๑Укол Спасения๑
ГЛАВА 28
Укол спасения.
"Enhypen"
Самый действенный укол– не от боли, а от правды, сказанной вовремя.
— Хисын.
Чонвон ощущал каждую каплю пота, медленно скатывающуюся по его позвоночнику под плотной, влажной тканью тренировочной майки. Воздух в зале был спёртым и тяжёлым, пахнущим разгорячёнными телами, старым деревом пола и едким запахом перегретой электроники. Его собственные клыки, скрытые за сжатыми губами, слегка ныли от перенапряжения– тупая, фантомная боль, напоминание о часах, потраченных на отработку сложнейших синхронных движений. Он делал глубокий, контролируемый вдох, пытаясь загнать обратно тёмную, беспокойную энергию, что клокотала внутри после интенсивной практики.
Именно в этот момент его нос вздрогнул, уловив нечто инородное.
Это был не просто запах крови. Обычная человеческая кровь пахла для него сладковато-металлическим искушением. Это было нечто иное. Густое, терпкое, с горьким, ядовитым подтоном. Вампирская кровь. С характерным оттенком старой медной монеты, оставленной под языком, и острой, колющей нотой электрической статики, витающей в воздухе перед ударом молнии. Запах саморазрушения. Запах слабости.
Его зрачки моментально, без малейшей команды с его стороны, сузились в две тонкие, чёрные, вертикальные щели. Инстинкт. Тревога. Кончики пальцев внезапно похолодели, став ледяными– первый, безошибочный признак нарастающей паники у их вида. Адреналин, древний и мощный, ударил в кровь, и его собственное сердце, которое обычно било размеренно, раз в несколько минут, застучало с бешеной частотой, с силой перекачивая застоявшуюся, густую кровь, готовя тело к действию.
Он ринулся на запах, его ноги несли его по коридорам с неестественной, призрачной скоростью. И он нашёл его. Сону.
Картина заставила его собственное сердце на мгновение застыть. Сону прислонился к стене, его фигура была безвольно расслабленной, словно тряпичная кукла. Его губы, обычно бледные, сейчас имели цвет увядшей, пожухлой розы, а в их потрескавшихся уголках запекалась та самая тёмная, ядовитая кровь. Веки были полуприкрыты, и сквозь длинные ресницы Чонвон видел тонкую, полупрозрачную красную кайму мигательной перепонки– третьего века, проявляющегося только в моменты крайнего истощения или близости к смерти. Ногти на его левой руке, беспомощно лежавшей на полу, отливали синеватым, мертвенным оттенком– верный признак катастрофического кислородного голодания, неестественного для их вида.
А на запястье... два идеальных, аккуратных прокола, будто сделанные стерильным инструментом. И от них по гранитному полу растекался тёмный, почти чёрный ручеёк, образуя причудливый, зловещий узор, напоминающий древние, забытые руны самоуничтожения.
— Сону?!– его голос прозвучал хрипло, не своим тембром. Он бросился на колени, его сильные руки впились в плечи друга, резко встряхивая его, пытаясь вернуть в реальность.— ТЫ СУМАСШЕДШИЙ!? СКОЛЬКО РАЗ Я ГОВОРИЛ НЕ КУСАТЬ СЕБЯ!
Но Сону не отвечал. Его дыхание было поверхностным, прерывистым, а пульс на шее– слабым, нитевидным, едва уловимым.
"Он пил свою кровь... Опять... До потери сознания..."
Ледяная паника сжала горло Чонвона, грозясь вылиться в крик. Но он был лидером. Он должен был быть спокойным. Столп. Он резко выдохнул, на мгновение закрыв глаза, отсекая эмоции. Он сосредоточился, найдя ту самую невидимую нить, что связывала их всех семерых.
Мысленный крик, острый и пронзительный, как лезвие бритвы, разорвал тишину в их сознании:
— |РЕБЯТА, КРИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ! ДВЕНАДЦАТЫЙ ЭТАЖ, У ЗАПАДНОГО КРЫЛА! НЕМЕДЛЕННО! СОНУ...
В библиотеке Хисын в этот момент с безупречной точностью перелистывал страницу 394 древнего фолианта– пыльный трактат о вампирских войнах XV века. Внезапно его собственные клыки, реагируя на отчаянный зов Чонвона, рефлекторно выдвинулись на полтора сантиметра, с лёгким щелчком пронзив нижнюю губу. Капля густой, почти чёрной крови упала на пожелтевший пергамент, расплываясь тёмным пятном.
— |Чёрт!– его мысленный ответ был не просто словом, а целой лавиной ярости, страха и холодной аналитики, от которой у самого Чонвона задрожали веки. Хисын вскочил так резко, что массивный кожаный стул с оглушительным грохотом опрокинулся назад. Его тень, подёргивающаяся и неспокойная, на секунду оторвалась от тела и замерла на стене– редкий, почти забытый вампирский феномен, проявляющийся только в моменты крайнего эмоционального возбуждения.
