Глас проклятых

Учебные дни пролетели незаметно, наградив девушку долгожданной парочкой выходных. Маша расположилась среди мягких подушек и укрылась пушистым уютным пледом с выздоравливающим братом рядом с ней, увлеченно проводя время в совместной игре. Знакомый вес планшета в руках, бегающие по просторам Тейвата персонажи и словесные перебранки с Яриком стали приятной переменой в вихре рутины.

В гостиную вошел отец, давая знать о себе знакомыми тяжелыми шагами. В любой другой момент дети не обратили бы внимание на присутствие Сергея, кроме мимолетного взгляда, но сегодня при виде его замерли. Вместо растянутой домашней футболки и поношенных шорт на мужчине сидела белоснежная рубашка и классические темные брюки. Приглаженные волосы, блестящие под светом, являлись частью его утонченного образа. Расчесанная борода прошла сквозь жернова тщательного ухода. Вокруг него витал тонкий, едва уловимый аромат мужского одеколона - свежий и древесный, со смесью очевидного запаха сигарет. Отец, как по взмаху волшебной палочки феи крестной, превратился из медведя в некое подобие кавалера.

- Это что? - слова, произнесенные шепотом, слетели с губ Мертвяковой.

Ярослав выключил телефон, его взгляд метался между сестрой и отцом при полном параде. Подросток приподнял бровь в невысказанном вопросе "Ты тоже это видишь?"

В памяти девушки невольно всплывали моменты отцовской нервозности, загадочных телефонных разговоров, исчезновения на работе... Вдруг эти фрагменты сложились в мозаику, пугающая незаконченность которой могла приобрести последнюю деталь в любое мгновение.

Сергей провел пятерней по гладким волосам, неловко покашлял, и обратился к дочери голосом, звучащим неестественно мягко:

- Маша, приготовь на ужин что-нибудь вкусное, ладно?

Мужчина переступил с ноги на ногу, а руки спрятал в карманы брюк.

Мертвякова не могла не заметить перемены в его поведении и слегка кивнула, стараясь не выдавать своего напряжения.

- Да, как скажешь...

Отец, не зная куда себя деть, обвел гостиную взглядом, и раскрыл следом неожиданную новость:

- Сегодня к нам придет гость, поэтому подготовьтесь как следует.

Слово "гость" повисло в воздухе тяжелым грузом. Сергей сделал судорожный вздох и хотел было продолжить, но слова оборвались. Из кармана брюк раздалась резкая трель телефона. Торопливым движением мужчина поднял трубку, повернувшись спиной к детям, и направился в соседнюю комнату.

Маша неохотно поднялась с дивана, чувствуя ноющую боль в спине и то, как горькое разочарование разливается внутри груди. В свои выходные почему она не могла отдохнуть? Почему вместо этого должна стоять у плиты и хлопотать ради гостей? Не девушка позвала кого-то на ужин, а отец. Пусть сам теперь разбирается. Но все возмущения она придержала при себе, опасаясь скандалов, если возразит отцу. Готовка это не кросс пробежать и не в шахте работать, как слышала она много раз раньше.

Девушка вошла на кухню, приближаясь к шкафчикам гарнитура, и опустилась на колени в поисках широкого противня. Она быстро нашла его, поднялась на ноги и оставила до нужного момента на плите. Мертвякова слышала, как папа заканчивал разговор, вышел из комнаты с легким щелчком дверей, и подгонял Ярика для перестановки стола в гостиную. Бедный парень, его тоже запрягли работать. Ну, по крайней мере, теперь она не одна мучается.

Маша вздохнула, возвращаясь к готовке. Она достала ингредиенты, села на стул и начала чистить картошку. Ей хотелось приготовить что-то особенное. Девушка не знала, существовал ли подобный рецепт на просторах интернета или нет, просто помнила его из детства, из тех моментов, когда мама готовила рядом с ней. Картошка нарезалась тонкими круглыми ломтиками, потом раскладывалась на противне, а дальше оставалось только промазать щедрой порцией сметаны и накрыть беконом. Сыр, конечно же, как последний штрих. И, после некоторого времени в духовке, получается прекрасное блюдо, с хрустящей корочкой, тянущимся сыром и мягким картофелем, тающим во рту.

