Храня твои осколки

Воспоминания сменяли друг друга хаотично, без привязки к конкретному времени. Имена, лица, города, местности - всё сливалось в водоворот, затягивая меня всё глубже и глубже.

Я закрывала глаза - и оказывалась на войне. Ещё вдох - и мои руки в крови. Поворот головы - и вот я стою на палубе корабля, глядя на безмятежное море. Это всё я. Я помню. Это всё случалось со мной.

Чья-то рука коснулась моего плеча. Я обернулась. Мама. Она протягивала мне руки. Такие миниатюрные и родные.

И вновь - провал.

Ночь стояла неподвижной, будто сама земля затаила дыхание. Вокруг ритуального круга плясали костры, бросая свои дрожащие тени. Я лежала на спине, с распущенными волосами и в тонкой рубашке, едва трепетавшей от дыхания. На груди матери вырисовывался символ - древний знак, выведенный кровью. Я не знала его значение, но догадывалась.

Она стояла надо мной, держа в одной руке горсть дымящихся трав, багровых в пламени.

Каждое её слово тяжело падало, будто камень в глубокую воду. Мою плоть пронзала боль: она растекалась по венам. Я кричала. Руки и ноги связаны.

- Мама, остановись! Это неправильно! - крик вырвался сам собой.

Она не отвечала. Лишь продолжала шептать, словно меня здесь нет. Вокруг - ни души.

- Ты, кто рождён под светом жизни, стань дочерью ночи. Кровь за кровь. Открой врата!

Её шёпот переходил в крик, в мольбу к древним богам:

- Властелин теней! Тот, кто держит в кулаке дыхание и смерть! Прими эту кровь. Прими эту плоть. Позволь новой ночи родиться через жертву мою!

Моё тело извивалось и корчилось от боли. Дрожь пробегала по конечностям.

Костры вдруг взвыли вверх, с рёвом взметнувшись к ночному небу. Ветер налетел на поляну, сорвал траву с земли. Мама опустилась на колени, прижимая ладони к моей груди, продолжая свой зов.

Все звуки исчезли из этого мира. Я сделала глубокий выдох. Боль ушла.

Мама приблизилась. Я повернула голову в её сторону. У меня не было сил говорить или сопротивляться - я лишь смотрела на неё, безмолвно ожидая. Её рука потянулась к моему лицу. Она нежно стёрла слезу, а взгляд был полон той же нежности, с какой мать утешает своего страдающего ребёнка.

- Мама, - еле слышно прошептала я.

Моё тело выгнулось дугой, глаза широко распахнулись. Мама вонзила клинок мне в сердце. Засыпая, я услышала лишь одно:

- Всё будет хорошо, доченька.

Когда я вновь открыла глаза, что-то холодное скользнуло внутри меня, оставив невидимый след - навсегда. Мама сидела рядом. Её глаза были закрыты, но, услышав моё дыхание, она открыла их и улыбнулась сквозь слёзы.

Ритуал завершён.

Эти воспоминания... Я начинала всё осознавать. Они больше не казались чужими: каждое новое лицо, каждая сцена сразу отзывались во мне. Они грузом откладывались внутри - слой за слоем, переплетаясь, выстраивая невидимую черту под прежней жизнью и нынешней.

Я очнулась в пещере. Уже была здесь однажды. Во сне? Нет. Я знала, что меня ждёт.

Пройдя через каменные коридоры, я вышла к обрыву - и увидела поляну. Ратмир. Он держал меня. Я вспомнила. Мой Ратмир.

Я подошла ближе и дотронулась до девушки в его руках - и стала ею. Он держал меня, окровавленную, ослабевшую.

- Ратмир, не печалься, - прошептала я, чувствуя, как сон овладевает телом. - Всё будет хорошо. Я не умру. Не сейчас.

- Молчи, пожалуйста, - его голос дрожал. - Ты потеряла слишком много крови. Я могу помочь тебе, нужно лишь выпить! Это должно помочь!

- Нет, я не хочу этого. Я справлюсь. Отнеси к маме, она поможет.

Кашель подступил к горлу. Я не смогла его сдержать, и боль вспыхнула с новой силой где-то в боку.

Меня ранили, когда я была в лесу. Несколько мужчин, похожих на охотников. Они не смогли пройти мимо - девушка одна, без сопровождения. Я всегда носила с собой оружие и владела приёмами боя, но их было слишком много. Кое-как сумела спастись. И Ратмир, что нашёл меня там. Он появился внезапно. Если бы только рана не была такой глубокой, возможно, всё сложилось бы иначе.

- Ратмир, - я попыталась улыбнуться. - А ведь я была не промах. Просто противники попались достойные.

- Нельзя назвать достойным того, кто поднимает руку на женщину, - резко ответил он.