— НИКИ!– его крик эхом разнёсся по коридору.
— Я слышал!– голос Ники прозвучал сразу же, откуда-то сверху.— Побежали!
Сонхун, находившийся в уединённом дворе и медитировавшим под скудным лунным светом, почувствовал зов на секунду позже других. Наружные стены, пропитанные солью и вековой пылью, частично блокировали их ментальную связь. Его плащ взметнулся вокруг него, как крылья гигантской летучей мыши, когда он резко развернулся и помчался к главному входу, не обращая внимания на шокированные взгляды редких прохожих. Уличные фонари мелькали в его глазах, отражаясь в узких, как у кошачьих, вертикальных зрачках, светившихся неестественным янтарным светом.
Джей и Джейк были в спортзале, где первый выжимал невообразимый вес на тренажёре, а второй страховывал его. Голос Чонвона, прорвавшийся в их сознание, заставил их метнуться с места одновременно, бросив всё. Они двинулись с такой скоростью, что за ними на мгновение остался лёгкий, прозрачный дымок– следствие резкого перепада температуры воздуха вокруг их разгорячённых тел.
Первым на место прибыл Хисын с Ники на пятках. За ними, сбивая дыхание, ворвался Сонхун. Последними появились Джей и Джейк, их лица были искажены смесью ярости и страха.
Картина, открывшаяся их взглядам, была удручающей и пугающей: Чонвон на коленях, своими руками поддерживая безвольное тело Сону, который уже почти потерял сознание. Его губы побелели, а кожа приобрела мертвенную, фарфоровую бледность, сквозь которую проступали синеватые прожилки вен.
— Он опять...– начал Ники, его голос дрогнул.
— Да,– резко, без эмоций, оборвал его Чонвон.— Он пил свою кровь. Довёл себя до критической точки.
— Чёрт, это всё из-за Т/и!– выдохнул Джей, сжимая кулаки. Его глаза вспыхнули яростью, но в них читалось и беспокойство, и горькое понимание. Они ненавидели, когда Сону так безрассудно рисковал, но причина этой агонии была им всем слишком хорошо известна.
— Быстро в медблок!– скомандовал Сонхун, его голос прозвучал властно и собранно, вырывая всех из оцепенения. Они, не теряя ни секунды, осторожно, но быстро подхватили Сону и понеслись по лестнице, их движения были отточенными и слаженными даже в панике.
Шумная, обезумевшая от страха группа ворвалась в тихий, пыльный коридор, ведущий к библиотеке. Их шаги гулко отдавались по каменному полу. Сонхун, шедший первым, резко дёрнул за старинный, покрытый патиной бронзовый канделябр на стене. Раздался низкий, скрежещущий звук скрытых механизмов, и целая секция книжных полок бесшумно отъехала в сторону, открывая узкий, тёмный проход, вдоль которого тускло мерцала синяя неоновая подсветка, вмонтированная в плинтусы.
Секретный медицинский блок представлял собой сюрреалистичный симбиоз алхимической лаборатории викторианской эпохи и ультрасовременного хирургического центра. Воздух внутри пахнал озоном, антисептиком и сладковатым запахом консервированной крови.
В углу стоял массивный свинцовый холодильник размером со шкаф, испещрённый цифровыми панелями, поддерживающими температуру в -20°C. Рядом высились ряды стеклянных вакуумных колб с маркировкой «AB-», «0+ Vamp» и «Pure Sanguis». Светилась контрольными лампочками небольшая криогенная камера для экстренных случаев с запасами замороженных эритроцитов.
Неподалёку соседствовали антикварный гематологический анализатор, щедро усовершенствованный пучками проводов и современной электроникой, и ультразвуковой сканер со специальным датчиком для отслеживания уникального кровотока вампиров. На старинном деревянном подносе, бархатном и выцветшем, аккуратно были разложены серебряные иглы для забора проб.
А в центре всего этого стоял хирургический стол из нержавеющей стали, окружённый современным наркозным аппаратом с модификациями для вампирской физиологии и мощной системой фильтрации воздуха с угольными фильтрами. На полках поблёскивали хрустальные сосуды с растворами, светящимися слабым, зловещим красным светом. Одна стена была занята стеллажом с реагентами: бутыли с чёрной, непрозрачной жидкостью, пузырьки с серебряным, мелкодисперсным порошком. У другой стены стоял огромный ретро-шкаф с сотнями маленьких ящичков, каждый с искусной ручной гравировкой на латыни.
