Scarlet Torment

10 сентября. Суббота. 56 миль от города Трансильвании.

Пятница в школе прошла сносно, если не учитывать постоянно шепчущих при моём появлении одноклассников. Они и так обо мне очень много говорили, теперь всё это «много» возвели в квадрат. Мэтту наложили гипс и отстранили от занятий спортом на месяц. Из-за перелома он так же не сможет заниматься музыкой, потому что в гипсе вся его несчастная рука. Парень, кстати, подарил мне коробку конфет и розу, как бы в благодарность за то, что я быстро отреагировала на его травму. Директор похвалил меня и я всё-таки решилась спросить у него, как он оказался в школе и знаком ли он с моим отцом. Как выяснилось, Стефан служил в венгерском подразделении и даже лично не был знаком с Кармин, не говоря уже о моём отце. Однако он уточнил, что слышал о нём очень многое и даже пару раз видел его в Будапеште. Стефан так же сказал мне, что уже давно отошёл от дел и старается не впутываться в дела охотников и вампиров. В конце нашего разговора Мареш предупредил меня, что любые заговоры, в которых учувствуют вампиры никогда не заканчиваются добром. Он пытался так же расспросить меня о происшествии в медицинском пункте, однако прямо у него из-под носа меня утянул Кай, взявший на себя ответственность провести меня до кабинета французского и по дороге он рассказал пару шуток в его стиле, после предложил как-нибудь снова отправиться в тот захолустный бар на окраине города, а так же поинтересовался, не видела ли я его фото. К счастью, наверное, после баскетбольной игры Кристина прожужжала мне все уши о Кае и после показала целую серию журналов с его фото, которые она привезла с собой. Этот парень был ослепителен как в жизни, так и на глянцевых обложках. Он прирожденная фотомодель! В одном из журналов я даже наткнулась на интервью с Миллером и вычитала оттуда парочку забавных фактов. А так же подтвердилось, что Кай любит писать стихи. К тому же шатен прекрасно играет на скрипке и пишет песни. Вампиры всё-таки очень творческие, хотя так сразу и не скажешь. Ну, исключая Славу конечно. Её внешний вид и руки сами говорят о том, что она человек искусства.

Ну, а сегодня, рано утром я растормошила Монику, вынудила её оставить Мелису на попечение бабушки, Кристины и Талера, а после мы отправились в штаб ГОЗГ, находящейся в пятидесяти шести милях от нашего города. Это была вторая по величине штаб-квартира в Европе, после Бухареста. После нашей стоял дворец в Будапеште и храм Спасителей в Софии. Болгарские охотники выделялись своим фанатизмом служению Господу и спасению нашей земли от нечистых вампиров, к тому же числились случаи, когда охотники из Софии вырезали целые семьи ведьм и стаи оборотней. Не удивлюсь, что на их руках кровь каких-нибудь уникальных нейтралов или типа того.

На протяжении двадцати, а то и тридцати миль Моника ехала молча, вцепившись руками в руль. Понятия не имею, почему она со мной не разговаривала, но в какой-то момент, когда радиодиктор начал рассказывать главные политические и спортивные новости – я не выдержала.

- Моника! - я щёлкнула пальцами и девушка дёрнулась, прикусив губу. Её короткие волосы опали на лоб и она насупилась. Карие глаза прищурились и она мельком взглянула на меня. – Как ты?

- Как я? – переспросила она и её голос звучал так тоскливо и зло, что я пожалела о том, что открыла рот. Я опустила глаза и натянула на руки манжеты чёрной куртки, которая выдавалась вместе со всем комплектом формы. Мой отец и мать предпочли плащи, а я взяла что-то удобнее и покороче.

- Прости, - тихо проскулила я и потёрла бровь по привычке. Моника зло вздохнула, цокнула и хлопнула руками по рулю. Я дёрнулась. Я понятия не имею, что у неё в голове творится. У неё умер муж, кормилец, и ей придётся как-то выживать вместе с маленькой дочерью. К тому же она бывает весьма агрессивна в моменты тоски, не представляю, на что она способна сейчас, когда та самая тоска достигла самой высокой отметки. И к несчастью для себя, вероятнее всего, я не брала с собой оружие.

- Как долго ты собираешься всё скрывать? – через минуту обоюдного молчания, спросила она и у меня по спине пробежали мурашки. Скрывать?... Что она?... – Не прикидывайся! Я прекрасно знаю, что Кай Миллер – это приемник Агаты Миронии. Он вампир и один из первых аристократов второго поколения. К тому же служит сыну Дракулы.

- Как ты?... – я начала кидаться глупыми вопросами и прикусила губу после сказанного, понимая насколько это ничтожно.

- Я не тупая, Рита, - оскалилась она. – Я понимаю, когда человек жив, а когда нет. Я слышу, как бьется его сердце, как кровь пульсирует в венах. Когда я встретила этого парня, то ничего этого не было из чего вытекает очень логичный вывод. Ты трёшься с вампирами. И ты ничего не сказала мне о Яне.

- А что я должна была тебе сказать?! – рыкнула я. Щёки загорелись и мне стало жарковато, а руки затряслись от паники. – О, Моника, я видела смерть твоего мужа?! И вообще, как ты узнала о Яне?!

- Следила за тобой, - фыркнула она и расслабилась, откинувшись на спинку сиденья. Однако её руки всё продолжали крепко сжимать руль. – Я видела, как девушка раскроила ему горло серебряным кинжалом.

- Что ты ещё видела или слышала? – насторожилась я, однако паника не отходила.

- Когда я увидела его смерть – ушла, - гортанным голосом ответила она и хмыкнула – она вот-вот бы заплакала. – Не ожидала увидеть тебя, как особого гостя гильдии, без ведома самой гильдии.

Я промолчала с секунду, после затянула воздух и хлопнула себя по бёдрам. Моника не продолжала говорить и я была за это ей очень благодарна. Было очень много всего, что я могла бы ей сказать, но и так же много всего, чего говорить вовсе не стоит. Например сказать о том, кто я есть или попытаться объяснить ей, что я пыталась остановить Славу.

- Моника... – начала я и повернулась к ней, сузив глаза и застыв в страной позе из-за тугого ремня безопасности на себе. – Ты как-то сказала, что видела как маленькая девочка убила вампира. Ты это придумала, что бы вызвать во мне мотивацию сносить головы вампирам или?...

- Заткнись, Рита, - огрызнулась она и зло стрельнула в меня тёмными глазами. Я кивнула и откинулась на спинку сиденья, отвернувшись от девушки к окну. Ладно, не хочет говорить со мной – не нужно. Однако то, что она меня видела на балу вампиров – не есть хорошо. Потому что мы ехали в гильдию, где на данный момент обитает Кармелита, а Кармелита слегка сумасшедшая. А ещё парой миль дальше находилась больница, где сейчас находилась моя мать и отец.

Автомобиль пересёк первый пост охраны огромного особняка в романско-готическом стиле. Это было массивное строение из тёмных камней с острой чёрной металлической крышей. Тут были узкие окна, большинство из них были заделаны решётками. Двор особняка охранялся людьми с дрессированными собаками. Каждый из охранников вооружён до зубов, в общем полный набор. На пятиметровой ограде вокруг особняка находились камеры и тепловые датчики, которые были установлены исключительно для того, что бы быстро понять, кто из гостей является живым мертвецом. Моника аккуратно выруливала по гравистой дорожке, кивая знакомым охотникам, патрулирующим периметр. Девушка заглушила мотор, когда доехала до маленькой парковки для гостей, где стояла лишь одна большая чёрная машина, принадлежащая Кармелите. Я выдохнула и расслабилась, однако не стоило. Сейчас мне предстоял разговор с самой влиятельной женщиной в нашей профессии.

- Я буду в казармах, ищи меня там, когда закончишь, - бросила мне Моника и вышла из машины. Я последовала её примеру и аккуратно прикрыв дверь старенького «Хаммера», набрала в лёгкие воздуха, расправила плечи и взмахнув волосами – направилась внутрь.

Пройдя контроль у самого входа, где меня, грубо говоря, облапали, вывернули карманы и приказали показать удостоверение охотника, я оказалась в просторном тёмном холле с пятью охранниками, расхаживающими тут с гордо поднятыми головами. Сегодня тут как-то пусто, вероятно большая часть охотников в казармах или на заданиях. Я направилась к тёмной крутой лестнице, ведущей на второй этаж, где располагался кабинет-выставка Кармелиты, приёмный зал и кухня. Коридоры в особняке были узкие, тёмные и тут гулял сквозняк. На самом деле это здание более пяти раз реставрировалось. Первые два раза были ещё до второй мировой, если мне не изменяет память. В общем этот особняк, как свидетельствуют документы, принадлежал ещё какому-то графу в начале восемнадцатого века. Не знаю только, где Кармелита нашла столько денег, что бы выкупить его у владельцев.

Я завернула на резком повороте в тёмном коридоре и быстро оказалась у высокой тёмно-коричневой двери из-за которой слышались размеренные тяжёлые шаги. В них я узнала Кармелиту, она любила носить очень тяжёлую обувь и эта её привычка казалась мне странной. Наверняка, я думаю, так она показывала своё бесстрашие перед чутким слухом вампиров. Я выпрямилась, снова расправила плечи и гордо подняв подбородок, шагнула в её кабинет.

