Глава 7. Новый дом
*****
"Трудности часто готовят обычного человека к необыкновенной судьбе."
— Кристофер Маркус
Кайла
Я сидела в машине, смотря в окно, пока город мелькал за стеклом. Лука уверенно вёл, его взгляд был сосредоточен на дороге, а я молчала, погружённая в свои мысли.
После моего звонка он не стал расспрашивать — просто сказал, что приедет. И вот теперь я здесь, рядом с ним, но всё ещё не до конца понимаю, куда мы едем и что меня ждёт дальше.
— Как ты себя чувствуешь сегодня? — его голос прозвучал спокойно, но я заметила, как он мельком бросил на меня взгляд, полный скрытого беспокойства.
Я чуть сжала пальцы на коленях, продолжая смотреть в окно.
— Нормально, — ответила тихо, хотя сама не была уверена, правда ли это.
Лука не стал спорить, но я почувствовала, как атмосфера в машине изменилась. Казалось, он хотел что-то сказать, но не торопился.
Мы ехали молча, и только звуки дороги нарушали тишину. Я ощущала, как напряжение постепенно накапливается в воздухе, и мне стало некомфортно от того, что я не знала, куда еду и что меня ожидает. Но в то же время, где-то внутри возникло странное чувство, как будто этот путь был правильным.
Через несколько минут Лука нарушил тишину, снова взглянув на меня.
— Ты можешь мне довериться, Кайла, — его слова прозвучали мягко, но уверенно. — Я не хочу, чтобы ты волновалась.
Я посмотрела на него, стараясь понять, что скрывается за этими словами. В его взгляде не было ничего угрожающего, только... честность? Возможно, я слишком долго жила в страхе, чтобы уметь распознавать искренность.
Я всё ещё не могла понять, почему мне должно быть легко доверять ему. Но что-то в его словах и тоне заставило меня поверить, что он действительно не хочет мне навредить. На мгновение я прикрыла глаза, пытаясь унять бурю мыслей, и тихо выдохнула.
— Я... постараюсь, — сказала я, хотя сама не была уверена, что могу полностью довериться ему. Но в какой-то момент стало ясно, что другого пути у меня нет. Я уже сделала выбор.
Лука не ответил сразу, его взгляд снова был сосредоточен на дороге. Молчание повисло в воздухе, но оно уже не казалось таким тяжёлым, как раньше. В нем была какая-то скрытая поддержка, которая, казалось, давала мне силы идти вперёд.
Через некоторое время машина замедлилась, и я заметила, что мы съехали с главной дороги. Где-то вдали темнели силуэты зданий, и воздух начал меняться — он стал легче, что ли, как будто здесь было спокойнее. Я почувствовала, как внутри меня что-то шевельнулось — не страх, а некое ожидание. Может быть, я ошибалась, но я начала верить, что на этом пути я найду хотя бы немного покоя.
— Мы почти на месте, — сказал Лука, его голос звучал спокойно, но я заметила, как он присматривается к моей реакции, как бы ожидая, что я что-то скажу.
Я кивнула, хотя не знала, что сказать. Мои руки вновь зажались на коленях, и я почувствовала, как сердце начинает биться быстрее.
Мы подъехали к большому зданию, окружённому высокими оградами и современными постройками. Его стеклянные фасады отражали свет, создавая впечатление чего-то солидного и недосягаемого. Лука выключил двигатель и вышел первым, быстро обходя машину. Я осталась сидеть, ощущая, как сердце бешено стучит в груди.
Когда он открыл мою дверцу, я немного помедлила, но затем встала, следуя за ним. Лука кивнул, подавая мне знак следовать за ним. Молча я пошла за ним, ощущая напряжение в воздухе.
Мы подошли к двери, и он открыл её, давая мне пройти внутрь.
Мы зашли в здание, и сразу же меня поразила тишина и темный, но в то же время современный интерьер. Высокие потолки, мягкий свет и прохлада, проникающая через стеклянные стены, создавали ощущение пустоты и безвременья. Лука шёл вперёд, уверенно направляясь к лифту. Я следовала за ним, чувствуя, как напряжение нарастает с каждым шагом.
Когда мы подошли к лифту, он нажал на кнопку, и дверь плавно открылась. Мы зашли внутрь, и я ощутила, как пространство вокруг нас сужается, оставляя только нас двоих в этом закрытом металлическом объёме. Лука не сказал ни слова, и я молча стояла рядом, наблюдая за индикатором, показывающим, как мы поднимаемся всё выше и выше.
Он молчал, его взгляд был сосредоточен на экране своего телефона, и в этот момент мне стало особенно очевидно, как много мы ещё не говорили друг с другом. На шестнадцатом этаже двери лифта открылись, и он шагнул в коридор, ведя меня за собой.
Я немного замедлилась теряясь в этом пространстве. Но Лука уже направился к одной из дверей, которая, судя по всему, была входом в нужную нам комнату.
Когда я подошла к двери, Лука постучал, и, не дождавшись ответа, открыл её. Мы вошли в кабинет, и сразу же оказались в центре внимания. В комнате сидели мужчина и девушка, и их взгляды сразу же направились на нас, когда мы вошли.
Мужчина сразу приветствовал Луку, а потом перевел взгляд на меня.
Мгновение я стояла в нерешительности.
Стоп, это же его тренер, нет?
Мужчина, заметив мою растерянность, повернулся ко мне и вежливо поздоровался.
— Здравствуйте, — сказал он. — Мы не встречались раньше? Кажется, я вас где-то видел.
Я немного растерялась, но постаралась держать спокойствие.
— Да, Рамиро. Это Кайла, — сказал он. — Это она приходила в тот день, когда на меня напали, из больницы.
Мужчина кивнул, и теперь его взгляд стал более дружелюбным.
— Ах, да, теперь я вспомнил, — сказал он, положив руку на подбородок. — Рад вас видеть.
Я кивнула, всё ещё чувствуя себя немного неловко в этой новой ситуации. Взгляд блондинки рядом с ним оставался нейтральным, но я заметила, как она внимательно нас наблюдает.
Лука слегка повернулся ко мне, будто давая понять, что пора представить нас друг другу официально.
— Кайла, это Рамиро Монро. Он — мой тренер и менеджер, один из самых опытных специалистов в мире бокса. Без него я бы не добился того, чего достиг.
Я снова посмотрела на мужчину, теперь уже с большим пониманием. Теперь всё стало на свои места — не просто тренер, а человек, который стоит за карьерой Луки, принимает важные решения и, судя по всему, знает его лучше многих.
Рамиро протянул мне руку, и я пожала её, чувствуя его уверенную, твёрдую хватку.
— Очень приятно, — сказала я, стараясь звучать уверенно.
— Взаимно, — ответил Рамиро, слегка кивнув.
После ещё раз посмотрел на Луку, словно раздумывая над чем-то, а затем спросил:
— Что вас привело ко мне?
Но прежде чем Лука успел ответить, по выражению лица тренера было понятно, что он уже сам догадался. Однако его взгляд снова скользнул по мне — оценивающий, немного сомневающийся, как будто он не был до конца уверен в происходящем.
Лука не стал затягивать паузу и спокойно ответил:
— Мы поговорили, и Кайла сама согласилась. Мы пришли подписать документы.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Конечно, я согласилась, но слышать это вслух, да ещё и в присутствии посторонних, заставило меня осознать всю серьёзность ситуации.
Девушка, которая всё это время сидела молча, вдруг подняла брови, но ничего не сказала. Только взгляд её стал чуть более пристальным.
Рамиро медленно кивнул, но, похоже, вопросы у него ещё оставались.
— Понятно... — протянул он. — Кайла, ты действительно уверена в этом? Ты всё обдумала?
