Фиалка

И, может быть, безоговорочно верить Вале было глупо. Верить в то, что у него и правда есть настоящий способ по борьбе с вампирами. Что в той наверняка дурацкой передаче, которую он когда-то там смотрел, действительно раскрывали секрет. Только ведь раньше я и в самих вампиров-то не верила, а теперь поняла: неверие куда опаснее веры. Даже самой безумной.

Но от новых знаний мне как-то не стало легче. Чувство того, что я теперь в безопасности они также не дали. Никаких в общем преимуществ — лишь панику веселили. Ко всему прочему, у меня появилась новая фобия: осознание, что однажды я могу захотеть убить вампира.

Ну, что я стану копить деньги, чтобы купить серебро. Потом куплю его и...

— Виолетта? — я замерла на лестнице, уже почти поднявшись обратно наверх, когда раздался голос Тоби. — Я услышал, что ты меня звала. Что ты меня искала. — пауза. — И ты сильно меня напугала. Я был далеко и... совсем ничего не мог сделать.

Я тут же обернулась, взглянула на него. С надеждой — вдруг не видно, что я плакала, что я выгляжу виноватой. Тоби стоял внизу, в руках — пакет. Похоже, он и правда заходил в магазин. Неужели... купил мне новую футболку?

— А ты что... так далеко умеешь слышать? — только и спросила я.

Он кивнул:

— Да, если захочу. Но только тебя. В последнее время я трачу все свои силы исключительно на тебя. — вампир замолчал, протянув мне пакет. —  И это тебе. Надеюсь, понравится. Это... не извинение, а попытка вернуть твою вещь. Я постарался найти что-то похожее, но торопился. — он помедлил, взгляд его на секунду стал отрешённым. — Твой голос... он звучал в моей голове слишком громко. Без пауз. И я не понимал, что с тобой. Подумал, может, кто-то вошёл в дом. Напугал тебя... или... — он резко осёкся, как будто устрашился собственных мыслей.

Но не потому что в них верил — а потому что он не мог позволить им оказаться правдой.

Тоби снова взглянул на меня — уже не так беспомощно. Кажется, вампир просто осознал: он уже рядом. А я — напротив него. И сейчас со мной всё в порядке. Только сейчас, когда это именно так.

— Ну же... — тихо сказал он. — Возьми. Подойди ко мне.

Я замерла на секунду, просто засмотрелась в его глаза, а потом подошла. Приняла пакет и, не удержавшись, тут же заглянула внутрь.

Там была футболка и... ещё одна. И ещё. Кажется, три. Зачем мне столько?

— Спасибо. — я подняла на него голову. — Да, я тебя звала. Просто... я же тебя потеряла. Я ведь не знаю этот дом. А потом... я и сама в нём потерялась.

— Обещаю, ты узнаешь это место лучше. Запомнишь его. Каждую стену — наизусть. — Тоби мягко улыбнулся на мои сбивчивые оправдания. Он сделал последний шаг — просто ближе было уже некуда — и кончики его волос едва коснулись моего лица. — А пока меня не было... — его голос стал тише, почти учтивым. Он склонил голову набок, пристально заглядывая мне в глаза. — Ты с кем-то разговаривала, да? Или ты разговаривала сама с собой?

Я не сразу ему ответила, потому что сразу поняла, о чём он. А точнее — о ком. И знала, что правду говорить не стоит, даже если он уже её знает.

— Нет. — я отвела взгляд в сторону. — Я ни с кем не разговаривала. Только с тобой... но тебя не было, так что ни с кем.

— Со мной? Обо мне? — перебил он, с жадным ожиданием. — Мне... просто показалось, наверное. Я ведь не всегда разбираю твои мысли — они беспорядочные. Хаотичные. Такие, какие и бывают у девочек. Никакой холодной рациональности. И, к твоему сведению... — он чуть наклонился ближе. — Я редко понимаю, чего ты хочешь. Потому что, похоже, ты и сама этого не знаешь. Так? Или расскажешь как-нибудь?

Вампир сказал это с ласковой, почти насмешливой улыбкой — и в тот же момент его ладонь легла мне на шею. Большой палец провёл по моей коже — ровно там, где от его прикосновения у меня вынуждено замерло дыхание.

