Вкус крови

Когда на улице уже начинали зеленеть деревья, но снег еще сходил с поверхности земли, и в воздухе постоянно звенел шум от бегущих ручейков, во дворце осталось ровно десять кандидаток на сердце наследника. Больше всех девушкам уделяла внимание королева. Марина учила девушек манерам и этикету в разных случаях королевской жизни. Когда Скарлетт на таких ее уроках начинала хохотать, она заводила разговор в сторону того, когда в таком тоне смеяться можно, а когда — нет, когда можно повысить голос. Девушки поражались множеству нюансов и пытались запомнить все, что только могли. Возвращаясь из покоев Ее Величества, соперницы повторяли урок. Так они позволяли себе расслабляться каждый вечер, хотя напряженная атмосфера все больше и больше давила на них.

Егор не звал никого на свидания, ведь ему пришлось покинуть дворец и уехать с Антуаном в качестве представителя Эниты. Он безумно хотел забрать с собой родную Браун, возможность это сделать тоже была, но король настоял, чтобы сын этого не делал, ведь там она будет отвлекать на ненужные мысли.

Наследник все чаще рассуждал вслух, стоит ли ему все-таки женится на прекрасной и желанной Скарлетт, ведь это вело к прямому риску ее жизнью. Он порой прикрывал глаза, вспоминая ее улыбку, а в ушах в такие моменты звенел ее смех. И юноша стоял посреди комнаты, выделенной ему министерством, расплываясь в улыбке, но как только он вспоминал, что в этом же здании есть волчата, ему становилось не по себе: улыбка с лица исчезала, и он свирепел, вспоминая поцелуй Скарлетт и Джастина. У глаз сразу же выпирали вены, и его с трудом сдерживал наставник.

— Ваше Высочество, что скажете? — спросил мужчина.

Шли важные переговоры о заключении мира, в результате которого Энита могла бы избежать войны с одной стороны и сосредоточиться на атаках с другой, чтобы присоединить добрую часть земель.

— Антуан, продиктуйте условия, — вместо ответа твердо произнес юноша.

«Ты видишь меня королевой Эниты?»

«Егор, мне кажется… Я люблю тебя», — слова Скарлетт раздались в голове. Егор полу-улыбнулся, вспомнив, как возлюбленная не хотела его отпускать сюда. Он желал услышать ее голос и увидеть вновь, чтобы просто обнять. Но все, что наследник мог получить, стекало грязью по неровным поверхностям.

В городе, где сейчас находился юноша бушевал разврат, и буквально каждая вторая девушка, если не первая, желала совратить и соблазнить, заманить в свой плен и уничтожить.

— Ваше Высочество, мы не можем согласиться по поводу…

— Тогда будет война, — перебил Егор. Антуан самодовольно кивнул, ведь сейчас это было крайне необходимо. — Или Ваша сторона принимает все наши условия, или мы объявляем войну.

Мужчина обернулся к своим советникам, а после кивнул. Егор протянул руку для рукопожатия, скрепляющего союз, и тот ответил. Ряд формальностей вроде подписания бумаг, передачи подарков и прочего тянулся очень медленно.

— Алишия, разве мы должны тут быть? — раздался голос Скарлетт, и наследник растерянно обернулся в сторону окон.

— Тише ты, — шикнула женщина. — Марина Петровна разрешила, Николай Борисович тоже не против был.

— А если девочки заметят?

— Они подумают, что тебя казнили из-за хамства нашему королю. Они будут только рады тебя лишний раз не видеть, — воспитательница сбавила тон, прижавшись к стене.

— Я так по нему скучаю, — самым тихим шепотом произнесла Скарлетт. Егору удалось это услышать из-за особенностей вампирского слуха.

Браун заглянула в окно, расплываясь в улыбке после пересечения взглядом с наследником. Юноша слышал, как резко сбилось ее дыхание. Она словно шла быстрым шагом по ровной поверхности, а потом споткнулась и упала, почувствовав одышку только тогда.