Я почувствовала, что это не просто формальный вопрос. Он, вероятно, переживал за Луку, возможно, сомневался в том, что я правильно понимаю всю ситуацию. Но я уже приняла решение, и это было важно для меня. Поэтому я выпрямилась, встречая его взгляд, и твёрдо ответила:
— Да, я уверена.
Рамиро несколько секунд изучал меня, затем перевёл взгляд на Луку и вздохнул:
— Ладно. Тогда оформим всё, как нужно.
Я пыталась сохранять спокойствие, хотя внутри меня всё ёкало. Мои руки были слегка напряжены, а сердце билось быстрее, чем обычно. Я старалась не показывать, что переживаю, но мысли всё равно путались, не давая сосредоточиться.
Рамиро подошёл к своему столу, достал из ящика какие-то бумаги и посмотрел на нас.
— Подойдите, — сказал он, приглашая нас к столу.
Я сделала шаг вперёд, а Лука уже был рядом, спокойно наблюдая за процессом.
Рамиро начал записывать мои данные, спрашивая полное имя, фамилию и возраст. Он отметил, что пока достаточно только этих сведений, а паспортные данные позже нужно будет отправить. Лука кивнул, давая понять, что всё будет сделано.
— Возраст? — спросил Рамиро, не отрываясь от бумаги.
— Девятнадцать, — ответила я, стараясь говорить уверенно, несмотря на внутреннее напряжение.
Рамиро удивлённо поднял брови и посмотрел на меня.
— Ты учишься где-то? — поинтересовался он.
— Да, — кивнула я. — Второй курс медицинского факультета.
Он снова взглянул на меня, оценивая, и, похоже, не ожидал такой ответ. Но, по всей видимости, это не имело значения для него, и он продолжил заполнять бумагу.
Девушка, которая всё это время молча сидела рядом с Рамиро, вдруг заговорила.
— Хмм. Студентка. Не слишком ли молодая для этого? — сказала она. После повернулась к Луке. — Лука, неужели в твоем окружении не было девушек постарше? Не думаю, что у Кайлы будет достаточно свободного времени от учебы, чтобы притворяться твоей невестой.
Затем она посмотрела на меня, и я почувствовала, как её взгляд будто проводит тонкую линию, чтобы проверить мою реакцию.
— Разве не так, Кайла?
Я не ответила сразу. Замешкавшись, я лишь пару секунд смотрела на девушку, пытаясь понять, как лучше отреагировать. В её словах не было явной злости, но всё равно чувствовалась какая-то лёгкая насмешка, и это немного задело меня. Я молча опустила взгляд, не зная, что сказать.
— Эвелин, — сказал Рамиро, немного строгим тоном, как бы давая понять, что она переборщила.
Эвелин молча замолчала и слегка откинулась в кресле, но её взгляд оставался на мне, как будто она ожидала какого-то ответа. Лука, почувствовав напряжение, вмешался с лёгкой улыбкой на губах. Его голос был уверенным и спокойным, и он не оставил сомнений в своих словах.
— Кайла справится, — сказал он, взглянув на меня. — Она умная, и я уверен, что она выполнит свою роль отлично. Так что не беспокойся.
Его слова прозвучали как заверение, не только для всех в комнате, но и для меня. Я почувствовала, как внутреннее напряжение слегка отпустило.
Эвелин, заметив напряжение, улыбнулась и, наклонив голову немного в сторону, с лёгкой насмешкой сказала:
— Ну посмотрим. Че вы так напряглись-то?
Она посмотрела на меня, и, смягчив свой тон, добавила:
— Я не со зла. Мы с тобой ещё подружимся.
После этих слов её взгляд немного потеплел, и она взглянула на часы.
— Отец, мне пора, скоро съёмка, — сказала она, вставая из-за стола.
Она улыбнулась всем и, не дождавшись ответа, направилась к двери.
— До встречи, — сказала она на прощание и вышла, оставив нас с Рамиро и Лукой в комнате.
После того как дверь за ней закрылась, Рамиро слегка поморщился и, повернувшись к нам, извинился с улыбкой:
— Извини, если она сказала что-то не так. Она у меня хорошая, просто бывает немного прямолинейной.
Он перевёл взгляд на Луку, словно ища поддержки в его словах.
— Не так ли, Лука? — спросил он, будто ожидая подтверждения.
Лука, усмехнувшись, кивнул.
— Да, да, она такая, — ответил он, слегка покачав головой, но с улыбкой, как будто привык к её характеру.
Рамиро вздохнул, убрав бумаги со стола, и с улыбкой сказал:
— Ладно, не будем медлить. — Он протянул мне договор, добавив: — Лука, присаживайся.
Он молча сел на кресло, где несколько минут назад сидела Эмилия. Рамиро повернулся ко мне.
— Ты можешь прочитать договор, если хочешь, — продолжил он. — Но могу кратко рассказать. Это соглашение на шесть месяцев. Ты будешь жить у Луки, могут быть моменты с репортажами, могут быть приглашения на праздники, на которых ты должна будешь присутствовать как его невеста.
Я молча слушала, пытаясь сосредоточиться на его словах, но они всё равно звучали как что-то далёкое и не совсем реальное.
— Ничему тебя принуждать не будем, естественно. Всё это притворство будет для камер, а так ты можешь продолжать жить, как жила — учиться, работать и так далее. Деньги ты будешь получать ежемесячно.
Я внимательно слушала, пока Рамиро объяснял детали. Всё это казалось одновременно простым и сложным. В голове возникали вопросы, но я старалась не отвлекаться.
Когда Рамиро закончил, он посмотрел на меня с чуть более серьёзным выражением лица.
— А теперь вопрос, Кайла, — сказал он, подбирая слова. — Надеюсь, у тебя нет отношений? Потому что это...
Я сразу ответила, не задумываясь:
— Нет, нету.
Рамиро кивнул, как будто удовлетворён моим ответом, но я почувствовала, что нужно кое-что уточнить.
— Но у меня есть брат.
Рамиро удивлённо поднял брови и посмотрел на меня.
— Брат? — повторил он, словно не совсем понимая, как это связано с ситуацией.
— Да, младший брат, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Он единственный, кто у меня есть. Надеюсь, это не будет проблемой...
Но слова вырвались не от Рамиро, а от Луки, который, заметив моё напряжение, быстро вмешался:
— Кайла... Конечно, нет. Что за вопрос?
Его уверенность и спокойствие немного успокоили меня. Рамиро кивнул, но я заметила, что его выражение лица немного смягчилось, когда он понял, что речь не о каком-то сложном вопросе.
После того как мы с Лукой подписали контракт, я не могла поверить, что на это согласилась. Всё происходило слишком быстро, а ощущения были смешанные. В голове продолжала прокручиваться мысль, что я действительно сделала этот шаг. Но, с другой стороны, у меня была причина — я не могла вернуться к Генри.
Мой взгляд задержался на контракте, и мысли стали закручиваться в голове. Это было важно, это было нужно. Я приняла решение, и теперь я не могла позволить себе сомневаться.
Теперь всё будет по-другому. Пути назад нет.
Мы уже вышли из здания и ехали в машине. Внутри было тихо, только приглушенный звук мотора заполнял пространство.
Я достала телефон и посмотрела на время. Скоро нужно будет забрать Адама, но перед этим...
— Кайла, — вдруг раздался голос Луки.
Я повернулась к нему, выныривая из своих мыслей.
— Ты наверно голодна, — спокойно сказал он, бросив на меня короткий взгляд.
— Нет, я не голодна, — ответила я, но Лука, похоже, не поверил. Он взглянул на меня с лёгким недоверием.
— Не верю, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Я вот проголодался. Рядом есть хорошее заведение, пойдем туда.
— Мне нужно забрать брата со школы через два часа.
Лука кивнул, не прерывая взгляда на дорогу.
— Сначала накормлю тебя, а потом уже за твоим братом заедем. Хорошо?