Он так близко. Я позволила себе разглядывать его. Протянула руку и тронула его волосы, падающие на плечи. Посмотрела в глаза, скользнула взглядом ниже - на губы.

- Знаешь, - мой голос стал серьёзным, - а ведь ты красивый.

- Тебе плохо, вот и несёшь ерунду, - буркнул он, отводя взгляд. - Я отнесу тебя домой. Живана всё исправит.

Я сильно сжала его руку.

- Подожди немного, - мой голос был мягким, но настойчивым. Я не сводила с него взгляда.

Мы смотрели друг другу в глаза. Я чувствовала, как хочется стать ближе, как хочется, чтобы он обнял крепче. Почувствовать тепло, его сжатые пальцы на коже, вдохнуть его запах. Жизнь ускользала, и это отчаянное желание открыть свои чувства было последним, что я могла себе позволить.

- Поцелуй меня, - прошептала я.

Его глаза распахнулись от удивления. Милый. Я рассмеялась - и тут же закашлялась от боли.

- Она о поцелуях думает, дурёха, - хмыкнул он, но в его взгляде что-то изменилось.

- Поцелуй меня, - повторила я, уже твёрже.

Он молчал, наблюдая. Мои губы были чуть приоткрыты, сердце бешено колотилось в груди, как птица в ловушке. Глупая, он прав, но пожалею, что не рискнула.

И он поцеловал меня. С нежностью, которую прежче я в нём не замечала. Целовал так, словно боялся разрушить что-то хрупкое. Слеза скатилась по моей щеке. Он почувствовал её и отстранился, подхватывая меня на руки.

Ратмир понёс меня домой. Я прижималась к нему, всё ещё улыбаясь. Сердце было наполнено тихой радостью. Даже если мне суждено было умереть, я бы знала, что успела подарить ему своё чувство.

Именно в тот день мать провела ритуал, превративший меня в чудовище. Мне было семнадцать лет.

Ратмир к тому времени уже несколько лет был вампиром и защищал нашу землю. Ему не было равных в силе. "Тень, что приносит смерть" - так его называли. Его боялись, считая созданием тёмным, но божественным.

Родители лишь хотели уберечь нас от угроз. Они оба потеряли близких, сами едва выжили в прошлом - и страх утраты осел в их сердцах навсегда. Навязчивая идея матери провести древний ритуал, что передавался в нашем роду по женской линии многие поколения, казалась ей единственным спасением. Сделать нас неуязвимыми и сильными.

Её звали Живана. Сегодня её бы назвали ведьмой, но в нашем роду женщины испокон веков обладали особым даром. Травницы, целительницы и нечто большее. И одновременно с этим связь с духами и потусторонним миром даровала нам силу, которую сложно было объяснить простыми словами.

Мама передала часть своих знаний и мне, но по большей части в том, что касалось врачевания. Только вот, если связать кого-то кровными узами с древними богами, он больше не сможет использовать этот дар в полном объеме. Так и случилось.

В отличии от Ратмира, я была против такой участи. Он согласился пройти через ритуал, потому что в его сердце с детства жила неугасимая жажда мести. А я хотела жить. Интересно, ярко, но не бесконечно. Моё будущее рисовалось совсем другим.

Тогда выбрали за меня.

Воспоминания. Больше не осталось тёмных пятен. Всё открылось передо мной. И вдруг стало холодно. Одиноко. Мир вокруг окрасился в чёрный, погружая меня в бездну. Я стояла в этой пустоте одна, и мне было жаль. Жаль, что моему забвению пришёл конец.

Я очнулась. Холод и сырость. Шум реки и треск мигающей фары.

«Вернулась наконец», - разочарованно пронеслось в голове.

Я медленно поднялась с мокрой земли, огляделась. Вокруг валялись сломанные ветки и осколки стекла, что впивались в кожу. Всё тело ныло.

Точно. Мы сорвались с высоты.

Я обернулась - перевёрнутая машина лежала в нескольких шагах. Ратмир был там, без сознания. Мне пришлось осторожно вынуть осколки, застрявшие в теле. Затем я поднялась на ноги и подошла к машине.

Заглянув внутрь, я увидела его - тяжело израненного. Его в нескольких местах пронзило ветками, тело было изрезано стёклами.

Я приблизилась и аккуратно вытащила его наружу. Он тяжело дышал, и, вытаскивая самую большую ветку, я услышала его лёгкий стон.

- Велена,- голос был слабым, почти неразличимым.

- Молчи. Сейчас дам тебе крови.

Я вспомнила о сумке в машине. Там были несколько пакетов с донорской кровью - к счастью, они уцелели.

Быстро достала один из пакетов, присоединила длинную трубку и аккуратно вложила её ему в рот, чуть надавив на пакет, чтобы кровь текла быстрее.

