Глава 51
Хардина привезли в суд в начале одиннадцатого утра. Всю дорогу сюда он неотрывно смотрел в окно, думая о своем. За окном шел мокрый снег, было серо и сыро, а парень радовался такой погоде. Она соответствовала его хмурому настроению, но не давила, а словно поддерживала.
Выйдя из машины возле здания суда, он повыше подтянул молнию застежки на куртке, ежась от попавших за шиворот ледяных капель.
Полицейские провели Хардина и еще одного приехавшего с ним парня через черный ход в комнату ожидания. Через некоторое время подошел Рэйнолдс, и они с Хардином заняли свои места на скамье в зале суда, ожидая очереди на рассмотрение дела.
В этот раз судьей был мужчина афроамериканского происхождения, как успел рассмотреть со своего места Хардин. Судья Николас Хартвуд листал папки с материалами, время от времени задавая вопросы стоящим перед ним людям. Народу было много, за выходные, видимо, накопилось дел, а очередь Скотта была еще не скоро.
Рэйнолдс тем временем начал тихонько инструктировать своего подзащитного о том, что следует говорить судье при вынесении обвинения. Он предлагал выбрать суд без присяжных, только в присутствии судьи и обвинителя.
- Твое дело будет рассмотрено отдельно от дела Стюарта и тех полицейских, пока он находится в больнице. Это произойдет быстрее, если ты откажешься от суда присяжных, их кандидатуры не нужно будет подбирать. Судья сам рассмотрит факты дела и сделает выводы, а затем вынесет приговор.
- А как же драка и ранение Стюарта?Я был вместе с ним в этот момент, - не осознает до конца услышанное парень.
- Тебе придется присутствовать на слушаниях по этому делу, но уже в качестве свидетеля защиты, а не обвиняемого, Хардин.
Головная боль продолжала пульсировать в висках Хардина еще с раннего утра, поэтому сейчас он пытался максимально сосредоточиться на том, что будет отвечать судье.
- Я ничего в этом не понимаю, мистер Рэйнолдс, но поступлю так, как вы сочтете разумным, - каждое слово отдавалось в голове Хардина новой болью. Он помассировал виски, прикрыв глаза, потер переносицу, и стало чуть легче.
- Потерпи, скоро все закончится, и ты примешь душ дома и выспишься, - дотронулся до локтя парня адвокат.
- Хотел бы я быть так уверен в этом, как и вы, - тихо ответил Хардин.
- О, старина Хартвуд любит деньги, а мы дадим понять, что готовы с ним поделиться, парень, - адвокат широко улыбнулся, обнажив ряд ровных белых зубов. Его глаза при этом оставались холодными, делая улыбку похожей на оскал.
- Надеюсь, вы знаете, что делаете, - не смог скрыть удивления Хардин.
- Да, верь мне, сынок. В Бронксе есть и свои законы. Я до последнего не был уверен, кого назначат судьей по твоему делу, но Хартвуд славится тем, что многих выпускает под завышенный залог. А деньги у нас имеются.
При этих словах Хардин заметно напрягся, стиснув зубы так, что скулы стали острее, а его густые темные брови сошлись на переносице.
- Отец вновь оплачивает мои проступки? – в голосе парня сквозит ирония, смешанная с горечью.
- Не угадал, - склонив голову к плечу парня, тихо произносит адвокат. - Тесса дала мне двадцать пять тысяч на залог и на то, чтобы я нанял детектива. Твоя девушка любит тебя, Хардин, причем очень сильно.
- Я знал это и до попадания в тюрьму, мистер Рэйнолдс, - голос парня звучит ровно, однако он удивлен словам адвоката.
- Понимаю, просто не забывай об этом в следующий раз, которого, я надеюсь, не будет.
- Я приложу максимум усилий для этого.
- Вот это разумно, молодой человек, - слегка похвалил парня адвокат.
В отличие от Вэнса, Рэйнолдс не давил на Хардина, лишь советуя, а не воспитывая и упрекая, и это поведение очень импонировало Хардину. Его вздорный нрав не терпел никакой критики, особенно от близких людей. И только Тессе удавалось в своей мягкой манере воздействовать на парня и менять его мнение.
Обсудив все возможные предстоящие детали обвинения, каждый из них сосредоточился на своем. Адвокат пытался понять настроение судьи, а Хардин просто вяло следил за происходящим в зале.