Я молчала несколько секунд, чувствуя, как всё внутри меня тяжело накапливается.
Наконец, я тихо добавила:
— Но сначала... я бы хотела забрать свои вещи, если ты не против. Мы можем заехать ко мне?
Он посмотрел на меня, потом мягко кивнул
— Хорошо, птичка. Не волнуйся. Всё успеем.
Птичка...
Он снова назвал меня так. Я на секунду задержала дыхание, но решила не зацикливаться на этом. Сейчас были вещи поважнее. В голове крутились другие мысли.
Мне предстояло вернуться туда. В то место, откуда я так хотела убежать.
В голове вспыхнули воспоминания — тёмная квартира, запах алкоголя, холод. Напряжённый голос Генри, его тяжёлый взгляд, полные злости слова, которые он бросал мне, даже когда, казалось бы, был в хорошем настроении.
Я провела там слишком много времени в страхе, надеясь, что однажды это закончится. Что он изменится. Но этого не случилось. И теперь мне снова нужно было туда вернуться.
Меня знобило от одной мысли об этом.
Я сжала ладони, чтобы остановить лёгкую дрожь в пальцах. Как он отреагирует? Ударит? Закричит? Попытается меня удержать?
Я не хотела этого снова. Не хотела чувствовать себя загнанной в угол, задыхаться в четырёх стенах от страха.
Но мои с Адамом вещи там.
Без них уйти будет невозможно.
Но рядом ведь будет Лука. Хотя... зачем мне брать его с собой? Он не должен во всё это вмешиваться. Это мои проблемы, и я сама должна их решать.
Я настолько глубоко ушла в свои мысли, что даже не заметила, как машина замедлилась и Лука начал парковаться. Очнувшись, я подняла глаза и увидела через лобовое стекло роскошный ресторан с большими панорамными окнами и элегантным фасадом.
Лука спокойно заглушил двигатель, снял ремень безопасности и открыл дверь.
— Пойдём, — сказал он, выходя наружу.
Я несколько секунд колебалась, но затем последовала за ним. Мы пересекли небольшую парковку, и Лука первым открыл передо мной тяжёлую стеклянную дверь с позолоченными ручками.
Внутри всё выглядело дорого и изысканно. Высокие потолки с хрустальными люстрами, идеально накрытые столы с белоснежными скатертями, приглушённый свет, создающий атмосферу уединённости. По залу разносился тонкий аромат свежесваренного кофе и дорогих специй. Обслуживающий персонал был одет в строгие костюмы, а посетители — явно из высшего общества.
Я невольно почувствовала себя не в своей тарелке. Это место было слишком... утончённым, слишком далёким от моей привычной жизни.
Но Лука, похоже, чувствовал себя здесь совершенно естественно. Он уверенно прошёл вглубь зала, выбирая столик, и я молча последовала за ним.
Мы сели за столик, и я сразу заметила, что людей в зале было немного. Скорее всего, это из-за того, что сейчас день, а не вечер. В такие часы рестораны подобного уровня вряд ли бывают переполнены.
Через пару минут к нашему столику подошла молодая официантка. Она улыбнулась нам и протянула меню, но взгляд её был явно направлен не на меня, а на Луку. Она начала с ним общаться, предлагая какие-то фирменные блюда, как будто это был ее давний знакомый. Я заметила, как она задержалась взглядом на нём, чуть ли не с восхищением, а на меня, конечно, даже не взглянула.
Хотя, наверное, так даже лучше. Я не любила, когда на меня обращали лишнее внимание, особенно в таких местах.
Я открыла меню и сразу ощутила, как мои глаза расширяются от шока. Цены были настолько высокими, что я не могла поверить своим глазам. Мельком пробежалась взглядом по строчкам, но ни одно из этих блюд не подходило мне, особенно с учётом того, что я не привыкла тратить такие суммы на еду.
В этот момент я услышала голос Луки, который как будто вырвал меня из раздумий.
— Ты выбрала что-нибудь? — спросил он.
Я замешкалась, не зная, что ответить. Конечно, я не могла сказать, что здесь всё слишком дорого для меня.
— Я... не сильно голодна, — смущённо ответила я, пытаясь сгладить неловкость.
Но Лука, похоже, не собирался меня слушать. Он посмотрел на официантку и сказал с уверенным тоном:
— Принесите ей то же, что и мне.
Я хотела возразить, но не успела. Официантка кивнула, и, не говоря ни слова, ушла. Я опустила глаза на меню, пытаясь скрыть свою неловкость. Зачем он так поступил? Мне ведь нечем будет заплатить... Но, видимо, для него это не имело значения.
— Не нужно было ничего заказывать для меня. Мне нечем заплатить. Но я обещаю, что верну тебе де...
Но Лука сразу перебил меня, не давая продолжить:
— Думаю, ты не очень внимательно читала договор, птичка.
Я напряглась.
— За тебя плачу я. Тебе не нужно переживать ни о чём. Твоя задача — просто находиться рядом со мной.
Я замерла, не зная, что сказать. Почувствовала как снова меня охватывает этот странный дискомфорт. Как будто я не совсем в своей тарелке, как будто меня снова ставят в ситуацию, где я ничего не могу контролировать. Но, видимо, Лука был уверен в этом, и мне оставалось просто принять его слова.
Через некоторое время нам принесли еду. На больших изысканных тарелках перед нами оказались филе чёрного трюфельного стейка с нежным сливочным соусом и гарниром из запечённых овощей, дополненных ароматными травами. Всё выглядело безупречно — идеальная подача, легкий пар, поднимающийся над блюдом, а запах... Боже, пахло так вкусно, что я невольно сглотнула.
Вроде бы я и не чувствовала сильного голода, но, глядя на это блюдо, слюнки точно потекли.
Официантка пожелала приятного аппетита— естественно, только Луке, а затем мило улыбнулась ему и ушла. Я только молча наблюдала за этой сценой, стараясь не закатывать глаза.
Лука, не обращая внимания на это, уже вовсю начал есть. Он разрезал стейк, попробовал кусочек, явно наслаждаясь вкусом. Потом поднял голову и посмотрел на меня.
— Ты собираешься просто смотреть на еду или всё-таки поешь? — спросил он, приподняв бровь.
Я несколько секунд колебалась, смотря то на тарелку, то на Луку. Внутри всё протестовало, но запах еды был слишком соблазнительным. Он же продолжал есть, не обращая внимания на мой внутренний конфликт, наслаждаясь каждым кусочком стейка.
Я вдохнула, поддавшись в какой-то момент, и тоже взяла нож и вилку. Разрезав небольшой кусочек филе, я попробовала его. Вкус был потрясающим — мясо таяло во рту, а соус добавлял особую изысканность.
Мне не нужно было больше оправданий. Я просто продолжила есть, забывая обо всём остальном на несколько минут.
Я почувствовала на себе взгляд и, подняв глаза, увидела, что Лука смотрит на меня с лёгкой улыбкой, словно что-то подмечая.
— Что смешного? — спросила я, не в силах сдержать любопытство.
Он только усмехнулся, продолжая смотреть на меня.
— Ничего, — ответил он, — просто кто-то доказывал, что не голоден.
Я не стала больше слушать его подколки и вернулась к еде, сосредоточившись на том, чтобы закончить свой кусочек. Лука тем временем позвал официантку, попросив принести напитки, а также добавил, чтобы подготовили ещё одну порцию еды с собой.
Очевидно, он решил, что ужин на этом не заканчивается.
Когда мы оба закончили есть и Лука расплатился, мы вышли из ресторана. Воздух снаружи был свежим, но я едва его замечала — в голове крутилось только одно.
Я не хочу встретиться с Генри...
Не хочу снова заходить в ту квартиру, не хочу слышать его голос, видеть его взгляд, который столько раз заставлял меня чувствовать себя ничтожной. Но выбора у меня не было.