Мария поставила противень в духовку и с облегчением провела ладонью по лбу, настраивая на телефоне таймер. Тут же на экране высветилось уведомление о входящем видеозвонке от Василисы. Маша, закутавшись в просторный домашний свитер, прислонилась спиной к прохладной стене и с улыбкой нажала зеленую кнопку на экране телефона. На дисплее вспыхнуло лукавое лицо подруги, обрамленное растрепанными кудряшками. Глаза, как два уголька, хитро поблескивали.

- Машунь! Привет! - голос Василисы, звенящий как колокольчик, ворвался в комнату. - Как ты там, отшельница? Не хочешь прогуляться сегодня? Кира с Артуром тоже пойдут. В центре могли бы собраться.

Мертвякова улыбнулась, уголки губ поднимались сами по себе при виде Ясаевой. Девушка сидела по ту сторону экрана, завернувшись в плед, и держала в руках чашку с чаем, излюбленным напитком. Фоном за ней виднелась комната, наполненная творческим беспорядком.

- У меня все в порядке. А ты как сама, неугомонная? - отозвалась Маша беззаботно, но нахмурилась при предложении о прогулке. Она была бы не против, если бы не поменявшиеся на вечер планы. - Нет... я сегодня занята.

- Ой, у меня все кипит, все бурлит, - протараторила Василиса, накручивая прядь русых волос на палец и продолжила. - Хотя моя жизнь явно не такая интересная как у тебя. Кто тебя знает. Вдруг вечером пойдешь в очередную кафешку с Моллиганом.

Маша закатила глаза в напускном раздражении, уставшая от этой темы.

- Перестань. Сколько раз мне повторять вам троим, что между нами ничего не было! Только глупые вопросы и не более.

Ясаева, конечно, не поверила ни единому слову, но уловила нотки недовольства в голосе подруги и поняла, что начинала перегибать палку постоянными расспросами.

- Ладно, ладно, - с наигранной покорностью проговорила она, - Но имей ввиду, я все равно когда-нибудь докопаюсь до правды! Или напишу свою собственную на просторах фикбука.

- Я бы на это посмотрела, - Мертвякова передразнила в ответ, перед тем как поспешно перевела разговор на другую тему. - Я не могу пойти с вами из-за сюрприза. Папа постарался.

- Сюрприз? - подозрительно переспросила Василиса.

- Да, у него какой-то загадочный гость. Приедет на ужин, вон стою готовлю.

Маша оперлась локтем об стол, задумчиво глядя в окно, где отсветы заката окрашивали небо в причудливые оттенки оранжевого и розового. Её подруга в ответ озадаченно нахмурилась, продолжая разговор, пока собиралась на встречу с Артуром и Кирой. В кухню тем временем зашел Ярик, закончивший помогать отцу в гостиной переставлять мебель и освобождать место для стола, за которым, собственно, и пришел. Лоб, обычно гладкий, избороздили глубокие морщины, а брови нависали над глазами, метавшими неприязненные искорки. Подросток схватил два стула, неуклюже переваливаясь с ноги на ногу, и потащил их в гостиную. Этот жест не остался незамеченным, и весь его вид словно вопил: "Да на кой чёрт вообще кого-то приглашать? Им и одним неплохо жилось, без лишней суеты". Следом за ним пришел и Сергей, отгоняя дочку стола и забирая его. Кухня осталась непривычно пустой.

Наконец, таймер известил о том, что пора доставать противень из духовки, и Мария попрощалась с Василисой, отключая видеозвонок в мессенджере. Девушка вынула запеченную картошку, оставляя горячее блюдо остывать на плите. Наверное, этого будет мало для ужина с гостем, хотя и времени было немного. Из воздуха за пять минут она поляну не накроет. Поразмыслив над решением проблемы, Мертвякова быстро заказала в приложении парочку сетов роллов, соков и прочей вредной еды, расплатившись папиной карточкой.

Звякнувший звонок прорезал суету, царившую в квартире. Будто невидимая рука нажала на паузу в разворачивающемся домашнем спектакле. Сергей вздрогнул, посмотрев вокруг, чтобы убедиться в безупречной обстановке комнаты. Он поспешно смахнул несуществующую пылинку с рубашки и направился в коридор. Замок щелкнул, и дверь с легким скрипом отворилась, пропуская в квартиру волну свежего воздуха и... ту самую персону, ради которой собрались они все.