Передо мной расположился масштабный зал в конце которого был высокий угловой стол с кипами бумаг, писем и книг. К нему вела своеобразная «аллея» из восковых фигур. Тут Кармелита изображала своих самый злейших врагов и могущественную начесть. В самом начале, у входа, стояла красивая восковая фигура графа Владислава Дракулы, слегка покрытая пылью. Тут он был в чёрном фраке, с длинными волосами и в шляпе-цилиндре. Его лицо, кажется, было изображено по догадкам скульптора. Потому что те картины, которые я видела в поместье Карсов, очень разнились с этой статуей. Дальше от него была фигура высокой белокурой женщины в белой шёлковой тунике, приятно прилегающей к её стройному стану. Её лицо было словно выточено из фарфора и желтоватые глаза напомнили мне глаза Диметры. Внизу, на подиуме, где стояла фигура, была аккуратная надпись: «Агата Мирония». Так вот значит, какая она. Я ранее никогда не рассматривала эти фигуры, потому что когда последний раз заходила в её кабинет, была ростом с ножку стандартного обеденного стола. Шагнув дальше, я взглянула на статую мужчины, который гордо возвышался надо мною и его изумрудные восковые глаза будто смотрели на меня. У него было красивое лицо, с аккуратными правильными чертами, чёрные, словно уголь, волосы, слегка вьющиеся на концах. Он был одет в строгий чёрный сюртук, держал трость и на его пальце красовалось кольцо с лазуритом. К странности, под этой фигурой надписи не было. Это был безымянный вампир, который показался мне знакомым, однако из головы будто исчезла даже ниточка, напоминающая мне о том, кто это может быть. Кармелита стояла у следующей фигуры – фигуры высокой женщины с прямыми чёрными волосами в тёмном лёгком платье с широкими, летающими рукавами. По пальцам и шее женщины лёгкими резцами плелись странные узоры и у меня отняло дар речи, когда я подошла ближе и всмотрелась в её лицо. Правильное, красивое, строгое. Глаза были яркие, фиолетовые. Её я видела в своём сне. Кармелита знала о нейтралах, но не пустила в архив ни одного даже листочка с их упоминанием.

Сама Кармелита была высокой, спортивной женщиной сорока лет с пышными блестящими кудрями и цыганской внешностью. Насколько я знала, Кармин являлась дочерью какого-то богатого цыгана, поэтому её сходство с этой этнической группой людей было прямо-таки, кх, на лицо. Глаза у неё были чёрные, губы пухлые, нос с горбинкой, кожа тёмная и привычка напевать что-то на своём языке. В общем-то, я была с ней не так уж плохо знакома, потому что много времени мы проводили вместе, поэтому увидев её дружелюбный взгляд расслабилась и совсем забыла о разговоре с Моникой.

- Рада тебя видеть, - улыбнулась она и повернулась ко мне. Её спортивное тело обтягивала чёрная охотничья одежда, а на ногах красовались массивные ботинки с металлическими вставками в подошве. Подобным ботинком можно поломать лицо, если на это лицо наступить, конечно же.

- Я тоже, - отозвалась я и улыбнулась уголками губ.

Кармелита смахнула пушистые блестящие волосы за спину, подтянула рукава куртки вверх, что бы не мешали, и сцепила длинные пальцы в замок. Я ещё раз взглянула на статую женщины с узорами на теле, после взглянула через плечо на мужчину с тростью и скривив брови от странного ощущения беспокойства в животе, повернулась к начальнице.

- Ты за кинжалом? – её тон был спокоен, однако чёрные глаза метались по мне, разглядывая снизу вверх.

Я кивнула ей и Кармин, пошатнувшись, усмехнулась. Я не знала значения этой усмешки, поэтому не придала ей внимания. Женщина расправила плечи и медленно шагнула в сторону выхода из своего кабинета, кивнув мне, что бы я шла за ней. Однако, когда мы оказались у третьей статуи мужчины с красивыми глазами, я взмахнула рукой и привлекла внимание Кармелиты. Та затормозила и вскинув густые чёрные брови, молча спросила меня в чём же дело.

- Кто это? Почему нет надписи? – моё любопытство одержало надо мной верх. Кармелита шагнула ко мне, убрав руки за спину и её взгляд скользил по восковому силуэту мужчины. Его зелёные глаза казались мне такими яркими, если бы они были живые, наверняка сошли бы за глаза человека из моих снов. Почти малахитовые, светящиеся, блестящие. Мужское лицо не выражало каких-либо эмоций и вьющиеся пряди, обрамляющие его лицо, почему-то напомнили мне меня же в детстве. Бывали времена, когда мои кудри распускались на некоторое время и становились волнистыми. Обычное такие изменения бывали зимой. Волосы становились волнистые, приобретали угольно-чёрный оттенок и постоянно падали на лицо. Как же странно искать сходства с восковой статуей, не правда ли? Но почему-то... почему-то он и правда был таким похожим. Кармелита следила за мной и её густые брови странно кривились – это я заметила уголком глаз.

- Этого вампира уже нет в живых, - сказала она металлическим голосом. – Он умер очень-очень давно.

- И кем же он был? – надавила я, впиваясь взглядом в женщину. Она расправила крепкие плечи и вздёрнула острый подбородок. Кармин сложила руки за спиной и затянула воздух со свистом, отчего широкие ноздри сузились до маленькой щёлки.

- Не думаю, что ты слышала о нём, - она покачала головой, стрельнув в меня лёгким, но каким-то странным взглядом. – Это Дмитрий, родной брат Агаты. Кажется, он пошёл лицом в отца, оттого с сестрой они вовсе не похожи. Дмитрий погиб пару столетий назад. Его фигура стоит здесь лишь потому, что есть в этом мужчине аристократичное изящество и мне приятно на него смотреть, когда выпадает свободная минутка. Он меня вдохновляет...

- Странная ты, - после минутной паузы и разглядывания фигуры мужчины, лик которого пробуждал во мне смешанные чувства, наконец-то заговорила я, косо взглянув на охотницу. – Ты убиваешь вампиров, но и вдохновляешься ими.

- Не одна я такая... – её интонация была странной и намекающей на что-то, но я явно не поняла её намёка. Женщина смерила меня чёрными очами, а после кивнула и мы направились прочь из огромного кабинета начальницы.
Почти закрыв за собой дверь, я всё-таки ещё раз взглянула на восковую фигуру зеленоглазого мужчины и скривив бровь, завела руку за шею, положила пальцы туда, где у меня было странное родимое пятно в форме ромба, после вздохнула и последовала за Кармелитой.

Мы спустились на нижние этажи, где располагались оружейная, пыточная, тюрьма и тренировочная площадка. Стальной лифт был холодный, серый и совершенно бесшумный. На протяжении всего пути Кармин не обменялась со мной ни словом, что было очень странно, при её-то болтливости. Она даже не спросила меня о заказах.
Лифт остановился и когда двери распахнулись в лицо ударил едкий горький запах полыни с кислинкой от металлических камер, в который сидели некоторые вампиры. Женщина уверенно двигалась впереди, стуча тяжёлыми ботинками. По коридору стояла охрана, вооружённая дубинками и шокерами. Завернув в очередной раз по серому скудному коридору, где было тихо и лишь звуки наших шагов распространялись эхом во все стороны, я притормозила у одной камеры. На металлической двери, над которой стандартно размещалась титановая решётка и в зависимости от типа вампира цепи и покрытие камеры. На стене рядом висело дело заключённого. Кармелита пошла вперёд, явно не заметив моего отсутствия рядом. Я приблизилась к закрытой клетке и провела пальцами по мелкому шрифту дела. Охранник странно на меня взглянул, но ничего не сказал, думаю, он мог перепутать меня с мамой, так как этого парня я часто видела в гильдии и он не раз разговаривал с родителями. Я втянула воздух и к горлу ком подступил, когда после длинного перечня преступлений, в который входило: использование чёрной магии, гипноз и внушение высокопоставленным чинам, убийства аристократов, а так же умерщвление двух верховных ведьм, одного альфы оборотней и пятерых представителей государств; было от руки нацарапано имя заключённой — Агата Эдда Мирониес (Мирония). Меня передёрнуло и я ещё раз перечитала имя внизу длинного перечня. Я не ошиблась, тут действительно было написано имя тёти Кая. То есть... В этом старом замке была заточена одна из древних вампиров? Старшая в своём поколении?! Вероятная глава всего вампирского рода?! Чушь какая-то.

- Маргарита! – зазвучал гулкий голос Кармелиты и я вздрогнула всем телом, перед тем, как перевести взгляд на точёный анфас охотницы. Она стояла в нескольких шагах от меня и выжидала, пока я объяснюсь. Кармелита была чуточку безумной, требовательной и строгой, но обычно мне удавалось обходить эти её качества стороной и не видеть их. Всё бывает в первый раз.

- Прости, - прохрипела я, ещё раз прочитав имя заключенной. Не могу поверить! Это невообразимо! Агата, столь сильная вампирша была заточена в металлической камере в глубинах чёрной крепости.

- Чем же тебя привлекла эта камера?! – её голос звучал насмешливо. – На данный момент она выглядит куда потрёпаннее, чем в моём кабинете.

- Она действительно сидит там?! – мои руки задрожали.

Кармелита кивнула и улыбнулась пухлыми губами, отчего меня снова передёрнуло. Эта улыбка вышла крайне жуткой и властной. Кармин явно тешилась тем, что в её руках находится бессмертная древняя вампиресса. Меня это не сильно-то удивила, учитывая её странно рвение поскорее отдать мне оружие.