Я сжала пальцы в кулак, пока мы шли к машине, и тихо выдохнула. Хоть бы его не оказалось дома...
❧
Мы уже стояли возле моего... уже бывшего дома. Хотя, если честно, это даже домом назвать сложно. Скорее место, в котором мне приходилось жить.
Я смотрела на него через окно машины, чувствуя, как внутри всё сжимается. Руки снова дрожали, но я должна была это сделать. Забрать вещи и оставить этот этап жизни позади.
Лука внимательно посмотрел на меня, нахмурившись.
— Ты в порядке? Ты побледнела, — в его голосе читалась обеспокоенность.
Я быстро отвела взгляд, пытаясь собраться.
— Всё хорошо, — ответила я, заставляя себя говорить ровно. — Останови тут, я выйду, я быстро.
Я уже потянулась к дверной ручке, но почувствовала, что он не спешит остановиться.
— Одну я тебя не оставлю, — спокойно, но твёрдо сказал Лука, даже не притормаживая. — Пойду с тобой. Сейчас припаркуюсь где-нибудь.
Резко повернулась к нему, сказав:
— Тебе не обязательно идти со мной, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Я просто соберу вещи и вернусь. Всё будет нормально.
Я снова посмотрела на него, давая понять, что говорю серьёзно.
— Лука, останови машину, — попросила я.
Он молчал несколько секунд, но всё же притормозил и свернул к обочине.
— Ты уверена? — спросил он, пристально глядя на меня.
Я кивнула, не отводя взгляда.
Лука тихо вздохнул.
— Ладно. Тогда иди. А я припаркуюсь и поднимусь тоже.
Я хотела возразить, но понимала, что спорить бессмысленно. Просто кивнула и быстро вышла из машины, чувствуя, как сердце забилось быстрее.
Медленно направилась к старой этажке, чувствуя, как с каждым шагом внутри нарастает напряжение.
Почему мне было так страшно? Это ведь не первый раз, когда я встречусь с ним. Я уже проходила через это. Знала его взгляды, знала его слова, знала его ярость. И всё же, внутри всё сжималось от одной только мысли о предстоящем разговоре.
Просто, сейчас все было по-другому. Сейчас я пришла, чтобы забрать свои вещи и уйти навсегда.
Я сглотнула, ощущая, как дрожат пальцы.
Пока я приближалась, вдруг скрипнула дверь подъезда. Я замерла.
И через секунду увидела его.
Генри.
Он вышел, даже не сразу заметив меня. Но как только наши взгляды встретились, я почувствовала, как воздух вокруг стал тяжелее. Он стоял, слегка нахмурившись, но не спешил делать шаги навстречу. Мы просто смотрели друг на друга.
Его лицо сразу нахмурилось, и я увидела, как он начал быстро идти в мою сторону. Я замерла на месте, не зная, что делать, не зная, стоит ли мне сделать шаг навстречу или просто стоять, как вкопанная. Сердце сильно забилось, и я чувствовала, как напряжение между нами растёт с каждым его шагом.
Он был уже совсем близко, и мне стало невыносимо тяжело. Всё внутри меня кричало, чтобы я отступила, но я не могла двинуться. Мы просто стояли, не отводя взглядов друг от друга.
Я резко вздрогнула, когда он сильно схватил меня за локоть и потянул к себе. Боль от его хватки пронзила меня, но я не издала ни звука. Всё, что я могла — это стоять, чувствуя, как его руки сжимают мой локоть, а сердце бешено колотится в груди.
— Думала сбежать, а, Кайла?! — его голос был резким, злым, полным ярости. — Где тебя черти носили эти три дня, а?! Отвечай!!
Я стиснула зубы, не издав ни звука, хотя боль пронзила руку, где он сжимал мою кожу. Всё это было слишком знакомо. Слишком предсказуемо.
Я знала, что он будет в ярости. Знала, что он не оставит это просто так. Но всё равно, стоя перед ним, я чувствовала, как страх сжимает меня изнутри.
Дёрнувшись, попытаясь вырвать руку, но его хватка только усилилась.
— Отпусти меня! — выдавила я, стараясь говорить твёрдо, но голос всё равно предательски дрогнул.
Он даже не услышал меня. Или просто не хотел слышать.
— Где ты была, Кайла? — его голос звучал опасно тихо, но в нём кипела ярость. — Думаешь, можешь вот так просто исчезнуть, не сказав ни слова?
Я снова дёрнулась, но он сжал мою руку ещё сильнее, больно впиваясь пальцами в кожу.
— Генри, ты делаешь мне больно! — я снова попыталась вырваться, но это было бесполезно.
И вдруг позади раздался голос — твёрдый, холодный, угрожающий:
— У тебя есть три секунды, чтобы убрать свою грёбаную руку от неё. Либо я её сломаю.
Генри напрягся, но не сразу отпустил меня. Я повернула голову и увидела Луку. Он стоял рядом, его челюсти были сжаты, а в глазах читалась опасная ярость.
— Раз... — спокойно начал Лука.
Генри сжал мой локоть ещё сильнее, как будто проверяя, серьёзен ли он.
— Два... — голос Луки стал ещё ниже, угрожающий.
Я почувствовала, как пальцы Генри ослабли, а затем он резко отпустил меня, как будто его руку обожгло.
Генри раздражённо посмотрел на Луку, его глаза сузились, а губы скривились в презрительной усмешке.
— Кто ты такой, чёрт возьми? — выплюнул он, хмурясь. — Какое тебе дело до наших отношений?
Лука даже не моргнул, его взгляд был холодным, словно лезвие ножа.
— К чёрту твои отношения, — холодно бросил он. — Я её жених.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Эти слова, хоть и были частью нашей сделки, сейчас прозвучали по-другому. Генри резко нахмурился, перевёл взгляд на меня, будто ожидая, что я это опровергну.
Генри посмотрел на меня с таким недоумением, что я почувствовала, как внутри всё сжалось. Он явно не верил своим ушам. Его взгляд был полон гнева и недоумения.
— Кайла! — он выдохнул, казалось, даже потерял дар речи. — Кто он? Что это значит? Что за жених?
Я стояла в ступоре, не зная, как реагировать. Слова не лезли в голову, а внутренняя тревога не давала мне ничего толкового сказать. Вдруг рядом появился Лука, легко взяв меня за руку. Его прикосновение было тёплым, но в то же время твёрдым, как будто он хотел дать понять, что я не одна.
Я подняла взгляд на него, а он, не теряя терпения, посмотрел на Генри и сказал:
— Ты что, глухой? Не понял? Повторюсь. Я её жених.
Генри, казалось, не мог понять, что происходит. Он продолжал смотреть на меня, как будто ждал, что я скажу хоть слово, но я молчала, растерянная и ошеломлённая. Лука подошёл чуть ближе и продолжил, не давая Генри возможности вмешаться.
— И предупреждаю, — продолжил Лука, уже с угрозой в голосе, — если ты ещё раз подойдёшь к ней или даже посмеешь посмотреть в её сторону, я не оставлю это без последствий. А теперь...
Он замолчал на мгновение, давая Генри понять, что разговор окончен. Тот всё ещё не мог принять происходящее. Его взгляд то переходил с меня на Луку, то снова возвращался ко мне, как будто пытаясь найти объяснение тому, что только что услышал.
— Отдай ключ от квартиры, — сказал Лука твёрдо, и я почувствовала, как напряжение в воздухе стало ещё более острым.
Генри стоял, сжав кулаки, будто готовый сделать что-то, но всё же протянул мне ключи. В его глазах всё ещё горела ярость, но он знал, что не сможет ничего сделать. Я взяла у него ключи, хотя и знала, что у меня есть вторые — Эмма забрала их, когда мы выходили отсюда последний раз. Но раз он уже протянул их мне, я забрала.
