лес запомнит имена
Они двигались медленно, почти неслышно, словно сама земля учила их ходить осторожнее. Тело Лиары было укрыто в старом дупле, запечатано травами и магическим кругом, начерченным Чонином дрожащей рукой. Это была временная могила — не по правилам, не по обрядам, но с любовью. Она заслужила хотя бы это.
Никто не говорил. Тишина была тяжелее, чем любое заклинание.
Сынмин шагал рядом с Кристофером, опираясь на древний посох, оставшийся от Лиары. Тот чуть мерцал, будто ещё хранил её тепло. Он чувствовал, как его грудь наполняется и опустошается с каждым вдохом — не воздухом, а страхом, виной, решимостью. Всё сразу.
— Почему я жив? — вырвалось у него.
Кристофер не сразу ответил. Его шаги были уверенными, но в них ощущалась сдержанная ярость.
— Потому что ты должен быть. Потому что я пришёл вовремя.
— Но Лиара…
— Лиара выбрала. Она отдала себя, чтобы ты мог идти дальше.
Сынмин остановился, вцепившись в посох.
— Я не хотел быть причиной её смерти. Я ничего не могу... я только пою!
Кристофер резко обернулся. Его глаза — обычно холодные — пылали.
— Ты всё ещё не понял, что именно твой голос сдержал тени? Что именно он дал мне шанс добраться до вас? Лиара умерла не потому, что ты слаб. А потому что враг боялся того, чем ты можешь стать.
Сынмин отшатнулся, но не от слов — от силы в них.
— Ты боишься себя, — продолжал Кристофер тише, подойдя ближе. — Я видел это с первой встречи. Ты прячешься за страхом. Но ты уже изменил ход событий. И я… я больше не позволю тебе убегать.
Он стоял близко. Сынмин чувствовал запах его кожи — ледяной, но почти родной. Так странно. Кто бы мог подумать, что вампир будет самым живым существом в его мире сейчас.
— Ты не обязан… — прошептал Сынмин.
— Я знаю, — перебил Кристофер. — Но я хочу. Пока ты жив, я чувствую, что ещё есть надежда.
Сынмин не сдержался — просто наклонился вперёд и прижался лбом к плечу Кристофера. Он не обнимал, не говорил слов, но в этом прикосновении было всё: боль, благодарность, и, возможно, начало чего-то большего.
Кристофер не отстранился. Наоборот — осторожно коснулся пальцами затылка Сынмина, словно боялся спугнуть. И в этом было больше близости, чем в любых признаниях.
— Нам нужно найти, кто это сделал, — наконец сказал Кристофер. — И кто послал тени.
— С чего начнём? — тихо спросил Сынмин, выпрямляясь, но не отступая.
— С Лиары. С её вещами, с её записями. Она оставила следы. Нужно только научиться читать между строк.
Чонин присоединился к ним позже. Его глаза были сухими, но лицо стало другим — будто часть его навсегда осталась в том лесу. Он кивнул молча, и они пошли дальше.
Трое.
Сынмин впервые чувствовал, что не идёт позади — а рядом. И если внутри него что-то проснулось в ту ночь — то это было не только желание мстить.
Это было пробуждение силы.