Оружейная комната представляла собой просторный серо-чёрный зал с высокими металлическими витринами с разнообразным оружием. На стене, слева от входа, был вывешен весь арсенал огнестрельного оружия в этом штабе. Тут были и пулеметы, и автоматы, и ружья, и дробовики всех калибров, под самым потолком даже располагался гранатомёт. Остальное пространство в зале занимали крепкие витрины с ножами, мечами и кинжалами. Тут были мечи всех разновидностей: начиная стандартными клинками и заканчивая турецкими изогнутыми саблями. Стилеты, ятаганы, кортики, саи, кунаи и многое-многое другое. Стена параллельная входу была увешана двуручными секирами, молотами, мечами, булавами и всякими разновидностями древкового оружия. Только вместо деревянной рукояти тут был тяжёлый металл или очень твердый пластик. Тут были так же луки, арбалеты и целая коллекция ножей, которые, кажется, Кармелита холила и лелеяла. Я-то, на самом деле, не очень любила эту комнату. В основном потому, что другая стена, параллельная огнестрельному оружию, была заполнена всякими магическими артефактами, от которых мне было тошно. Тут были Артемиды, которые дали мне вспомнить об утере собственной, волшебные пистолеты, заговоренные ведьмой, искрящиеся неким лиловым огоньком ножи и две блестящие чакры. Ко всему прочему в середине стены был проём, где находился сейф. Под шифром из десяти цифр Кармелита хранила там самые редкие и уникальные вещи. Я заглянула туда одним глазком, когда женщина открыла тяжёлую дверцу. Там была тёмная шкатулка, какая-то старая книжка в кожаном переплёте, два стилета спрятанных в шикарные ножны и женское кольцо с голубым матовым камнем. Кажется, то был лазурит. Но спрашивать я не стала, чтобы избежать недовольных мин с её стороны. Женщина достала из сейфа один из красивых стилетов и закрыв стальной ящик, повернулась ко мне. Она протянула мне короткий узкий клинок и её губы дрогнул в улыбке. Я сначала рассмотрела вещицу, а после аккуратно приняла её из пальцев женщины.

- Их у меня осталось очень мало, поэтому я требовала личную встречу, - объяснилась она. – Они очень редкие. Подобные клинки сложно раздобыть даже у ведьм-барахольщиц. Я надеюсь, что я не зря поручила это дело тебе и ты справишься с заданием.

Я кивнула и приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, однако через секунду закрыла его обратно. Кармелита говорила так тихо и сладко, что мне стало не по себе. Её голос никогда не казался мне таким отвратительным. В нём было что-то такое... Что было присуще, допустим, Аннабель Карс или её омерзительной дочери. Некая злоба, хитрость, острота. Я никогда ранее не слышала, что бы она так разговаривала. Но, возможно, это лишь излишки наших с ней встреч – они были очень редкие.

- Кстати, - вдруг оживилась она спустя минуту молчания. Она прямо-таки заискрилась энтузиазмом о чём-то меня расспросить и вскоре уже спешила выпроводить меня из оружейной. – Как ты собираешься одолеть благородного? Есть идеи? Планы?

- Я бы хотела оставить подробности в тайне, - не долго думая кинула я, смахнув с плеча волосы. Кармелита улыбнулась, хитро, но дружелюбно. – Я работаю над этим делом.

- Надеюсь, ты не подвёдешь меня и заказчика, - последние слова она будто выплюнула. Я скосила взгляд на неё и вскинула бровь.

- Кстати кто он – заказчик? – осторожно поинтересовалась я, но Кармелита ничего мне не сказала, лишь отмахнулась.

Когда мы проходили мимо камеры Агаты, там стоял один из тюремных надзирателей и заглядывал в маленькое окошечко. Через его плечо я видела тусклый свет и искажённое, высохшее женское тело в серых драных тряпках. Женщина была скована массивными цепями по рукам, ногам и шее. Её лица я почти не видела, однако отчётливо виднелось мерцание жёлтых глаз, которые были наследственной чертой её клана. Её голоса слышно не было, думаю, его просто перекрикивал бас надзирателя. Или она вовсе не разговаривала.

- Как давно она здесь сидит? – спросила я у Кармин, которая с улыбкой наблюдала за мучениями заключённой. Судя по тихому шипению, которое слышалось в те моменты, когда надзиратель переводил дух, цепи были сделаны из чистого серебра и ежесекундно обжигали её тело.

- Лет сто, - Кармин спокойно пожала плечами и хихикнула. – Ёе перевезли из штаба в Италии. Мой дед занимался её перевозкой. Отец пересказывал мне его истории об этой женщине. Мой дед был восхищен ею, однако ничего ему не мешало вырывать её ногти, отрубать конечности и мучить, как только ему вздумается. Наверное, мне кажется, именно его садизм и её стойкость вызывали у него восхищение.

Я смотрела на жёлтые глаза, которые застыли в полумраке и, кажется, смотрели прямиком на меня. Я сделала шаг к камере и затаила дыхание, всматриваясь в эти жёлтые очи, будто вспыхнувшие ярче, чем первые вечерние звёзды. Она расправилась, встала на худые, высохшие ноги и потянулась вперёд, на всю длину цепи. Через несколько мгновений я уже видела высохшее серое лицо, с впалыми щеками, острыми, словно ножи, скулами, потрескавшимися чёрными губами и впалыми жёлтыми глазами. Часть её лица скрывали грязно-белые волосы, скрутившиеся в верёвки. Она выглядела очень даже живой и видимо, её не пугал вечный голод, который должен был её убить. Её глаза горели ярко, а острый язык облизывал острые клыки. Её губы вдруг вздрогнули и я услышала тихий шёпот. Он будто был предназначен лишь для меня. Тихий, больной и безумный. Надзиратель и Кармелита лишь наблюдали за мной, они точно не слышали её хриплого, будто бы поросшего пылью голоса.

- Познай себя и тайное в себе открой, - молвил шёпот, - ты есть её дитя заветное...

Я тряхнула головой и её голос исчез, как и жёлтое свечение её глаз. Лишь искажённое тело и блеск серебряных цепей. Я застыла в оцепенении: перед глазами промчался странный момент из детства. Будто бы, ещё маленькая, лет восьми или десяти, я входила в эту камеру прежде и смело истязала ножом эту женщину. Это воспоминание было таким настоящим, что мне показалось, будто такое действительно случалось раньше. Но всё-таки я сумела уверить себя в том, что такое не возможно. Я прежде даже не знала, что тут есть камера с такой заключённой. На моё плечо легла крепкая рука и я вздрогнула всем телом. Скосив взгляд я увидела начальницу, та обеспокоенно на меня смотрела.

- Ты в порядке? – спросила она и я выдохнула, поворачиваясь и ступая. Кармелита требовательно пилила меня взглядом чёрных глаз. Я отрицательно помотала головой, сделав вид, будто всё в порядке, хотя ничего не в порядке. Я вообще сомневаюсь, что с учётом последних событий у меня есть какое-либо основание говорить о нормальности моего состояния. Это больше похоже на хардкорный детектив с нотками драмы, комедии и фантастики.

Кармелита ткнула меня локтем.

- Эй! – шепнула она, улыбаясь. – Эта тётка не так на тебя посмотрела?
Я хихикнула, в её голосе слышалась насмешка. Кармелита выглядела весёлой, наверняка до моего прихода она пропустила пару стаканов вермута у себя в кабинете, и до сея момента усердно это скрывала. Я покачала головой, свела руки за спиной и в ногу шла рядом с начальницей.

- Просто она очень хорошо сохранилась, - заметила я. – Ты говоришь, что она так долго взаперти, вероятно без еды, удивительно, что она так выглядит.

- Ты что-нибудь знаешь о ней? – быстро ответила женщина и взглянула на меня. Меня передёрнуло от этих чёрных глаз.

- Ну, Агата первая из древних вампиров, является экс-главой клана Миронии. Ну, я прочла её дело одним глазком... Учитывая все преступления, я о ней знала достаточно мало.

- Я могу рассказать тебе больше, - кинула она. – Заодно обсудим некоторые критерии твоей работы.

Мы направились в кабинет Кармелиты, покинув лифт. В крепости до сих пор было тихо, темно и холодно. В узких коридорах гулял сквозняк и меня пробил озноб. В маленькие узкие окошечка поступало мало света, отчего начинали болеть глаза. Вообще эта крепость была одним из самых не любимых штабов гильдии, в которых я когда-то была. В Бухаресте была большая зелёная зона с фонтанами и парком, большие окна и вообще здание не траурного чёрного цвета, а приятного светло-коричневого. Тут же всё было уныло и иногда хотелось убиться от окружения.

Оказавшись в кабинете Кармин мы снова медленно шли мимо восковых фигур и я, будто завороженная, всё равно пялилась на статую Дмитрия Мирония. Он ни капли не походил на свою сестру, которую я увидела несколько минут назад внизу. Они даже не были похожи по восковым статуям, которые стояли в этом огромном тёмном кабинете. Кармелита молчала некоторое время, пока я не кивнула ей, будто намекая на то, что хочу послушать и обсудить проблемы.

