальни, глядя на эту картину. Её гроб — роскошный, из темного дерева, с гербом дома Эшвейл, который она восстановила по памяти. И рядом — убогое корыто, сколоченное Рафаэлем из чего попало, но стоящее так близко, что крышки почти соприкасались.
- Рафаэль, - позвала она ледяным тоном. - Объяснись.
Он появился из тени мгновенно - с той скоростью, что дала ему её кровь. Замер, глядя на неё снизу вверх (он был выше, но почему-то всегда смотрел снизу).
- Я должен быть рядом, госпожа, - сказал он просто. - Вдруг вам что-то понадобится ночью.
- Мне понадобится, чтобы ты сдох, если не уберешь это корыто в другой угол.
Рафаэль моргнул. И в его глазах мелькнуло что-то такое... такое щенячье-преданное, что Никс захотелось одновременно врезать ему и прижать к себе.
- Вы прогоняете меня? - спросил он тихо.
- Я... — она осеклась. - Я говорю про гроб. Гроб убери.
- Но я должен охранять ваш сон.
- Мой сон охраняет тьма. И мои клыки.
Он помолчал. Потом кивнул - с явной неохотой, с явной обидой, которая читалась во всем его облике. И отошел ровно на два шага в сторону, поставив гроб у противоположной стены.
Никс выдохнула. Но почему-то в груди кольнуло.
- Идиот, - буркнула она себе под нос.
Рафаэль, кажется, услышал. И улыбнулся.
***
Днем он таскался за ней по миссиям.
Никсария выходила на охоту - Рафаэль плелся следом. Никсария выслеживала добычу - Рафаэль дышал в затылок. Никсария убивала - Рафаэль стоял рядом и смотрел на неё с таким обожанием, будто она не кровь из жертв высасывала, а белый танец танцевала.
- Ты можешь подождать в замке? - рыкнула она однажды, разделывая очередного волка.
- Нет, госпожа.
- Почему?!
- Вдруг вам понадобится помощь.
- Мне не нужна помощь, чтобы убить шавку!
- А если их будет две? - Рафаэль посмотрел на неё серьезно. - Или три? Или стая?
Никс замерла с окровавленным ножом в руке. Он что, реально за неё переживает? Или просто боится остаться один?
- Ладно, - выдохнула она. - Но если будешь путаться под ногами - прибью.
- Да, госпожа, - кивнул он с той же серьезностью. И продолжил стоять в двух метрах, не сводя с неё глаз.
Самое смешное - он реально помогал. Когда на них нападали, Рафаэль дрался. Криво, неумело, но с той отчаянной яростью, которая иногда спасает даже против более сильного противника. А когда Никс насыщалась, он молча забирал остатки туш и тащил их в замок - на шкуры, на кости, на еду для него самого (свежеобращенные жрали много).
Однажды утром она проснулась и обнаружила у входа в замок гору мертвых кроликов. Штук десять. Аккуратно сложенных штабелем.
Рафаэль сидел рядом и ждал, когда она проснется.
- Это что? - спросила Никс, глядя на пушистые тушки.
- Завтрак, госпожа, - ответил он с гордостью в голосе. - Я поймал. Для вас.
- Я не ем... - она осеклась. Ела. Она ела всё, что движется. Но кролики... Кролики были мелкими, на один укус, и это было... трогательно? Бесяче-трогательно?
- Спасибо, - выдавила она сквозь зубы.
Рафаэль просиял так, будто она подарила ему все сокровища мира. Никс отвернулась, чтобы он не видел, как дрогнули её губы в кривой, но улыбке.
***
Никлаус оказался гнидой.
Падший священник, который когда-то служил Свету, а теперь командовал скелетами в заброшенном склепе. Сам он не дрался - прятался за костяными спинами, выкрикивал приказы мертвецам и мерзко хихикал, когда очередная тварь чуть не сносила Никс голову.
Бой был тяжелым. Скелеты лезли со всех сторон, костяные пальцы царапали кожу, холод смерти пробирал до костей. Никс крутилась волчком, разнося черепа и позвонки, но они всё лезли и лезли.
- Сдохни, тварь! - рыкнула она, всаживая меч в очередного мертвеца.
- Осторожнее, дитя, - донеслось из темноты. Голос Никлауса был скрипучим, как несмазанная телега. - А то твой новообращенный дружок останется без госпожи. Или ты думаешь, я не знаю, кто убил Уилбура?
Никс замерла на долю секунды. Этого хватило, чтобы чей-то скелетный меч полоснул её по плечу.
- Заткнись, - прошипела она.
- О, я всё знаю, - продолжил Никлаус, выходя из тени. Его гнилое лицо кривилось в улыбке. - Тот мальчик, что таскается за тобой хвостом... он убил своего господина. Предатель. Раб, перерезавший горло хозяину. И ты взяла его к себе? - священник рассмеялся, закашлялся. - Думаешь, он не сделает с тобой то же самое? Это в крови у таких, как он. Предательство - их вторая натура.
