49. Соль У обманывает мать
Вон Дэён аккуратно положил телефон обратно, так и не обнаружив спрятанный в глубине рюкзака свёрток с 500-воновыми монетами.
Место для брелока на рюкзаке Чхве Соль У всё ещё пустовало. Когда-то там висел красный свисток, который Дэён дал ему на случай опасности по пути домой. Но он исчез с рюкзака в тот самый день, когда Дэён начал свои недолгие публичные отношения. И до сих пор его не вернули. Неужели для Соль У Дэён был всего лишь другом, от которого можно так запросто избавиться?
Так холодно всё и закончилось.
Да, Вон Дэён. Этот парень, которого он знает с пелёнок. С которым дружит с начальной школы, чей член видел ещё ребёнком.
Да сколько бы он ни брезговал плотскими желаниями, но красивых девушек всё равно будет тайно любить, как и любой другой мужик.
Вон Дэён осознал: все его чувства были лишь мимолётными вспышками возбуждения. Единственная причина, по которой Соль У занимал его мысли — лишь то, что тот стал ему почти семьёй. Кровным родственником. Вот почему дела с Кан Чонхёком и судебный иск казались ему просто досадными помехами.
Глядя, как школьная форма крутится в стиральной машине, он почувствовал, будто и его разум прояснился. «Этот зуд...? Просто адреналин перед разговором с Чонхёком». Если бы он действительно любил Соль У, то хотел бы обладать им, желал бы его. Но сейчас его переполняли лишь отвращение к себе и тошнота.
Воспоминания всплывали одно за другим: их детские шалости, моменты, когда Соль У плакал... Чем больше он вспоминал, тем сильнее он разочаровывался в себе. «Как я мог? Этот человек... он мне как брат, а я?»
Его охватил стыд. «О чём я вообще думал?» Зная о своём распутном прошлом, Дэён ощущал ещё более сильное отторжение. Его подсознание, годами подавлявшее такие импульсы, теперь намертво сковало его. Особые моральные рамки, действующие только в случае с Соль У, вырвались наружу.
«Вон Дэён, если ты снова такое выкинешь, тебя нужно изолировать от общества. Ты просто животное, одержимое похотью.»
Он яростно хлопал себя по щекам, сжимая лицо руками. «Как я мог даже на секунду представить Соль У в таком свете?»
«...Даже если бы я не хотел дружить, мы уже связаны по рукам и ногам. Так что хватит нелепых намёков». Ответ Соль У лишь подтвердил очевидное: он всегда мог уйти. Он был «главным» в их отношениях.
Теперь желания Дэёна погрузились в глубины подсознания, откуда не всплывут без вмешательства извне. Намертво запечатанные.
Но даже когда он, лёжа, игриво закрыл Соль У рот, протянув руку из-за спины, это уже не имело никакого значения.
— Проверяю, дышишь ли.
— Да прекрати! Ты больной ублюдок!
— Зря сопротивляешься. Если согласился спать в одной комнате, должен был ожидать такого. Это ещё не конец, иди сюда.
— Чёрт... Если бы тебя сейчас увидели те, кто на тебя молится! Твои обожающие фанаты!
Теперь у Вон Дэёна была только одна цель — идти вперед, не оглядываясь. Ставить рекорды, покорять азиатские вершины, добиваться успеха. Стать непревзойденным, зарабатывать достаточно, чтобы обрести силу и власть — только так он сможет защитить тех, кто ему дорог.
Чхве Соль У стал для него неприкосновенной святыней, больным местом, требующим осторожности. Абсолютный перфекционизм... Лишенный плотских желаний, он уже не мог считать это любовью.
И поэтому — нет, он его не любил.
Просто Соль У существовал за гранью обычных человеческих чувств.
Так они и жили — без любви.
Хотя каждое сказанное слово, каждая ссора, даже самые жестокие фразы — все это ею было пропитано...
––––––
На следующий день занятий не было, а только утренние кружки. Соль У надел выстиранную форму.
Пока Дэён выносил груды коробок после переезда, Соль У порылся в пакетах со старой одеждой, приготовленной для утилизации.
Прислушиваясь к шагам за дверью, он вытащил из кучи вещей спортивную форму с надписью «Хёниль». Дэён говорил, что она ему мала.
Красная с черным майка и обтягивающие шорты из эластичной ткани.
Соль У свернул форму как можно плотнее и сунул в рюкзак. Это был величайший акт воровства и извращенности в его жизни. Но шанс был только сейчас. Чтобы замести следы, он отнес пакеты к мусорному контейнеру. Дэён, ничего не заподозрив, потрепал его по голове.
Он благополучно сел в школьный автобус, не раскрыв свою кражу. Единственное, о чем он думал, — поскорее добраться домой и спрятать форму в ящик. Но Дэён, взглянув на его рюкзак, вдруг хмыкнул:
— Свисток потерял? Дать новый?
После того как Дэён начал встречаться с Ха Ёнсо, Соль У перестал носить его подарки, словно они были ему не нужны. Он оставил свисток на парте и теперь ответил:
— Не надо. В последнее время даже коллекторы не приходят, да и незачем.