Начальница остановилась у фигуры высокой, стройной беловолосой женщины с ужасающими фиолетовыми глазами, которые будто впивались в кожу своим холодным строгим взглядом. Женщина была одета в тяжёлое чёрное длинное вельветовое платье, с узкими руками и глубоким вырезом на спине. Не думаю, что создатель этой фигуры видел Аннабель воочию, но её взгляд и поза прямо-таки отображали её нрав. Строгий и холодный взгляд, сдержанная, но властная поза. Однако передать черты лица мастеру не удалось, сомневаюсь вообще, что скульптор смог бы передать всю красоту вампиров, запечатлев её в воске. Вот если бы фигуры были из мрамора...

— Агата Мирония баловалась чёрной магией, — начала Кармелита, — она, кажется, убила достаточно много ведьм и поглотила их Источник — так ведьмы называют свою силу — она стала безобразно сильной, но как и любая могущественная сила — эта одолела и её. По написанному ведьмами сценарию у неё поехала крыша и вскоре она начала слышать голоса, видеть то, чего другие не видели. Практиковала тёмные искусства: вуду, некромантию и прочие-прочие отвратительные колдовские мерзости. Как-то попалась охотникам по наводке некоторых вампиров, которые сами уже не могли совладать с её безумием, и благодаря нашим знаниям и помощи одной могущественной ведьмы—Агата Мирония теперь пленница охотничьей клетки.

Я покачала головой, внимательно её выслушав, хотя всё это время внимательно рассматривала восковую фигуру зеленоглазого мужчины. Я не могла оторвать от него глаз, было в этой фигуре что-то такое необыкновенное, притягательное... исключительно для меня. Потому что я не заметила особого рвения Кармелиты взглянуть на этот шедевр восковой скульптуры.

— А что случилось с Дмитрием? — спросила я недолго думая, виртуозно повернувшись к начальнице лицом.

Кармелита мельком взглянула на его фигуру, пожала плечами и надула тёмные губы, после чего медленно зашагала к своему столу. Я последовала за ней, продолжая выжидать от неё хотя бы какого-нибудь ответа.

— Дмитрия убили свои собратья вампиры, — через плечо кинула Кармелита. — Если тебе действительно так интересна история клана Миронии, то загляни в архив, не так давно туда привезли новых книг.

Я пожала плечами и покачалась на одном месте, остановившись перед ступенькой, ведущей к столу Кармелиты. Вероятно раньше эта огромная комната была чем-то вроде приёмного зала. Вместо восковых фигур тут стояли длинные столы с едой и напитками, в серединке веселились и танцевали, а на возвышении стоял стол и стул хозяина. Однако теперь на том самом возвышении находился большой угловой стол Кармелиты, заваленный бумагами, канцелярскими принадлежностями, старыми и новыми книгами и географическими картами всех видов.

— Я хотела ещё кое-что пояснить касательно твоей работы, — сказала женщина, присаживаясь на мягкий стул и закидывая нога на ногу. — Заказчик требует от меня скорого выполнения задания, так что у тебя есть время до октября. Это максимальный срок, который я могу тебе дать. Понимаю, что на выслеживание таких мишеней нужны годы, но у тебя сужен круг поиска, так что... — она развела руками. — Шансы у тебя достаточно велики. Рекомендую уже начинать работать и убивать, что бы не огорчать тех, кто нам платит. Выполни первые три заказа, с ними вроде всё намного проще, чем с последним.

— Ты говоришь об этом так, будто я не вампиров убиваю, а пиццу развожу, — я закатила глаза и скрестила на груди руки.

Кармелита мой жест не оценила и нахмурила густые чёрные брови.

— Ты шутки то шути, но отдуваться перед работодателем потом будешь самостоятельно. А он очень требовательный и строгий... — она сглотнула и прикрыла глаза, будто разговор о заказчике вызывал у неё приступы паники. С кем же она таким связалась, что её довели до такого состояния?

— Я даже не знаю, кто это, — не унималась я. Интерес к таинственному клиенту был чересчур пылким. Кармин скривила недовольно брови, её губы выткнулись в тонкую линию и я понимающе кивнула, запихнув своё любопытство куда подальше.

— Ты вообще не обязана знать, — осведомила меня начальница. — Клиенты моя проблема, твоя проблема—вампиры. Ты всё поняла?

— Да.

— Тогда до встречи.


Вернувшись от Кармелиты я убедила Монику в том, что у меня запланированная тренировка в спортивном зале и я сразу же побегу туда и все свои вещи возьму с собой. В сумке оставляя лежать тонкий опасный кинжал, пара пистолетов и моя спортивная одежда, в которую я так и не переоделась, потому что ни в какой зал я не пошла. Вместо этого через тридцать минут после прощания с Моникой я уже стояла у дверей поместья Карс. Это огромное сооружение казалось мне намного меньше, когда я была тут последний раз. Видимо ночь уменьшает это строение. Двор был широким, просторным, однако уже желтеющим и увядающим. Фонтан посреди каменной дорожки был отключен. Крыльцо было недавно покрашено, я это поняла по свежему блеску краски и едкому запаху в воздухе. По стене около лестницы в дом полз увядающий плющ, разросшейся почти до второго этажа. Окна в большинстве своём были закрыты плотными шторами изнутри и в какой-то степени даже была тому рада. Никогда бы не захотела смотреть в открытые окна вампиров. Подняв голову выше я увидела острые шпили на крыше, выцветшую и потрескавшуюся в некоторых местах черепицу, тот самый выступ, на котором мы с Максом сидели рано утром и смотрели на восход. Тут он признался мне, что убил отца своими руками. Тут в мою копилку добавилась ещё одна тайна. И тут я провела самое лучшее в моей жизни утро.

Нажав на кнопочку звонка, я застыла на крыльце, затягивая ремешок на кожаной куртке. Ожидание было долгим и мучительным, потому что по ту сторону двери было тихо, будто это было заброшенное здание, а не полноценный жилой дом. Однако через минуту дверная ручка щёлкнула и вскоре я увидела перед собой высокую девушку с внешностью француженки. Она была одета в чёрное строгое платье, аля гувернантка прошлых столетий, чёрные закрытее туфли и тёмные волосы держала длинная заколка.

—Вы к Хозяину? —её грубый голос ударил по ушам и я вздрогнула всем телом. Меня постоянно настораживал её грубый, строгий голос, подходящий скорее мужчине, нежели женщине.

—Он дома? —спросила я, взяв себя в руки, однако сейчас мне предстоит услышать ещё пару реплик от неё и это пугало.

Элизабет кивнула и открыла мне дверь, пропуская внутрь. Я шагнула в прохладный большой холл и сделав пару движений вперёд, уставилась на новую картину, которая заменила предыдущий семейный портрет. Это было произведение такого же размера, как и прошлое, однако действующие лица изменились. Тут был задумчивый граф, снова скрывающейся под козырьком шляпы, однако чёрные волосы скатывались по широким плечам и выделялись на светлом сюртуке. Рядом с ним стояла высокая женщина изысканной красоты: беловолосая, утончённая, голубоглазая. Точёное тело Анны окутывала светлая ткань красивого платья века восемнадцатого. С корсетом, расшитым рюшами, пышной юбкой с такими расшивками. Её причёска была в духе той эпохи: высокая, с объёмными кудрями и маленькой шпилькой в волосах, украшенной нежным цветком. Рядом с матерью сидела Мирослава — черноволосая, темноглазая, с весьма недовольным лицом. Будто её принудили сесть на этот маленький табурет, который она практически полностью закрывала расшитым пышным платьем. У неё были угольно чёрные кудри, спадающие по спине до самой поясницы. Лицо более круглое и пухлое, нежели сейчас. Острые скулы были лишь слегка заметны, подведены кистью художника. Рядом с сестрой, прижавшись к ней спиной, сидел её брат. На нём был чёрный фрак, отлично подобранный к его фигуре. Волосы были собраны в низкий хвост и спадали до самых лопаток. Точёный профиль был выполнен отменно—художник точно знал своё дело! Его голубые глаза показались мне живыми, искрящимися тем безупречным льдом, от которого мне порой тяжело дышать...

—Госпожа,—окликнула меня прислуга семьи Карс и я вздрогнула, оборачиваясь к ней. —Позвольте, я вас проведу к Хозяину!

—О! – я улыбнулась уголками рта.—Большое спасибо.

Элизабет привела меня к большим тёмным двустворчатым дверям, за которыми я расслышала свист подошв по паркет и лязг стали. Что там происходит?! Служанка кивнула в сторону двери и сделала шаг в сторону, будто бы её нахождение рядом с дверь как-то помешали мне её открыть. Я окинула прислугу спокойным взглядом и собиралась войти, однако Лизи заострила моё внимание на себе, строго подняв палец.

—Хочу Вас предупредить,—насторожила она,—Хозяйка сегодня в прескверном настроении, так что я смею просить вас не устраивать громких сцен, провоцирующих кого-либо из жителей этого дома. В особенности Мирославу или Анну. Хорошего Вам дня, госпожа!

Она строго поклонилась и удалилась прочь, оставив меня со странным ощущением где-то под рёбрами. Страшновато стало после слов «Мирослава» и «прескверное настроение». Очень уж неприятно я себя ощущаю, когда подобные слова встречаются в одном предложении. Ну, чем чёрт не шутит, мне нужно поговорить с Максом как можно скорее, потому что времени у меня не так уж много, а работы навалом. Я толкнула тяжелую дверь и шагнула в комнату.