— Знаешь, иногда тишина слишком громкая. Слишком тяжёлая. — я вскинула голову, растерянная, а он вдруг совсем спокойно предложил: — Пойдёшь со мной? Я кое-что сделал. Для тебя. Заодно сможешь переодеться.

Тоби не сказал, куда. И ничего не уточнил. Но я предположила, что говорить «нет» не стоит. Хотя бы потому, что мне и правда хотелось переодеться — стало банально холодно, при чем уже давно. И потому ещё, что выбора у меня, кажется, всё равно не было, чтобы с ним не идти. А если и был, то такой, о котором Тоби бы сам рано или поздно мне напомнил. Или предложил новый.

И тогда я ему кивнула. И мы пошли. Молча.

Коридор, лестница вниз. С каждым шагом становилось темнее и тише. Лампочки и окна по пути просто заканчивались. В итоге мы дошли до самой настоящей библиотеки. Просторной и совсем новой. Об этом говорил запах: дерево, лак, краска. Об этом мне рассказывал и другой вампир — Артём.

А дальше, за одним из высоких книжных стеллажей, обнаружилась ещё одна дверь. За ней — комната. Честно говоря, слишком светлая для вампира. И слишком уютная, слишком миловидная, чтобы оказаться комнатой мальчика. Даже если этому «мальчику» больше ста лет в квадрате — а значит, ему давно плевать на стереотипы.

В общем, помещение было обустроено, как самая обычная спальня. Только, может, слишком большая — больше походила на апартаменты. Где-то в углу тихо гудело — то ли обогреватель, то ли кондиционер. У одной из стен стояла ширма — белая, деревянная. И я не успела толком осмотреть всё вокруг, когда Тоби молча указал именно на неё, и я, не задавая лишних вопросов, пошла за перегородку. Пальцы сжимали пакет с футболками.

Пока я переодевалась, меня не покидало странное ощущение — воздух вокруг пах слишком знакомо. А точнее, моей комнатой. Ну, может быть, моей подушкой. Или мылом из ванной. Я не понимала точно, потому что это было невозможно. Ведь я не брала с собой ничего. И даже в карманах у меня было пусто.

Я медленно провела взглядом по углам пространства. В одном стояла кровать — небольшая, аккуратно застеленная. На тумбочке рядом лежали... нет, я не сошла с ума — мои наушники. Те самые, что я когда-то, давным-давно, забыла в больнице. Я узнала их по наклейкам, которые сама приклеила на корпус. На спинке стула у кровати висел мой свитер — тот самый, в котором я обычно сидела дома за уроками. А на подушке лежала раскрытая книга. На нужной странице.

В моей груди всё мгновенно сжалось. Словно я увидела привидение — вместо того чтобы обрадоваться, как, наверное, должна была. Нашлись ведь все мои вещи — вот же они, прямо здесь, аккуратно разложенные. Только я не понимала, как это возможно. А если возможно — когда вампир успел всё это найти? Зачем?

И именно это — пугало.

Я тогда резко обернулась, собираясь немедленно спросить Тоби, как всё это здесь оказалось. А он уже стоял там — прямо за моей спиной. Кажется, всё это время. Смотрел не столько на меня, сколько на то, как я, растерянная и смущённая, оглядываюсь по комнате, тревожно узнавая каждую вещь. Все они были мои — но находились в чужом месте.

И вампир не отвёл своего взгляда, когда я его застала. Он смотрел выжидающе, без малейшей попытки оправдаться за своё подглядывание. Всё так же стоял — спокойно, даже отстранённо, словно это не имело никакого значения. Словно он имел право — и на этот взгляд, и на всё, что меня окружало, просто потому что он это нашёл.

Даже моя полуобнажённость, пусть и со спины, не произвела на него впечатления. Пожалуй, потому что для него это не было ни новым, ни удивительным. Он ведь знал женские тела. Наверняка слишком хорошо, слишком близко, чтобы отводить глаза или краснеть. И уж точно — чтобы почувствовать неловкость, глядя на моё.

