Глава 68
Всю неделю Хардин приходил домой поздно, уставший, вялый, без настроения. Ему не хотелось ни есть, ни готовиться к занятиям, ни кого бы то ни было видеть. Дела на работе накапливались, росло количество невыполненных заданий по предметам в универе, а он все откладывал и откладывал их на потом.
Раздражение и злость буквально разрывали его изнутри. Почему ему постоянно не везет? Почему на его долю все время выпадают какие-то испытания? Он задавал себе эти вопросы, но не находил ответа. Хардин перестал улыбаться, он ходил злой, угрюмый, невыспавшийся, ни с кем практически не разговаривал.
Он боялся сорваться на Тессе, поэтому ложился спать до ее прихода домой. Она заставала его уснувшим на диване, с пролегшей между бровей хмурой складкой. Тессе было жаль, что Хардин проходит через все в одиночку, но он с ней не откровенничал, поэтому молчала и она.
Пару раз Хардину удалось поговорить по телефону с доктором Каннингемом. Но эти беседы не принесли желаемого облегчения, все происходило наспех, а не в привычной для парня атмосфере кабинета психотерапевта.
Пятница не добавила радости настроению парня. Он так ждал выходных, но теперь осознал, что проведет их не отдыхая, а выполняя накопившиеся задания в универе и по работе.
В субботу Хардин практически не выходил из кабинета, он написал несколько необходимых эссе, прочел пару присланных по работе повестей, начал читать заданный по программе роман.
Тесса же занялась домашними делами. Она не просила помощи у Хардина, видя его озадаченное выражение лица. Он согласился съездить вечером в воскресенье за продуктами на неделю, рассеянно поцеловал девушку в лоб и вновь уткнулся в свой ноутбук.
Тесса покормила парня обедом, пожарив рыбу с овощами. Сев за стол, каждый думал о своем, периодически поглядывая в телефоны. Хардин большей частью отмалчивался, а Тесса не доставала его расспросами.
Поздно вечером, когда Хардин наконец-то вышел из кабинета, девушка сидела в гостиной на диване и смотрела телевизор.
- Привет, детка, прости, что выпал из жизни на весь день, - он сел рядом с диваном и положил голову на колени Тессы.
- Я понимаю, работа накопилась, - Тесса нежно поцеловала его в губы, - но не отдаляйся от меня, я рядом и могу помочь, если нужно.
- Спасибо, я справлюсь, - едва слышно произнес Хардин. – Посмотрим что-нибудь?
Тессе ничего не оставалось, как согласиться на фильм. Они выбрали комедию и удобно устроились на диване.
- Чипсы? Попкорн? – предложила девушка.
- Нет, не надо, - Хардина передернуло, когда он вспомнил, что в последний раз ел чипсы в изоляторе.
Тесса положила голову на грудь парня, а он вальяжно раскинулся на диване, вытянув одну ногу и согнув в колене другую. Ни один из них не засмеялся ни разу во время фильма. Хардин же и вовсе задремал под конец, обняв Тессу своей медвежьей хваткой. Даже во сне он не хотел ее отпускать, положив подбородок ей на макушку и посапывая в волосы.
Воскресенье прошло по похожему сценарию, что и суббота. Закупив продуктов на неделю, Хардин и Тесса перекладывали их в машину из тележки.
- Хочешь, погуляем на пирсе? – неожиданно притянув девушку к себе и заглянув ей в глаза, поинтересовался Хардин. Его глодало изнутри чувство вины за то, что он не рассказал всю правду Тессе, за то, что был невнимателен к ней всю неделю, а она по-прежнему оставалась так добра с ним.
- Хочу, - тут же отозвалась Тесса и, привстав на носочки, легко тронула губы парня своими. Он же почувствовал укол в сердце от такой простой и привычной, но такой незаменимой ласки девушки. Быстро погрузив все остальное в машину, Хардин усадил Тессу и сел за руль.
Уже стемнело, когда они приехали на пирс. Но ни Тесса, ни Хардин не обращали на это внимания. Они медленно шли вдоль, как много раз до этого, ее ладошка тонула в широкой ладони парня, грелась о тепло его руки. Это место было для обоих словно местом силы, где души сливались в одну, а понимание наступало без слов.
