Младший друг.

Отчёт о состоянии на конец месяца:
Количество сбоев увеличится на один.

Вон Дэён по-прежнему стоял на коленях перед Чхве Соль У. Тот сжал виски пальцами и пробормотал:

— Ненавижу эту игру в «Дженгу». Строить башню, только чтобы её разрушить... Вкладываешь столько сил, укладываешь блок за блоком, а потом вытаскиваешь один-два брусочка — и всё рушится в одно мгновение. Какой смысл строить, если знаешь, что она развалится?

Говорят, гормоны, отвечающие за влюблённость, перестают вырабатываться через три года. Так в чём же была проблема Чхве Соль У? «Это пройдёт, — думал он. — Всё наладится». Но что-то шло не так. Может, дело в нехватке нейронов, регулирующих электрическую активность мозга? Или в нарушении выработки дофамина и адреналина?

А если сейчас его трясёт от ярости — может, проблема всё-таки в Соль У?

Вон Дэён усмехнулся.
— Ты так сильно не любишь проигрывать в «Дженгу»?
— Не в этом дело. Мне ненавистно, как рушится башня. Столько труда — и всё рассыпается в прах.
— И это тебя стрессует?
— Да. Если бы я знал — вообще не стал бы строить.

Чхве Соль У болтал вздор, лишь бы скрыть боль, разрывавшую грудь. Вон Дэён, с трудом сдерживавший смех, наконец вздохнул, провёл рукой по лицу и сказал:
— Давай в следующий раз сложим башню, которая не развалится. Принесу суперклей.

«Лучше бы он отшутился. Лучше бы не отвечал так...»

––––––––––

Вон Дэён естественным образом влился в компанию Чхве Соль У. Теперь их дружеский кружок из пяти-шести человек стал известен всей школе как тесная компания.

Само собой получилось, что они обменялись номерами телефонов. Ха Ёнсо лично добавила Вон Дэёна в групповой чат, а когда они засиживались допоздна в библиотеке углублённого класса, Соль У, включая телефон, обнаруживал сообщения от неё: «Ходила смотреть на тренировки Дэён-сэнбая».

После нескольких таких мелких, но накапливающихся ударов, Чхве Соль У достиг состояния полного отрешения.

«Что толку желать недостижимого?»

Его разум стал кристально чистым и пустым.

Через несколько дней у него онемели пальцы, а голова закружилась так, что пришлось подать заявление на досрочный уход. Теперь Соль У безошибочно распознавал малейшие признаки сбоя. Во время перемены, когда он тихо выходил со школьного двора, Ха Ёнсо подбежала к нему — она тоже уходила пораньше, направляясь в тренировочный зал.

Приблизившись вплотную, она прошептала:

— Дэён-сэнбай... Он вообще осторожный в отношениях?

— ...А что?

— Я впервые в жизни призналась ему в чувствах.

Соль У мысленно представил эту сцену, затем равнодушно переспросил:

— И что он сказал?

— Ответил, что подумает.

— Подумает?..

Он прекрасно знал, что это лишь вежливый способ отказа. Но Ёнсо, уловив нюанс в его голосе, быстро покачала головой:

— Если бы он хотел отказать, то сделал бы это сразу. Разве Дэён-сэнбай из тех, кто станет мямлить и увиливать?

— ...Нет.

Её слова звучали логично. Разве Вон Дэён из тех, кто боится испортить атмосферу в компании и поэтому не может прямо отказать? Нет, это было совершенно на него не похоже. Решение «взять паузу» — абсолютно не в стиле Дэёна.

Чхве Соль У нахмурился, пытаясь осмыслить это, и тогда Ха Ёнсо, с трудом подбирая слова, призналась:

— Просто... Дэён-сэнбай сказал, что сначала думал, будто у нас с тобой может что-то получиться. Поэтому и старался сблизиться со всеми, чтобы мы стали одной «семьёй».

Даже если так...

При чём здесь Вон Дэён, если он собирается встречаться с Ёнсо? И... это также означало, что для Дэёна их возможные отношения — не разрывающая сердце трагедия, а всего лишь повод проявить доброту, впустив её в свой круг.

Соль У уже собирался прогнать мучительные мысли, как вдруг резкая ругань за спиной заставила его вздрогнуть.

— Ёбаный... Ты куда это собрался, мразь?

Он повернулся на незнакомый голос. В нескольких шагах стояли те самые третьекурсники, которые раньше приставали к Ха Ёнсо, с парой своих приятелей.

— Вот же сука, подстилка Вон Дэёна.

Чхве Соль У замер на месте. Кан Джонхёк присел на корточки у клумбы, хихикая, а его дружки преувеличенно переглядывались, типа «Ты это слышал?». Лицо Ёнсо побелело.

«Лучше не связываться», — подумал Соль У и потянул её за собой.

— Пошли, — он схватил её за локоть и сделал шаг вперёд.

Но из-за спины продолжали доноситься гнусные комментарии:

— Эй, это ты в зал на репетицию?
— Какая репетиция? Она же все силы на отсос Вон Дэёну потратила.

Тут Соль У наконец понял, зачем Дэён так старался держать их обоих в своём кругу. Чтобы отрезать этих ублюдков от Ёнсо раз и навсегда.

