16."Снова снится"
— Что это за протесты, Чан? Что за бессмыслица? Фанаты на заводе ждут твоего нового релиза.
Эти слова принадлежали Чон Хэ — близкому другу, главному продюсеру и правой руке Чана. На протяжении многих лет он продюсировал артиста, всегда дожидаясь его согласия и тщательной проверки каждого проекта. Благодаря Чон Хэ кумир миллионов мог спокойно выступать, начинать новые эры, выпускать альбомы и подписывать контракты. Чан ценил эту поддержку: друг помогал ему во всём, следил за его здоровьем и моральным состоянием, всячески старался улучшить его жизнь, искренне радовался его успехам, поддерживал, успокаивал и давал мудрые советы. Чон Хэ, старше Чана на сто лет, обладал огромным жизненным опытом и изо всех сил старался уберечь друга от ошибок. Правда, иногда между ними возникали мелкие ссоры и недопонимания. Чан списывал это на разницу в возрасте, но умудрённый опытом Чон Хэ знал, что корень проблемы — в их разных характерах и взглядах на мир. И хотя во многом они не сходились, эта разность не только не мешала, но и укрепляла их многолетнюю дружбу.
— Чон, пожалуйста, не начинай. Я же сказал — давай перенесём дату, и всё. Не хочу больше это обсуждать.
— Хорошо, не будем. Но послушай меня, пожалуйста. Что с тобой происходит? Ты закрываешься, избегаешь меня. Я вижу, что что-то не так, и хочу помочь.
— Тебе не надоело моё вечное нытьё? Я и сам не знаю, что со мной. Назовём это выгоранием. Мне очень тяжело, мои мысли буквально съедают меня изнутри.
— Для начала успокойся и глубоко вдохни. Помни, нервная система одна, и даже у нас, вечно живущих, её не восстановить.
— Чан, но в тебе всё же течёт вампирская кровь. Она сильно на тебя влияет, и, думаю, твоё состояние во многом из-за неё.
Чан был полукровкой — не потому, что его самого укусили, а потому, что вампиром стал его отец. Бан Сонхо возвращался домой с подработки и не подозревал, что за углом его ждёт встреча с незнакомцем, которая навсегда изменит его жизнь. Из какого клана был тот вампир — осталось тайной, но Сонхо выжил после укуса и поначалу даже не заметил перемен. Его новую ауру сразу ощутила Ким Юань — невероятно красивая вампирша, на которую он поначалу не обратил внимания, хотя и почувствовал необъяснимое влечение.
Юань, чистокровная вампирша из Китая, была обручена с мужчиной из знатного клана, безумно её любившим, но не встречавшим взаимности. Девушка ценила свободу и не желала быть разменной монетой в родительских амбициях; она не верила в любовь, считая сказки о вечных чувствах пустыми фантазиями. Так она думала до встречи с Сонхо.
Их знакомство вышло нелепым. Юань стояла в очереди за билетами в кино, в длинной белой юбке с едва заметными полосками. Сонхо, проходивший мимо с только что купленным кофе, уткнувшись в телефон, не заметил выбежавшую из-за угла девушку. Столкновение было неизбежно. Кофе выплеснулся на идеально белый наряд Юань. Спустя час споров и извинений все трое участников инцидента нашли компромисс и разошлись. Но с той самой встречи образ незнакомца прочно поселился в голове Юань. Она стала следить за Сонхо, пытаясь привлечь его внимание, и, когда все попытки оказались тщетны, решилась на отчаянный шаг — остановила его на привычной тропинке и призналась в чувствах. Так начались их общение, а затем и отношения. Сильная любовь переросла в нечто большее, и они поженились, несмотря на протесты родителей невесты. Так на свет появился Бан Чан, обречённый на вечную муку из-за смешанной крови. Он не винил родителей — он просто смирился.
— Может, записать тебя к психологу? Прости, что напоминаю, но в прошлый раз он тебе помог.
Чан устало поднял взгляд на друга и слабо улыбнулся, глядя ему прямо в глаза.
— Пожалуй, откажусь. Мне хватило одного раза. Я не схожу с ума, Чон, мне просто нужно побыть одному — вот и всё. Давай договоримся: я беру небольшой отпуск, сообщаю об этом фанатам, а когда вернусь, обязательно выпущу все запланированные песни. Знаю, что доставляю тебе хлопоты, но мне это необходимо.
— Я тебя понял, Чан, и поддерживаю. Ты обязательно справишься. Иди домой и выспись, а с остальным я разберусь. Только будь на связи.
— Обязательно, — бросил Чан на прощание, обнимая друга.
У Чана был личный водитель и VIP-машина для любых поездок. Единственное, что его раздражало, — это чрезмерная опека охраны, поэтому на время отпуска он решил отпустить их с сохранением зарплаты. Теперь он ехал на своей новой Tesla Model S с чёрным кузовом, выполненной в строгом дизайне, который он так ценил. Удобно расположившись на заднем сиденье и откинув голову, Чан через несколько минут сомкнул веки и незаметно для себя уснул — впервые за несколько дней. Бессонница мучила его годами, и он почти смирился, но оставалось одно успокоение — парень, незнакомец, который снился ему уже несколько месяцев подряд.
Чан был уверен, что никогда не видел его в реальности, но стоило ему, наконец, погрузиться в царство Морфея, как тот вновь появлялся — юноша с чарующими глазами и прекраснейшей улыбкой, которая становилась для Чана причиной жить, не сдаваться и идти вперёд. Во сне незнакомец всегда подходил молча и просто обнимал его. Его молчание и объятия исцеляли израненную душу музыканта.
— Кто же ты? — едва слышно прошептал Чан, уткнувшись носом в волосы парня.
Он всегда обнимал его в ответ, держал изо всех сил, боясь, что тот исчезнет навсегда. В ответ была лишь тишина. Порой Чану казалось, что он сходит с ума, что придумал этого человека. Но сердце упрямо твердило: этот незнакомец, которого он держит в объятиях, — реальный, самый что ни на есть настоящий. Ведь душа не просто так тянулась к нему с такой силой.
— Я найду тебя, слышишь? Найду, где бы ты ни был, и больше никогда не отпущу.
Незнакомец впервые поднял на него взгляд, полный любви и нежности. Его глаза сияли, а губы тронула улыбка, такая любимая и дорогая Чану. Он хотел что-то сказать, губы уже приоткрылись, как вдруг самый желанный сон Бан Чана оборвался от резкого скрежета тормозов и громкого голоса водителя:
— Мы приехали, Бан Чан.
— Чтоб тебя, Лукас! — вздрогнув от страха и внезапного шума, взвился Чан.