Первое, что бросилось в глаза—это яркое освещение, которое было удивительным в таком тёмном поместье. Параллельная входу стена напополам была небольшими окнами с красивыми рамами. Света было много, учитывая приличные размеры комнаты. Тут был высокий подвесной потолок, сделанный под дерево. Панельные стены и паркетный пол. Вдоль стен стояли высокие стойки для оружия. Это была не просто какая-то оружейная, а удивительная коллекция холодного оружия. На первой стойке я рассмотрела парочку симпатичных рапир, две абордажные сабли и египетский скимитар. Рядом стояло пару витрин с коллекционными, вовсе не пригодными для боя, мечами, кинжалами, стилетами, виднелась массивная булава и заточенный бумеранг. После мой взгляд снова переместился к окнам, над которыми висел массивный щит, принадлежащий какому-нибудь рыцарю в тяжёлых доспехах. За щитом был закреплён широкий двуручный меч, который, вероятно, был длинной чуть меньше меня. Оценив поблёскивающее лезвие меча, я взглянула вниз и на одном и массивных столов, на которых аккуратно лежало всякое оружие, увидела Мирославу. Она крутила в руках широкий охотничий нож с деревянной рукоятью. Позади неё я заметила целый набор охотничьих ножей, думаю, Кармелита продала бы душу за такое сокровище. Однако это было лишь малостью всего того, что хранилось в этом комнате. Тут были и средневековые алебарды, и копья, и пики, и глефы, и даже большая секира, смахивающая на ту, которой палачи в фильмах отрубают головы. За подобную коллекцию мои отец свернул бы горы. Тут оружия больше, чем во всех румынских штабах охотников!

В свободной зоне, не заставленной столами и витринами весьма виртуозно двигались Кай и Макс. Они размахивали красивыми рапирами, отчего по комнате разносился лязг стали. Парни восхитительно владели фехтовальным мастерством. Сначала мне показалось, что они просто дурачатся, однако стоило ступить мне дальше, как я заметила порез на щеке Карса, несколько рубцов от лезвия на руках и дырку в плече у Кая, тогда эта мысль испарилась сама собой. Слава звучно усмехнулась и я почувствовала на себе её взгляд, отчего мне стало неуютно. Её взор точно давил на меня.

—У нас гости!—почти пропела она и в последующую секунду я кинула на пол сумку и прогнулась назад, чуть не встав на мостик или того хуже, чуть не разъехалась на поперечный шпагат. Эта ненормальная швырнула в меня тот самый охотничий нож, который недавно крутила в руках! Понятия не имею, как я вообще на это среагировала, но это необдуманное действие спасло мне жизнь. Если бы я помедлила, нож торчал бы не из панели сзади, а из моего лба.

—Какое тёплое приветствие!—рыкнула я, выпрямившись и вырвав нож из стены. Я взглянула на деревянную рукоять и вздёрнула бровью, там была высечка—какой-то скандинавский символ, аккуратно вырезанный в дереве. Так же по тёмному лезвию ползли руны из той же темы.

Слава засмеялась, взмахнув волосами, не туго завязанными сзади. Она была не накрашена и одета как-то обычно, я бы даже сказала, по домашнему. В трикотажных чёрных штанах, носках и белой майке с тонкими бретелями. Благодаря отсутствию рукавов я смогла увидеть, насколько мускулистые у неё руки. Они были крепкие и сквозь фарфоровую кожу я видела тёмную вязь вен и подёргивание крепких мышц. Рельеф мышц чётко выделялся, а сквозь тонкую ткань майки выступали кубики пресса. Она была не просто сильной характером, так ещё и накаченной здоровой девахой, как бы, блин, грубо это не звучало. В сумме с природной вампирической сверхсилой, она может помахаться с Халком. И выиграть.

—У тебя очень хорошая реакция,—похвалила она меня, хотя это больше сходила за скорбное замечание. Она будто обиделась на то, что я увернулась. Один лишь её взгляд говорил о том, что мысленно этот нож в меня всё-таки попал.

—Слава! – рыкнул её старший брат, отвернувшись от соперника и весьма красиво отбив его удар, даже не взглянув на Кая. Шатен фыркнул, положил на плечо тонкую красивую рапиру и смахнул с лица волосы. —Ты могла её убить!

—О, да брось!—проскулила младшая Карс и спрыгнула со стола, улыбнувшись мне своей лукавой улыбочкой, а после поманила пальцем, но взгляд её был прикован к ножу у меня в руках.—Отдай.

Я совершенно спокойно пожала плечами и кинула его ей обратно. А почему нет?! Я даже услышала одобряющий смех со стороны парней, который успокоились и перестали резать себя ради забавы. В какой-то момент мне очень хотелось, чтобы этот нож врезался в неё и на некоторое время Слава замолчала, приходя в чувства. Однако вампирша схватила клинок ещё в полёте, зажав его пальцами за тупую часть лезвия. Я сделала вид, будто вовсе не удивлена, потому что вскрикни я от восторга—это порадовало бы эго Карс, а я этого допустить никак не могу.

—Странные у вас развлечения, ребята, —выдала я, как вывод после всего увиденного.

Карс засмеялся и небрежно кинул рапиру на массивный стол рядом со стойкой, где красиво разместился набор японских клинков: катана, вакидзаси*, танто*, цугури*, одати*, нагината* и даже тэссэн*. Ох, как же много я знаю об оружии, вот бы такие познания в алгебре.

—У всех свои развлечения, Кросс, - брюнет улыбнулся мне, отчего я снова почувствовала себя не в своей тарелке. Вот только сейчас это было вовсе не уместно.
Слава окинула меня ехидным взглядом и заулыбалась, аки сытая лисица. Она положила нож на место и направилась к нам, стрельнув в Кая таким взглядом, будто она была готова его испепелить. Я проследила за всем этим, а после подняла с пола свою сумку и сделав пару шагов к столу, поместила её на свободное место рядом с разным оружием. В основном на этом столе лежали рапиры, сабли и шпаги.

—Я недавно вернулась из крепости, —объяснилась я и полезла в сумку, выискивая там клинок, который я должна беречь, как зеницу ока.

Я нащупала тонкую рукоять и через секунду уже держала в руках опасное оружие. Кай перестал дышать и отступил на шаг от стола, с ужасом смотря на эту красивую вещь. Макс нахмурился, а Мирослава выглядела так, будто была готова выкинуть эту дрянь прямо сейчас.

—Ты действительно хочешь убить моего брата и выдать всё Кармелите?! —запищала Слава и я увидела, как у неё по скулам побежали желваки, а на лбу показалась тёмная вена. Она сжимала и разжимала кулаки.

—Всё пройдёт удачно, Слава, - обнадёжил её брат, но девушка только влепила ему подзатыльник. Этот жест в другой ситуации рассмешил бы меня, но сейчас Мирослава была чересчур серьёзна. Кай позади ребят вообще, кажется, утратил способность разговаривать, лишь увидев эту адскую штуковину у меня в руке.

—Удачно?! – рявкнула девушка. —Удачно может пройти пластика носа или экзамен по китайскому! А не твоё убийство! Ты хоть... —она схватилась за голову. —Ты хотя бы понимаешь, что эта штука может с тобой сделать?! Это не серебряные пули из себя доставать — эта дрянь! Она может усыпить тебя навсегда и никто в здравом уме не стал бы пользоваться этой штуковиной!

Слава зашагала по кругу, топая, как слон. Она тянула себя за волосы и психовала, что-то бормоча себе под нос. Макс совершенно спокойно за этим всем наблюдал, Кай, кстати, тоже. Он даже устроился у стола и смотрел на выходки младшей Карс, как на театральное представление. Видимо, подобные психи парням были знакомы.

—Я смогу, — спокойно заявил брюнет и чуть не удостоился ещё одной оплеухи от сестры. Она встала перед ним и вот-вот бы из её ушей повалил пар. Её ноздри раздувались, а суставы хрустели, так сильно она сжимала кулаки. —Нам вовсе не выгодно, если Кармелита узнает о работе Риты на два фронта.

—Да с каких пор нас это волнует?! — вспылила Карс и уставилась на меня огромными глазами, будто говорящими мне: «Беги из страны!». —Она всегда может сказать, что ничего не вышло. Убить благородного пятисотлетнего вампира — это не неприличные слова на заборе написать, вашу ж мать! Хочешь сказать, ты такая крутая охотница, что смогла бы выследить и убить сына Дракулы?! Да чёрта с два! Ты-то и аристократа не завалишь!

—Ты меня сейчас причислила к крутым парням? —с сарказмом кинул Кай, на что Карс отреагировала резким взмахов руки. Она отмахнулась от его слов, по своей излюбленной привычке подняв острый подбородок кверху.

—Я хочу сказать, что затея—дерьмо, —Слава раскинула руками и фыркнула. —Вообще все планы за последние лет двадцать—дерьмо.

—За последние лет сто, —поправил Макс и перекинулся многозначительными взглядами с ребятами, однако на меня он даже не взглянул. —Но мы конкретно тут. И конкретно обсуждаем этот, как сказала Слава, дерьмовый план. Лично я готов помочь Рите, хотя бы потому, что это и нам на руку.

—На руку, что ты сдохнешь? Весело, —Слава подняла очи горе.—Я скорее отгрызу тебе ногу, чем позволю сделать это.

—Ты же знаешь, если я захочу, доберусь и на одной ноге! —рассмеялся старший брат и уклонился от резкого сестринского удара. Ударь она так обычного человека, наверняка выбила бы ему с десяток зубов. —Слава!

—Придурок!—рявкнула она и отошла от нас на пару шагов, тягая себя за волосы. Психовала она очень примитивно. Резко, но обычно. Без убийств и разбивания посуды или красивых витрин.