Дэён лишь усмехнулся. Они вместе вошли на школьный двор, но у моста разошлись — каждый в свой кружок. Соль У направился в клуб риторики, поздоровался и приступил к первому занятию.
Решая задачи, которые раздали старшеклассники, он погрузился в мысли. Вчерашняя игра в «Правду» оставила после себя странное эхо — его сердце все еще сжималось.
«Может, признаться, когда буду отдавать деньги за адвоката? Он же сказал, что я как семья... Значит, я особенный. Возможно, он просто не понимает своих чувств. Если я все аккуратно объясню...»
«...Но все может пойти наперекосяк. Он рассердится, скажет: "Не смей такое говорить!" Или: "Больше не звони, педик!" Тогда мне придется выживать в Хёниль без поддержки...»
После выпускных экзаменов сосредоточиться было невозможно. Он механически писал ответы, но думал лишь об одном.
«Признаться — безумие... Чхве Соль У, мысли логически. Поступишь в университет — чувства пройдут. У этого придурка скоро снова появится девушка. Зачем портить отношения из-за сиюминутной прихоти?»
После занятий старшеклассники предложили пойти пообедать. Но у Соль У были другие планы. Он извинился, сел на автобус до закусочной матери и продумывал аферу.
Ему нужно было выманить у матери 2 миллиона вон — и притом быстро. «Какой предлог придумать?»
Несовершеннолетним кредиты не давали, поэтому выход был один — продать ноутбук в комиссионку. «Я отработаю летом, пропущу несколько месяцев курсов... А если не выйдет — отдам, когда поступлю в университет. Я добьюсь ее прощения...»
В закусочной он засыпал мать просьбами. Мыл жирные сковородки, оттирал застывший рис, ныл, капризничал, кокетничал, играл на жалости.
— Ноутбук мне правда нужен! Как я могу делать домашку в интернет-кафе или просить у Дэёна? Я получу стипендию и верну! Летом буду раздавать листовки, если надо! Ну пожалуйста! Ну ма-а-ам!
— Говорю же, подожди три месяца! Денег нет!
— Нет, мам, я знаю тебя — если дашь деньги, они утекут, как вода. Лучше оформим рассрочку, тогда придется затянуть пояс потуже. Есть же беспроцентная рассрочка на 12 месяцев!
В конце концов, мать не устояла перед аргументом "для учебы" и согласилась поехать в магазин. После оформления рассрочки на ноутбук за 1,59 млн вон Соль У взглянул на часы — было уже 3.
С Ха Ёнсо они договорились встретиться у адвоката в 5. Времени в обрез, поэтому он сразу направился к автобусной остановке.
— Мам! — крикнул он, чмокнув мать в щеку, и бросился прочь, не оглядываясь. Такого он не делал даже в детстве, и теперь по телу будто бегали мурашки. Услышал ее удивленное "Ой!", но было слишком стыдно оборачиваться.
На самом деле стыд мерк перед чувством вины — оно было в десятки раз сильнее. Обманывать близких оказалось куда тяжелее.
«Мама, прости. Это не для чего-то плохого. Я отработаю, даже если придется бросить курсы и пожертвовать летними каникулами...»
Стоял разгар лета — стрекот цикад, палящее солнце, раскаленный асфальт. Соль У бежал с рюкзаком за спиной и коробкой ноутбука в руке. Школьная форма мгновенно промокла от пота.
Но даже с грузом в этой духоте он не чувствовал дискомфорта.
Даже с тяжелой коробкой бежать было не в тягость. Солнечные блики играли на капотах проезжающих машин. Яркий свет резал глаза, но не раздражал, а учащенное дыхание не сковывало.
Летний воздух наполнял легкие, пот капал с прядей волос. «Вон Дэён, наверное, чувствует то же самое, когда бежит по дорожке...»
Пришло сообщение от Дэёна — спрашивал, как дела. Соль У соврал, что пошел смотреть ноутбуки, и зашел в заранее найденный магазин б/у техники.
— Я звонил ранее. Вы сказали, что готовы купить его за 1,47 млн вон, верно?
Молодой продавец протянул раскрасневшемуся Соль У стакан воды. Тот выпил, остыл и вышел из магазина с конвертом, где лежало 1,47 млн вон — деньги, полученные обманом.
К ним Соль У добавил 500 тысяч из своих сбережений — копил со средней школы на черный день.
В сумке теперь лежал конверт с 1,97 млн вон. Соль У сел в автобус, остывая под кондиционером. Даже сейчас, когда страх разоблачения грыз его изнутри, раздражения не было — и это удивляло.
Выйдя на остановке, он снова побежал. Мимо деревьев вдоль реки, вдоль стен, увитых плющом, вдыхая влажный летний воздух полной грудью.
«Этот день я запомню навсегда. Этот забег по летнему городу, между небоскребами Самсон-дон...»
— Ха... ха...
–––––––––––
Другие переводы Jimin на тг-канале
Корейский дворик новелл