Егор облизал губы, ставя государственные печати везде, где указывал Антуан. Он осознавал, что девушка пошла на серьезный проступок, покинув стены дворца.

— До свидания! Завтра обсудим мелочи! — протараторил наследник, вылетая из зала и оказываясь возле такой нежной девицы.

Егор сразу провел рукой по ее щеке, напоминая об ее любимой прелюдии. Он не обратил ни малейшего внимания на смущенную Алишию, которая только и смогла встать неподалеку от Антуана. Беседа воспитателей зашла об образовании.

Выходили прочь представители соседнего государства. Скарлетт терпеливо ждала, пока скроется последний осуждающий взгляд, ведь здесь должны были собираться исключительно мужчины. Она теребила воротник, неопрятно торчащий из-под кафтана. И как только последний противник скрылся за поворотом, Браун торопливо поцеловала его. Егор даже удивился такому нескромному напору, но быстро понял: это из-за разлуки и желания поскорее воссоединиться.

— Я жду тебя, — прошептала девушка, улыбнувшись на выдохе.

— Я знаю, дорогая, — наследник взял ее за подбородок, заставив поднять опущенную голову вместе с глазами. — Так скучаешь?

— Безумно, Егор! — практически простонала Скарлетт, и юноша почувствовал одну проблему между ног, малейшее проявление которой сейчас могло спугнуть ее.

Он поцеловал ее в лоб, в уголок правого глаза, в кончик носа, в уголок губы и, наконец, затащил в свой порочный мир, поцеловав с проникновением языка. Ему хотелось касаться ее кожи, поэтому он проводил вместе с поцелуями руками по шее и открытым участкам тела.

«Я хочу испортить твою невинность, моя дорогая…» — наследник вспомнил свои же слова и улыбнулся, осознавая, что уже медленно, но очень верно подводил ее к финальной порче. Сейчас определенно касания не передавали всего желания овладеть ею, но он себя от этого не помнил. Хотелось забыть про то, что он наследник, и простынь после первой брачной ночи обязательно проверят.

Их разлука привела к большему желанию не отпускать друг друга, но уже этим вечером Скарлетт пришлось возвращаться обратно, ведь приказ короля оставался законом. Но перед этим Егор вытащил свою любимую на ярмарку в городе, где обычно торговали жители Валеи. Браун словно чувствовала, где находился ее отец, поэтому тащила наследника за собой, уступая уверенным шагом. Гарольд взял ее сюда лишь однажды, но, видимо, ей этого хватило, чтобы запомнить.

— Папа! — радостно воскликнула девица, улыбаясь, когда увидела своего родителя.

— Ой, наша Скарлетт! — удивился Томас Купер, а Гарольд растерянно обернулся и чуть не упал, увидев свое дитя.

Скарлетт отпустила руку наследника и кинулась в объятия отцу. Из множества ящиков вылез Ричард, и девушка улыбнулась, заметив его растрепанность и рассеянность.

— Родная моя Скар, — пробормотал Браун. — Ваше Высочество, — мужчина оторвался от дочери и поклонился, но Егор только рукой замахал, мол, не надо этих почестей, они сегодня на славу надоели.

— Как дела? — спросил Ричард, обратив внимание на откровенное платье, какое раньше Скарлетт ни за что бы не надела. Поставив для себя галочку, он обратил внимание на изменения в ней. Она улыбалась столько, сколько, наверное, не улыбалась за всю свою жизнь. Видимо, Купер не просто так уступил место ее жениха.

И Скарлетт начала тараторить обо всем, что происходило в это время, умалчивая только об инциденте, когда ее выгнали из дворца и она связалась с волками. А мужчины улыбались, осознавая сколь сильно они скучали по своей маленькой девочке.

От автора: Я знаю, что сегодня понедельник, но вчера я с этой главой уснула, поэтому ловите сегодня. Люблю.