На пороге стояла полная женщина, облаченная в яркое платье с цветочным узором, и растрепанной прической с челкой на одном боку. Широкая лучезарная улыбка озаряла её лицо. Она тут же бросилась к Сергею, заключая его в объятия, словно давнего и очень любимого друга... или кого-то большего, чем товарищ. Аромат духов, сладкий и немного терпкий, наполнил прихожую, вытесняя запах домашнего уюта. Ярик выглянул из гостиной, привлеченный шумом и внезапной переменой обстановки. Он застыл, как вкопанный, ошеломленно наблюдая за разворачивающейся сценой. На лице мальчика отразилось полное замешательство: брови удивленно приподнялись, глаза расширились, а рот слегка приоткрылся. Это явно не то, что ожидал увидеть подросток.

- Проходи. Мы правда ничего не успеваем, но скоро все будет готово! - пригласил внутрь мужчина свою гостью, закрывая за ней дверь, и жестом руки любезно указал, где находится в коридоре вешалка для её расстегнутого пальто, накинутого на плечи поверх красочного наряда.

- Ничего страшного, - успокоила его женщина, снимая верхнюю одежду, и провела по ткани платья, разглаживая складки. Она повернулась к Ярославу, протягивая руку, и потрепала его светлые пряди волос. - Ну, привет. Как учеба?

- Эм, все хорошо... Дома сижу, на больничном... - пробурчал мальчик себе под нос, бросая на отца взгляды с мольбой в глазах отвлечь незнакомку.

- Это Ольга Сергеевна, моя коллега по работе и... - Сергей взволнованно начал, осторожно подбирая слова. Маша как раз в тот момент покинула кухню, желая собственными глазами увидеть прибывшего гостя, и остановилась словно от удара молнии от услышанного. - ... ваша новая мама. Я давно хотел познакомить вас, перед тем, как мы поженимся.

Девушка остановилась, прислонившись плечом к стене и молчаливо рассматривая лицо Ольги. Смутно, она напоминала Мертвяковой покойную мать, отчего становилось омерзительнее с каждым новым взглядом. В горле образовался ком, а пальцы Маши начали дрожать. Слова отца эхом отдавались в ушах снова и снова.

"Новая мама? Будущая мачеха получается... Общался много лет...".

Значит, все это время он за спинами детей строил надежды на картинку идеальной семьи и знакомился с непонятными женщинами, а теперь просто ставит перед фактом предстоящего брака, словно чувства сына с дочерью не имели веса в этом вопросе. Эта мысль была резкой, как осколок стекла в сердце, отдающийся тупой ядовитой болью и распространяющейся по телу неприязни к гостье. В памяти всплывали образы матери с её мягкой искренней улыбкой и звонким смехом, тепло потрескавшихся рук, запах её любимых духов. А теперь - это. Жалкая пародия, как попытка заменить незаменимое. Ещё пару лет назад отец клялся, что никогда не сможет забыть умершую в родах жену вместе с младенцем. Обещал взяться за голову, осознавал якобы тяжесть ответственности на плечах за будущее детей и героически воспевал свои стремления сделать всё возможное для счастья Марии и Ярослава. Теперь все казалось не более, чем ложью. Доказательством которой являлось поблескивающее золотое кольцо на руке папиной возлюбленной.

Мертвякова покачала головой, возвращая самообладание, и сдержанно поздоровалась. Сергей хлопотал вокруг Ольги, болтал без умолку и отпускал нелепые шуточки. Ярик поспешил убежать от сладкой парочки, вызываясь помочь сестре разложить на кухне запеченную картошку по тарелкам. Маша двигалась с механической точностью, словно робот, выполняющий заданную программу. В груди накручивались друг на друга в толстый клубок нити обиды и тоски. Дети работали молча, погруженные в свои мысли, но явно ни один из них счастьем не блистал. Девушка старалась не думать о том, что происходит там, в нескольких метрах от неё. Она старалась не думать об Ольге, об отце, о том, что их жизнь, казавшаяся понятной и предсказуемой, вдруг кардинально изменилась.