Я, наверное, и не была для него женщиной. Но и совсем чужой — тоже нет. Возможно, я оставалась для него тем же самым пациентом: обездоленным, безнадежным, потерянным. Тем, кого он уже видел без верхней одежды, но всё равно жалел. Тем, кому всегда хотел помочь — и только этого хотел. И ничего больше.

— Ты теперь в Safe Room, Виолетта. — произнёс он и сразу сделал паузу. — Здесь всё под контролем. Моим, конечно же.
Ты чувствуешь себя в безопасности?

Я не смогла ему ничего ответить. Лишь шагнула назад — непроизвольно, будто ноги сами решили за меня начать движение. Уперлась спиной в стену. Холодную, неподвижную.

Только Тоби в этот момент показался мне куда твёрже. Жёстче бетона. И я ещё вдруг ясно ощутила: он не примет тот мой ответ, который вот-вот был готов сорваться с моих губ. Это был не ответ — это был вскрик.

— А что такое Safe Room? — только и смогла спросить я.

Может быть, чтобы просто обезопасить себя. Я ведь и правда не имела ни малейшего понятия, что он имеет в виду. Половину его словечек я, как и раньше, не знала — просто ещё не успела выучить. Обычно я делала вид, будто понимаю: кивала, сдавленно улыбалась, изображала осведомлённость. Но в этот раз мне показалось важным — не просто услышать, а действительно узнать, запомнить, что именно означает это словосочетание.

— Это... помещение, которое могло бы быть техническим. Что-то на случай форс-мажора. Безопасная зона. Но теперь — это комната твоя. Созданная мной. Для тебя. Чтобы ты... осталась целой. Чтобы здесь ты была сохранена. — он говорил медленно, с какой-то неестественной мягкостью, почти как будто убеждал не меня, а себя. — И я постарался собрать здесь всё, что ты любишь. Чтобы ты знала: я тоже выбираю это. Всё, что выбираешь ты. Потому что я тебя люблю. — после этих слов повисла пауза, но она не казалась неловкой. Она была намеренной и он её проживал. Насыщал чем-то своим, о чём не говорил вслух.

Он кивнул в сторону небольшого холодильника, который раньше я не заметила.

— Там те самые конфеты, которые ты постоянно ешь. Можешь брать сколько угодно. Можешь даже не считать. Я их сам, конечно, не пробовал, но читал состав — думаю, представляю, какие они на вкус. Мы можем это обсудить, если хочешь. Если ты готова говорить хотя бы о конфетах. Потому что ты, я знаю, не хочешь говорить о другом. — он снова сделал лёгкое движение рукой — теперь в сторону тумбочки неподалёку. — Там — игры. Карты. Я собрал многое. Но не всё. Всё ещё впереди. Чтобы тебе понравилось. Даже если придётся привыкать. Сначала. С нуля. И — надолго.

По ощущениям, теперь моя тревога стала... липкой. Поэтому я просто схватила первое, что попалось под руку — то, о чём вампир только что сам упомянул.

— А ты умеешь играть в дурака? — спросила я, крепко сжимая в пальцах колоду карт.

Я сказала это почти бездумно. Просто, чтобы хоть что-то прозвучало. Что-то моё. Пока не прозвучало его. Пока он снова не предложил то, что имело совсем другой смысл. Я опасалась догадываться, куда ведёт сценарий вампира. И хотела оттянуть это. Хоть на миг.

— Конечно. Нет такой игры, с которой я незнаком. Это, разве, не заметно? — он слегка склонил голову. — Или... ты спросила просто так?

Тоби следом кивнул, сговорчиво, почти мягко. Но руки он всё равно скрестил на груди. Наверное, вампира немного расстроила моя реакция — или, точнее, её отсутствие. Мой очевидно перепуганный, растерянный, по его мнению — неблагодарный вид в ответ на его воплощенную идею.

На эту комнату. На меня — в этой комнате.

Я ведь не разделила его восторга. И он тогда сразу замолчал. Будто впал в печаль, сдержанную, молчаливую. А может, вампир просто ждал, что я скажу что-то другое. Что я скажу ему, может, что тоже его люблю.

И я его любила. Только не могла сказать. Просто сложно это сделать, когда тебе вручают новый страх — клаустрофобию. И ещё обещают оставить с ним наедине.