Порывы ветра трепали волосы девушки и парня, но они улыбались друг другу, продолжая идти вперед. Слова сейчас не требовались, уступив место взглядам и прикосновениям.
Вечером в понедельник Хардин вновь вернулся из Бронкса злой и уставший. Впереди предстояло еще четыре дня тяжелой физической работы и моральной подавленности.
Сегодня во время перерыва Киллиан Макмиллан разоткровенничался с Хардином. Он явно хотел подружиться, не требуя ничего взамен. Парню просто нужно было, чтобы его выслушал кто-то посторонний, не знающий его семью и ситуацию в ней.
Скотт же решил не перебивать яростный монолог брюнета, нервно затягивающегося сигаретой.
- Отец отказался заплатить вместо часов административной работы. Сказал, мне пойдет на пользу физический труд, возможно, я даже стану человеком.
Хардин хмыкнул и усмехнулся, и Киллиан бросил на него изучающий взгляд.
- Считаешь, я высокомерный избалованный подонок? – он приподнял подбородок, явно приготовившись возражать.
- Нет, мой отец сказал мне почти то же самое. Может, есть курсы, где их учат этим гребанным фразам?
- Возможно, мой вычитал их в тех книгах, которые печатает его издательство, - снова затянулся сигаретой Киллиан, выпустив дым вверх. Они стояли возле своих припаркованных рядом машин, отдыхая, пока экскаватор вскрывал новый пласт асфальта на заднем дворе.
- А твой чем занимается? – невзначай поинтересовался брюнет.
- Не поверишь, он тоже в литературном бизнесе. Кристиан Вэнс – владелец литературного агентства.
- Но у тебя другая фамилия? – вспомнил Макмиллан. – Значит, мы конкуренты?
- Я ношу фамилию матери, - неохотно пояснил Скотт. Ему переставал нравиться разговор, но брюнет не отставал. – И скорее не мы, а наши отцы. Нам не в чем соперничать, здесь мы скорее товарищи поневоле.
- Мой папочка хочет, чтобы я пошел по его стопам, планирует, что я возглавлю один из филиалов в Филадельфии.
- А ты что хочешь? – смерил его взглядом зеленоглазый.
- А я...хороший вопрос...не знаю. Всю мою жизнь отец решал, что мне делать и кем мне быть: в какой школе учиться, в какой команде играть в бейсбол, в какой университет поступить. Я изучал экономику, менеджмент, основы ведения бизнеса ради его компании.
- Но теперь у тебя есть выбор, - терпеливо, словно ребенку, пояснил Киллиану Хардин, - займись тем, что хочешь делать ты сам.
- Хм, - чуть приподнял брови и бросил окурок сигареты под колеса машины брюнет, - за меня так долго все решали, что я и сам не знаю, чего хочу. А ты? Чем занимаешься ты?
- Я работаю у отца и пишу книгу. Я тоже не знаю, чем конкретно хочу заниматься, но свой выбор я сделаю сам. Я хочу закончить универ и издать свою книгу, а дальше будет видно. Думаю, планы сами меня найдут.
- Могу быть твоим менеджером, когда ты решишь выпустить книгу, - хлопнул Хардина по плечу Макмиллан. – Вдруг ты окажешься чертовым гением, и мы заработаем кучу денег и позлим наших папаш?
- Отличные планы! А говорил, не умеешь сам принимать решения, - подколол брюнета Хардин, а тот в ответ беззлобно ткнул его в плечо.
Они не то чтобы подружились, но стали чуть теплее относиться друг к другу и даже обменялись телефонами в конце вечера.
Пока Хардин принимал душ и вспоминал разговор с Макмилланом, а Тесса разогревала парню ужин, в дверь неожиданно позвонили. На пороге стоял Кристиан Вэнс. По лицу было видно, что мужчина зол и едва сдерживается, но он вежливо поздоровался с девушкой:
- Добрый вечер, Тесса! Извини за поздний визит, я хотел увидеть Хардина. Не помешаю?
- Добрый вечер, проходите, - посторонилась девушка, приглашая гостя. – Хардин в душе, он скоро выйдет. Что-то случилось?