Когда все порции были готовы, Маша взяла две тарелки, а Ярик другие. Дети вошли в гостиную, где за столом уже сидели отец и Ольга. Девушка ощущала на себе любопытный взгляд женщины, но не подняла взгляд и намеренно игнорировала её присутствие. Она расставила тарелки перед каждым из присутствующих, Ярослав последовал примеру сестры, ни проронив ни слова. Запах блюд наполнил комнату, потеряв всякую привлекательность. Маша села за стол на другом конце, как можно дальше от Ольги, и бездумно поглощала еду. Мертвякова знала, что должна вести себя как обычно, но не могла. Казалось, ужин полный натянутой вежливости и молчания никогда не закончится.

Раздался звонок в дверь, и девушка вскочила, чтобы встретить курьера. На лице отца промелькнуло замешательство, ведь он понятия не имел о заказе дочери, но промолчал в присутствии своей партнерши.

- Я открою, - бросила Маша, придавая голосу привычную интонацию. Она быстро прошла через гостиную и коридор, ощущая, как с каждым шагом тяжесть на душе становиться чуть меньше.

Когда Мертвякова распахнула дверь, курьер, молодой парень в яркой куртке, протянул ей несколько пакетов с разноцветными коробками. От них доносился соблазнительный аромат жареного масла и специй. Маша с благодарностью приняла заказ и понеслась обратно на свое место среди стола. Она расставила на скатерть пластиковые контейнеры с роллами, картошкой фри, наггетсами и другими желанными лакомствами. Ярик, словно проснувшись от долгого сна, радостно захлопал в ладоши и потянулся за своей порцией. Отец, опешив, неловко покашлял, а его гостья старалась побудить детей к разговору с ней.

- Ну вот, теперь у нас настоящий праздник!

- Угу, - буркнула Маша и, переводя взгляд на Сергея, протянула ему коробку с наггетсами.

- Ну, раз мы все здесь собрались... Машенька, Ярослав, вы же знаете, что я много работаю... - начал рассказывать отец, пока Ольга кивала, будто игрушечная собачка в салоне автомобиля. - Мы с Оленькой коллеги. Уже несколько лет. Сначала мы просто общались по рабочим задачам и трудностям, но со временем поняли, что нам интересно проводить время друг с другом и вне офиса.

Женщина взяла слово, стараясь говорить тепло и непринужденно:

- Да, мы действительно много общались и понимали, что у нас много общего и нам комфортно вместе.

Маша, увлеченная вытаскиванием роллов из контейнера, не смотрела ни на отца, ни на его партнершу. Ярик же с открытым ртом бросал взгляды на взрослых, изредка отвлекаясь на картошку фри. Он то и дело поглядывал то на одного или другого, пытаясь в полной мере осознать что происходит.

- Мы часто ходили вместе на обед, - добавила Ольга, - делились впечатлениями, обсуждали книги, ваш отец многое рассказывал о чудесных детках, о ваших успехах... Какие вы молодцы...

Сергей кивнул, подтверждая её слова. Он внимательно вглядывался в лица дочери с сыном, стараясь понять, как они реагируют на откровения. Те переглянулись, сомневаясь, что речь шла именно о нём. Сложно представить как хмурый мужчина мог расхваливать детей на работе.

- И мы поняли, - закончил мужчина, - что мы хотим быть вместе и...

- ... что хотим стать одной большой семьей! - перебила его Ольга с лучезарной улыбкой, желая взять инициативу в свои руки и показать себя с хорошей стороны. - Надеемся, что вы, ребята, тоже будете рады этому.

Маша опустила взгляд на ролл в своей руке, чувствуя как к горлу подкатывает волна рвоты от натянутого оптимизма женщины, и медленно положила еду обратно в контейнер.

- Рады? - переспросила она тихим, почти безжизненным голосом, - Вы спрашиваете, рады ли мы?

Отец смутился, чувствуя, как назревает буря, и попытался поправить ситуацию:

- Маш, я понимаю, что это неожиданно...

- Неожиданно? - повысила девушка голос, полный боли и разочарования настолько сильного, что заставило Сергея вздрогнуть. - Это просто... это... как нож в спину.