Лука повернулся ко мне, его голос был спокойным, но твёрдым:
— Иди, собирай вещи. Я подожду здесь.
Я кивнула, стараясь не смотреть на Генри, чтобы не увидеть его разочарованного, злого взгляда. Сделав несколько шагов в сторону подъезда, я ощущала, как напряжение в воздухе не уходит, а наоборот, только возрастает.
Как только я подошла к двери, я глубоко вздохнула и прокрутила в голове всё, что происходило за последние дни. Но когда я вошла в квартиру, всё было уже знакомо — эти стены, этот запах, все напоминало мне тот мир, от которого я пыталась убежать.
Я сразу направилась в свою комнату, смахивая с поверхности стола вещи, бросая в сумку все, что мне было нужно. Чувство беспокойства не отпускало, но я понимала, что это последний раз, когда я нахожусь здесь. Эта жизнь, этот дом — всё осталось позади. Скоро я буду далеко отсюда.
Собрав последние вещи, я ещё раз оглядела комнату. Здесь прошло слишком много тяжелых дней, слишком много ночей, наполненных страхом и болью. Но теперь всё это оставалось в прошлом.
Глубоко вдохнув, закрыла сумку и направилась к двери. С каждым шагом мне становилось легче. Это был конец одной главы и начало другой.
Я вышла, не оглядываясь.
❧
Я глубоко вдохнула, глядя в окно. В машине стояла тишина, напряжённая, давящая. В голове всё ещё звучали слова, сказанные Генри, но я старалась не думать о них.
Украдкой посмотрела на Луку — его лицо было сосредоточенным, но челюсть напряжена, пальцы крепко сжимали руль.
— Это он? — неожиданно спросил он, не отрывая взгляда от дороги.
Я моргнула, сначала не поняв, о чём он.
— Что?
Лука даже не посмотрел на меня, только чуть сильнее сжал руль.
— Это из-за него ты была на полу, вся избитая в тот день?
Я почувствовала, как внутри всё неприятно сжалось. Заметила, как в его голосе появилась затаённая злость.
Лучше не углубляться в это.
— Да, — ответила я коротко.
Лука больше ничего не сказал. Он только кивнул и снова сосредоточился на дороге. Мы больше не возвращались к этому разговору.
Через несколько минут мы подъехали к школе. Я глубоко вдохнула, взяла сумку и, не глядя на Луку, быстро вышла из машины. Он остался ждать внутри.
Школьный двор был почти пуст — занятия уже закончились, и только несколько детей ещё оставались на территории, болтая или ожидая родителей.
Я заметила Адама среди них. Он стоял с друзьями, весело что-то обсуждая. Когда он увидел меня, его лицо сразу озарилось улыбкой, и он побежал в мою сторону, как только заметил меня.
— Сестра! — закричал он, подбегая ко мне.
Моё сердце сжалось. Я все ещё не знала, как объяснить ему, что теперь мы будем жить у Луки, и как это всё скажется на нашей жизни.
Я наклонилась, крепко его обняла, ощущая, как на сердце становится немного легче.
— Привет, малыш. Как день прошёл?
— Хорошо! — с энтузиазмом ответил он.
— У нас сегодня был конкурс по рисованию, и я занял второе место!
— Молодец, — я ласково потрепала его по волосам. — Ты у меня самый лучший.
Пока мы шли к машине, я продолжала думать о том, как лучше подобрать слова.
Когда мы подошли к машине, я заметила Луку, стоящего рядом с дверью и наблюдающего за нами. Адам тоже обратил на него внимание, но я решила не делать акцента на этом. Моя задача была объяснить, что всё изменилось, и как можно мягче ввести его в новую реальность.
Я присела на корточки, чтобы быть на уровне с Адамом, и мягко сказала:
— Слушай, Адам, — начала я, стараясь подобрать слова, — у меня для тебя есть важная новость. Ты знаешь, что мы с тобой всегда вдвоём, и это не изменится. Но сейчас будет немного по-другому. Мы больше не будем жить у дяди Генри, а у Луки. Он... он поможет нам. Мы будем жить у него, потому что так будет лучше для нас обоих.
Адам внимательно меня слушал, его глаза немного сузились, и я заметила, как он пытается понять, что происходит. В этот момент Лука подошёл к нам и остановился рядом.
— Получается, мы не вернемся к дяде Генри?
Я кивнула, пытаясь скрыть нервное напряжение, которое вдруг появилось в груди. Это было так тяжело для меня, но Адам, похоже, не так сильно переживал, как я ожидала.
Адам посмотрел на меня с облегчением, и на его лице появилась лёгкая улыбка.
— Я рад, — сказал он, — дядя Генри больше не будет тебя обижать.
После Адам посмотрел на Луку с любопытством, а Лука, заметив его взгляд, слегка наклонил голову и улыбнулся.
— Привет, Адам, я Лука, — сказал он, протягивая руку.
Адам немного настороженно посмотрел на руку, затем поднял свою и крепко пожал её.
— Адам, — ответил он коротко.
Лука подождал, пока Адам не отпустил его руку, и продолжил с дружелюбной интонацией:
— Приятно познакомиться, Адам. Теперь я буду рядом с вами. Я всегда буду помогать тебе и твоей сестре.
Адам посмотрел на меня, затем снова на Луку, и, как будто убедившись в чём-то, слегка кивнул.
— Ты будешь защищать мою сестру? — спросил он, снова не отрывая взгляда от Луки.
Я почувствовала, как в воздухе повисло напряжение, и быстро перевела взгляд на Луку. Его глаза встретились с моими, и он ответил с полной уверенностью:
— Защищу. Обещаю.
Адам немного расслабился, и его лицо чуть смягчилось. Он встал немного ближе ко мне, явно ощущая, что теперь у нас есть кто-то, кто может нас поддержать.
Мы ехали в тишине. Адам смотрел в окно, явно переваривая всё, что произошло, а я украдкой поглядывала на Луку. Его взгляд был сосредоточен на дороге, но чувствовалось, что он тоже о чём-то думает.
Я пыталась осознать — неужели теперь всё действительно изменится? Неужели теперь у нас есть человек, который будет защищать нас?
Мысли путались. Было ли это правильным решением? Я ведь почти не знаю его... Но я поймала себя на том, что рядом с ним мне впервые за долгое время не страшно.
Примерно через тридцать минут Лука заехал на парковку прямо у дома. Машина мягко остановилась, и он выключил двигатель.
— Приехали, — спокойно сказал он.
Я посмотрела на здание перед нами — высокое, современное, с панорамными окнами. Оно выглядело настолько роскошно, что мне даже не верилось, что теперь мы будем жить здесь.
Адам тоже внимательно осмотрелся, его глаза чуть расширились. Он тихо спросил:
— Мы правда будем здесь жить?
Я кивнула, но ответить ничего не успела — Лука уже подошёл к нам и, заметив выражение лица Адама, усмехнулся.
— Да, теперь это ваш новый дом.
Он направился к входу, а я, крепче сжав ладонь брата, последовала за ним.
Лука открыл дверь, и мы шагнули внутрь. Я остановилась на мгновение, чтобы оглядеться.
Дом был огромным, просторным. На первый взгляд, он казался современным, но в то же время в нём чувствовалась некая уютная строгость. Весь интерьер был выполнен в темных тонах — глубокий черный и серый, с акцентами из дерева и металла. Полы были покрыты глянцевым чёрным мрамором, отражавшим свет, словно зеркало, и придавали помещению ещё больше простора.
Слева стоял большой диван, изысканный и стильный, напротив — плоский телевизор, а на стенах висели картины с абстрактными изображениями, которые добавляли интерьеру характер.
На другом конце зала я заметила лестницу, ведущую наверх. Лестница была выполнена из темного дерева, с металлическими перилами, которые красиво изгибались и создавали впечатление плавности и легкости. Она вела на второй этаж, где, вероятно, находились спальни и другие комнаты.
