Последний из рода Нимаэ

Натаниэль

Ночной клуб «Кицуне». Владелец — семихвостый лис Шиджиро Мотидзуки. Так гласит справочник Иви, в котором описаны подобного рода заведения. Гости «Кицуне» — нелюди и нежить вроде меня. Но и волшебники заглядывают. Редко, чаще всего по приглашению гостей или самого хозяина заведения.

— Что вам, господа? — спросила администратор, принадлежащая к лисьему роду. Так лисьей магией и пахнет. Кровь ее горит и распространяет запах дурмана и обольщения, заставляя щеки и кончики ушей простых смертных и слабых магически волшебников пылать вожделением. Этим кицуне и славятся, в отличие от кумихо.

— Мотидзуки-сана позови! — требует Иви, показывая документ стража.

Она решила начать разговор с требований, а не просьб. Поведение, взгляд и манера держать себя с приходом в этот клуб резко изменилась. Иви стала грубее и резче. В голосе слышались стальные нотки. Словно она старше лисы по иерархии, поэтому могла приказывать. А та:

— Мотидзуки-доно занят! — фыркнула лисица, окинув нас недовольным взглядом. — Господин принимает важных гостей! — и хотела выпроводить вон, как девушка подошла к ней вплотную, взяла за галстук униформы, и натянув его, рыкнула:

— Зови Шиджиро, bakatanuki (Глупая тануки!)

Последнее слово Иви произнесла на родном для лисы наречии. Звучно и громко, что это обращение слышали стоявшие неподалеку гости и персонал. Девушка-менеджер, опешив от наглости Иви, моргая и сверля зелеными глазами мою напарницу, не знала как ей на это ответить. Понимая, что мы не уйдем, зло топнув ногой и в очередной раз фыркнув, пошла в зал, за Мотидзуки. А я спросил Иви, не подходя, но улыбаясь уголками губ:

— Ты знаешь их наречие?

— Знаю, — раздраженно процедила сквозь зубы Иви, — потом расскажу, — отмахнулась она, ловя взгляд прибывшего хозяина заведения, заговорившего с ней на родном наречии, при этом обращаясь к девушке «Нэока-сан».

Их дальнейший разговор я не разобрал, только уже знакомые обращения «сан» и «доно». Поэтому ждал, когда Иви его расспросит о погибших лисах и почему кумихо пришли в клуб к кицуне. Пока она разговаривала с Мотидзуки, я, незаметно для него и администратора Момоки, пустил поисковую сеть с распознаванием, считывая гостей и сотрудников.

Как и предполагал, гости по большей части нелюди. Волшебников поисковая сеть не обнаружила. Только лисиц и еще некоторых представителей Гранитовых островов. Были представители и моего вида. Но среднего уровня, без магии. А вот персонал клуба исключительно из лисьего рода. У кого-то три хвоста, у кого-то четыре, у Момоки их пять.

— До свидания, Нэока-сан, — сказал Мотидзуки, поклонившись Иви, как того требуют правила их народа. Не смотря в глаза, а ниже, в район сердца.

— Всего хорошего, Мотидзуки-доно.

Иви ответила ему любезностью, при этом взгляд ее метал молнии. Она была в гневе, готовая его выплеснуть на первого встречного. Думал, им буду я, но вместо злости, которое клокотало в ее груди, она выдала совершенно другие эмоции. Как только мы покинули клуб, отошли подальше, девушка, прижавшись ко мне со спины, просто разревелась, прося не задавать вопросы. Я и не задавал, а обернувшись, обнял. Держал ее в своих объятиях. Касаясь спины, плеч, волос, просто был рядом и поддерживал.

Когда Иви успокоилась, вытерла слезы, пообещала:

— Нат, я все тебе расскажу, но потом. Когда буду готова, — я ее не торопил, да и не настаивал.