Ольга вмешалась, перебивая резкие слова Марии, желая сгладить углы:

- Маша, мы же не хотели тебя обидеть. Мы хотим, чтобы ты знала...

- Чтобы я знала, что вы с папой, пока я пытаюсь смириться со смертью матери, сближаетесь на работе? - Мертвякова съязвила и преувеличенно улыбнулась, - Что ж, замечательно! Очень приятно.

Ярослав, испугавшись резкого тона сестры, крепче прижался к стулу.

- Маша, успокойся и не устраивай сцену, - привычные стальные нотки вернулись в речь отца, а брови свелись к переносице, но прикосновение нежной руки возлюбленной смягчили его черты лица. - Доченька, я не хотел...

- Ты не хотел? - Маша перебила, не давая мужчине закончить фразу. - Но ты ведь все равно это сделал! Ты нашел ей замену? Значит, мама ничего для тебя не значила?

Ольга отвела взгляд, не зная, что ответить. Женщина, вероятно, не ожидала, настолько резкой реакции, последующей за её появлением в квартире Мертвяковых.

- Маша, это совсем не так, - настойчиво спорил Сергей с дочерью, сжимая пальцы в кулаки, и наклонился вперед к столу. - Я никогда не забуду твою мать. Но я имею право быть счастливым.

- Счастливым? - Маша резко поднялась со стула. - И ты решил, что она сделает счастливыми нас? Ты просто вводишь в дом незнакомку, заставляешь нас с ней знакомиться, улыбаться ей, в то время как мама мертва! А твои клятвы и обещания ничего не значат для тебя!

Она перевела взгляд на Ольгу, лицо которой выражало искреннее замешательство.

- А вы? - Мертвякова обратилась к ней с плохо скрываемой яростью, - вы что здесь забыли? Зачем вы лезете в нашу жизнь?

- Маш, я понимаю, как тебе тяжело, и потеря родителя в юном возрасте не та рана, которая заживает быстро. - начала отвечать Ольга, перебирая пальцами край красного платья. - Я не хочу заменять тебе маму. Я просто хочу быть с твоим отцом. И если бы мы могли найти общий язык...

- Общий язык? - девушка невесело рассмеялась. - Какой к черту общий язык? Вы даже не представляете, как много для нас значила мама! И ни одна выдуманная вами "семья" этого не изменит!

Мертвякова села обратно на стул, откидываясь на спинку, последние силы покинули её. Воздух в гостиной наполнился тяжестью невысказанных обид и горькой правды. Ужин, начавшийся с натянутой вежливости, превратился в эмоциональный шторм, способный разрушить хрупкие остатки их семейной гармонии. Казалось, что надежда на нормальный разговор испарилась окончательно, оставив лишь глубокую пропасть между людьми, собравшимися вокруг стола. Глубокое молчание опустилось на стол после вспышки девушки. Ярослав, съежившись на своем стуле, ковырял вилкой еду и искал глазами способ уйти в свою комнату. Ольга выглядела растерянной и испуганной, рассеяно поглаживая ладонью колено Сергея под столом. Мужчина посмотрел на часы, висевшие на стене. Стрелки приближались к восьми часам. Он медленно встал из-за стола, переплетая пальцы с Олей и помог женщине встать.

- Мне нужно отвезти Ольгу домой, - пробормотал Сергей, пытаясь сделать это как можно более незаметно, в надежде избежать дальнейшего конфликта.

Женщина прислонилась к нему, коснувшись своим плечом его, и последовала с любимым в коридор. Бесшумное бегство, попытка избежать дальнейшего разъяснения сложившейся ситуации. Они вышли, быстро накинули верхнюю одежду и со связкой ключей между пальцев Сергея, покинули квартиру. Дети остались наедине.

Маша не плакала. Сжатые губы и напряженные плечи говорили не менее красноречиво о запертых внутри чувствах, о непрерывном потоке мыслей негодования и презрения. Боковым зрением она наконец заметила бледность на лице брата, его робость. Впервые за вечер поняла, насколько сильно испуган мальчик. Мертвяковой захотелось обнять его, защитить от разворачивающегося вокруг хаоса, но боялась, что, коснувшись его, сломается сама. Конечно, она не могла себе этого позволить. Нужно оставаться сильной для Ярослава, ведь по сути кроме старшей сестры никто не позаботиться о нем.