—Я тоже люблю тебя,—посмеялся брат, который точно относился ко всему этому очень несерьёзно. Мне бы его уверенность.—Что ещё тебе Кармелита приказала?
Я покачала головой, прикусив губу, пытаясь вспомнить все детали сегодняшнего утра. То ещё начало дня... Начальство, Моника, Агата! Точно! Мирония.

—Ну-у, кроме того, что я должна воткнуть эту неведомую дрянь тебе в грудь, я должна убить ещё несколько других вампиров, которые шныряют в округе,—я почесала бровь,—так же я должна доставить твой труп лично Кармин, я думаю, она планирует поместить тебя в особенную камеру в подземельях, а после вернуть свой клинок обратно. Кармелита сказала, что такие кинжалы очень редкие. Так что...

—Они не просто очень редкие,—в разговор снова вклинился молчаливый Кай.—Их всего на свете не больше десяти. Выкованы ведьмами по личной просьбе второго поколения охотников. Лет четыреста назад такие клинки были у каждого охотника, но потом...

—Что потом? —с детским интересом спросила я, не открывая глаз от шатена. Тот мне улыбнулся уголками губ и смахнул с лица чёлку.

—А потом в жизни охотников появилась очень большая проблема, —Кай указал пальцем на Мирославу и та самодовольно усмехнулась, пошатнувшись. Девушка смерила парня взглядом и еле заметно прикусила губу.

—Я переломала почти все клинки, —девушка раскинула руками. —Охотники пытались убить меня этими кинжалами, но в те времена я была на самом пике своих сил и подобной железякой меня даже не пощекочешь. —Слава хихикнула. —Да и сейчас, собственно, эта проблема обходит меня стороной.

—Только дайте ей повод похвастаться, —съязвил старший Карс, отчего сестричка снова фыркнула и показала ему язык.—Из всех десяти кинжалов, которые разбросаны по миру—четыре находятся в этом доме. Один принадлежит Аннабель, тот самый, обсидиановый. Он-то, кстати, выжил ещё с первой партии и этим действительно можно убить сильного вампира. Ещё два хранятся в этой комнате, а четвёртый ты держишь в руках.

Парень указал на мои пальцы, сжимающие тонкий клинок и я кивнула, будто бы вовсе спокойно приняла всю эту информацию. Хитрые вампиры. Собирать оружие против себя—весьма умно. Я шагнула к столу, спрятала оружие в сумку и потерев глаза, взглянула на ребят, готовясь сказать им ещё несколько новостей.

—Кармелита будет ждать меня в пяти милях от города, за лесом, около обрыва. Сказала, что там и решит, что делать с вампиром. Поэтому мне нужно привезти тебя к чёрту на рога, —я развела руками и пожала плечами.

—Она что-нибудь говорила о заказчике? —Макс опустил широкие ладони с затянувшимися порезами на стол и внимательно посмотрел мне в глаза. Я сглотнула.

—Ни слова, —через несколько секунд ответила я и Слава, подхватив нож со стола, виртуозно размахнулась и швырнула его в мишень в дальнем конце комнаты.

—После того, как ты рассказала мне об этом, я попросила Сару порыться в архивах Совета и узнать что-нибудь о возможных претендентах на роль твоего тайного поклонника-убийцу, но пока что всё стерильно, как в лучшей больнице. В Совете либо появился талантливый крыс, который умело проворачивает все свои дела, либо заказчик—вообще не вампир,—Мирослава замерла. —Согласись, брат, о твоей смерти мечтает каждый третий. Любая ведьма, волк, фанатик! Кто угодно! Может быть это Лизи решила убрать тебя, что бы не стирать твои носки?

—Очень смешно, —Макс надул губы, —это Римма мстит мне за то, что не влюбился в неё.

—Отличная мысль! —Слава подпрыгнула и засияла, будто это и правда была самая лучшая идея. —Анжелин заказала тебя с того света.

—А вы не думали о том, что сама Кармелита может быть заказчиком? —вдруг оживился задумчивый Кай и меня передёрнуло. Его глаза сверкнули желтоватым и от этого в горле пересохло. Парень взглянул на Славу и будто в этот самый момент, когда их взгляды встретились, где-то в воздухе произошла сложная химическая реакция, которая, будь она видима, взорвала бы этот дом к чертям собачьим. Мирослава насупилась и отвела глаза, сделав такое лицо, будто Кай съел её любимый завтрак. У них теперь молчаливая война?

— Приемлемая теория, — согласился Макс с другом. —Но какая-то она, слишком простая. Я поверю даже в то, что меня мог заказать кто-то из Совета, но не в то, что Кармелите, которая меня никогда в жизни не видела, приспичило убить меня.
Я потёрла сухие ладони друг о дружку и заправила волосы за уши, наконец-то подготовив себя к ещё одной новости, которая явно будет... не совсем к месту, да и, возможно, кому-то она даже понравится.

—Сегодня я была в подземельях и... —я запнулась и подняла глаза на Славу, после на Макса, они ждали от меня чего-то стоящего. —Я видела закрытую титановую камеру. В досье на преступника говорилось, что заключённый использовал чёрную магию, злоупотреблял своим положением, убивал невинных... В общем! —я хлопнула себя по бёдрам и втянула воздух. —В подземелье чёрной крепости сидит Агата Мирония.
Все трое переглянулись между собой теми самыми взглядами, которых я не понимала и, наверное, вообще никогда не пойму. То ли таинственные, то ли испуганные или удивлённые—не понятно. Кай запустил всю пятерню в волосы и прикусив бледную губу, впился взглядом карих глаз в своего друга, у которого, к слову, на лбу проступила тёмная вена, а по острым скулам забегали желваки. Ледяные голубые глаза вспыхнули той древней злобой, которая всегда будет пугать меня в любом своём проявлении.

—Они жива... —прошептал Миллер одними дрожащими губами и его бледные руки тряслись, как при эпилептическом приступе. Слава, стоящая рядом, схватила его за предплечье и толкнула на скрипучий стул рядом с оружейной стойкой. —Рита...

—Рита! —голос Мирославы заставил меня подпрыгнуть от испуга. Карие глаза Карс впились в меня сердитыми, когтистыми невидимыми лапками. —Скажи: она же не может выбраться? То есть... она надёжно заперта в этой тюрьме? Она прикована к стене цепями? Вообще, лучше скажи, что она давно высохла и камера просто сувенир!

—Прости, но нет—этого я сказать не могу, —безнадёжное пожатие плечами, —я видела её. Живую. Высохшую, голодную, но живую. Я видела её глаза... Они такие...

—Отвратительные, —чуть ли не поперхнулся словами Кай, потирая лицо ладонями. Ему эта новость точно не понравилась. —Ненавижу эти глаза. Из всех возможных вампиров, её недолюбливаю больше всего. Рядом с ней даже князь Фрау кажется маленьким глупым мальчиком.

—Не скажи, —покачал головой Карс, —старик Фрау полон сюрпризов. Но насчёт Агаты спорить особо не стану—она чокнутая.

—Чокнутая—самое приятное слово, которым можно её обозвать, —отозвалась Слава, взгляд которой судорожно метался от меня к Каю. —Но! Ладно. Хорошо. Ты видела её. На этом всё? Или у вас была дискуссия за чашечкой чая, когда Агаты держали на коротком поводке?

—Проше шагнуть в пасть крокодилу, чем с ней чай пить, —фыркнула я и сложила руки на груди. —Я не знаю, что это было. Я взглянула ей в глаза и будто...будто бы слышала её голос, но она говорила не в слух, а...типа телепатически.

—Она колдунья, чему тут удивляться, —пробурчала Слава с таким видом, будто она всезнающая, а я тупая деревенщина. —Что она тебе сказала? Кто из охотников трахается с вампиршами?

Я закатила глаза и цокнула, её шуточки сегодня меня доконают. Такое чувство, будто с братом разговариваю. Только она при этом ещё не вставляет искусные матерные конструкции в каждое предложение.

—Несла какой-то бред, —я почесала затылок и зажмурила глаза. —Сказала: познай себя и тайное в себе открой. Ты есть её дитя заветное.

—Это не бред, —осведомил меня брюнет, —это слова Верховной ведьмы из трактата повествующего о трёх выдающихся сосудах Лореаль. В этой истории речь идёт о девушке-гибриде. Она была рождена от двух разных рас и ведьмы, как бы в подарок, сделали её тело сосудом Матери нечестии. На самом деле ведьмы просто хотели поместить Лореаль в сильное тело, чтобы Жрица не расходовала природную энергию для перехода в наш мир. Конечно, сразу её «дар» не проявился, но вот когда девушка подросла—начались первые проявления. Кошмары, обмороки, странные голоса в голове, галлюцинации. Девушка не хотела себе такой участи и обратилась к Верховной, что бы та изъяла «мразь» из тела. Ведьма, конечно же, отказалась. Она сказала девушке: «познай себя и тайное в себе открой. Ты есть её дитя заветное». Эта фраза должна была пробудить в девушке мотивацию тренироваться и мириться со своим естеством. Но...

—Но что?! —напористо спросила я и стиснула зубы.

—Девчонка умерла, —просветила меня Слава, сказав это сухо и без интонации. —Сила оказалась сильнее сосуда и девочку просто разорвало на части. Знаешь там... куски мяса на ветках деревьев, задорные глаза в кустах черники. Романтика.