Парни вбежали в комнату. Сону безвольно болтался на руках у Хисына, его бледное, как мрамор, лицо с алыми каплями крови на губах выглядело жутко и неестественно.
Чонвон тут же рванул к главному шкафу с препаратами, его пальцы с лету нашли нужные флаконы:
Густая, чёрная, как смоль, жидкость в прозрачном флаконе– концентрированная плазма, смешанная с мощнейшим адреналиновым стимулятором. Штука, способная заставить заработать даже почти остановившееся вампирское сердце.
Специальный жгут с серебряными застёжками, созданный чтобы временно перекрыть доступ крови к повреждённым вампирским сосудам и нейтрализовать токсины вокруг укусов.
Стерильный шприц с длинной иглой, сделанной из очищенного серебра– единственный материал, способный эффективно ввести стимулятор прямо в вампирскую вену.
Хисын тем временем уложил Сону на холодную поверхность кушетки, резко закатал ему рукав, обнажив два свежих, идеальных укуса. Кровь уже не текла, но сосуды вокруг были неестественно тёмными, почти чёрными, образуя паутину под кожей.
— Он успел выпить слишком много,– проворчал Джей, просвечивая карманным фонариком зрачки Сону. Те были расширены до предела, с едва заметным, но пугающим красноватым отливом– верный признак начинающейся интоксикации собственной кровью, вампирского аналога сепсиса.
Сонхун, не теряя времени, с профессиональной точностью наложил жгут выше укусов, перекрыв циркуляцию и изолировав яд.
— Держите его крепче!– бросил Чонвон, наполняя шприц той самой чёрной жидкостью. Она густо переливалась в прозрачном цилиндре, словно живая.
Ники и Джейк прижали Сону за плечи, а Хисын зафиксировал его руку, пока Чонвон с уверенностью опытного хирурга вонзил серебряную иглу в вену.
Сону вздрогнул всем телом, его мышцы напряглись в один миг, а по жилам от места укола побежали тёмные, почти чёрные прожилки. Это была шоковая реакция на мощнейший препарат.
— Чёрт, у него конвульсии!– выругался Хисын, наваливаясь на него всем весом, чтобы удержать.
Чонвон не отвлекался, его лицо было каменной маской концентрации. Он медленно, миллиметр за миллиметром, вводил содержимое шприца.
— Это должно стабилизировать его кровь... Осталось совсем немного...
Казалось, прошла вечность. Наконец, игла была извлечена. Сону резко, с хрипом вдохнул, его глаза широко распахнулись, а зрачки моментально сузились до двух тонких, как иголки, вертикальных щелочек– типичная вампирская реакция на ударную дозу адреналина.
— Он приходит в себя,– с облегчением прошептал Джейк, ослабляя хватку.
Сону закашлялся, судорожно пытаясь приподняться, но Чонвон грубо, почти яростно, толкнул его обратно на кушетку.
— Лежи, идиот! Ты чуть не умер, выбросил это из головы!?
Сонхун тем временем уже смешивал в высоком стакане специальный раствор– густую, вязкую смесь животной крови и экстракта вампирских желез, предназначенную для экстренного восстановления электролитного и клеточного баланса.
— Пей! Медленно, маленькими глотками!– приказал он, с силой поднося стакан к губам Сону.
Тот сморщился от знакомого горьковатого вкуса, но сделал первый глоток... затем второй... третий... С каждой секундой цвет постепенно, медленно возвращался к его щекам, отступала мертвенная бледность.
Хисын, наконец разжав руки, скрестил их на груди. Его взгляд был тяжёлым и неумолимым.
— Ну и что, опять эта Т/и довела? Или просто в очередной раз захотелось по-быстрому "кайфануть" и забыться?– его слова висели в воздухе, острые, как лезвия.
Сону отвернулся к стене, но Чонвон не дал ему уйти от ответа.
— Сколько раз можно повторять одно и то же? Ты прекрасно знаешь, что самопоедание для нас– чистый, концентрированный яд!– его голос гремел, наполненный болью и гневом.
(Да, вампиры не могут пить свою собственную кровь (друг друга могут )– она для них токсична, вызывала жесточайшие галлюцинации, мышечный некроз, а в больших дозах неминуемо вела к мучительной смерти).
— Я... не хотел,– прошептал Сону хрипло, его голос был слабым, надломленным.— Просто... не справился. С запахом... с мыслями... Слишком сильно.
Джей тяжело вздохнул, опускаясь на стул рядом с кушеткой. Его гнев улёгся, сменившись усталой беспомощностью.
—Ты должен отдалиться от неё, Сону. Как можно быстрее. Хотя бы на время. В следующий раз мы уже не сможем тебя откачать, ты хоть это понимаешь? Цена твоего "не справился"– твоя жизнь!
