15."Виновный поплатится"
Хван успел переделать все дела, подписать важные договоры и в третий раз перечитать досье на Феликса, но главный вопрос по-прежнему не давал ему покоя: «Кто такой этот Ян, мать его, Чонин? Что это была за любовь? Неужели кому-то повезло больше, чем Хёнджину?»
Феликс не просыпался даже к вечеру. Он был не в обмороке, а просто спал — так сладко и безмятежно, что будить его было жалко. Внутри Джина поднималась паника, но на лице его не дрогнул ни один мускул. Он продолжал стоять и пристально смотреть на Ли.
В дверь постучали. Получив разрешение, в комнату вошёл мужчина.
— Господин Хван, прошу меня простить. Меня задержал сложный случай в больнице. Приношу свои глубочайшие извинения.
— Доктор Чон Джей, давайте без лишних слов. Я всё понимаю. Осмотрите его, пожалуйста, он не приходит в себя с прошлой ночи.
Чон подошёл к Ли, приподнял ему веко и с помощью диагностического фонарика проверил реакцию зрачков.
— Скажите, вы давали ему какие-либо лекарства? Снотворное? Успокоительное?
— Таблеток не давал. Но использовал гипнотизирующий щелчок, а затем ввёл минимальную дозу снотворного.
— Полагаю, незачем спрашивать, смертный он или нет... Но вы в курсе, что применение гипноза в таких целях может привести к пожизненной коме? Бывают случаи, когда никакая сила уже не поможет.
— Доктор Чон, умоляю, сделайте что-нибудь! Только не такой конец. Я begging вас, он должен остаться.
Молящие нотки в голосе Хван Хёнджина делали его уязвимым, испуганным, дрожащим от страха и раскаяния.
Чон на несколько секунд застыл в ступоре. Неужели это мне уже мерещится?
— Пожалуйста, успокойтесь, паника только навредит.
— Не называйте меня «господин». Я просто Хёнджин. Давайте уже на «ты». И я begging тебя: спаси его.
— Хорошо, как тебе удобно. С ним всё в порядке, я полностью его осмотрел. Его организм так отреагировал из-за крайнего истощения. Он, скорее всего, хронически недосыпает, и этот сон сейчас — лучшее лекарство. Я вколю ему обезболивающее, чтобы при пробуждении не мучила головная боль, но беспокоиться не о чём. Он проснётся через пару часов, Хёнджин.
— Я так рад, что всё обошлось. Спасибо тебе. — Дружеское рукопожатие и самая искренняя улыбка Хёнджина заставили Чона задуматься, не нужны ли теперь препараты ему самому. С Хёнджином явно творилось что-то неладное. Но что?
— Постой, Чон Джей. Всё, что ты здесь видел, останется в этих стенах. Забудь, как будто ничего не было. Кстати, деньги уже на твоём счету, включая чаевые, — Хван подмигнул.
Когда на телефон Чона пришло смс о переводе, его глаза округлились так, что казалось, вот-вот лопнут. Слегка пошатнувшись, он с жадностью пробежался глазами по цифрам на экране и быстро пролепетал:
— Конечно, Хёнджин! Я обещаю, об этом никто не узнает. — И стремительно выбежал из комнаты.
Теперь Хван стоял гораздо спокойнее. Слова врача помогли ему обрести душевное равновесие. Оставалось лишь ждать, когда же это «чудо-юдо» наконец проснётся.
Спустя пару часов Феликс всё так же мирно спал. Терпение Хёнджина подходило к концу. Он снова сел рядом и, едва взглянув на его лицо, почувствовал, как вся злость улетучивается, словно её и не было. Он трепетно провёл пальцем по мягкой щеке и снова возненавидел себя за свои мысли и желания. Ему до боли хотелось прикоснуться к этим губам, почувствовать их вкус, убедиться, что они такие же мягкие, как и его личико. Легко коснувшись большим пальцем его губ, он тихо прошептал:
— Не сегодня, сладкий. Я обязательно попробую тебя на вкус, но только не сегодня.