У меня у самого есть от нее секрет. Его я хотел бы держать при себе как можно дольше. Ведь расскажи я, что на самом деле являюсь высшей, при магии нежитью, то потеряю ее, нашу с ней связь, тепло, что дарит ее присутствие. А взгляд, этот полный тепла и света, потускнеет, оставив только страх и боль из-за лжи и предательства. Именно поэтому я буду молчать и скрывать правду до последнего. Пока к стенке не прижмут.

— Лучше расскажи, что узнала у этого лиса? — показал на клуб за нашими спинами. Ушли от него достаточно далеко, но горящая мелкими розовыми лампочками вывеска, с сидящей лисицей, распушившей девять хвостов и вздернувшей треугольную мордочку вверх, все еще резала глаза. Слишком ярко и даже вульгарно. — Что тут забыли кумихо?

— Работу искали, — ответила Иви, стирая остатки потекшего макияжа влажной салфеткой, — было несколько вакансий на кухне. Все по закону: договор о найме, испытательный срок, и прилагающиеся выплаты. Вот они и пришли, нашли объявление и думали пройти собеседование. Но как только узнали что они лисы не того рода, прогнали. Даже разговаривать не стали.

— Ясно, — и повел девушку по маршруту погибших дальше...

***

Отступление

— Мотидзуки-доно, — обратилась к хозяину заведения девушка-администратор, — почему вы с этой девчонкой были так любезны? Кто она? — не понимала лисица. Момока в ней ничего не почувствовала, только человечий дух и магию смертных. Тогда как в ее спутнике...

В нем чувствовалась дикая и неудержимая мощь темного источника. Мрачная и вымораживающая, не оставляющая и шанса на спасение. А еще легкий флер смерти, оседающий на нёбе тленом, словно старинный, заброшенный склеп. Так пахнут и ощущаются малефики древних родов, или высшая, обладающая магией нежить. Как тот же граф Штей и его заместитель сир Моранис.

— Придет время, и узнаешь, Момока-чан, — сказал лис и вернулся за свой столик, к гостям. — Продолжим наш разговор, Штейн-доно, — сказал лис с присущей его виду улыбкой. Широкой, радушной, но скрывающей клыкастую пасть. — Вы говорили, что у вас есть толковый частный детектив... — и замолчал, так как граф, улыбнувшись уголками губ, не показывая клыки, только алую радужку глаз и вытянутый зрачок, подтвердил.

— Есть, — ответил древний вампир, чуть качнув головой в сторону выхода, где каких-то пару минут назад стояли стражи, — и вы с ним только что столкнулись. — Лис подумал на девушку, но оказалось: — Тот юноша. Магия и его род существует столь же долго, как и я. Даже дольше. Берет начало от одного из первых королей.

— Вот оно как... — задумался лис, вспоминая ощущения, исходящие от спутника Нэоки-сан.

Если подумать и вспомнить, то да. Магия его — стылое озеро с черными водами. Глубокая, холодная. Аура у волшебника — смертью отмеченная. Как и внешний вид. Аристократ в энном поколении. Значит, Мотидзуки-доно не ошибся. Спутник Нэоки-доно в самом деле потомок темного рода, и не простого. Малефик. Возможно, чернокнижник или маг крови, может, все вместе. От взгляда, брошенного на Мотидзуки единожды, жилы лиса накалились, а кровь застыла. Мало кому по силам вселить похожий страх.

— Всего хорошего, сир Мотидзуки, — пожелал граф Штейн, покидая клуб, оставляя после себя только визитную карточку с номером и адресом того самого юноши, что по мнению древнего вампира способен раскрыть дело, будь оно хоть столетней давности.

— Кто же ты такой, Натаниэль Нимаэ? — задавался вопросом Шиджиро-сан, вертя в когтях кусок черного картона, с выгравированными цифрами и буквами. — Интересно, так ли ты хорош, как о тебе говорят? — рассуждал лис, вспоминая лицо волшебника. — Узнаем! — сказал он, сжигая в голубом лисьем пламени визитку, развеивая пепел по полу...

