Flèches d'amour [Рук Хант]
«Каждый, кто с такой страстью борется за свою любовь, поистине прекрасен! Поэтому если что-то решает ускользнуть от меня, то я непременно захочу погнаться за этим. Похоже, у романтики и охоты, и вправду, есть нечто общее.»
Стояла глубокая-глубокая ночь. В небе, укрытом тёмно-синим бархатом сумерек, то тут, то там проблёскивали звёзды и вовсю сияла полная луна. Её холодный, пронзительный свет серебристой дымкой рассеивался по округе, оседая на раскидистых еловых ветвях, мерцавших свежим снегом. Ночной заснеженный лес замер в напряжённой звенящей тишине. Казалось даже воздух здесь застыл, накрепко скованный тугими морозными путами. Кругом не было слышно ни единого звука. Возможно, именно поэтому бешенный стук твоего испуганного сердца сейчас столь отчётливо оглушительным набатом раздавался у тебя в ушах.
[Моё сердце бьётся столь быстро, зная, что совсем скоро произойдёт что-то чудесное! Ах-х, mon amour*, твоё тоже? ]
Ты неслась среди высоких сугробов, словно молодая грациозная лань, отчаянно убегающая от стрел погрузившегося в раж охотника. В общем-то в воображении вице-президента общежития Злой Королевы - Рука Ханта, скорее всего всё именно так и выглядело. И будь уверена, ему это чертовски нравилось. Этот ваш с ним некий маленький поединок с, извини уж, довольно тривиальным концом. Ведь, как всем известно, он никогда не промахивался, а эмблема герба Помфиор, холодным золотом переливающаяся на рукаве его пиджака, означала, что он всегда получал то, что хотел. И сейчас он безумно хотел заполучить тебя. Мало того, в представлении Ханта вы, буквально, уже были связаны с ним самой судьбой. Ведь как ещё объяснить твоё внезапное здесь появление, нарушающее все мыслимые и немыслимые законы этого мира. Нет, это определённо была воля небес - свести ваши сердца вместе. Просто, возможно, ты ещё не полностью это осознаешь. В конце концов кто ещё, как не лучший стрелок академии сможет защитить тебя от пугающей, коварной действительности, где всё тебе так ново и непонятно. Однако, как уже успел заметить Рук, ты совсем не собиралась быть «дамой в беде» и полагаться на чью-либо помощь. Наоборот, остервенело пыталась разобраться со всем сама, что, к твоему сожалению, лишь пуще прежнего распылило тёмное влечение влюблённого охотника. Своим неповиновением ты бросила ему вызов. Ну что ж, как видишь, он с удовольствием его принял.
[Беги, беги, ma petite biche~*. Но будь аккуратней. Мы же не хотим, чтобы стрела всё-таки настигла свою цель, верно?]
Признаться, выманить тебя на этот «вечерний променад» обернулось для Ханта достаточно тяжелой задачей. Ведь теперь, проведя какое-то время в стенах академии, ты стала куда более осмотрительна и старалась не покидать своего общежития без крайней на то необходимости особенно в столь поздние часы.
[Ну словно маленький, пугливый зверёк. Столь очаровательно~.]
Теперь же ты бежишь, практически не разбирая дороги, через глухой оснеженный лес. Корявые голые ветви то и дело остро хлещут тебя по лицу и рукам. Корни, вьющиеся под ногами, норовят опрокинуть на холодную землю прямиком в белоснежный ковёр. Холодный воздух царапает горло ледяными когтями, продираясь внутрь, отчего каждый новый вдох даётся с невероятным трудом. Казалось, весь лес был против тебя, играя на руку навязчивому возлюбленному. Однако останавливаться было нельзя. Ведь стоило тебе замереть хоть на мгновение, перевести дух, как тут же в землю совсем рядом с тобой вонзалась стрела. Затем ещё одна. И ещё. Вот и приходилось бежать снова и снова. Иной раз стрелы проносились прямо в воздухе и всегда буквально в жалком миллиметре от тебя. Их стальной наконечник отражался металлическим полу бликом на твоей разрумяненной щеке. Каждый раз так близко, но никогда не задевал. Ах, и почему же только ты сразу ничего не поняла. Ведь уже далеко не в первый раз, сидя на общих занятиях, проходя среди толпы в столовой, прогуливаясь по коридорам академии со своими друзьями, ты ловила на себе пронзительный острый взгляд изумрудных глаз, сверкающих неистовым желанием. Если бы ты только могла заметить хищный оскал каждый раз, стоило тебе пройти мимо Ханта. Как глубоко вдыхает он, пытаясь прочувствовать твой аромат, вобрать его в себя, чтобы он мог раствориться в нём лёгкой эйфорией. Однако Рук совсем сбивал тебя с толку своей тактичной учтивостью, элегантностью движений, сладостью красивых слов и витиеватых комплиментов, посвящённых только тебе одной. И кого интересует, что внутри них кроется смертельный яд, когда на кончике языка они отдавали приятной сладостью.
[Ах, mon amour, надо ли говорить, что своей красотой вы поразили меня в самое сердце. Теперь я просто обязан пронзить ваше.]