Как только первая капля достигла его губ, Ратмир пожадничал, втягивая живительную жидкость, с каждым глотком набирая силы.

- Спасибо, - сказал он, допив.

- Нам нужно убираться отсюда, - быстро ответила я. - Филипп может быть где-то рядом. А в таком состоянии нам не до драки. Вставай, хватит тут лежать и страдать, будто твоя машина с обрыва упала.

Он выдавил улыбку - ту самую, что тревожила душу, пусть сейчас и кривоватую от боли.

- Велена. Ты изменилась, - вдруг сказал он после короткой паузы.

- О чём ты? - спросила я, не оборачиваясь.

- Да так, - он звучал загадочно и слишком уверенно, отчего внутри у меня шевельнулось раздражение.

Мы прислушались. Никаких признаков Филиппа. Только шум реки и ночной лес вокруг. Он, похоже, исчез.

Я решила, что раз уж нам больше не угрожает опасность, стоит немного согреться и набраться сил. Следующим шагом было развести огонь и дождаться утра, чтобы выбраться отсюда и найти подходящий транспорт.

Спустя полчаса всё было готово. Ратмир молча наблюдал за моими действиями. Время от времени наши взгляды пересекались. Я заметила странные искорки в его глазах - признак, что он что-то подозревал.

Фыркнула, встретив его очередной взгляд, и увидела, как уголки его губ приподнялись в самодовольной улыбке.

Мы сидели друг напротив друга у костра, наблюдая за пляшущими языками пламени. Тепло медленно вытесняло пронизывающий холод.

Я вспомнила, как очнулась на сырой почве, возле реки. Земля ещё не успела высохнуть после паводка, и вокруг стоял запах мокрой травы и ила. Всё казалось зыбким, ненадёжным, словно сама реальность могла утонуть в мутной воде.

Тишину нарушил Ратмир.

- Ты ведь вспомнила, да?

Его слова прозвучали, как гром среди ясного неба, сотрясая мой разум эхом. Я не хотела говорить об этом. Не сейчас. Воспоминания вернулись - полные боли и правды, которую я так долго гнала прочь. Ненавистные мне.

Да, я вспомнила. Но вместе с этим моя жизнь стала только запутанней - последние месяцы никуда не исчезли, и теперь я была раздвоена между прошлым и настоящим.

- Что ты имеешь в виду? - бросила я, стараясь звучать отстранённо. - Просто хочу добраться до Алекса и остальных. Глупо сейчас бродить по лесу, разыскивая дорогу. Машина разбита, нужна новая.

- Отговорки, - усмехнулся он, покачав головой, - ты тянешь время.

Он сделал недолгую паузу и после добавил:

- Расскажи мне, что ты видела. И не смей врать. Я тебя знаю, Велена.

Я вдруг ощутила себя слабой. Хотелось сбежать - от него, от самой себя. Я не знала, что сказать. Молчание стало моим щитом.

- Серьёзно? В молчанку будешь играть? - он усмехнулся. - Хорошо. Посмотрим, сколько ты выдержишь.

Я отвернулась и легла у костра набок, подложив руку под голову. Сон был лучшим спасением - ночь пройдёт быстрее, и мне не придётся отвечать. Я не была готова. Пока что.

Ратмир молча наблюдал за мной. Потом медленно встал, обошёл костёр и остановился надо мной. Напряглась, ощущая его близость. И он лёг. Рядом. Прижавшись ко мне.

Я привстала, сердце забилось быстрее.

- Что ты делаешь? - голос дрожал от возмущения.

- Так теплее, - спокойно ответил он. - Меня пробирает до костей. Тебя тоже. А если раздеться, согреемся быстрее.

Я чувствовала, как закипаю от злости.

- Ты совсем охренел, Ратмир?! Что ты себе позволяешь?! Я ухожу. Найду дорогу без проблем.

Я поднялась, сделала шаг, но он перехватил мою руку. Я обернулась. Его пальцы обожгли мою кожу. И в следующий миг он резко прижал меня к себе.

- Что ты... - выдохнула я, голос сорвался на шёпот.

Он молча держал меня в своих объятиях. Крепко, но я могла бы вырваться. Могла бы ударить его. Но, вместо этого, руки сами обвили его в ответ.

- Ратмир.

- Не говори ничего. Дай мне немного времени, - прошептал он.

И я замерла в его объятиях, позволив себе забыть обо всём, и ощущая, как бьётся его сердце. Чувства захлестнули меня с новой силой. Я боялась их. Я не хотела их. И хотела. Что же теперь с этим делать?

Мы стояли, переплетённые, словно два ствола дерева, сросшиеся навсегда. Время замерло для нас.

Велена, и зачем ты так отчаянно старалась вернуться? Идиотка.