Последний из рода Нимаэ

Натаниэль

— Услугой, граф Штейн, — попросил графа Штейна, — мне нужна встреча с один мелефиком.

— С малефиком? — удивился сир Моранис, — с какой целью, сир Нимаэ? — этот же вопрос интересовал и графа. Не стал скрывать, сказал как есть:

— Чтобы убить его, граф, — и сверкнул алыми радужками глаз, — крайне жестоко, как гласит моя клятва, — даже представил как именно, какими проклятиями воспользуюсь, но опомнился, вспомнил, где нахожусь. Граф Штейн и сир Моранис смотрели на меня тяжелым взглядом. Понимая, что это личное, не терзали и так мертвое сердце. Только уточнили имя рода, к которому малефик принадлежит. — Маэльдир. Мне нужна встреча, вами организованная, не важно по какому поводу, с наследником этого рода. — Пояснять причину не стал, древние и так понимают. — Граф Штейн, понимаю, организовать встречу дело не пяти минут, поэтому не тороплю. Я ждал несколько лет этой возможности, еще подожду. В моем распоряжении вечность! — и улыбнувшись кривой улыбкой, поклонившись в знак благодарности и уважения, откланялся, рассвет скоро.

— Как только представится возможность, сир Нимаэ, я вс непременно сиру Маэльдиру представлю, — сказал граф, добавив перед самым моим уходом: — до скорых встреч, Натаниэль.

Ответил любезностью и попрощался, покидая кабинет и офис графа. Обернувшись мышью, вылетев в окно, летел домой, думая, что это дело, порученное графом, не единственное. Что он рано или поздно снова постучится мою дверь и попросит об услуге. Возражал ли я? Был ли против такого сотрудничества? Нет. Меня оно устраивало.

Граф хоть и опасный человек, могущественный и влиятельный, но культурный и учтивый. Даже когда находится в крайней злости способен держать себя в руках. К тому же он слышит своего собеседника. Не навязывает ему свое мнение. Ищет варианты и подходы, чтобы кадры привлечь.

Я был в полушаге от квартиры, как и рассвет, когда почувствовал чужое присутствие около своей квартиры. Запах лисицы, точнее раненой лисицы, не спутаешь. Юноша из рода кумихо, опираясь спиной о дверь моей квартиры, истекал кровью и медленно умирал. А причина:

— Хвост! — ужаснулся я, смотря на отрезанный и окровавленный хвост в его руке. Чтобы не привлекать внимание простаков, поспешил втащить раненого в квартиру. А потом быстро закрыл шторы на окнах.

Оказать первую помощь я могу, как и остановить кровь, предварительно очистив раны от грязи. Потом перевязать и даже зелья кое-какие сварить, чтобы восстановить потерю крови и сил. А вот вернуть хвост на прежнее место. Увы. Как это сделать я не знаю. Но есть тот, кто знает.

Набрав номер Ю, ждал, когда тот ответит. Лис, знающий, что я просто так звонить рано утром не стану, ответил, сражу же спросив:

— Что случилось, Нат?

— Раненый лис с оторванным хвостом в руке под дверью моей квартиры, — ответил и услышал отборную брань на родном наречии Ю. Гранитовые острова, откуда родом кумихо, славятся любовью к сквернословию. Речь их странная, как и письменность, но мелодичная. Даже мат и тот, как песня звучит. — Что мне делать, Ю? — спрашиваю друга, когда тот перешел с мата на родном наречии, на мат на человеческом.

— Перевяжи раны, зельями необходимыми напои, а хвост пока что в стазис погрузи, — попросил Ю, уточняя, — если прошло не так много времени с его потери, то спасти получится. Как жизнь, так и культивацию, — рассуждал друг. — Лис или лисица?

— Лис. Мальчишка, на вид лет двадцать.

— Тогда шанс есть, — я не стал вдаваться в подробности их видовых особенностей, мне без надобности. Спросил, ждать мне помощи, или же самому в клан с раненым наведаться, — вечером к тебе придет мой сородич и заберет раненого, — а потом попросил: — без вопросов, Нат, просто отдай ему парня и забудь об этом деле.

— Сам знаешь, я без просьбы не вмешиваюсь! — кумихо согласился, поблагодарил и пожелал мирных снов.