Натаниэль

Весь следующий путь по местам, где бывали кумихо, ответов на вопросы не дал. Их маршрут — это блуждание в поисках работы. От одного заведения к другому. Ничего подозрительного и незаконного. На первый взгляд. А вот так ли это на самом деле, получится узнать только после отчёта патолога и лаборантов.

— Значит, ждём отчеты, — тяжко вздохнула Иви, падая на стул, прикрывая глаза, — без нужных бумаг и подтверждений, документы для тщательной проверки не получить, — а потом посмотрела на меня. В ее глазах была надежда на информацию, которая находилась в крови жертв. Попросила меня поработать с кровью. Узнать хоть что-то. Чтобы в не сидеть на месте выжидая, а искать ниточки к раскрытию тройного убийства.

— Капли крови мне сказали все то, что мы и так узнали, пройдя их путем. Они искали работу, связанную с едой и напитками. А владельцы заведений — это высшая нежить и нелюди, по большей части. Лисы-кицуне — ночные клубы, оборотни — бары и рок клубы, ведьмы и вампиры — кафе, рестораны, пекарни и пиццерии.

— Гадство! — ругнулась Иви, и еще вспышка: — Вещество! То самое, из-за которого они не сопротивлялись, а приняли участь. Что это? — в глазах ее надежда на спасение от бездействия.

— Обычный Транквилизатор. Ничего особенного. Такой в специализированных магазинах заказать можно, без рецепта и показаний специалиста. Он не отслеживается, но... — и тут задумался.

Транквилизатор — вещество не запрещённое, купить его и правда не составит труда, но вот количество! На усмотрение обычных животных, например крупного кошачьего вида, таких как лев или тигр, нужно 0,1 мл на 1 кг, а вот на представителей волшебного народа в разы больше.

— Ты знаешь где искать? — ее глаза горели азартом.

— Знаю, — и рассказал о пришедшей мне в голову мысли, о том, что подозреваемыми могут оказаться те, кто недавно приобрел внушительный запас препарата, но не в личных целях. Исключить фермы, зоопарки и места, где содержаться животные, — подозреваем только тех, кто к массовому содержанию животных отношения не имеет. Составив список из покупавших транквилизаторы за последнюю неделю, сдвинем это дело с мертвой точки.

- Еще заказы онлайн, - добавила Иви, - хоть что-то!

А еще Ё. Есть надежда, что когда лис придет в себя, то сможет рассказать нам о том вечере. Возможно, Ё видел, или хотя бы уловил запах убийцы. Пока он восстанавливается, мы с Иви будем искать в другом направлении. Я возьмусь на себя поставки препарата из специализированных магазинов, а Иви онлайн заказы. И уже по общему списку, следуя по пунктам, будем вычеркивать потенциальных подозреваемых.

— А их окружение? — уточнила Иви, думая вызвать на допрос и их.

— Клан кумихо беру на себя, — опуская информацию о том, что с некоторым из них я уже знаком, и по сути предсьавляю интересы их вида. Ведь они наняли меня раскрыть дело о нападении, не подозревая, или еще не зная, что несостоявшееся убийство.

— Тогда до завтра, Нат, — попрощалась со мной Иви, начиная создавать список потенциальных подозреваемых.

Покинув отделение, обернувшись летучей мышью, вернулся домой. Скоро рассвет. Мне же до сна необходимо было пообщаться с Ю, или с кем-то из его клана. Узнать, не пропал ли кто-то ещё. Возможно, это не единичный случай. Почерк преступления — выставленные на показ тела, особенная поза, с точностью выполненные действия и филигранные мазки кровью на лице, всё это говорит о том, что убийца не новичок. Что поставленная им пьеса не первая. Есть ещё.

— Нимаэ-сан, могу я с вами поговорить?

Нарушает поток моих мыслей голос знакомого лиса, с которым мы виделись несколько часов назад. Тот самый, из-за которого, как мне показалось, плакала Иви.

— Что вам нужно, сир Мотидзцки?