Девушка повернулась к мальчику. Не знала, что сказать. Не знала, как успокоить. Слова застряли в горле, Маша просто протянула руку и легонько погладила его по спине. Неумело и неуклюже, ведь жесты привязанности - большая редкость в их семейной жизни. Но в этом прикосновении проявлялась вся любовь и защита, которую она сейчас могла предложить Ярику.

- Все будет хорошо, не переживай из-за проблем взрослых, - прошептала Мертвякова с натянутой улыбкой, хотя сама не верила в слова, слетевшие с губ. - Все наладится.

Ярослав ближе пододвинул стул к сестре и прижался к ней. Его маленькое тельце дрожало напротив.

- Хочешь я заверну все это для тебя? - спросила вдруг лукаво Маша, кивнув на коробки с оставшейся едой.

Глаза юноши немедленно оживились, засверкали возродившимся энтузиазмом. Как любой подросток, он не мог упустить возможности ещё больше полакомиться вредной едой, избегая родительского надзора.

- Правда? - прошептал он с нетерпением, не веря своему счастью.

- Правда-правда, - подтвердила Маша и собрала в большой пакет все остатки роллов, картошки фри и наггетсов. - Держи. Можешь унести к себе и посмотреть что-нибудь. Но! Не засиживайся допоздна. Больничный не даёт тебе права сидеть пол ночи в телефоне.

Ярослав, крепко обхватив полученные дары, выпорхнул из гостиной, словно сбросив с плеч всякий груз разом. Девушка проводила парня взглядом и в её сердце на мгновение потеплело. Хоть чем-то она смогла порадовать братца.

Мертвякова оглянулась по сторонам с безразличием, даже не желая убираться. Грязные тарелки, оставшийся мусор от доставки еды и стол со стульями, которые нужно обратно перетащить на кухню, никак не трогали её и больше не вызывали страха получить от отца строгий выговор или выслушать парочку криков. Если ему наплевать на мнение детей и их чувства, то в ответ получит соответствующее отношение. Пускай сам убирается, если соизволит вернуться домой. Б-р-р... Даже представлять не хотелось чем взрослые могли заниматься по приезду в квартиру Ольги.

Девушка встала и медленно поплелась в комнату. Закрыла за собой дверь и рухнула в утешающие объятья одеял на кровати.

Маша, не включая свет лампы, с трудом перекатилась на бок. Тело ломило, а голова невыносимо гудела от пережитого. Она достала телефон из-под подушки и яркий свет экрана резанул по глазам, привыкшим к полумраку. Палец провел вниз, открывая череду уведомлений, и одно из них переносит в общий чат с мелькающими обсуждениями прогулки, на которой ребята сегодня обошлись без её присутствия, фотографии улыбающихся лиц и какие-то шутки. Мертвякова пробежала глазами по строчкам, но смысл ускользал от неё. Все разговоры о веселье и беззаботности казались настолько далекими и нереальными, будто происходили в параллельной вселенной. Девушка уставилась на экран, дрожащими пальцами держа иконку с микрофоном, записывая голосовое сообщение.

- Ребята. У меня... у меня тут такое случилось. - она запнулась, подбирая слова. - В общем... у моего отца есть женщина. Не знаю как долго они встречаются на самом деле, но сегодня он привел её домой. И знаете что? Они... они хотят пожениться. Представляете? Просто поставили перед фактом. Он привел незнакомую женщину, о существовали которой мы даже не знали, и сказал, что она будет частью нашей... семьи. Будто ничего особенного в этом нет.

В этот момент девушку прорвало. Маша не смогла сдержать рыдания. Тяжело дыша от прерывистых всхлипов, отправила сообщение. Телефон выскользнул из ослабевших пальцев и упал на простыни рядом. На подкорку разума закралась мысль, что, возможно, она реагирует слишком остро и несправедливо сорвалась на отца во время ужина, ворошила прошлое, которое не вернуть. Мир, в котором была мама, разрушен. Давно погребен под слоем кладбищенской земли, но осознавать это в полной мере Мертвякова начинала только сейчас. Жизнь продолжалась, двигалась дальше, не смотря на потерянные жизни и душевные раны. Новый папин брак - яркое доказательство, но принимать неожиданные перемены порой очень страшно и трудно.