Осознав сказанное, Джин от стыда почувствовал, как у него горят уши. Он с силой почесал затылок и ударил себя по лбу. «Ты идиот, Хёнджин! "Попробую на вкус"? Кто так вообще говорит? Дурак! Хорошо, что он этого не слышал...»
Его монолог прервал низкий, бархатный, полный сна голос:
— Слышал. Но не совсем понял суть.
— И хорошо. Тебе необязательно знать.
Хёнджин ответил автоматически и лишь через мгновение осознал, что Феликс не только проснулся, но и вступает с ним в диалог. Вздрогнув, он повернул голову и удивлённо уставился на Ли:
— Ты когда проснулся?
— Сначала ответь, что я здесь делаю? И почему ты сидишь рядом со мной?
— Тебя это сейчас волнует, когда я задаю гораздо более важный вопрос?
— Как видишь, волнует, — болезненно шипя, попытался приподняться Ликс. — Ты вообще кто такой маньяк? По правилам, ты должен был меня связать, а я — орать, что ненавижу тебя и чтобы ты меня немедленно отпустил.
— Я не вижу смысла тебя связывать. Тебе же будет больно, — тихо проговорил Хван, потупив взгляд, словно боясь собственных слов.
— Да ты реально больной! Маньяк недоделанный! — Феликс приблизился к Джину, схватил его за воротник рубашки и сжал со всей силой. — Ты же понимаешь, что это ненормально? Сначала ты преследовал меня, потом я начал сходить с ума, потому что я единственный, кто тебя видит! И что ты делаешь? Похищаешь меня! Я даже не знаю, где нахожусь! — голос его понемногу сбавлял накал.
Хёнджин не стал терять момент. Как только почувствовал, что хватка ослабела, лёгким движением он опрокинул Феликса на кровать и навис над ним. Ошарашенный, Ли несколько секунд лежал в ступоре, глядя на всё ещё незнакомого мужчину.
— Я люблю, когда меня слушаются, — жадно всматриваясь в лицо миниатюрного паренька, Джин сглотнул подступивший ком. Он болезненно сжал его талию и прикоснулся своим лбом к его лбу. — А ещё мне нравится твой запах.
Сладкий шёпот мужчины с силой и дрожью отозвался в ушах Феликса, который всё ещё не понимал, почему не может просто дать сдачи и оттолкнуть его.
— Ты ненормальный извращенец! Отпусти!
В следующее мгновение руки Феликса оказались зажаты над его головой, а горячее дыхание Хван обожгло его шею.
— Ты мне за всё ответишь, сукин сын. За каждую каплю крови моих родителей. Я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще родился на свет.
— О чём ты? Отпусти, ты делаешь мне больно! Отпусти! — последние слова застряли в горле от боли и страха.
— Столько лет я искал тебя, мечтал придушить своими руками, убить, порезать на куски... Но почему, когда ты так близко, я не могу даже прикоснуться, боясь сломать?
— Умоляю, отпусти! Зачем ты так со мной? Кто ты и что тебе от меня нужно? Что я тебе такого сделал, что ты хочешь меня убить?
Как ни старался Феликс, сдержать эмоции не получалось. Ему было страшно. Он дрожал, как испуганный котёнок, не зная, доживёт ли до утра. Неужели он умрёт от рук того, кому был готов отдаться с первой же секунды, едва увидев и услышав этот пленительный голос?
— Я даже не знаю, кто ты и что я здесь делаю!
— Тебе и не нужно знать, кто я. Разве твоя мамаша не рассказывала эту занимательную историю?
— При чём тут моя мама? Я правда сойду с ума! Объясни нормально: кто ты такой и что тебе от меня нужно?
— Виновный поплатится, сладкий. Помни это. Рано или поздно ты узнаешь, кто я. Но сейчас я предпочту остаться для тебя никем. Не забывай моих слов — это всё, что я пока требую, Феликс.