*Щёлк* Спускающийся затвор волшебной фотокамеры со временем стал сопровождать тебя повсюду, даже в часы сна. *Щёлк* Постепенно твои фотокарточки, развешанные за двойной стенкой напротив кровати заместителя, заметно потеснили фотографии Нейджа ЛеБланша и Вилла Шоэнхайта. И это ещё не считая больше сотни твоих фотографий, сохранённых в отдельной зашифрованной папке. С них ты всегда смотрела лишь на него, обворожительно улыбалась только ему, грустила вместе с ним, а иногда предпочитала оставаться загадочно холодной, не удостаивая возлюбленного даже взглядом. Распечатанные же Рук любил по долгу рассматривать, выводя пальцами узоры по глянцевой чуть шероховатой глади, подмечая детали твоей внешности и поведения, которые все до единой он находил особенно милыми. Вот ты сидишь на занятиях чуть нахмурившись, вчитываясь в термины и определения параграфа, время от времени что-то черкая на пергаменте волшебным пером. Хотя эта тема была отнюдь не сложной, ты была крайне сосредоточена. Рук мог бы с лёгкостью её тебе объяснить, разобрав каждую непонятную закорючку во всех формулах, и поделиться своими конспектами, написанными изысканным отрывистым подчерком. Хочешь? А вот здесь ты уже увлечённо общаешься о чём-то со своими друзьями за обедом в столовой, неуклюже пытаясь рукавом форменного пиджака утереть чуть розоватый заварной крем со своих прелестных алых губ. В тот краткий миг, mon amour, ты выглядишь по истине обворожительно, но не лучше бы, если это сделал бы Хант, елейно проведя по ним большим пальцем? Он всё ещё помнит, как тогда в порыве особой нежности буквально ощущал под пальцами покалывание невидимых жгучих искр неистового влечения. Хант следил за тобой большую часть своего времени свободного от занятий и обязанностей вице-президента. Он досконально изучил твои повадки, привычки, твой график, а его цепкий, внимательный взор улавливал любые мелочи в твоём поведении, многие из которых, спорим, не известны до конца даже тебе самой. Однако, самое страшное, ты не только продолжала не замечать любвеобильного поведения охотника, но ещё и предпочитала игнорировать, мило отказываясь от любой помощи со стороны «добродушного» студента. Что, как наверняка и сама сейчас понимаешь, было очень и очень опрометчиво. Однако давно прошёл час для раскаяния, да оно и не нужно совсем. Лишь твоя любовь. Вот так, совсем ни о чём не подозревая, ты потихоньку стала для Ханта, пожалуй, самым желанным трофеем.
[Прекрасно... Просто прекрасно! Beauté*, меня восхищает твоя целеустремлённость, но, parole d'honneur*, как надолго тебя ещё хватит?!]
Очередная стрела успевает полоснуть по рукаву пиджака, выдёргивая из раздумий. Она разрезает ткань, но отнюдь никакого вреда тебе не наносит. Вскрикнув от неожиданности, ты находишь в себе силы и мчишься ещё быстрее, переваливаясь через снежные ухабы. Однако, что скрывать, ноги уже подкашиваются от усталости, да и всё тело сводит крупной дрожью не то от страха, не то от мороза. Убегать дальше не получится. Хотя до ближайшего общежития уже практически рукой подать. Что там? Саванаклоу? Наивно, конечно, полагать, что Рук позволит тебе до него добраться, но попытаться стоит. Вот только тут на твоём пути встаёт глубокий овраг, со всех сторон заволочённый густым молочным туманом. Порядком разогнавшись, ты не успеваешь сбалансировать у обрыва и кубарем катишься вниз. Падение тупой болью отзывается во всём теле и на миг ослепляет тебя, устилая глаза глухой тьмой... Очнувшись и подождав пока видимый мир примет более конкретные очертания, ты принялась пугливо озираться по сторонам. Неужели...получилось? Оторвалась? Подняться бы, но то ли из-за сковывающего, пронизывающего до костей холода, то ли из-за пульсирующей в мышцах усталости и боли ты совсем не ощущаешь своего тела.
[Тц-тц-тц, ma chère*, ну я же просил тебя быть аккуратней!]
...Нет. Нет-нет-нет-нет НЕТ! Он где-то рядом. Но где? Тебе не удаётся определить, откуда именно идёт звук. Казалось он окружает тебя уже повсюду, растворившись в холодном белёсом тумане. Этот полный бравады победителя голос, проникнутый нежными нотками трепетной, искренней заботы и пугающего чёрного безумства. Размеренный хруст приближающихся шагов потихоньку становится неважным. Уставшее от непрерывной изнурительной погони твоё сознание вновь медленно уплывает, унося с собой все тревоги и ввергая тебя в глубокий сон. Последнее, что тебе удаётся различить перед тем как окончательно провалиться в забытье так это то, как тебя мягко закутывают в длинный плащ столь ненавистного тебе сейчас ядовито-фиолетового цвета и поднимают на руки, крепко прижимая к груди.
[Doux rêves, mon amour~*]
Сладко шепчет Рук Хант тебе на ухо и согревает твои губы глубоким поцелуем. Ахх, какой же прекрасный конец...Fin.
Примечания:*Mon amour - любовь моя
*Ma petite biche - моя маленькая лань
*Beauté - красавица
*Parole d'honneur - честное слово
*Ma chère - дорогая
*Doux rêves, mon amour - сладких снов, любовь моя