—Ты больная, —фыркнула я, чем вызвала у Славы прилив громкого смеха.

—Я-то? Я по крайней мере не собираюсь убивать своего брата, —Слава накрутила на палец лиловую прядь. —Но поскольку вас, пней твердолобых, я не смогу убедить в полном провале этого плана, то пригну к помощи, прости Господи. Поскольку в каждом таком клинке заключена своеобразная сильная магия, то проткнув тело моего брата—чистокровного вампира—таким оружием, велика вероятность мощного всплеска магической энергии, а это чревато противными последствиями. —она поставила руки на талию и взмахнула волосами. — Так что, когда ты проткнёшь грудь Макса этим клинком и его кровь—редчайший алхимический ингредиент ведьм—окропит зачарованную сталь, может произойти большой бум. Подобное баловство с магическими игрушками очень опасно, так что я спрошу вас ещё раз: точно уверены, что хотите этого? Всплеск магии рядом с тобой может нарушить печать и учитывая семнадцать лет сна—Лореаль тебя просто уничтожит.

—Всё пройдёт хорошо,—убедительно произнёс Карс и подмигнул мне, отчего мне стало очень тепло на душе, однако тревога собиралась где-то в затылке.

—Да, всё будет хорошо, —откликнулась я и спокойно осмотрела девушку, готовую закатать меня в асфальт. Или нет... В общем-то, от неё можно ожидать всего. —Я буду аккуратна.

—Надеюсь на это, Рита, —Слава потёрла виски и легко похлопала Кая по плечу, который задумчиво пилил взглядом одну точку в этой просторной комнатушке. Парень фыркнул, только её пальцы исчезли с её плеча. Мирослава успешно это проигнорировала, лишь ухмыльнулась уголками полных губ.

—Ты впервые назвала меня по имени, —я улыбнулась и младшая Карс подавила в себе ответную улыбку, хотя я заметила блеск в её глазах. Она почти улыбнулась мне. Неужели наши с ней отношения может предрасполагать к таким фантастическим вещам?

—Ты отлично играешь на два фронта,—оценила Слава и хитро усмехнулась.—Прямо-таки как я во Вторую мировую.

—Ты воевала?—я удивилась, хотя вроде бы уже слышала нечто подобное. Но, на самом деле удивление было глупой реакцией. Они прожили столько лет, что это совсем обыденно. Думаю, они все прошли почти все войны, выпавшие на последние пятьсот лет.

—Да, конечно, мы все воевали. И в первой, и во второй; Лео и Сара даже побывали в ленинградской блокаде. Но, знаешь, Кросс, в сравнении с средневековыми войнами, у Второй мировой хотя бы была грандиозная идея. Одна лидирующая раса—очень близко нам, не думаешь? —Слава подмигнула и усмехнулась брату. —Я была лично знакома с Гитлером, мы даже нарисовали пару совместных картин... —она произнесла это так, будто это было нечто грандиозное и достойное французских музеев искусства. —Я бы помогла ему выиграть войну, только она вскоре утратила свою искру и мне стало не интересно. Как и любая другая война—эта утратила смысл. Жду не дождусь, когда к таким же выводам придут члены Совета и Охотники. Когда поймут, что борьба бессмысленна и глупа...

—Она уже пила сегодня? —раздался голос её брата, сопровождаемый смешками со стороны Кая. Слава усмехнулась мальчикам и покачалась на месте. —Обожаю, когда ты начинаешь задвигать рассуждения о войнах и сути нашего существования, но сейчас стоит вопрос о том, как мне выбраться из всего этого дерьма живым.

—Ты выползал и не из такой задницы, братец, —Мирослава кинула в Макса острый взгляд и брюнет ответил ей саркастичной усмешкой. —В кинжале магия, ты на восемьдесят процентов состоишь из блокирующей магии—есть вероятность, что она заблокирует и магию кинжала, как блокирует твои способности. Не обещаю, что тебе будет приятно, но в этом плане есть толика правды. В худшем случае, я тебя спасу. —Слава пожала плечами и заправила за ухо лиловую прядь. Брат смотрел на неё несколько секунд, а после взглянул на меня каким-то расстроенным и испуганным взглядом.

—Что ты скажешь Кармелите, когда отдашь ей мой труп? Она же, очевидно, поинтересуется, как ты смогла одолеть меня,—Макс требовательно смотрел на меня, выжидая ответа.

—Скажу ,что могущественные вампиры падки на кудри, —хихикнула я, чем вызвала ещё более широкую улыбку от Карса.

—Я бы поверил, —усмехнулся Кай, взглянув на меня косо, а после поднялся со стула и тряхнул волосами. Он пришёл в себя—это радует.

—Ты бы в любую ерунду поверил, —сострила младшая Карс, которая до этого не проявляла особого рвения разговаривать с Каем. Шатен взглянул на неё из-подо лба и фыркнул, на что Слава закатила глаза и качая бёдрами, отправилась к стойке с самурайскими мечами разной длины.

—Как насчёт маленькой драки? —предложил Карс, смотря на меня. Я вздёрнула бровь и надула губы. —Хотя бы посмотрим, на что ты такое способна, что смогла завалить меня.

—Что бы победить парня, не обязательно отлично владеть мечом, —послышалось от Славы, когда та красиво прогнулась и положила на плечо катану, сверкающую в свете солнца. —Достаточно иметь глубокое декольте, хорошую помаду и уметь убеждать в своей правоте.

—С помощью этой тактики можно набрать себе мужской гарем, —съязвил Кай, повернувшись к девушке спиной. В эту же чёртову секунду ему в плечо прилетел танто. Острие кинжала вышло с другой стороны плеча и тёмная кровь брызнула на стенд с оружием. Кай обернулся с недовольной миной и сминая футболку, взглянул на Славу, которая подкидывала вверх вакидзаси, словно это не приличного веса клинок, а столовый ножик.

—На больное надавил? - прохрипел он с ехидной усмешкой, вытягивая из плеча острое оружие, окутанное его кровью, словно алой тканью. Мирослава поймала меч за рукоять и оставила лезвие назад, а после подхватила второй точно такой же и усмехаясь, кивнула Каю, зазывая его на бой. Она приняла боевую стойку, держа мечи острием назад.—Ты, блин, издеваешься?!

—Будешь возмущаться или мы в кой-то веке подерёмся? Помнишь, я люблю решать проблемы таким способом? —её губы растянулись в довольной и злой усмешке.

Кай подхватил танто и решил всё-таки принять вызов младшей Карс. Он прогнулся назад, избегая внезапного удара Мирославы. Она пролетела над ним, словно пушинка, размахивая смертоносными клинками. Миллер поймал её за майку и отшвырнул назад, задев её бок кинжалом. Карс устояла на ногах и махнув головой, поменяла положение одного меча в руке, взяв его по-человечески, а после накинулась на Кая, в руках которого был лишь кинжал. Наблюдать за этим было сомнительным удовольствием, ибо Славе не составляло труда полоснуть парня острием меча, где ей только вздумается. Карс снова налетала на Кая, увернулась от удара кинжалом и ловко проскочив под ним, толкнула плечом и повалила на пол. Однако в этот самый момент Кай ухватил её за край майки и потащил на себя. Слава воткнула ножи в паркет по обе стороны от лица парня, а сама сидела на его груди, прогнувшись, отчего её собственная грудь практически упиралась ему в лицо. Кай выронил кинжал и его руки были придавлены коленями Мирославы. Девушка выпрямилась и посмотрела на него, опустив голову. В этот момент мне показалось, что я и Макс тут совсем лишние. Этот взгляд был переполнен чувствами: как хорошими, так и плохими. Глаза Кая засияли янтарным блеском, а широко распахнутые очи Славы казались тёмно-ореховыми. Её волосы сбились, на боку растекалось алое пятно от пореза, а сама девушка невольно прикусила нижнюю губу, рассматривая чуть-чуть побитое лицо шатена.

—Ты проиграл, —тихо сказала она, хищно облизнув губы и нагнувшись к нему, отчего её бёдра ткнулись в его пах. Из-за этих двоих в комнате становилось тяжело дышать. Такое напряжение между ними возникало, что если бы его было видно, то оно бы искрилось хлеще оборванных проводов. И даже было не до конца понятно, какова природа этого напряжения. Либо они так сильно были злы, либо так же сильно хотели друг друга? А может всё в месте?

—Битву, не войну, —ответил парень и гордо усмехнулся, ловко вытягивая свои руки из-под её ног и схватив Славу за талию, он резко сел и их лица оказались в сантиметре друг от друга. Ещё один непонятный взгляд между ними. Я мельком переглянулась с брюнетом и втянула воздух. Может, я тоже так на него смотрю?

—Так у нас война! —рассмеялась Карс, обведя контур его губ острым ногтем и приблизившись к его лицу ещё чуть-чуть. Они вот-вот бы поцеловались.

—Помнится, мы договорились, что даже в сторону друг друга не дышим. Ты нарушаешь свои собственные правила, —прохрипел парень, однако по нему было видно, что ему трудно сдержать себя. Его руки то и дело норовили спуститься на упругие бёдра, губы дрожали, а на острых скулах тряслись жилки.

—Я всегда нарушаю чьи-то правила, —Слава прошептала это ему в губы и проведя пальцем по точёному мужскому подбородку, расцарапала ему шею от конца подбородка до впадинки меж ключиц. —Будто тебе это не нравится...