На взгляд Хардина, все еще перебарывающего головную боль, дела слушались быстро и не совсем понятно. В основной части зала постоянно происходила суета: 3-4 полицейских, судья, секретарь, пара ещё каких-то женщин и трибуна, к которой по очереди подходили разные подсудимые со своими адвокатами.
Парень заметил, что со многими судья разговаривал ещё жёстче, чем полиция. Временами он повышал голос, задавая очередной вопрос, и оглядывал зал. Эта резкая смена тона по-разному действовала на обвиняемых: кто-то тут же стыдливо опускал голову и невнятно мямлил, кто-то же давал ответ резче необходимого, и тогда судья делал предупреждение о неуважении к суду.
- Рассматривается дело Хардина Скотта, - громко произносит судебный клерк, и Хардин вместе с адвокатом подходят к трибуне возле судьи.
Далее следует уже знакомая парню процедура с зачитыванием конституционных прав обвиняемому. Судья тем временем листает папку с данными о деле Хардина. Закончив просмотр, Николас Хартвуд обращается к Хардину:
- Вам понятна вся информация о ваших правах, мистер Скотт?
- Да, ваша честь, - коротко отвечает парень.
- Есть ли у вас претензии к суду, что предъявление обвинения было задержано на шесть часов по причине выходных дней?
- Нет, ваша честь.
- Согласно материалам дела, находились ли вы двадцать первого января ....года в баре «Фенвикс» в Ривердейле между девятью и десятью вечера?
- Да, находился, ваша честь.
- Признаете ли вы свое участие в драке возле бара вечером двадцать первого января ....года с группой парней?
- Да, ваша честь, - вновь дает положительный ответ Хардин.
- Известно ли вам, что 29 ноября прошлого года вам было вынесено судебное предупреждение о неучастии в драках и непопадании в поле зрения полиции сроком на три месяца?
- Да, ваша честь, известно.
Судья Хартвуд молчит некоторое время, пристально сверля взглядом Хардина, но парень не отводит взгляд.
- Понимаете ли вы, что нарушили данное предупреждение, участвуя в драке возле бара вечером двадцать первого января ....года?
- Да, ваша честь, - голос Хардина слегка охрип от волнения, и он кашлянул, тут же получив неодобрительный взгляд судьи в ответ.
- Признаете ли вы свою вину в нарушении судебного запрета от 21 ноября прошлого года сроком на три месяца? – тон судьи становится строже с каждым вопросом Хардину.
- Да, ваша честь, полностью признаю, - соглашается парень. У него начинает сводить скулы от волнения и бесконечно повторяемых судьей официальных слов. На глаза наползает пелена от напряжения и усталости, и он тут же смаргивает ее, проясняя взгляд.
- На основании данных вами ответов и материалов дела суд готов вынести вам обвинение, мистер Скотт. Вы обвиняетесь на данный момент в нарушении судебного запрета, вынесенного вам 21 ноября прошлого года об участии в драках и попадании в поле зрения полиции, - Хардин медленно выдыхает от облегчения, но судья еще продолжает говорить.
- Пока это все обвинения, которые суд готов вам вынести. Но в рамках проводимого расследования о драке возле бара «Фенвикс» в Ривердейле двадцать первого января текущего года, в ходе которой один человек получил тяжелое ножевое ранение, вам может быть предъявлено еще одно обвинение, связанное с участием в драке. Суд по данному делу состоится сразу после завершения расследования, о чем вам незамедлительно сообщат. Есть ли у вас вопросы к суду?
- Вопросов нет, ваша честь. Но я хотел бы попросить суд о рассмотрении моего участия в драке возле бара отдельно от дела мистера Стюарта Рейна. Я прошу рассмотреть мое дело только судью, без присяжных заседателей.
Хардин произносит те слова, которые посоветовал ему адвокат, и теперь он ждет ответа Николаса Хартвуда.
Судья молчит некоторое время, а затем выносит свое решение:
- Ваша просьба будет удовлетворена, мистер Скотт. Остались ли у вас еще вопросы к суду?
- Нет, ваша честь, - подтверждает Скотт.
В это время адвокат делает шаг в сторону судьи:
- У меня есть вопрос, ваша честь! Могу ли я подойти и обсудить его лично?