Он поставил девушку на место, развернулся и направился к ним, протискиваясь между плотно припаркованными машинами.

— Похоже, вы лучше меня осведомлены о достоинствах Вон Дэёна, — произнёс он ровным голосом.

Кан Чонхёк резко поднялся. Заметив Соль У только сейчас, он нервно провёл рукой по подбородку. Его глаза, скользнув по лицу Соль У, лихорадочно соображали, как реагировать. Один из его приятелей, с дорогими часами на запястье, уже нащупывал почву для восстановления «чести»:

— О-о-о, защитничек нашёлся. Что, так близки, что даже дырку на двоих используете?

—...

—Твой хён Дэён — знатный гуляка, сам-то небось без задних ног был? Тебе, наверное, легко живётся, катаясь на его спине и пользуясь всеми благами.

—Может, хватит грязи и попробуем поговорить по-человечески?

Кан Чонхёк, до этого покачивавший ногой с ухмылкой, понизил голос:

— Младший. Блядь, хватит зубы скалить. Если твоему «дорогому братану» порвут подколенные сухожилия — его карьере конец, понял?

В экосистеме нельзя получить власть без кровавой борьбы. Это был неизменный закон, действующий с начала времён до современной цивилизации. Чхве Соль У даже глазом не моргнул перед его откровенной угрозой:

— Нет. Его семья так богата, что он сможет всю жизнь сдавать недвижимость и жить в своё удовольствие. Зачем ему пачкаться в преступлениях?"

Уголок рта Чонхёка дёрнулся. Их противостояние закончилось только благодаря появившемуся на парковке учителю.

–––––

Дома, вздремнув пару часов, Соль У позвонил Вон Дэёну. На вопрос о признании Ха Ёнсо тот ответил буквально то же, что говорила она: "Я подумаю" — и затем спросил, что случилось. Соль У ответил коротко:

— Всё нормально. Просто мы же друзья. Как ты и я.

Когда же он заговорил о встрече с Кан Чонхёком, Дэён заметно притих. Выслушав молча, он лишь бросил:

— Понял. Не переживай, это не твоя забота.

В его тоне чувствовалось, что он ожидал подобного. Он даже не стал перепроверять слова Соль У. Даже если бы тот намеренно оклеветал кого-то — Дэён безоговорочно поверил бы.

На следующее утро в старшей школе Хёниль царило небывалое волнение.

Вон Дэён пришел рано утром и ждал Кан Чонхёка на школьном дворе. Когда тот вышел из машины и направлялся к входу, Дэён преградил ему путь:

— Повтори-ка своими словами, что ты вчера сказал моему другу.

Пока они стояли, уставившись друг на друга, вокруг начали собираться ученики.

Чонхёк, покраснев от злости, как виноватый, что первым начал драку, выпалил свои вчерашние слова. Но Дэён не сдвинулся с места.

— И после этого ты еще смеешь переступать порог школы? Ты тупой? Или просто конченый? Убирайся. Тебе здесь не место.

Последующие 10 минут Чонхёк физически не мог войти на территорию школы. Дело почти дошло до драки, но Дэён так и не пустил в ход кулаки - он просто ходил кругами вокруг задыхающегося от ярости парня, не давая ему пройти. Когда учителя, привлеченные толпой у ворот, наконец вмешались, Дэён медленно отступил. Но прежде громко заявил, и это было его главной целью:

— Все слышали, что этот ублюдок сказал? Отныне у меня с ним нет ничего общего.

Этим поступком Вон Дэён не просто вынес Кан Чонхёку приговор - «исчезни из моего поля зрения». Он бросил вызов всей школе, словно раздавая карты в покере:

— Отныне я не считаю этого человека ни одноклассником, ни даже человеком. Делайте свой выбор.

Перед учениками Хёниль встал нелегкий вопрос: чью сторону принять - изгоя Чонхёка или всеобщего любимца Дэёна?

Ледяной ветер отчуждения пронесся по коридорам и классам третьего года обучения. Ко второму уроку слухи достигли второкурсников, а после третьего - вся школа уже судачила об утреннем скандале.

Когда настало время ланча, Чхве Соль У, стоя на подвесном мостике и нервно сглатывая ком в горле, наблюдал поразительную картину:

У баскетбольной площадки собралась толпа. В центре - Дэён с друзьями, окруженный морем одинаковых школьных форм. Лица ребят сияли от возбуждения и веселья.

Но нигде на школьном дворе не было видно Чонхёка.

Поползли слухи, будто он ушел на обед с родителями и друзьями. Но любой дурак понимал - это была жалкая отговорка.

Вряд ли он предполагал, что пара необдуманных фраз приведет к такому фиаско. Теперь перед ним маячило лишь три пути:

Тихо сгинуть в тени, как призракСнова сменить школуУниженно ползать перед Дэёном, вымаливая прощение.

Второй вариант был связан с кучей бюрократических препон, а третий — даже покойник в гробу перевернулся бы от такого унижения. Выбора не оставалось — только тихо смириться и исчезнуть.

–––––––––––

Другие переводы Jimin на тг-канале

Корейский дворик новелл