Чонвон наконец отпустил его, отступив на шаг. Но его взгляд, устремлённый на Сону, оставался жёстким и неумолимым.
— Следующего раза не будет!– заявил он твёрдо.— А если он будет...– он сделал паузу, и в воздухе повисла невысказанная, но понятная всем угроза.
— Ничего,– встрял Джейк, пытаясь разрядить обстановку.— Посидит недельку на капельницах и восстанавливающих уколах, тогда, глядишь, и до него дойдёт вся серьёзность ситуации.
Сонхун лишь хмыкнул, убирая использованные препараты на свои места.
—Ладно, теперь он наш общий дозор,– заключил он.— Кто-то должен постоянно следить за этим дураком, чтобы он не устроил себе повторный сеанс самоуничтожения.
— Я беру первую смену,– немедленно вызвался Ники, поднимая руку. Его юное лицо было серьёзным и полным решимости.
Сону закрыл глаза, чувствуя, как остатки тьмы и боли наконец отпускают его, сменяясь изнуряющей слабостью и горечью стыда.
В тягостной тишине, нарушаемой лишь тихим жужжанием аппаратуры, неожиданно заговорил Джей. Он сидел, уставившись на серебряный шприц в руках Чонвона, и в его глазах горела опасная искра догадки.
—Уколы...– он произнёс это слово тихо, почти задумчиво, а затем его взгляд стал острым, сфокусированным.— Точно, уколы!
Все присутствующие, как по команде, резко повернули головы в его сторону.
—Джей, у тебя что, белая горячка?– скептически, но с тревогой в голосе спросил Джейк.— Какие ещё уколы? С тобой точно всё в порядке?– Он даже потянулся к карманному фонарику, словно желая проверить его зрачки.
— Эй, перестань!– Джей отмахнулся от него, но его выражение лица оставалось смертельно серьёзным.— Я абсолютно серьёзен! У нас же есть эти... экспериментальные подавляющие препараты. Может, стоит попробовать... создать что-то? Блокатор? Чтобы на время тура...
— Нет!– Чонвон отрезал резко и категорично, даже не дав ему договорить. Его лицо стало суровым.— Никаких экспериментов над собой! Это слишком опасно! Мы не знаем всех побочных эффектов, последствия могут быть необратимыми!
— Опасно то, что она находится рядом с нами постоянно!– парировал Хисын, его холодный, аналитический голос прозвучал веско. Он вышел вперёд, поддерживая взгляд Чонвона.— И самое худшее произойдёт не из-за эксперимента, а если кто-то из нас в конце концов сорвётся. Сону– лишь первый звонок, Чонвон. У нас нет выбора. Мы должны хотя бы попробовать найти способ.
— Хисын прав,– поддержал его Сонхун, скрестив руки. Его обычно спокойное лицо было озабоченным.— Рано или поздно это случится с кем-то ещё. А если это произойдёт на глазах у тысяч людей, во время тура... Последствия будут катастрофическими. Не только для нас, но и для неё.
— Я думаю, Джей имеет в виду не просто укол, а создать некое подобие синтетического супрессора,– продолжил Сонхун, обращаясь уже ко всем.— Что-то, что можно будет быстро ввести в критической ситуации и на время подавить самые острые приступы жажды, чтобы взять себя под контроль.
— Чисто теоретически мы можем попробовать,– Чонвон сдался под напором логики, но в его глазах читалась непроходящая тревога. Он провёл рукой по лицу.— Но, чёрт возьми... я не хочу, чтобы всё пошло ещё хуже, чем сейчас. Мы играем с огнём.
— Мы понимаем твои опасения, Хён,– тихо сказал Ники, подходя и кладя руку на плечо Чонвона. Его взгляд был твёрдым.— Но мы должны попробовать. Ради нашего же выживания. Ради неё.
Джейк, до этого молча наблюдавший за дискуссией, высказал своё мнение:
—Думаю, более подходящего времени, чем сейчас, может и не быть. У нас скоро стартует этот адский тур по Европе. График будет забит под завязку, каждая минута на счету. Времени на разработку и тесты потом не будет. Предлагаю начать работу прямо сейчас.
Один за другим, после минутного тяжёлого молчания, все присутствующие, включая и самого Чонвона, кивнули. Решение было принято. Они стояли на пороге чего-то нового, опасного и неизведанного. Но другого пути у них не было.
——————————————————
А вот и моя любимая глава, как вам)? Думаю эта глава немного даёт намёка на то что парни не собираются кусать Т/и, и то что она не станет вампиром) по крайней мере надеюсь те кто ожидал что они её укусят, сильно не растроенны, но могу уверить что дальнейшие главы отнють не менее интереснее от этого не станут) всем доброй ночи~
Ваша Polina Park💓✨