Вкус крови

— Скарлетт, я готова выслушать тебя, если тебе есть, что мне сказать, — добродушно произнесла королева, натянув фальшивую улыбку и начав движение по шикарному залу. Девушка опустила голову, начав ковыряться в своих ногтях. Дурацкая привычка вошла в моду с самого детства юной Браун. Впервые она сделала так в год с парой месяцев, когда бабушка Клава начала ее отчитывать за что-то, в чем дитя действительно провинилось.

Скарлетт просила приближенных матери наследника о встрече сразу после того, как она разошлась с Егором: девица присоединилась к соперницам, а вот королевич пошел за очередным советом к отцу. Конечно, Браун отказали сперва, но она не унималась. Девушка попросила главную воспитательницу, присматривающую за девушками, разузнать, возможно ли организовать её встречу с королевой. Женщина походатайствовала, и вот… Скарлетт стояла перед королевой.

— Ваше Величество, я хотела извиниться за то, что проявила… неуважение к Вам и Вашему сыну, — умеренно произнесла девушка, выговаривая каждое слово с особым старанием.

— Ох, Скарлетт, милая! Я уже и думать об этом забыла! — фальшивая улыбка королевы сменилась искренностью. — Когда вы с Егором успели познакомиться?

— Случайно вышло, он появился в окрестностях Валеи.

— А ты разве не должна уже быть замужем? — Марина подняла со столика веер, сразу же его распахнув и поразив стоявшую перед девицу роскошью. Шикарное платье, шикарный веер, шикарная корона, шикарный дворец, шикарный зал приемов королевы… все без исключений кричало о роскоши и богатстве.

— Не сложилось, Ваше Величество.

— Отчего же?

— Женихи не доживали до свадьбы. Трое погибли, последний исчез.

Скарлетт невольно переметнулась в темницу, где безвылазно сидел Ричард. Она вздохнула, наконец, обратив свое внимание на ковер, на котором стояла. Бордовый с золотистой бахромой, прямо по курсу располагалась кафедра, на которой стоял трон, украшенный не только золотом, но и какими-то, очевидно, драгоценными кафедрами.

— Милая Скарлетт, я надеюсь, ты понимаешь свою первую задачу, если ты станешь женой моего сына, — королева внезапно нахмурилась, заметив непонимание на лице девицы. — А ты ей станешь. Я не знаю, когда мы с тобой теперь встретимся, поэтому я хочу тебе сказать, что ты обязана родить мне внука… непременно внука, потому что у Егора должен быть собственный наследник.

— А если родится девочка?

— Значит, у Егора появится кто-то, кто родит ему сына. Я приказываю тебе родить сына.

— Но это не от меня…

— Можешь быть свободна.

Девушка напряглась, почувствовав, сколь ей неприятно слышать приказы. В Валее такой тон допускался только при сборах налогов. Но она, умалчивая о своей неприязни к такому, поклонилась и покинула зал. Старшая воспитательница Алишия встретила кандидатку на сердце наследника сразу же, потому что стояла за дверью. Первый ее вопрос — как все прошло, но Браун оставила его без ответа. Алишия не стала возражать, ведь, возможно, перед ней стоит будущая королева.

Скарлетт вошла в комнату, где ее разместили с еще несколькими девушками, осознавая, что борьба между ними совсем не идет на равных. Сам наследник долго уже бредил о ней, его родители не могли мечтать о более лучшем варианте.

«А если родится дочка?» — подумала Браун, усевшись на свое спальное место, представлявшее из себя матрас, простыню, подушку и одеяло, никаких лавочек или кроватей.

Она повернула голову к окну, располагавшемуся у входа в помещение. По спине побежали мурашки, когда она увидела Егора, идущего куда-то мимо их комнаты. За ним, не отставая, шагали юноши. Девушка предположила, что это его друзья, но тут же представила, что его король и королева запретили ему иметь друзей. Могло же такое быть?

— Эй, Скар! Ты будешь ужинать?

— Нет, я не голодна.

— Аппетит влюбленностью отнят!

Соперницы дружно захохотали, а Браун так и смотрела туда, где только что на короткое мгновение появился наследник. Ей хотелось побеседовать в ним, и это можно оправдать, наверное, интересом к нему. Мало общения с ним сейчас, а потом… неизвестно, что ожидало их потом, ведь он будущий король, неизвестно, сколько времени он будет уделять своей супруге.

— Скар, а ты где была?

— Снова с наследником?

Скарлетт пыталась не замечать колкости девиц, списывая на их совесть и воспитание.

— Скар, кто твои родители?

Девушка усмехнулась, вспомнив о том, что она находилась в комнате с более высокими по происхождению дамами. Одна дочь дворцового охранника, вторая — приближенного к королю боярина, третья — еще чья-то… Подорвавшись с места, Браун вылетела из помещения. Предчувствие конфликта заставило ее сделать это.

«Кто мои родители? У меня нет мамы, а отец — работник в поле! Это тебе все подано на золотом подносе!» — кричал рассудок Скарлетт. Она уселась на каменный пол, не желая уходить далеко. Удушливые слезы захватили все ее эмоции, поэтому девушка опустила голову, прижав колени к груди.

Но эти эмоции появились не на ровном месте. Когда-то в этой самой комнате зародился конфликт между Мариной, ставшей королевой, и Эмилией, вернувшейся в Валею. Вылетев из нее, будущая жена Гарольда Брауна плакала. В ту ночь она проклинала себя и свое жалкое существование, сидя ровно на том же месте, где теперь сидела ее маленькая дочь.

— Скарлетт?

Девушка подняла голову, увидев желанного многими наследника. Егор протянул ей руку, которую она приняла. Не желая показывать своего красного от слез лица, Браун обняла его и уткнулась лицом в плечо.

Удивление юноши было беспредельно. Желанная им невеста пошла на открытый контакт, но он хмурился, потому что успел заметить соленые ручейки. Его руки оказались на талии дамы. Глаза заглядывали через окно в комнату, где он пытался найти что-то, что могло ее ранить. Егор уже хотел защищать ее от всего.

— Что случилось, Скарлетт? — спросил наследник.

— Отпусти меня в Валею, пожалуйста! Я не могу здесь больше находиться! — пробормотала Браун, напомнив юноши поведение ее матери. Когда-то Эмилия произнесла что-то аналогичное, находясь во дворце.

— Нет, Скарлетт.

— Я была у королевы, она сказала мне, что я должна родить тебе сына. Зачем? А если родится дочка?

— Если у меня не будет сына, то у Эниты не будет наследника, и начнется смута, — вздохнул Егор, оторвав девушку от своего плеча. — Даже если первой будет дочь, мы сделаем еще.

— Но я еще даже не твоя жена! И может, и не буду ей!

В ответ на высказывание юной Браун наследник многозначительно усмехнулся. Она столь наивна! Она уже вовсю крутиться в его игре, где в финале ее ждет приз — свадьба и не самый лучший сюрприз.

Все вокруг кричало Скарлетт о том, что ей делать здесь нечего, но по иронии судьбы она задерживалась здесь.