๑Воздушная Тюрьма๑
ГЛАВА 33
Воздушная тюрьма.
"Т/и"
Острый ум– такое же оружие, как острые когти.
— Хисын.
Следующий день наступил слишком быстро и неестественно ярко. Солнце, бьющее в иллюминаторы аэропорта, казалось насмешкой после той ночной, полной теней и шёпотов реальности, в которой я оказалась. Я шла по трапу, сжимая в руках планшет с документами, и чувствовала себя не менеджером, ведущим свою группу в мировой тур, а надзирателем, сопровождающим партию особо опасных преступников. Или, может, наоборот– их заложницей.
Самолет был современным, просторным, салон бизнес-класса– полупустым. Но воздух внутри казался густым и спёртым ещё до взлёта. Я выбрала место чуть поодаль, чтобы иметь возможность наблюдать за ними, не попадаясь слишком явно на глаза.
Они вошли почти бесшумно. Не как обычно– неся с собой гомон, смех, шуршание пакетов с Duty Free. Они вошли молчаливой, сплочённой группой. Их движения были отточенными, экономичными, будто они сохраняли каждую каплю энергии для чего-то важного.
Первым шёл Чонвон. Его лицо было маской идеального, профессионального спокойствия. Он улыбался стюардессам, кивал мне, но его глаза– его глаза были холодными и пустыми, как два куска антарктического льда. Он был на посту.
За ним– Хисын и Джей. Они не разговаривали, лишь молча указали друг другу на места, будто отрабатывая давно заученный манёвр. Их взгляды скользили по салону, анализируя, оценивая угрозы. Я невольно проследила за их взглядами: аварийные выходы, персонал, другие пассажиры… я.
Я быстро отвела глаза, чувствуя себя обнаруженным шпионом.
Джейк и Сонхун прошли следом, и в их поведении сквозила хоть капля привычной расслабленности, но она была фальшивой, натянутой, как струна.
А потом появился он. Сону.
Его вели. Не физически, конечно. Но Ники шёл сзади него почти вплотную, а Джейк ненавязчиво придержал его за локоть, когда тот споткнулся о порог. Сону шёл, уставившись в пол, его плечи были ссутулены, а лицо… Боже, его лицо.
Оно было серым, землистым, под глазами залегли глубокие, фиолетовые тени, будто он не спал несколько недель. Он был бледен до синевы, и его руки слегка дрожали, когда он пытался убрать сумку на полку. Он выглядел так, будто его выписали из реанимации прямо в аэропорт. И все они, сознательно или нет, создавали вокруг него защитный периметр, отсекая любые возможные взгляды, любое внимание.
Моё сердце сжалось от чего-то острого и колющего. Не от страха. От жалости. От беспомощности. Что с ним сделали? Что они с ним сделали прошлой ночью?
Он упал в кресло у окна, словно его ноги подкосились, и сразу же откинул голову назад, закрыв глаза. Но по напряжённым мышцам его шеи, по тому, как он сжал подлокотники, я поняла– он не спит. Он мучается.
Ники грозно опустился в кресло рядом с ним, бросив на меня быстрый, предупреждающий взгляд. Послание было ясным: "Не подходи".
Самолёт тронулся, набрал скорость, оторвался от земли. Обычно этот момент вызывал лёгкое возбуждение, предвкушение путешествия. Сейчас же я чувствовала лишь нарастающую клаустрофобию. Мы были заперты в металлической трубе на несколько часов. Бежать было некуда.
Я попыталась читать документы, но буквы расплывались. Вместо них перед глазами вставало бледное, страдальческое лицо Сону. Его хриплый шёпот: "Ты пахнешь особенно сильно". Испуганные, старые глаза Ники в щели двери.
Я рискнула снова посмотреть на них. Они не расслабились. Они сидели неподвижно, но между ними шёл постоянный, беззвучный диалог. Взгляды, быстрые кивки, едва заметные жесты. Чонвон что-то тихо сказал Хисыну, и тот, не меняя выражения лица, достал из кармана маленький серебряный флакон и незаметно передал его Ники. Тот, в свою очередь, сунул его в руку Сону. Тот лишь молча сжал пальцы, даже не взглянув, будто это была часть какого-то отработанного до автоматизма ритуала.
Они были не группой артистов. Они были отрядом солдат, затаившимся на вражеской территории. А я была самым большим врагом в этом салоне. Непредсказуемым элементом. Бомбой.
Самолёт попал в зону турбулентности, и ремень безопасности врезался мне в плечо. Я вздрогнула. Сону в тот же момент резко подался вперёд, схватившись за живот, и издал тихий, сдавленный звук, похожий на стон. Его лицо исказилось гримасой боли.
Ники мгновенно положил ему руку на плечо, что-то быстро и тихо говоря ему на ухо. Джейк наклонился, закрывая его от остального салона своим телом. Чонвон обернулся, и его ледяной взгляд на секунду встретился с моим. В нём не было ни просьбы о помощи, ни злости. Был лишь холодный, безжалостный расчёт. И предупреждение.
Я резко отвернулась к иллюминатору, глядя на бескрайние поля облаков под нами. Они были такими же белыми, мягкими и безмятежными, какими должны были быть мои подопечные. Но вместо этого в салоне царила боль, страх и какая-то древняя, непонятная мне тайна.
Я поняла, что мировой тур– это не награда. Это испытание. И мы все, в том числе и я, были помещены в эту летящую на высоте десять километров лабораторию, где должны были либо найти выход, либо взорваться. И по выражению лиц моих парней, они прекрасно знали, какой исход вероятнее.
——————————————————
Всем приветик, мини предупреждение, сегодня выйдет много глав) устала выпускать по несколько глав в неделю, поэтому выпущу сразу много) всем дальнейшего, приятного чтения 💓☕️
Ваша Polina Park💓✨