Младший друг.

Они сели на автобус, направляющийся в Йечхон. Когда Вон Дэён с огромной спортивной сумкой поднялся в салон, со всех сторон посыпались приветствия. Ом Джубин, надев наушники и натянув капюшон худи, уже крепко спал. Место капитана национальной сборной по трековым дисциплинам находилось рядом с тренером На Бонгю.

Перед отправлением рев двигателя автобуса заставил тело содрогнуться. В обычные дни телефон был полон бесполезных уведомлений от сообщений и соцсетей, но сейчас пришло сообщение от Чхве Соль У.

— Уже выехал? — 19:02

Дэён заерзал. Улыбка сама собой вырвалась наружу.

Хоть Соль У и стал чуть мягче, чем раньше, он всё ещё старался сохранить своё непроницаемое выражение лица.

От Чхве Соль У не было ни слова вроде «Завтра следи за своей формой». Какими бы важными ни были предстоящие соревнования, его равнодушное отношение оставалось неизменным с детства. Даже перед крупными международными соревнованиями он был невозмутим, и даже когда были известны результаты — всё так же. Ни разу не было исключения. Будто каждый день был для него одинаковым началом, и как бы шумно ни вел себя мир, он оставался спокойным.

Возможно, это было чувство, основанное на вере и доверии. «Какой бы результат ты ни показал, для меня ты останешься важным человеком» — Дэён, возможно, подсознательно ощущал этот посыл.

В этом была связь с вчерашним упрямством Соль У, не желавшего уступать. Его характерная настойчивость, жесткая, словно даже укол иглы не смог бы выдавить из него ни капли крови.

И контраст с этим... Воспоминание о сладком запахе его тела, когда Дэён вчера ненадолго уткнулся лицом между его бёдер, заставило глубинное желание шевельнуться. Мысль о том, чтобы втянуть в рот упругую кожу между ног, прокатить её по языку и медленно съесть, мелькнула в голове как короткий сексуальный всполох.

— Талисман приедет завтра отдельно?

— Тренер, разве можно называть его «Талисман», если у него есть имя — Соль У? Это же как использовать человека в качестве инструмента.

— Ты чего разнылся вдруг, парень?

Чхве Соль У должен был присоединиться к ним завтра на стадионе. Кажется, съемочная группа предлагала подвезти его на своём фургоне, но, судя по его характеру, он отказался, сказав, что несколько часов в толпе продюсеров и сценаристов полностью истощат его силы. Тогда ему дали карту, чтобы он мог доехать до Йечхона на такси.

Автобус тронулся, и свет в салоне погас. Тренер, наблюдавший, как Дэён копается в сумке в поисках наушников, заметил документы о договоре аренды квартиры.

— Что это? Переезжаешь?

— Да. Посмотрел варианты, внес временный депозит. Местоположение, вид, площадь — всё идеально.

Дэён просто кивнул. Квартира, в которой он жил сейчас, была временным жильём из-за спора о наследстве, и после решения суда несколько дней назад она перешла в собственность его матери. Если в ближайшем будущем Соль У войдёт в личное пространство Дэёна, куда раньше никто не допускался, он не мог оставаться в помещении, принадлежащем матери. Он изучил варианты, которые мог купить сразу после получения оставшихся рекламных выплат, и выбрал место поближе к больнице, где принимал лечащий врач Соль У.

Причина, по которой он заранее подыскал общее жильё, была одна: если не сделать хотя бы это, было ясно, что тот никогда не сломает свою стену.

Если вспомнить всё, что делал Дэён до этого, можно было прийти к выводу, что доказать свои чувства одними словами невозможно.

«Если бы я не дал такой уверенности, разве Соль У позволил бы себе расслабиться? Конечно нет!»

Цель Дэёна была заманивать Соль У в этот дом так часто, чтобы тот в конце концов остался насовсем.

В голове Дэёна не осталось и следа от 120 миллионов вон долга госпожи Чхве, который он за неё выплатил.

Ведь изначально он и не собирался их получать.

Эти воспоминания полностью стерлись, затерявшись среди фальшивых песен, услышанных в караоке.

Прислонившись к сиденью, Дэён вспомнил пение Соль У.

Дисгармоничный, неуверенный голос наполнил его голову, вгоняя в сон.

Утром атмосфера на отборочных забегах внутри и снаружи трека была перегретой. Крики болельщиков гулко разносились по небу. Палящие лучи солнца обрушивались на стадион. Легкоатлеты, официальные лица и зеваки заполнили затенённые трибуны.

Шум тоже внёс свой вклад в накалённую обстановку. Громкая музыка, то и дело прибавляющая громкость, объявления по стадиону, крики зрителей — сегодня всё было особенно громким. Журналистов тоже было много. В пять-шесть раз больше, чем обычно приезжало на Национальные игры. Судя по тому, что они спускались на трек только во время спринтерских забегов, было очевидно, ради кого они здесь.

На Национальных играх о сборной на время забывают. Здесь всё решают личные противостояния. Но как капитан сборной на Азиатских играх, Вон Дэён не забыл собрать спортсменов на короткие, средние и длинные дистанции и вместе с ними прокричать «Файтинг!»*

На отборочных он бежал намеренно легко. Пересёк финишную черту первым с результатом 45.95. Ом Джубин показал схожее время — 45.98.

Когда мужские забеги на 400 метров закончились и начались отборочные полевых дисциплин, журналисты стали покидать стадион. Тренер На не подавал виду, что волнуется, но взгляды, бросаемые на Дэёна со всех сторон, были полны недоверия. Дэён, не обращая на это внимания, вытер пот полотенцем и направился в раздевалку.

У выхода к нему неожиданно подошёл журналист с подобострастной улыбкой.