А я, как и просил Ю, напоил парня нужными зельями и погрузил отрезанную часть сущности в заклинание «Кокон Шелкопряда». Заклинание направлено на сохранение живой, еще не разлагающейся части организма на сутки. Раненый и умирающий, находясь в этом коконе, получает отсрочку от владений Смерти. Хотел и лиса окутать таким же коконом, но не стал. Судя по ровному дыханию и остановившейся крови, он крепче, чем кажется. Уложив его на кухне, на запасной раскладушке, ушел спать. Солнце уже встало, а значит мне пора отдыхать.

Иви

— Иваника, срочный вызов! — влетая в архив кричит один из заместителей начальника Дориджа, напуганный, встрепанный и запыхавшийся, слово марафон пробежал, — звони Натаниэлю! Приказ начальника! — и убежал.

Убрав всю литературу на место, отложив в сторону недописанный отчет, набрала номер Ната. Но на звонок он не отвечал. Гудки, а потом голос робота, что абонент не отвечает, попробуйте набрать позже. И так несколько раз. Время вечер. Оговоренные им две суток прошли. Так почему же... задавалась этим вопросом по пути к служебным машинам.

— Где сир Нимаэ, Иваника? — спросил начальник Доридж, хмуря и сдвигая густые брови к переносице. Взгляд его тяжелый, темнеющий с каждой секундой.

— Я здесь, сир Доридж, — сказал Нат. Голос его холоден, взгляд тяжел, а вид мрачен. Он, как и начальник Доридж был крайне зол. Причину я не знаю, но думаю он мне расскажет. В свое время. — К вашим услугам, — и уже мне, — прости Иви, телефон сдох!

— Раз вы здесь, то на место преступления, живо! — скомандовал начальник.

Все расселись по машинам и отправились на вызов. Я сидела рядом с Натом. Он был погружен в свои мысли, не реагируя на разговоры стражей и даже на мои вопросы что с ним и как прошло то самое дело. Мне показалось, что он даже временами забывал как дышать. Замирал и застывал, а потом, опомнившись, моргал и менял позу.

Отпустило Ната на месте преступления. Точнее, еще больше захватило и от меня и всех отстранило. Но он хотя бы говорил и двигался, а не молчал и изображал древний монумент.

Лисы!

Точнее кумихо. Именно они, в количестве трех штук, были обнаружены мертвыми в подворотне одного из домов. Спиной к стене, словно уснули и не проснулись, они держали в руках свои отрезанные насильно хвосты. Старший, сидящий в середине, в его руках пять хвостов, тогда как двое других, лежащих головой на его плече, держали всего по три хвоста. На лицах умиротворение, но на губах улыбка, широкая, от уха до уха нарисованная кровью.

— Скорее всего, это их кровь, — предположил Нат.

— Возможно, — не отрицала я, — еще что-нибудь? — спросила у него, но он отрицательно покачал головой, говоря, что без улик и материала для исследования ничего больше не скажет.

— Одно мне ясно, — сказал Нат, — хвосты им отрезали, когда те были еще живы. В сознании, без возможности сопротивляться, — уточнила, наркотик или транквилизатор, но напарник развел руками, говоря: — От каждого по несколько капель крови и скажу точнее, что там плещется.

Чтобы в срочном порядке начать расследование, пошла к телам. Взяв образцы крови каждого из убитых, отдав их Нату, пошла отчитываться начальнику Дориджу о наших дальнейших действиях. Начальник был встревожен и обеспокоен, требовал раскрыть это дело как можно скорее. Не дело вот так вот находить волшебных существ в подворотне, да еще и с отрезанными хвостами.

— А улыбка, нарисованная кровью? Она ведь что-то значит?

— Я пока не знаю, — ответил Нат, — но подумаю.

Сделав фото мест преступления, жертв как вместе, так и по отдельности, скопировав все сделанные жертвами фото в мой телефон, всю их переписку, попросив у криминалистов копии записей и отчетов патолога, Нат повел меня в первое место, где троица погибших лисов была до гибели. Клуб для волшебного народа «Ёкай»...

Натаниэль

Несколько часов назад...