Я посмотрела на Луку. Он стоял немного впереди, давая нам время осмотреться.
— Ну что, — сказал он, — проходите, чувствуйте себя как дома.
Просторное помещение будто поглотило нас, заставляя почувствовать разницу между прежним домом и этим местом. Всё здесь было другим — слишком большим, слишком роскошным, слишком... чужим.
Лука закрыл за нами дверь и, бросив быстрый взгляд на нас, добавив:
— Ваши комнаты наверху. Могу показать, если хотите.
Адам первым оживился и кивнул. Я же просто молча пошла следом.
— Тогда идём, — Лука жестом пригласил нас следовать за ним.
Мы направились к лестнице. И пока мы поднимались, я только сейчас заметила, что Лука без лишних слов тащил две наши сумки. Видимо, взял их ещё у машины, пока я была занята своими мыслями. Он шёл уверенно, будто вес вообще не был для него проблемой.
Мы поднялись на второй этаж, и Лука остановился перед одной из дверей.
— Кайла, это твоя комната.
Я сделала несколько шагов вперёд, осматриваясь. Просторная комната в светлых тонах выглядела почти как из журнала. Скорее всего, это была гостевая спальня — идеально убранная, без личных вещей, с минимумом мебели, но при этом в ней было всё необходимое.
В центре стояла большая кровать с мягким серым покрывалом, напротив неё — аккуратный шкаф, сбоку небольшой стол. У дальней стены находилась дверь, ведущая на балкон. Я подошла ближе и приоткрыла её. Свежий воздух сразу наполнил комнату, а передо мной открылся вид на сад внизу.
Всё выглядело слишком идеально.
Я развернулась и увидела, что Лука наблюдает за мной, прислонившись к дверному косяку.
— Если что-то не нравится, можешь сказать, поменяем.
— Нет, все в порядке, — ответила я, стараясь скрыть растерянность. — Мне все нравится, просто немного непривычно...
Лука, кажется, понял мои слова и кивнул.
— Не переживай, — сказал он мягко. — Ты привыкнешь. Главное, чтобы вам было комфортно.
Я кивнула в ответ, но всё равно не могла избавиться от чувства, что всё это слишком хорошее, чтобы быть правдой. Лука повернулся к Адаму, который стоял рядом, с нетерпением рассматривая комнату.
— Пойдём, покажу твою.
Адам тут же оживился и быстрым шагом направился за ним. Я последовала следом.
Мы прошли по коридору, и Лука открыл дверь в небольшую, но уютную комнату. Внутри стояла аккуратная кровать, небольшой шкаф.
— Раньше тут почти ничего не было, —сказал Лука, бросив взгляд на меня. — Но когда узнал, что у тебя есть брат, попросил убрать лишнее и подготовить для него комнату. Письменный стол и ещё кое-какие вещи привезут завтра.
Я открыла рот, чтобы сказать, что не нужно было так тратиться, но Адам меня перебил, с улыбкой поблагодарив Луку:
— Спасибо тебе, Лука! Я так рад, что у меня будет своя комната!
Он быстро подошел к кровати и, не задумываясь, запрыгнул на неё. Смеясь, Адам устроился на ней, разводя руки в стороны, будто наслаждаясь новым пространством.
Он светился от радости. В груди потеплело. Наконец-то он поспит в нормальной кровати, а не в той старой и неудобной, которая всегда его мучила. Я так сильно хотела, чтобы он был счастлив, и сейчас, когда я видела его радость, я чувствовала облегчение.
Я снова взглянула на Луку. Он даже не представляет, насколько сильно помог нам. Целый день почти возился со мной, забыв о своих делах. Он мог бы спокойно заниматься своими вопросами, но вместо этого все время был рядом, поддерживал, помогал, решал мои проблемы. Это просто невероятно, что такой человек, как он, готов так много сделать, не требуя ничего взамен. Я не могла понять, как мне выразить свою благодарность, но в глубине души я была очень благодарна ему.
Я стояла, немного смущённо смотря на Луку, и наконец решилась сказать то, что так давно вертелось на языке.
— Лука... я... хочу сказать тебе спасибо, — мои слова звучали неуверенно, но я чувствовала, что мне нужно это сделать. — Ты не представляешь, как много ты для нас сделал. Не только сегодня, но и вообще. Ты действительно много сделал для нас. Для меня и Адама. Ты нас очень выручил, и я просто... я не знаю, как тебе выразить свою благодарность.
Я сделала паузу, чувствуя, как слова сжимаются в груди. Но мне нужно было сказать это.
— Ты не обязан был делать все это, но всё равно помог. И... и я ценю это. Это больше, чем просто помощь. Ты даёшь нам шанс на лучшую жизнь. И я надеюсь, что когда-нибудь смогу вернуть тебе хотя бы часть этого.
Я заметила, как он чуть приподнял бровь, но ничего не сказал. Его молчание как бы давало понять, что он просто не ждал ничего взамен. Но для меня это было важно — хоть как-то выразить свою признательность.
Я продолжила:
— Спасибо за то, что не оставил нас. За то, что мы теперь можем быть здесь, в безопасности.
Лука только кивнул, и я поняла, что, возможно, он не особо привык к благодарности, но его глаза, мягко встретив мои, как будто говорили, что он действительно готов был помочь.
Я стояла, всё ещё переваривая слова благодарности, когда вдруг его телефон завибрировал в кармане. Он вытянул руку и посмотрел на экран, его лицо сразу стало серьезным.
— Да, — его голос звучал спокойно, но напряженно.
Я наблюдала за ним, стараясь уловить хоть что-то по выражению его лица, но он отвернулся, отходя немного в сторону.
— Понял. Скоро буду, — коротко сказал он в трубку и сбросил вызов.
Затем повернулся ко мне.
— Мне нужно ненадолго уехать. Это не займет много времени. Пока можете осмотреться, отдохнуть.
Он сделал небольшую паузу, а затем добавил:
— Внизу на кухне есть порция еды из ресторана для Адама. Дома пока нет достаточно продуктов, но на обратном пути я заеду в магазин.
Я моргнула, переваривая его слова. Так эта порция была для Адама. Лука заранее позаботился об этом.
Я снова посмотрела на него, испытывая странное чувство благодарности и... чего-то ещё, чего я пока не могла понять.
— Спасибо, — тихо сказала я.
Лука кивнул, словно это было само собой разумеющимся, а затем направился к выходу.
В доме сразу стало тихо. Я перевела взгляд на Адама — он всё так же лежал на кровати, разглядывая потолок.
— Адам, ты есть хочешь? — мягко спросила я.
Он тут же повернул голову ко мне и немного задумался, прежде чем ответить:
— Немного.
Я усмехнулась, зная, что это его «немного» на самом деле значит, что он очень голоден.
— Тогда пошли на кухню, — предложила я.
Адам спрыгнул с кровати и подбежал ко мне, довольный этим известием. Я улыбнулась и провела рукой по его волосам, а потом мы вместе направились на кухню.
Спускаясь по лестнице, я снова осмотрелась. Дом был просторным, но всё равно создавал ощущение уюта. Пока мы шли по коридору, я чувствовала себя немного не в своей тарелке.
Этот дом пока казался мне чужим. Но, возможно, со временем это изменится.
❧
Удар.
Удар.
Ещё один.
Глухой и настойчивый.
Звуки продолжались, каждый из которых эхом отдавался в тишине ночи. Я открыла глаза, повернувшись на кровати. В комнате темно, только свет от уличных фонарей пробивается через занавески.
Я нахмурилась, пытаясь сосредоточиться. Что за шум? Взгляд скользнул на часы. Двенадцать ночи.