Едва Маша отправила голосовое, как в чате посыпались ответы. Экран телефона замерцал, отображая поток сообщений. Девушка, неторопливо вытирая на щеках слезы, с трудом различала буквы расфокусированным взглядом. Кажется, первой откликнулась Кира:

kirochka: Машуль, солнышко, держись! Я в шоке... Это просто ужасно. Обнимаю тебя крепко-крепко! Мы с тобой.

Следующей написала Василиса, как всегда, отличаясь прагматизмом и являясь голосом разума в компании:

umnysha: Маш, ну ты чего раскисла? Во-первых, прошло семь лет со смерти твоей мамы. Во-вторых, твой отец тоже человек и имеет право на личную жизнь. В-третьих, посмотри на это с другой стороны: может, эта мачеха окажется норм теткой? Не спеши с выводами. Но, конечно, ситуация так себе, согласна.

Прочитанные строчки от Ясаевой вызвали у Маши противоречивые чувства. С одной стороны, она злилась на рациональный подход, когда ожидала слов поддержки и утешения, но с другой - понимала, что в словах подруги кроется доля правды.

arthur666: Жесть, батя дал жару. Главное, что бы эта дамочка не начала командовать и порядки свои наводить. Да, чтобы деньги его не обдирала. Если что, звони, придем, напьемся вместе.

Уголки губ девушки невольно поползли вверх. Парень пытался пошутить, разрядить обстановку, и у него получилось вызвать у Маши короткий смешок.

kirochka: Маша, он вообще с тобой посоветовался? Это же твоя жизнь тоже. Как можно принимать такие решения за спиной? Приезжай ко мне. Будем смотреть фильмы и есть мороженное.

umnysha: Ну, может, он думал, что так будет лучше? Чувствует себя одиноким? Все-таки после смерти жены уже прошло много времени... Расскажи подробнее о женщине. Нужно оценить обстановку, вынести вердикт.

Мертвякова прикрыла глаза. Она могла представить, как Кира и Василиса оценивают Ольгу Сергеевну. Стало одновременно страшно и смешно. Напечатав короткое "Спасибо, ребята. Вы лучшие", выключила телефон и отбросила его в сторону подальше под одеяло. Она перевернулась на спину, уставившись в темный потолок, и попыталась заглушить рой мыслей, крутящихся в голове. Вздохнув, девушка натянула одеяло на плечи, чувствуя, как тепло успокаивающе просачивается в неё. Веки отяжелели, истощенный разум и тело таяли от тепла. Мысли стали расплывчатыми, тяжесть в груди отступила.

Маша почти уснула, когда телефон снова завибрировал. С раздражением она распахнула глаза, подумав, что забыла выключить уведомления в групповом чате. Но на экране высветилось смс-ка от неизвестного номера телефона. Мертвякова открыла сообщение с легким беспокойством и прочитала:

"Завтра в 15:00, парк Сокольники, у центрального входа. Буду ждать вас с нетерпением, Мария. Кристоф Моллиган."

Мария в изумлении моргнула, наклонив голову, и пробежалась по тексту вновь. Только новых приключений с преподавателем по истории не хватало... Почему он назначил встречу в парке, а не в университете? И откуда у него её номер телефона? Девушка нахмурилась, ощущая, как сердце забилось чаще. Это как-то связано с учебой?

Точно, при последней встрече в кафе они не смогли обсудить курсовую... Но разве стоит назначать прогулку по подобному пустяку?

Или...

Ситуация с отцом и Ольгой отошла на второй план, уступив место новой, внезапной и непонятной загадке. В голове всплыли его пристальные взгляды во время занятий, загадочный разговор в библиотеке, то каким внимательным преподаватель мог показаться, когда позаботился о ней в кафе, его завораживающий голос... Неужели он действительно...

Сон как рукой сняло. Теперь Маша не могла думать ни о чем кроме завтрашней встречи с Кристофом Моллиганом. Гадала, что её завтра ждет в парке. Сможет ли она вообще думать об истории и учебе, когда в собственной жизни разворачивается настоящая драма?