Вэнса словно прорвало. Сев на предложенный стул за барную стойку в кухне и сверкая глазами, он яростно начал:
- Это я приехал узнать, что случилось у Хардина. Он не ответил ни на один из моих звонков на прошлой неделе, он просрочил проверку нескольких работ новых авторов и две рецензии к уже прочитанным книгам. Вот я и хочу узнать, что могло случиться, почему он перестал выполнять свою работу и не выходит на связь.
- Кристиан, вы же знаете, у Хардина сейчас не самые лучшие времена, - мягко начала Тесса. Ей не хотелось ссориться с Вэнсом и занимать чью-либо сторону в их конфликте с сыном. Она пододвинула мужчине чашку чая и вазочку со сладостями, но он даже не поблагодарил ее.
- Он сам виноват в своих неприятностях, Тесса, и все мы прекрасно об этом знаем. Ты и я платим наличными за его глупости, спасая от тюрьмы. И тратим нервы, переживая за него и его состояние, а он словно не видит этого.
- Не знаю, как вы, а я делаю это, потому что люблю Хардина и он мне дорог, - возразила девушка.
- Я тоже люблю сына, но он должен помнить, что у него есть обязательства! Он является сотрудником агентства и обязан выполнять свою работу! Я плачу ему за это!
Вэнс распалялся все больше, он не повышал голос, но его лицо раскраснелось, он несколько раз провел рукой по волосам, как всегда делал его старший сын, когда волновался.
- Хардин слишком уставал на прошлой неделе, Кристиан. Я заставала его спящим на диване от усталости каждый день. Он не признался мне, что работает, благоустраивая территорию, а это тяжелый физический труд.
- Почему ты всегда его защищаешь, Тесса? Он редко радует тебя, чаще огорчая и волнуя.
- Хардин – моя семья, я люблю его и не дам в обиду. Он тоже заботится обо мне, а неприятности могут случиться у каждого.
- Только у него они почему-то случаются чаще других...Дело твое, я не лезу в ваши отношения. Но я заставлю его успевать выполнять свою работу в срок, хочет он того или нет.
Гнев, который разгорался в груди Тессы во время этой беседы, все же выплеснулся наружу. Девушка не повысила голос, но окатила Вэнса ледяным взглядом и чуть ли не сквозь зубы процедила:
- Я не дам вам сломать Хардина, ясно? Ему и так сейчас нелегко, но гордость не позволяет признаться. И вы не будете давить и кричать на него здесь, в нашем доме. Он ваш сын и заслуживает любви и понимания, Кристиан. Каждый может ошибаться, и вы тоже не идеальны. Но разозлить его и тем самым дать возможность наломать еще больше дров я не дам. Пусть даже ему придется уволиться, я его поддержу в любом случае.
- Я просто хочу поговорить и объяснить ему ситуацию...я и так прождал целую неделю...
- Он только недавно начал верить в семью, в себя, в семейные ценности. Постарайтесь сделать так, чтобы Хардин не разочаровался во всем этом снова...Я дорожу им и не хочу потерять.
Вэнс в очередной раз испытал приступ раздражения от слов этой девчонки. Она поучала его так, словно имела право. Словно он был зарвавшимся малолеткой, а не отцом взрослого сына. Она так стояла на страже души Хардина, что он завидовал этой любви. Интересно, а Ким защищала бы его так, случись подобное?
Вслух же мужчина произнес совсем другое:
- Не думал, что мне нужно твое одобрение, чтобы поговорить с сыном, Тесса. Не переживай, я не буду выяснять отношения, если Хардин не начнет первым. А ты знаешь сама его вспыльчивый характер...
- Поэтому я вас и предупреждаю, Кристиан...
В этот момент в гостиной показался Хардин, босиком, с влажными волосами, одетый только в спортивные брюки, он вышел, услышав мужской голос в доме.
- Добрый вечер, сын! – сдержанно поздоровался Вэнс. – Вот, заехал узнать, как твои дела, а то на звонки ты совсем не отвечаешь.
Ирония в голосе мужчины почти не чувствовалась, но Хардин все же скривил губы при словах отца.
- Добрый вечер! Я рад твоему неожиданному визиту, - протянул отцу руку для приветствия парень.