Раненого лиса забрали с заходом солнца. Поблагодарив меня за оказанную юноше помощь, старшие лисы пояснили, как он тут оказался. Ё Ши Ро, по просьбе Ю, искал мне квартиру. Он, как и вся местная община кумихо, в курсе моей сущности и профессии. По словам одного из лис, Ю прорекламировал меня, как одного из лучших частных детективов. Поэтому Ё и пришел на порог моей квартиры

— Ясно, — сказал, смотря на Ё, при этом мысленно обещая Ю в следующую нашу встречу устроить выволочку.

Старшие, еще раз поблагодарив за помощь, понесли было мальчишку в клан, как тот, открыв глаза, взяв меня за руку, попросил о помощи. «Найдите убийцу, сир Нимаэ» — это все, что он смог сказать перед тем, как снова потерял сознание. Лисы, понимая, что это тот самый шанс, попросили о том же следом. Низко поклонившись, повторили просьбу Ё.

— Хорошо, — процедил сквозь зубы, соглашаясь. — Его телефон, — попросил я одного из кумихо, — потом верну, — пообещал и как только получил вещь, закрыл за лисами дверь.

Странное дело. Крайне. Кому понадобилось отрезать кумихо хвост? Зачем он? Судя по тем сведениям, которыми я располагаю, хвосты лис, что кумихо, что кицуне, никакой силы чужаку не дадут. Ни власть, как с крылом фей, ни выгоды как с кровью высшей, наделенной магией нежити. Ничего. Но факт остается фактом.

— Чтоб вас всех!

Ругнулся, как только добрался до фотографий. Там, в плохом качестве, под кривым ракурсом и углом, фото еще троих кумихо, держащих в руках свои хвосты, но мертвых. С кровью на лице, изображающей широкую улыбку. Троица мертвых лис сидела у стены какого переулка. В центре старший, в его руках пять хвостов. А у левого и правого плеча, словно дремля, сидели младшие. В их руках по три хвоста.

Хотел отправить это фото Иви, направить их по следу, как он разрядился, как и мой. Поэтому пришлось собираться и идти в отделение. А там шумиха. Те самые лисы с отрезанными хвостами, стали нашим с Иви следующим общим делом. Таков приказ начальника Дориджа.

Пока мы с Иви и группой экстренного реагирования с криминалистами и экспертами ехали на место преступления, я думал над тем фото, кому же все-таки могли понадобиться хвосты. Возможно, какой-то ритуал, из запрещенных и черномагических. Но я так и не вспомнил. Лишь предположил, но почти сразу мысль отогнал, что это месть. Не роду, а именно лисьему виду.

Кто-то, чем-то или всколыхнул забытые обиды, или о них напомнил. Но пока что рано делать выводы. Нужно посмотреть на лис воочию, а лучше взять по капле крови и «считать» информацию. И уже потом, опираясь на факты, выстраивать план последующих действий.

— Приехали! — вырвал меня из потока размышлений голос водителя и легкое касание Иви к моему плечу.

Поза, как и у Ё. В руках отрезанные хвосты. Но отличия в том, что они мертвы, а Ё нет. К тому же, на застывших в умиротворении лицах, кровью нарисована улыбка. Если бы телефон Ё не сел, то сверился бы с фото. Но, как мне кажется, это те самые лисы. Один в середине с пятью хвостами в руках, и двое по бокам с тремя. Поза и очертания похожи. Осталось узнать кто они и те ли они.

— Интересно, — сказала Иви, смотря на экран телефона, читая скопированные данные трех жертв, — последнее перед смертью место — ночной клуб «Кицуне». У них всех, — даже уточнила, открыла три вкладки одновременно.

А вот это странно. Кицуне и кумихо на дух друг друга не переваривают. А всему виной Гранитовые острова, которые они с незапамятных времени никак не могут поделить. Каждый из них считает их своей изначальной родиной, а оппонента захватчиком территорий. Тираном и узурпатором власти. Больше пятнадцати столетий прошло, а лисы так и не выяснили, кто же там появился раньше.

— Бесполезная затея, — пробормотал я себе под нос, памятуя историю древнего мира, — первыми на Гранитовых островах поселились высшие демоны, а уже потом... — но я не закончил мысль, так как мы с Иви уже прибыли в тот самый элитный ночной клуб «Кицуне».