В голове начали всплывать обрывки дня. День был насыщенным. После того как Адам поел, мы пошли делать уроки. Потом сидели вместе, смотрели фильмы, смеялись. Лука так и не вернулся. Было около полвосьмого, когда Адам сказал, что пойдет поспит немного. Я тоже пошла в свою комнату, легла и моментально заснула, как только голова коснулась подушки. Ещё мне звонила Эмма, и мы разговаривали около часа. Она спрашивала обо всём, и мне пришлось рассказать ей всё, включая то, что я уже ушла от Генри. Когда я сказала ей об этом, она была очень... удивлена. Я заметила, как она переживает за меня, но я не могла объяснить, что на самом деле чувствую. И вот теперь, спустя несколько часов, я слышу эти странные звуки.
Удар. Удар.
Мои пальцы сомкнулись вокруг одеяла, я встала с кровати и огляделась. В доме царила тишина, кроме этих звуков, которые как будто исходили откуда-то снизу. Я пыталась понять, что это может быть. Неужели кто-то проник в дом?
Я медленно подошла к двери, осторожно приоткрыла её. Удары продолжались, их звуки теперь были громче, словно кто-то неистово бил об что-то. Мои руки немного дрожали, но я заставила себя не отворачиваться, сделала шаг вперёд.
Темнота в коридоре поглотила меня, и я сделала первый шаг. Шаг за шагом двигалась вперёд, пытаясь не делать лишних звуков. Вся моя концентрация была на этих ударах, которые становились всё громче. Я подошла к лестнице, наклонив голову, чтобы лучше услышать. И вот тогда я поняла — удары точно исходят снизу.
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок, но шаг за шагом спускалась вниз. Внутри всё сжималось от страха, но я не могла вернуться. Мне нужно было понять, что это.
Каждый мой шаг был как громкий удар в этой тишине.
Когда я спустилась вниз, ощущение тревоги не покидало меня. Я сделала несколько шагов по коридору, и интуитивно пошла направо. Слева была гостиная и кухня, но я не обращала на них внимания. Впереди я заметила открытую дверь, из которой пробивался слабый свет.
Я прошла несколько шагов вперёд, подходя всё ближе. Чувствовала, как сердце всё сильнее стучит в груди, и воздух стал немного гуще, как будто он наполнялся напряжением. Я остановилась возле открытой двери, прислонившись к стене, пытаясь дышать тише, будто кто-то мог услышать меня.
Удары продолжались, громко, с каждым разом сильнее и четче.
Тревога не отпускала меня, и я, наконец, решилась. Я осторожно заглянула через щель двери.
И сразу увидела его.
Лука.
Он стоял в центре небольшого зала, который, как я догадывалась, был предназначен для тренировок. В центре комнаты висела груша, и Лука, не замечая меня, жестко бил по ней. Его движения были быстрыми, точными, с невероятной силой, как будто он пытался выплеснуть всю свою энергию, что накопилась за день. Пот стекал по его телу, но он не обращал на это внимания, продолжая каждый раз наносить удары с одинаковой страстью.
Я стояла, не в силах отвести взгляд. Всё внутри меня словно замерло, и я не могла понять, что я чувствую. Страх, любопытство, недоумение — всё смешалось в голове. Он был так поглощён тренировкой, что даже не заметил, как я стояла в тени, наблюдая за ним. Я могла бы просто войти, но не могла заставить себя сделать этот шаг.
Я продолжала смотреть на него, не зная, что думать. Почему он тренируется в такое время? Давно ли он вернулся? Эти вопросы вертелись в моей голове, но я не могла найти ответа.
Лука неожиданно остановился. Его дыхание было тяжёлым, и он прислонил голову к груше, пытаясь восстановить дыхание. Я заметила, как его спина поднималась и опускалась, но затем мои глаза невольно скользнули вниз по его телу, и я замерла.
Шрамы... их было много. На его спине, плечах, руках — они не были свежими, но их было достаточно, чтобы я почувствовала холодок в груди. Я замерла, не зная, как реагировать. Почему я раньше не заметила их?
Тишина, как тяжелое облако, повисла в воздухе. Я не могла оторвать взгляд от его спины, не знала, что думать, что сказать. Так и не заметила, как глубоко погрузилась в свои мысли, пока вдруг его голос не прорезал тишину.
— Долго будешь стоять там? — его слова повисли в воздухе. — Можешь подойти и посмотреть на меня поближе.
Я вздрогнула.
Он как будто вытащил меня из мыслей резким движением. Горло пересохло, а в груди на миг всё сжалось. Он знал, что я здесь. Знал с самого начала? Или почувствовал мой взгляд?
Я сглотнула, не двигаясь с места. Сердце стучало громко, отдавало эхом в висках. Мне хотелось уйти, сделать вид, что меня тут и не было, но что-то останавливало. Лука по-прежнему не оборачивался, его спина вздымалась в такт ровному дыханию.
Я сделала шаг вперёд. Потом ещё один.
Пол под босыми ногами был холодным, но в теле было жарко. Я остановилась в нескольких шагах от него. Теперь, стоя так близко, я могла разглядеть каждую деталь: капли пота, стекающие по его коже, напряжённые мышцы, скрытые под светом лампы, и шрамы...
— Почему ты не спишь? — мой голос прозвучал тише, чем я хотела.
Лука чуть повернул голову, но его лица я так и не увидела. Он усмехнулся — коротко, почти беззвучно.
— Тот же вопрос могу задать тебе.
Я сжала губы, не найдя, что ответить. Вопросом на вопрос. Классика.
— Я... проснулась из-за шума, — наконец сказала я.
Лука взглянул на меня, и в его глазах мелькнуло что-то, что я не могла сразу понять. Он откинул волосы с лба и вытер пот с шеи, а потом, после короткой паузы, заговорил.
— Ты права, — неожиданно сказал он, опуская взгляд. — Извини за шум, я не хотел тебя напугать. Просто... иногда нужно выплеснуть всё, что внутри.
Я стояла в полной растерянности, не зная, что сказать. Его извинение звучало так неожиданно и так... уязвимо, что я чуть не растерялась.
Я кивнула, пытаясь осмыслить его слова, но внутри меня всё ещё бурлили вопросы.
— Всё нормально, — ответила я, пытаясь сделать голос нейтральным, но оно всё равно выдавало меня. — Я просто... не понимала, что происходит.
Лука сжал кулаки, потом медленно отпустил их. Он как будто собирался что-то сказать, но сразу передумал.
— Я часто тренируюсь ночью, — сказал он тихо, взгляд снова стал сосредоточенным. — Иногда не могу заснуть, а это помогает расслабиться.
Я смотрела на него, обдумывая его слова. Он говорил искренне, но почему-то мне казалось, что за этим скрывалось что-то большее.
— Это... из-за чего-то конкретного? — осторожно спросила я, стараясь не звучать слишком любопытно.
Лука усмехнулся, но это не была весёлая улыбка. Скорее, горькая. Он провёл рукой по волосам, сделал пару шагов в сторону и взял бутылку с водой, что стояла у стены. Глоток, другой — потом он снова посмотрел на меня.
— Неважно.
Но мне было важно. Почему-то.
Я сжала губы. Всё, что он говорил, только вызывало ещё больше вопросов.
— Лука... — начала я, но не знала, что сказать дальше. Я могла бы спросить его про шрамы, но было ли это уместно? Он явно не тот человек, который любит рассказывать о себе.
Он понял мой взгляд. Я увидела, как его плечи напряглись.
— Если ты хочешь спросить про это, — он кивнул в сторону своей спины, — то просто не стоит.
Я вздрогнула.
— Почему?
— Потому что ответ тебе не понравится.
Я почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Мне хотелось знать, что стояло за этими шрамами, но я не решалась настаивать. Он явно не хотел говорить.
— Я... — начала я осторожно, но он уже перебил меня.
— Я сказал, что это не важно, — его голос был холодным, как лёд.