—Слезь с меня, —строго приказал Кай, убирая с её талии руки, и девушка, нахмурившись, влепила ему смачную пощёчину, отчего у него, кажется, даже челюсть захрустела. Слава поднялась, отряхнулась и взмахнув волосами, пошла в дальний угол, где поодаль от мишеней стоял диван. Кай поднялся с пола—весь в крови и драной футболке, фыркнув, направился к выходу из зала.

—Скоро вернусь, — сообщил шатен, попутно стягивая с себя кровавую тряпку. Я мельком увидела его бледную спину. Под розовыми пятнами крови оказался уродливый шрам на лопатке. Будто ему выжигали кожу или типа того...Шрам был белым, не очень заметным на фарфоровой коже, но всё же я увидела его и от этого зрелища стало не по себе. Неужели тела неуязвимых вампиров носят такие ужасные шрамы?

Макс взглянул на меня, закатив после глаза. Я ухмыльнулась—сложно было не согласиться с его реакцией. Каю стоило бы разобраться со всем этим, а не устраивать подобных сцен. Да, вся проблема заключалась во мне, но последнее время он не заинтересован даже в себе самом.

—Ещё чуть-чуть и меня начнёт бесить их маленькая междоусобица, —пробурчал Карс, потирая переносицу. Я положительно кивнула.

—Ещё чуть-чуть и меня стошнит от вас двоих, —крикнула в ответ Слава и выгнулась, что бы взглянуть на нас. —Вы либо подеритесь, либо свалите и поболтайте там... О чём вы обычно любите разговаривать? Или нет—вы вообще разговариваете о чём-то, кроме насущных проблем? Или вообще не разговариваете?

Макс снова закатил глаза и повернулся ко мне лицом, сделав вид, будто вообще не услышал своей сестры. Та гулко усмехнулась и крикнула снова:

—И не закатывай глаза, я тебя насквозь вижу, —хихикнула она и вскочила с дивана. Через несколько секунд она уже стояла у двери. —Оставлю вас наедине.
Она ехидно посмеялась и стрельнув в меня злым взглядом—удалилась. К счастью.

—Сможешь уложить меня на лопатки так же, как моя сестрица?—игриво улыбнувшись, спросил Карс и заправил растрёпанные чёрные волосы назад, отчего мне открылись его голубые глаза и лоб с еле заметным маленьким шрамом.

—Я думаю, что могу и лучше,—самодовольно усмехнувшись, я сняла с себя куртку и подтянув перчатки без пальцев, встала напротив него. —Что на это скажешь, м?

—Как твоя мама отнесётся к жениху в моём лице? —Карс рассмеялся и посмотрел на меня тем самым взглядом, как и тогда, когда спутал мне волосу с невозмутимым лицом. Он что-то задумал. —Может пари?

—А давай! —я пожала плечами и усмехнулась.—На что играем?

—Проигравший неделю исполняет желания победителя, —так ехидно он мне ещё никогда не улыбался. Если уж желание такое щепетильное, он точно не будет мне поддаваться. Придётся делать всё быстро.

—То есть ты готов делать за меня домашку по алгебре, отгонять надоедливых одноклассниц, таскать книжки из библиотеки, —придумывала я на ходу, хотя, если хорошенько подумать, получить вампира в рабство тот ещё счастливый билет в беззаботную неделю жизни.

—Из всего мне понравилось только слово "библиотека",—Карс двусмысленно улыбнулся, кивнул мне, блеснув голубыми глазами.—Но я не буду поддаваться.

—Падла, —фыркнула я и приняла боевую стойку.

—Я знаю,—он поступил по моему примеру и широко улыбался, явно пытаясь сбить меня этим с толку.—Мои запросы будут по проще.

—Например? —я приподняла бровь.

—Ну знаешь там, —он покачал головой, сделав один маленький шаг вперёд. —Подставить свою шею в голодную минуту, подраться с Шерон, дёрнуть Славу за волосы...

—Дёрнуть Славу за волосы?—я недовольно хмыкнула.—В таком случае я умру от её простого карандаша.

—Если она увлечётся, то сойдёт даже восковой мелок, —посмеялся Карс.

Он сделал резкий шаг ко мне, замахнувшись кулаком. Я уклонилась от удара и в ответ огрела его ногой по боку. Кажется, он даже не почувствовал. Однако моя икра неприятно заныла—я будто решила пнуть камень. Очередное нападение от вампира—я уклонилась, присела и быстро сгруппировавшись, переместилась за его спину. Макс звучно посмеялся, но не повернулся. Я схватила его за шею, обхватила ногами и собиралась завалить на пол, но где там. Вампир ухватил меня за руки и перекинул через себя, у самого пола ухватив меня за лифчик. Отличная идея, Карс! Я висела над полом, а его палец оттягивал моё бельё за маленькую перегородку между чашечками бюстгальтера. Удивительно, какой крепкий комплект мне попался! Любой другой уже порвался бы от тяжесть моего тела и силы, с которой он меня держал.

—Не впечатляет, —склонив голову на бок, сухо бросил он и как-то разочарованно вздохнул.

Я отставила руки назад, нашла опору и прогнувшись назад, ударила его ногой, отталкивая от себя. Брюнет хмыкнул и снова взмахнул головой, убирая с лица пряди непослушных волос. Я быстро вскочила и налетела на него с очередным ударом, но он поймал мою руку в полёте и завел её за мою спину, отчего я стукнулась о его крепкое плечо лбом. Я подняла голову и затаила дыхание. Снова мы слишком близко, снова этот странных взгляд, от которого у меня дрожат колени. Сейчас не время таять, Кросс! Я стиснула зубы, перекрутилась и выдернула свою руку из его пальцев. После была серия быстрых ударов кулаками, но каждый из них парень заблокировал. Такое чувство, будто меня впервые вывели на рукопашный бой и я недалёкий чайник. Он двигался быстро, грациозно и каждый мой удар казался ему щекоткой. К счастью для меня, он меня не атаковал, а лишь защищался.

Очередной удар ногой и последующая очень неловкая поза. Он схватил меня за голень и дёрнул, отчего я прильнула к нему и впилась пальцами в крепкие руки, на которых до сих пор виднелись фиолетовые раны от меча. Его бледное лицо приобретало сероватый оттенок, а вокруг глаз были сине-фиолетовые круги—голоден. Я вдохнула и замерла, чувствуя, как его рука скользит по спине и прижимает меня сильнее. Он наклонялся к моей шее и во мне нарастала паника. Он хочет укусить? Но ведь... Сам говорил, что больше не капли!

—Макс!—вскрикнула я, стараясь отстраниться, но у меня не вышло. Парень хихикнул и лишь выпустил струйку холодного воздуха мне в шею. О чё-ё-рт! Он надо мной издевается? Специально всё это делает? Он же понимает, всё понимает, чёрт побери. Ему не составит труда предугадать любое моё действие.

—Знаешь сколько раз за этот бой я мог убить тебя?—выпрямившись и взглянув мне в глаза, спросил он. Его руки продолжал держать меня и мне стало ещё более неловко, чем до этого. —Вопрос риторический. Если бы хотел—сделал бы это в самом начале. Делай выводы, охотница.

—Когда-нибудь я тебя одолею!—я усмехнулась и смело посмотрела ему в глаза. Он явно не ожидал от меня такого ответа. Я продолжала смотреть ему в глаза и этот взгляд был таким же напряжённым, как и между той безумной парочкой, которая играет в войну. Но всё это был обманный манёвр. Советы Славы иногда приходятся кстати. Я резко подпрыгнула на одной ноге и навалилась на него всем весом. В следующую секунду растерянный парень лежал на полу. —Вот видишь.

—Хитрюга, —он усмехнулась, но в следующие мгновение не я занимала лидирующую позицию, а он. Резко и быстро перевернул меня на спину и прижал мои руки в паркету.—О-ой.

Его голубые глаза начинали краснеть и меня передёрнуло от этого зрелища. Я ещё не видела его голодным. Кай выглядел отвратительно, думаю, с ним было что-то примерно такое же. А может что и хуже. Я вжала голову в плечи и стиснула зубы. Макс выпрямил руки и закрыл глаза, судорожно сглатывая. Следом он поднялся и молча протянул мне руку, предлагая помощь. При этом он отвернулся от меня и закрыл лицо ладонью. Я поднялась и встала рядом, аккуратно протянув к нему пальцы, но не решалась дотронуться. Что-то меня останавливало.

—Когда ты последний раз ел?—тихо спросила я, всё-таки осмелившись коснуться его плеча. Парень вздрогнул, как все это делал от моих прикосновений. Он не взглянул на меня, резко отвернулся и отошёл к столу с оружием. Я поджала губы—это было очень грубо с его стороны.

—Не важно, —вскоре отозвался он, запуская в спутанные волосы всю пятерню. По его рукам ползли узловатые канаты синих вен, а пальцы еле-еле дрожали от голода и от его собственного сопротивления. Представить даже не могу, что он испытывает, находясь рядом со мной. Он слышит стук моего сердца, слышит как кровь бежит по венам, но отказывается пить мою кровь.

—Ты всегда можешь... —начала было я, но он сердито на меня взглянул.

—Рита! Мы уже говорили об этом. Я не буду, —строго отрезал он.—Закроем эту тему.

—Ладно, —виновато опустив глаза, тихо произнесла я. Макс направился к выходу.

—Бери свои вещи и пойдём со мной,—сказал он и скрылся за массивной деревянной дверью.