- Да, подойдите, адвокат, - судья делает приглашающий жест рукой.
После пары минут беседы судья вновь обращается к Хардину:
- На основании ходатайства вашего адвоката, мистера Чарльза Рэйнолдса, а также полного признания вами своей вины, суд готов выпустить мистера Хардина Скотта под залог до судебного разбирательства по делу о драке возле бара «Фенвикс» в Ривердейле двадцать первого января текущего года. Сумма залога составит четырнадцать с половиной тысяч долларов.
- Мы готовы внести необходимую сумму прямо сейчас, ваша честь, - вновь высказывается адвокат.
- Суд отпускает мистера Хардина Скотта под залог в четырнадцать с половиной тысяч долларов до судебного слушания. Можете быть свободны.
- Спасибо, ваша честь, - благодарит судью адвокат, а Николас Хартвуд еле кивает в ответ.
Хардин не понимает, что именно он ощущает в тот момент. Это и радость, и сожаление, и злость, и непонимание одновременно.
Рэйнолдс замечает реакцию парня и предупредительно шепчет:
- Все вопросы потом, Хардин.
Адвокат сразу же вносит необходимую сумму залога, судебные служащие оформляют соответствующие документы, и они с Хардином покидают здание суда. На входе полицейский отдает парню все его личные вещи, в том числе телефон, ключи от машины и все, что было при нем в момент задержания.
Они молча подходят к машине адвоката, и Хардин усаживается на переднее сидение, положив назад сумку с вещами. Рейнолдс неторопясь, несмотря на продолжающийся мокрый снег, обходит машину и садится за руль.
- И что вообще это было? – в недоумении интересуется у адвоката парень. – Почему меня отпускают, не предъявив обвинение в драке возле бара?
- Не торопи события, парень, - усмехается Рэйнолдс. – Ты словно не рад, что тебя отпустили сегодня.
- Рад, очень рад, но все это выглядит как отсрочка перед чем-то непонятным. Я не могу находиться долго в подвешенном состоянии, скорее бы уже все разрешилось.
- Так и будет, как только мы узнаем результаты экспертизы по пуле, найденной в кирпичной стене возле бара, и увидим все записи камер вокруг «Фенвикса».
- Когда это станет известно?
- Думаю, уже сегодня, ближе к вечеру. Наберись терпения, парень, оно тебе еще пригодится.
- Зачем мы просим рассмотреть мое дело отдельно? А вдруг Стюарт сочтет это предательством по отношению к нему?
- Не глупи, Хардин. Стюарт - пострадавшая сторона в том происшествии. Максимум, что ему светит за драку и нарушение общественного порядка – это штраф менее трех тысяч долларов.
- Но я же тоже не затевал драку! Почему мне не вынесли приговор сегодня? И не объявили штраф?
- Дело все еще находится в производстве, дружок. И процесс затянется, поверь моему опыту. Слишком много ниточек, за которые следует потянуть. Мы сделали все, что можем на данный момент.
- Но разве мое участие в деле до сих пор не выяснено? – Хардин все еще не готов принять факты.
- У тебя другой случай, ты попадаешь в поле зрения полиции далеко не в первый раз. Ты нарушил судебный запрет - это уже большой штраф и не только он. Но судья решил наказать тебя за все по совокупности: и за нарушение запрета, и за драку. Осталось только выяснить степень твоей вины. А это будет видно по записям камер.
- Хотите сказать, мне стоит насладиться свободой, пока не поздно? – за иронией вопроса Хардин прячет сейчас неуверенность и даже страх от предстоящего суда.
- Тебе стоит радоваться, что ты выпущен под залог, и готовиться к серьезному ответу за проступки. Но сегодня просто отдыхай, парень. Не думай о суде, выспись и проведи время с Тессой. Поддержи ее, она тоже переживает и волнуется.
- Она дома? Я позвоню Тессе прямо сейчас, - Хардин достает телефон и видит, что он полностью разрядился за эти пару суток.
- Я напишу Тессе, что ты едешь домой, Хардин. Не будем тратить время. Я еще заеду к вам вечером с результатами расследования.
Адвокат трогается с судебной стоянки, везя Хардина домой. Парень тем временем сидит, прислонившись лбом к стеклу, полностью погруженный в собственные мысли.