Я почувствовала, как моё сердце сжалось. Его глаза стали холодными и закрытыми, словно он создал барьер между нами. Я не знала, что делать с этим, как вести разговор дальше. Не могла понять, почему эта тема так сильно его затронула.
Он всегда такой замкнутый?
— Извини, — произнесла я, хоть и не уверена, что это поможет. — Я не должна была спрашивать.
Он снова медленно выдохнул, и его взгляд немного смягчился. Но в нём всё равно оставалась какая-то непонятная дистанция.
— Всё в порядке, — сказал он, но в его голосе была усталость. — Просто... это долгая история.
Я молчала, всё ещё не зная, что думать. Он не хотел говорить о шрамах, и я уважала его решение, хотя в голове до сих пор крутились вопросы.
Лука двинулся в сторону небольшого шкафчика в углу комнаты. Он без лишних движений открыл его и достал оттуда какую-то баночку. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть, что это, но свет был слишком тусклым. Мазь?
Я наблюдала, не понимая, зачем ему это. Возможно, обработать ссадины или растяжения после тренировки? Он спокойно закрыл шкафчик и вдруг повернулся ко мне, начав медленно приближаться.
Я уже открыла рот, чтобы сказать, что лучше вернусь в комнату, но он вдруг повернулся ко мне и сделал шаг в мою сторону.
Сглотнув, почувствовала, как внутри всё сжимается от какого-то непонятного напряжения.
— Ну... тогда я, наверное, пойду, — пробормотала я, делая крошечный шаг назад.
Но Лука не дал мне уйти. Он приблизился ещё на шаг. А потом ещё.
Я затаила дыхание.
Боже, что со мной?
Он же не в первый раз без майки рядом со мной. Не в первый раз стоит вот так, с напряжёнными после тренировки мышцами, с блестящим от пота торсом. Но почему сейчас это ощущается по-другому?
Сердце стучало слишком быстро, слишком громко.
Когда Лука встал передо мной, расстояние между нами стало почти неощутимым. И вдруг...
Он протянул руку и легко, почти невесомо, коснулся меня.
Едва, кончиками пальцев. Тёплыми, чуть шершавыми. Касание было лёгким, но почему-то оно заставило мурашки пробежать по моей коже.
Его пальцы скользнули выше, медленно, осторожно, как будто он боялся спугнуть меня. Касание дошло до плеча, и я невольно задержала дыхание.
Его прикосновения были едва ощутимыми, но почему-то они обжигали кожу. Я не понимала, что происходит, почему я не двигаюсь, почему просто стою, позволяя ему касаться меня.
— Он тебя больше не тронет, — вдруг произнёс он.
Я моргнула, не сразу осознавая смысл его слов.
Он? О ком он?
А потом опустила взгляд на свою руку.
Отметины от пальцев. Сильные, тёмные, почти болезненные. Они проступили на коже слишком отчётливо, оставленные сегодня... Генри.
Рядом с ними — несколько тонких царапин, красных и раздражённых. Я даже не заметила, что они есть.
Я резко вдохнула, и в груди сжалось.
Черт.
Я ведь переоделась. В доме мне в один момент стало жарко, и я решила поменять свитер на простую белую футболку, даже не задумываясь об этом. Тогда это казалось мелочью, но теперь... теперь мои руки были открыты, и все следы, оставленные Генри, были слишком заметны.
Лука увидел их с самого начала.
Я снова взглянула на его лицо. Челюсть напряжена, взгляд тёмный, опасный. Казалось, он едва сдерживается, чтобы не выплеснуть ту ярость, что бушевала внутри.
Он медленно провёл большим пальцем по синяку, и я непроизвольно вздрогнула. Не от боли. От чего-то другого.
Он молча открыл крышку мази, а затем, не торопясь, набрал немного на пальцы. Я смотрела, как он аккуратно наносит средство на синяк, его движения были осторожными, почти бережными, словно он боялся причинить мне боль.
— Это ничего, — тихо сказала я, чувствуя, как внутри всё сжимается от его близости. — Тебе не обязательно...
Я сделала попытку отстраниться, но он резко поднял на меня взгляд.
— Это не «ничего», Кайла, — его голос прозвучал твёрдо, без возможности возражений.
Он смотрел на меня внимательно, пристально, не отводя взгляда, и в этот момент я поняла, что спорить с ним бесполезно. Снова посмотрел на мою руку, продолжая медленно водить пальцами по коже, впитывая мазь.
— Он сделал тебе больно, — сказал он, не отрываясь от своей задачи.
Я сжала губы, не зная, что сказать. Конечно, сделал. Конечно, было больно. Но я не хотела этого признавать.
— Я справлюсь, — сказала я, но даже для самой себя прозвучало неубедительно.
Лука тихо усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего весёлого.
— Я знаю, что справишься, — он поднял взгляд и посмотрел прямо в мои глаза. — Но это не значит, что ты должна делать это одна.
Я замерла.
Его слова задели меня глубже, чем я ожидала.
Я привыкла справляться сама. Привыкла, что никто не вмешивается, не задаёт вопросов. Привыкла, что если и больно, то нужно просто пережить. Забыть. Притвориться, что всё в порядке.
Но Лука... Он говорил так, будто быть одной — это не норма. Будто просить о помощи — это не слабость.
Я сглотнула, не зная, что ответить.
— Никто больше не сделает тебе больно, — тихо добавил он.
Лука продолжал смотреть на меня. Его взгляд был слишком пронзительным, слишком понимающим, и это сбивало с толку.
Я отвела глаза, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом — на тусклом свете в комнате, на еле слышном гуле ночи за окном, на слабом запахе мази.
— Я не привыкла, — тихо призналась я, сама не зная, зачем это сказала.
— К чему? — его голос был таким же спокойным, но в нём чувствовалась настойчивость.
Я сделала глубокий вдох.
— К тому, что кто-то... рядом.
Лука молчал. Я почувствовала, как его пальцы на мгновение замерли, а потом он снова осторожно провёл мазью по очередному синяку.
— Ну, привыкай, — сказал он, и в его голосе не было ни шутки, ни сомнения.
Я подняла на него глаза, и что-то внутри сжалось.
Он был серьёзен. Совершенно серьёзен.
— Почему ты так... — я не знала, как закончить этот вопрос.
Почему ты так заботишься?
Почему тебе вообще не всё равно?
Я молчала, так и не решившись задать эти вопросы вслух. Возможно, ответ был бы таким же пугающим, как и сам факт того, что кто-то действительно замечает меня, заботится.
Тишина висела между нами, и с каждым мгновением становилась всё тяжелее.
Он закончил мазать все царапины, но не убрал руку. Его пальцы продолжали лежать на моей коже, и почему-то мне не хотелось, чтобы он убирал их.
Я ощущала, как его взгляд по-прежнему на мне, но не могла смотреть ему в глаза. Знала, что должна была бы отвернуться, сделать шаг назад, поставить между нами привычную стену, но что-то внутри меня сковывало. Я не могла двигаться, не могла найти силы, чтобы это сделать. Я просто стояла, чувствуя, как его присутствие всё так же тянет меня.
Почему? Ответа у меня не было.
— Кайла... — начал он, но я перебила его.
— Спасибо за заботу, — сказала я, чувствуя, как слова вырываются из меня почти автоматически. — Правда.
Лука чуть нахмурился, но не стал меня останавливать. Он просто смотрел.
Я не могла выдержать этот взгляд, поэтому отвернулась.
— Я пойду, — пробормотала я, не глядя на него.
Развернувшись, я быстро вышла из комнаты.
Шаги глухо отдались в коридоре, но сердце билось так громко, что я едва могла расслышать их.
Я не знала, что мне с этим делать.
Не знала, что мне делать с Лукой.
Но одна мысль не отпускала меня:
Я больше не одна.