- Кристиан, составьте Хардину компанию за ужином, - быстро спохватилась Тесса, - а я пока пойду в кабинет, позвоню своему отцу. Мы тоже с ним давно не разговаривали.
Девушка удалилась, оставив отца и сына наедине. Она села за стол в кабинете, собираясь включить ноутбук и поговорить с Джеком по видеосвязи, когда услышала повышенные тона обоих мужчин, доносящиеся из гостиной.
Девушка не прислушивалась специально, но разобрала несколько раз произнесенное Вэнсом «должен», а затем что-то резкое, но неразборчивое от Хардина в ответ. Почти сразу же входная дверь резко хлопнула, а следом раздался звон брошенного на пол стекла.
Выйдя назад в гостиную, Тесса увидела, как Хардин собирает с пола осколки стакана, разлетевшиеся по всей кухне. Парень был босиком, и Тесса забеспокоилась, что он может наступить на стекло.
- Я помогу, - открыла она кладовую, чтобы достать совок и швабру. Краем глаза девушка наблюдала за выражением лица Хардина. Она опасалась, что он может вспылить и уйти в бар или просто слоняться по улицам, выплескивая гнев.
Но здравый смысл победил ярость Хардина. Постепенно дыхание парня выровнялось, а к потемневшим от гнева глазам вернулся зеленый цвет. Хардин прижал Тессу к себе, а она уткнулась лицом в его пахнущую гелем для душа грудь.
- Я в порядке, - тихо ответил парень на ее безмолвный вопрос. - Стакан просто упал, выскользнул из рук.
- Давай уже поедим, - предложила девушка. – День и так был долгим и тяжелым, пусть хоть вечер станет приятным.
В ответ Хардин поцеловал Тессу в висок и молча сел за стол. Он задумчиво глотнул чая из оставленной Вэнсом чашки и начал мастерить кораблик из салфетки, пока Тесса накрывала на стол. Это детское занятие успокаивало парня сейчас, не давая сорваться на гнев.
- Ты бросишь меня, если я потеряю работу? – внезапно спросил Хардин. Он не поднимал глаз, упорно продолжая складывать салфетку.
- Хардин, что за глупости лезут тебе в голову? – Тесса поставила перед ним тарелку с едой и поцеловала в щеку. – Я люблю тебя, и дело совсем не в работе. Ешь давай, приятного аппетита.
Секунду поколебавшись, девушка решила все же задать и свой давно волнующий ее вопрос:
- А ты бы бросил меня, если бы я передумала быть врачом?
Подняв от тарелки голову, Хардин внимательно изучал выражение лица девушки в течение нескольких секунд. Наконец, он произнес:
- Ты шутишь сейчас? Ты же так долго шла к своей мечте, почти достигла ее. Что изменилось? Я не встречал более целеустремленного человека, чем ты, Тесс. И вдруг такое...
Девушка поняла, что Хардин просто не готов прямо сейчас погрузиться с головой в ее проблемы. Его душевные терзания занимали его целиком, а ей не хотелось поверхностной оценки своих переживаний.
- Не бери в голову, милый. Я просто предположила...- она старалась говорить это обыденным тоном, а в животе скручивался тугой узел от обиды. Хардин не понял ее настроя, не уловил горечи в словах, занятый собственной дилеммой.
И Тесса решила отложить этот разговор на потом, когда парень сможет выслушать ее и дать совет. Вслух же она, улыбнувшись, произнесла:
- Я всегда на твоей стороне, малыш. Поступай, как сочтешь нужным сейчас. Мы все преодолеем, помогая друг другу.
- Спасибо, - со всей душой произнес Хардин. – За то, что не бросаешь и поддерживаешь всегда. Люблю тебя, детка, мне так с тобой повезло.
- Вот не начинай сейчас, малыш, пожалуйста, ты же знаешь, я тоже считаю, что мне повезло тебя встретить.
И хоть Тесса произносила сейчас успокаивающие слова, тревога не отпускала ее душу. Смутное беспокойство шевелилось в ее душе каждый день, начиная с момента отработки приговора суда Хардином. Девушка и сама не понимала природу своей тревожности, но чувство не проходило.