— Вон Дэён-сси! Ждём от вас отличного выступления сегодня! Файтинг!

Глянув на имя под логотипом «PRESS», Дэён узнал эти три знакомых иероглифа. Этот журналист был близок с одним из директоров федерации, другом семьи Ом Хёнджина, и постоянно писал «фактологические» статьи о школьном насилии со стороны Вон Дэёна и его романах. Дэён не стал утруждаться улыбкой. С холодным взглядом он ответил с формальной вежливостью:

— Спасибо. Впервые вижу вас на стадионе, хотя в интернете встречал часто...

Журналист перестал улыбаться. Дэён ещё раз окинул его взглядом сверху вниз и вышел со стадиона.

После обеда, разминаясь, он почувствовал, как его тело постепенно меняется. Теперь его физическая и психическая энергия объединились, взаимодействуя органично, чтобы высвободить весь потенциал ради одной цели. Всё, что не касалось этой цели, перестало существовать для его глаз и ушей.

Было лишь одно исключение.

Как раз вовремя прибыли Чхве Соль У и съемочная группа YouTube. Соль У опоздал на несколько минут. Его волосы были зачесаны на пробор, часть прядей откинута назад, а на нём был полуофициальный костюм. В отличие от обычных дней, когда он сидел на трибунах в кепке, защищаясь от солнца, сегодня он выглядел так, будто выложился по полной.

— Что, Соль У-сси! Сегодня что, особенный день?

Белая футболка под пиджаком делала его кожу ещё более фарфоровой. Оглядев Соль У с ног до головы, Дэён поднял глаза. Второй взгляд скользнул по его алым губам, шее и остановился на талии.

— Если сегодняшние кадры с тобой выйдут, тебе хотя бы одну рекламу предложат.

— О... Вряд ли.

Соль У неловко улыбнулся и украдкой глянул на телефон. Дэён заметил, как он прочитал сообщение на экране блокировки и быстро сунул аппарат в карман.

Сотрудники съемочной группы, восхищаясь нарядом Соль У, спешили запечатлеть его на камеру, но Дэён молчал. Его глаза не отрывались от Соль У, но выражение лица невольно стало напряжённым.

«На что вы все пялитесь? Разве не ради соревнований пришли?»

Ему не особо нравилось, что все взгляды были прикованы к Соль У. Внутри стало неприятно, но когда он подумал, что скоро только он один увидит обнажённое тело этого мужчины и то, как оно будет раскрываться для него, жар в груди стал ещё сильнее.

— Иди сюда. Нечего толкаться среди этих сумасшедших.

Дэён схватил Соль У за запястье и увёл к воротам стадиона, где было меньше людей.

— Ты что, на собеседование собрался? И что на лицо намазал? Тебя же не на кастинг пригласили.

В его голосе явно сквозило раздражение. Соль У вздохнул и ответил:

— ...Кастинг? С чего вдруг? Иногда и мне хочется покрасоваться.

— Покрасоваться?

— Говорят, после соревнований будет вечеринка. PD что-то говорил об этом.

— И ты так «покрасовался» просто ради вечеринки?

— Там же будут снимать.

Неужели теперь он стал заботиться о камерах из-за того, что видео «Младший друг» набрало больше миллиона просмотров и стало трендом? Дэён с подозрением смотрел на Соль У.

Кстати, он заметил, что Соль У как-то странно отводит взгляд. Из-за того, что Дэён был в майке, тот не мог прямо смотреть на его оголённые плечи. От этого Дэёну стало щекотно, и он сменил тему.

— На такси приехал?

— Да.

— Но почему не использовал мою карту? Уведомление не приходило.

— Я просто своей расплатился.

— Почему?

— Ну, просто...

— Я же сказал — пользуйся моей. Выкачивай из неё всё до последнего, дурачок.

— ...

Между ними не завязалось особого разговора, но тишина вспыхнула румянцем. Неловкость пробежала без конкретной причины. У Соль У в груди будто проползла тоненькая змейка, которую он рисовал во время психологического теста, — лёгкое, щекочущее ощущение.

За стеной раздались ликующие крики — только что закончился финал забега на 200 метров среди мужчин. Вскоре по стадиону объявили, что скоро начнётся финал на 400 метров. Дэён, неловко отведя взгляд, поддразнил Соль У:

— Соль У-я, если я пробегу за 44.71, ты ведь знаешь, что должен сказать?

— ...

— Я пошёл.

Коротко бросив эти слова, Дэён направился на стадион. Но в тот момент за его спиной раздался спокойный голос:

— Мой хён, я буду уважать тебя всю жизнь, слушаться тебя, во всём тебе подчиняться, делай со мной что хочешь.

Не веря своим ушам, он обернулся и увидел, что Соль У улыбается. На его лице будто растекался белый солнечный свет — или это было обманчивым ощущением.

— Просто сказал заранее. Всё равно ты поставишь рекорд.

Это было непохоже на Соль У — ни на его поведение, ни на выражение лица. Даже говоря это, он не сводил с Дэёна глаз, словно боялся, что больше не увидит его. Ощущая одновременно щемящее волнение и тревогу, Дэён решительно шагнул к нему.

— Не, это не считается. Я ещё не пересёк финишную черту.

— ...

— Повторишь потом, когда всё закончится. Не здесь. У меня дома.

Соль У, опустив взгляд, кивнул, но Дэён всё равно чувствовал беспокойство. Однако пора было идти. На стадионе, где вот-вот должен был начаться финальный забег на 400 метров среди мужчин, повисла тяжёлая тишина.

* Аналог русских кричалок «Вперёд!»

–––––––––––––––

Другие переводы Jimin на тг-канале

Корейский дворик новелл. Ссылка в описании.