Никс хотела ответить. Хотела сказать, что Рафаэль - не такой, что она сама решает, кому доверять.
Но в этот момент сбоку раздался яростный крик.
Рафаэль вылетел из темноты, как демон, и врезался в ближайшего скелета, разнося его в щепки. Глаза его горели алым, лицо искажала гримаса ярости.
- НЕ СМЕЙ! — заорал он, бросаясь на Никлауса. - НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ ТАКОЕ О НЕЙ!
Никс даже не успела среагировать. Рафаэль влетел в священника, сбил его с ног, и они покатились по полу. Скелеты на секунду замерли, потеряв управление.
- Рафаэль, назад! - крикнула Никс, бросаясь следом.
Но было поздно. Рафаэль уже вцепился Никлаусу в горло и рвал его зубами, как дикий зверь. Кровь - черная, гнилая, вонючая - брызгала во все стороны, но он не останавливался. Он рычал, рвал, убивал, пока голова священника не отделилась от тела и не покатилась по полу.
Никс замерла. Скелеты рассыпались в прах.
В наступившей тишине было слышно только тяжелое дыхание Рафаэля. Он стоял на коленях в луже черной крови, трясясь всем телом, и смотрел на неё.
- Он... — выдохнул Рафаэль. - Он не смел... говорить про вас... такое...
Никс медленно подошла к нему, перешагивая через кости и внутренности. Опустилась на корточки, взяла его лицо в ладони. Кровь Никлауса пачкала её пальцы, но ей было плевать.
- Ты идиот, - тихо сказала она. - Он же мог тебя убить.
- Но он говорил про вас, госпожа.
В его глазах не было страха. Только преданность. Дикая, безумная, всепоглощающая. Никс сглотнула. Внизу живота снова сладко сжалось.
- Идем, - сказала она, поднимаясь. - Здесь мы закончили.
***
Вдохновение пришло неожиданно.
Через пару дней, когда Никс зализывала раны и строила планы по захвату мира, Рафаэль увязался за ней на очередную вылазку. Она шла за новым V-кровным - каким-то крысиным королем по кличке Нибблс. Мелкая тварь, юркая, вонючая, но с силой, которую стоило забрать.
- Сиди здесь, - приказала Никс, заходя в канализацию. - Я быстро.
Рафаэль кивнул. И, конечно, пошел следом.
Бой с Нибблсом оказался тем еще геморроем. Крыса была быстрой, кусачей и постоянно пряталась в норах. Никс гонялась за ней по тоннелям, матерясь на чем свет стоит, пока не услышала сзади визг.
Она обернулась. Рафаэль стоял над тушей дохлой крысы - огромной, размером с собаку, с оскаленной мордой. В его руке был обломок трубы, по которому стекала кровь. Сам он был искусан, исцарапан, но стоял на ногах и смотрел на неё с той же безумной гордостью.
- Госпожа, - выдохнул он. - Я... я убил его. Для вас.
Никс смотрела на него, на дохлую крысу, на кровь на полу... И вдруг почувствовала, как сила Нибблса втекает в неё. Но не только в неё.
Глаза Рафаэля расширились. Он схватился за горло, захрипел, упал на колени. Кровь V - вторая порция, которую он получил, убив носителя - вливалась в его тело, меняя, ломая, перекраивая.
- Рафаэль! - Никс бросилась к нему, но было поздно.
Процесс пошел. Он корчился на полу, выл, царапал камни, пока его тело привыкало к новой силе. А когда затих и открыл глаза, в них горел уже не просто вампирский голод. Там было что-то новое. Что-то крысиное.
- Госпожа... - прошептал он. - Я... я чувствую...
И вдруг его тело сжалось, сморщилось, перетекло — и через секунду на полу сидела огромная крыса с человеческими янтарными глазами.
Никсария застыла. Крыса посмотрела на неё, склонила голову набок и... чихнула.
- Ты серьезно? - выдохнула Никс.
Крыса - Рафаэль - пискнул. И в этом писке явно слышалось смущение. Никс закрыла лицо рукой и расхохоталась. Впервые за долгое время - по-настоящему, громко, до слез и задыхания.
- Ты... ты убил большого противника... чтобы посвятить мне... крысиную форму?
Крыса подбежала к её ногам и потерлась о щиколотку. Преданно. Стыдливо. Обожающе. Никс посмотрела вниз, на это чудо, и вдруг поняла: она пропала. Этот идиот, этот преданный пёс (точнее, крыс) влез ей в душу так глубоко, что уже не выковырять.
- Ладно, - сказала она, поднимая крысу на руки. Та прижалась к ней, дрожа от счастья. - Пошли домой. Будешь охранять мой сон. Раз уж так хочешь быть рядом.
Крыса пискнула счастливо.
Никс вздохнула и пошла к выходу из канализации, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. То ли от силы Нибблса, то ли от того, что на руках у неё сидит самое преданное существо в этом гребаном мире.
- И не вздумай гадить в замке, - буркнула она на всякий случай.
Крыса возмущенно пискнула.