Вкус крови

— Девушки, обратите свое внимание сюда, пожалуйста, — произнесла женщина, обводя рукой запись на доске.

Скарлетт сидела в недоумении. Королева выбрала группу невест, которая должна была отправиться на урок арифметики. То, что Браун оказалась среди учениц, и радовало, и огорчало одновременно. Вот в Валее этим чертовым счетом занимались только мужчины, которые ездили торговать. Урок был скучным, поэтому главная героиня моей истории даже не соизволила смочить перо в чернилах. Она сидела за партой, подпирая щеку ладонью.

— Сынок, ты все еще уверен насчет Скарлетт Браун? — послышалось из-за решетки.

Классная комната была ограничена стенами, привычные в современной жизни стекла заменяли эти самые решетки. Конечно, еще была дверь. Парты значительно отличались от привычных нам. Удобными были подставки для чернильниц и перьев.

— Она интересна.

— В тебе говорит мужчина. Она не хочет учиться.

— Матушка, дело в учителе. Я видел несколько раз, как Скарлетт просила отца научить ее счету, — наследник улыбнулся, не отрывая глаз от своей любимицы, которая наклонилась через проход между столами и что-то тараторила сопернице. Девушка недолго слушала ее. Урок оказался важнее, ведь этого требовала королева. Браун вздохнула, наконец, сев за партой ровно.

— Будешь возражать против Эрики? — спросила королева, скрестив руки на груди в столь не позволительном для женщины по этикету жесте.

Тихие шептания матери и сына прервал звонкий смех, раздавшийся очень внезапно. Учительница тут же замолчала, но хмурость говорила за нее. Скарлетт... такая несдержанная Скарлетт. Почему-то каракули, называемые цифрами и знаками, казались ей очень смешными.

— Буду, матушка, — Егор пожал плечами.

— Что, прости?

— Буду возражать против Эрики. Она выполняет все, что ей скажут. Не хочу так. Это скучно.

— Ты что-нибудь вообще собираешься делать, чтобы эта чертовка Браун не осталась единственной уже завтра? — Марина повысила голос, не воспринимая намерения сына насчет этой девицы всерьез.

Из-за повышенного тона королевы девушки, находящиеся в классной комнате, вздрогнули и сразу начали шептаться. Теперь все с легкостью узнали наследника. Учительница не могла не поклониться своей госпоже, за которую держалась как за спасательный круг. Она попыталась продолжить занятие, но все серьезные умы остались где-то далеко. Одна Скарлетт не меняла своего настроения.

— Приведите мисс Браун в конюшню, — наследник отдал приказ и, откланявшись матери, направился туда сам. Спокойным шагом он двигался к назначенному месту и делал вид, что наслаждался свежим воздухом и не замечал идущего за ним стража.

Скарлетт совсем скоро оказалась перед наследником, снова забыв про поклон... или намеренно не кланяясь. Она уже начинала творить все, что ей в голову взбредет, лишь бы не стать женой наследника. Не хотела она этой фальшивой роскоши, свадьбы без чувств, постоянных высказываний о том, что можно и что нельзя. Оставался страх за Ричарда, да, но девушка словно игнорировала это чувство.

— И зачем ты велел меня сюда привести? — бросила Браун, подойдя к белой лошади, возле которой стоял Егор.

— Хотел поговорить, — юноша улыбнулся.

— Я знаю, что твоя матушка недовольна, — Скарлетт закатила глаза, погладив существо по морде.

— Боже, Скарлетт, ты сводишь меня с ума! — с все той же улыбкой произнес Егор, показательно проведя руками по лицу. Эта фраза не была комплиментом. Это, скорее, факт, сообщающий о том, что поведение девушки действительно непозволительно.

— И... если я все-таки выйду за тебя замуж, я не буду обращаться к тебе на вы, как во всех монарших семьях, — протараторила Скарлетт, понимая сколь сильно она могла раздражать его.

— Я этого не требую.

После этих слов повисла неловкая пауза. Девушка так и стояла, поглаживая лошадь, а наследник хмуро следил за каждым движением Скарлетт, пытаясь подобрать слова. Егор уже забыл, зачем позвал ее, и вспомнить, наверное, не удастся.

Она так красива... Она прекрасна во всем: в своем удачном характере, во внешности, ее голос можно было слушать с особым наслаждением. Юная Браун словно умела колдовать и каким-то образом приворожила наследника Эниты.

Егор зачем-то взял Скарлетт за руку, поразившись ее холодности. Послышался вздох. Юноша почувствовал, как девица дрожала. Погода уже стала напоминать осеннюю эпоху. Конечно, деревья еще оставались зелеными, да и холод еще не напоминал о себе особо ярко. Но, пользуясь поводом, наследник с большой радостью обнял хрупкую Скар, которая совсем не сопротивлялась и даже обняла в ответ. Она искала шанс согреться.

Ей пришлось поднять голову, чтобы заглянуть в глаза чудовищу, чувства к которому почему-то не хотели меняться в худшую сторону; они менялись только в лучшую. Уже появлялась какая-то зависимость, выражаемая в зависимости видеть его постоянно.

— Ты замерзла, — зачем-то сказал Егор. Может, он пытался напомнить себе, что только он и его семья не чувствуют холода; может, он хотел что-то предпринять; его попытка была прервана простым телодвижением Браун. Она прервала зрительный контакт, уткнувшись в плечо.

— Меня ненавидят остальные девушки, — тихонько сказала Скарлетт.

— Назови их имена, они будут казнены, — он наклонил голову так, будто эта фраза вообще не говорила о смерти, хотя Скарлетт не видела этот жест.

— А за что? За то, что наследник не знает границ? — девушка повысила голос, резко отстранившись. — Егор, это глупо!

— Глупо то, что ты хочешь вернуться в Валею.

— Откуда ты знаешь?

— Подслушивал, — он усмехнулся, схватив девушку за локти так, чтобы она не смогла убежать. — Скажешь, что наследнику не подобает? Скарлетт, я все о тебе должен знать.

— Ты мне не муж еще! — воскликнула девушка, но следом улыбнулась: она регулярно повторяла, что она ему не жена, а он ей не муж.

Как два дурачка, Егор и Скарлетт стояли друг напротив друга, сначала улыбаясь, а позже сгибаясь пополам со смеху. Для соблюдения хоть каких-то норм приличия Браун прикрыла рот руками, но, каким-то образом пошатнувшись, упала на землю, захохотав еще громче. Наследник в хохоте не отставал, не замечая пристальных глаз отца и его сестры из самой конюшни. Юноша протянул руку, молча предложив свою помощь, а Браун, быстро сориентировавшись, приняла ее и резко дернула, вследствие чего он упал сверху прямо на нее от неожиданности.

Ладонь Егора оказалась на щеке девушки, как бы невзначай поправляя ее волосы, выпавшие из ленты. В тот момент перед глазами наследника картина, на которой Скарлетт сидела рядом с ним на королевском троне в короне его матери. Так должно будет быть, потому что чувства наследника были сумасшедшими.

«Невероятное сходство! Она может быть последней!» — пронеслось в его голове мельком. Он понимал, что его родители совершили большую ошибку, отдав приказ убить Эмилию Браун.

Их слишком мало... Скарлетт одна из них... И она нужна ему не только для продолжения рода.