๑Призрак за Дверью๑
ГЛАВА 32
Призрак за дверью
"Сону"
Живи здесь и сейчас. Будущее подождёт, а настоящее– вот оно, проносится мимо!
— Ники.
Агония была тихой и глубокой, как колодец. Я лежал на слишком мягком диване на который ели забрёл из-за слов Чонвона:
— Там будет удобнее.
уставившись в потолок, и чувствовал, как по моим венам медленно, капля за каплей, растекается чужая кровь. Она была холодной и безвкусной, как протухшая вода, лишь притупляя острейшие грани голода, но не утоляя его. Моё собственное тело было пустой, высохшей скорлупой, болезненно отзывающейся на каждый шорох, на каждый вздох.
Воздух в комнате был спёртым и густым, пропахшим нашим общим страхом и усталостью. Я слышал, как бьются их сердца– у Чонвона ровно и медленно, у Джея– чуть учащённее, у Ники– частым, птичьим ритмом. Слышал скрип кожи о кожу, когда кто-то поворачивался. Это было моей реальностью– мир, сузившийся до звуков и запахов.
И тогда я учуял её.
Сначала это была лишь слабая, почти призрачная нотка в общем коктейле запахов здания. Цветущая вишня и бергамот. Но с каждой секундой он нарастал, становился гуще, насыщеннее, пока не заполнил собой всё моё существо. Это был не просто запах. Это был зов. Яд и нектар одновременно. Он обжигал ноздри, заставлял слюну во рту становиться вязкой и горькой, а клыки– ныть с новой, свежей силой.
Я застонал, не в силах сдержаться, и вжался лицом в спинку дивана, пытаясь заглушить его, спрятаться.
В комнате мгновенно повисла мёртвая тишина. Все замерли. Потом раздался резкий, отрывитый шёпот Хисына:
—Все молчите.
Они тоже почуяли. Конечно, почуяли. Просто для них это было тревожным сигналом. Для меня– пыткой.
Я услышал её шаги. Лёгкие, неуверенные, приближающиеся по коридору. Её сердцебиение– частое-частое, как барабанная дробь маленькой перепуганной птицы. И её запах… Боже, её запах. Он плыл по коридору, как густой, сладкий туман, и каждая его молекула впивалась в мою кожу когтями.
— Она идёт сюда,– прошипел Джейк, и в его голосе слышалась неподдельная паника.— Что ей нужно? Сейчас?!
— Чёрт, Сону и так едва отошёл,– глухо пробормотал Сонхун.— Если он сейчас её почувствует в полную силу…
Его слова повисли в воздухе, не нуждаясь в продолжении. Все понимали. Моё тело было истощено, контроль над собой– на нуле. Её появление сейчас могло стать той самой последней каплей, которая переполнит чашу и заставит меня сорваться. Окончательно и бесповоротно.
Мы все затаили дыхание, когда её шаги замерли прямо за дверью. Я чувствовал её через стену. Чувствовал тепло её тела, лёгкий пар от дыхания. Она стояла и колебалась. Я мог почти слышать ход её мыслей.
И тогда раздался стук. Тихий, неуверенный. Но для моих ушей он прозвучал громче любого грома.
Вся комната вздрогнула, как один организм. Чонвон резко поднялся с кресла, его тень на стене стала огромной и угрожающей. Я сжался в комок, впиваясь ногтями в обивку дивана, пытаясь физически сдержать рвущегося наружу зверя. Её запах за дверью стал просто невыносимым.
— Ники,– тихо, но чётко скомандовал Чонвон.— Ты. Только ты. Сделай так, чтобы она ушла. Спокойно. Ничего не заподозрив.
Я услышал, как Ники сглотнул. Потом его тихие шаги к двери. Скрип ручки. Приоткрытая щель. Я не видел её, но чувствовал каждую её микроскопическую реакцию. Напряжение Ники. Её лёгкое, сбитое дыхание. Слова, которыми они обменивались– пустые, дежурные, но под ними бушевал океан невысказанного ужаса.
Я зажмурился, пытаясь блокировать её. Но это было бесполезно. Она была как солнце– даже не видя её, я чувствовал её жгучее присутствие.
Дверь закрылась. Её шаги затихли, удаляясь по коридору. Её запах медленно начал рассеиваться, оставляя после себя лишь сладкое, мучительное послевкусие и всепоглощающую пустоту.
В комнате выдохнули. Воздух снова пришёл в движение.
Ники тяжело швырнул себя в кресло, и старый кожзам громко хрустнул под его весом.
—Чёрт,– он выдохнул с такой силой, словно держал дыхание все эти минуты.— Еле сдержался. Что сегодня происходит? Почему она пахнет так сильно?!
Он провёл рукой по лицу, и его голос дрогнул от нахлынувших эмоций– страха, растерянности, злости на ситуацию.
—Больше ей не открою. И не просите!– это прозвучало как клятва, как обет, вырванный у самого себя под давлением невыносимой реальности.
Я медленно перевернулся на спину, глотая воздух, который наконец перестал жечь лёгкие. Стыд снова накатил на меня, густой и липкий. Из-за меня они теперь в страхе ждут её появления. Из-за меня Ники был вынужден лгать и прятаться. Из-за моей слабости.
Я не произнёс ни слова. Просто снова уставился в потолок, чувствуя, как холодная, чужая кровь продолжает течь по моим венам, не принося ни капли настоящего облегчения. Враги были не только снаружи, в лице TXT. Самый страшный враг сидел во мне. И он только что продемонстрировал всем, на что способен.