По какой-то неясной причине, отходя от стены, я боялась, что Тоби не даст мне уйти. Не позволит отдалиться. Или — что хуже — заставит меня говорить с ним дальше. Поэтому, всё ещё сжимая в руках карты, я направилась к центру комнаты, и, когда проходила мимо, зажмурилась. В тот миг, когда моё плечо едва миновало его.

Но он меня не остановил. Он пошёл за мной.

Я села прямо на ковёр, посередине пространства. Он тоже опустился — рядом. Теперь мы сидели на полу, лицом к лицу. Между нами лежала колода карт. И ещё между нами была тишина — глухая, давящая, из недосказанных слов. Из чего-то слишком большого, слишком грандиозного, чтобы я могла это сейчас вынести — я была не готова. Потому что, если бы это прозвучало, я бы не справилась. Я бы запаниковала. И тогда уже точно не смогла бы играть.

Карты разложил Тоби — не спеша, молча. Будто именно он должен был взять на себя эту инициативу. И его движения были плавными, размеренными. Я за ними следила, как и за его пальцами, не отрывая взгляда. Просто я старалась не смотреть на дверь. Потому что... само предположение, что она заперта, казалось невыносимым.

Первую партию, как и вторую, вампир с лёгкостью... проиграл. И делал это с такой убедительной неуклюжестью, что я почти верила — он действительно не везучий игрок. Каждый раз он смотрел на свои карты с глубочайшим разочарованием, морщился, прикусывал губу. Однажды, даже тяжело вздохнув, произнёс:

— Ужас. Ты снова меня обыграла. Стыдно это признать.

Я улыбнулась в ответ, натянуто, тревожно. В другой обстановке, будь всё по-другому, я, наверное, гордилась бы — выигрываю у взрослого парня. Но сейчас я не чувствовала себя сильной. Я чувствовала себя уязвимой. И была ею. Особенно рядом с ним. Потому что он всё ещё не был никаким «парнем».

— Ты поддаёшься. — вырвалось у меня.

Это было очевидно. И он это знал.

Я, чуть резче, чем хотела, откинула следом карты в сторону. А он молча собрал их обратно — аккуратно, методично — и, подняв на меня взгляд, сделал совершенно невинное лицо:

— Поддаюсь, правда? А зачем мне это? Что я получу?

— Не знаю... всё, что захочешь. Ты ведь и так получаешь, что захочешь. — выпалила я, выдохшись под конец. — Может, чтобы я подумала, что у меня есть шанс. Чтобы обрадовалась хоть раз. Поверила. — я замялась, обняла колени. — Я не знаю... — уже тише призналась я. И вдруг, будто сама удивившись своей смелости, уставившись в пол, проговорила: — А если я выиграю ещё раз... ты дашь мне уйти? Ну... может, мы уйдём вместе, Тоби? Последняя партия. И всё.

Он оглядел меня с улыбкой — не с насмешкой, не с досадой. Скорее так, будто я задала что-то странное, нелепое, но при этом не слишком уж глупое. Вопрос, который мог бы остаться без ответа, но всё же заслуживал его.

— Разве тебе плохо со мной? — Тоби не стал отвечать на мой вопрос. Ни секунды не медля, он уже задал свой.

— Нет. Хорошо. При чём тут это?

— При том, что это всего лишь игра, Виолетта. Победа или проигрыш ничего не меняют. — он сложил руки перед собой и наконец поймал мой взгляд. Держал его, пока я не опустила глаза. А потом, заметив, как сильно мне расхотелось продолжать игру, Тоби собрал карты и убрал их обратно в коробку. — Ты, наверное, устала? — спросил он.

Я только пожала плечами.

— Устала — не то слово. Я же вижу. — он кивнул в ответ на собственные слова, будто уже всё решил. — И я приготовил тебе постель, как раз на такой случай. Она мягкая. Там много подушек. — я не успела ничего сказать — вампир уже поднялся. Не спеша он прошёлся по комнате, поправляя мелочи: подушку, покрывало, лампу. А потом, почти не глядя в мою сторону, сказал: — Я отойду, а ты присмотришь тогда за картами? Я могу тебе доверять?

— Да, хорошо.... Ладно. — растерянно ответила я, не успевая ни за его движениями, ни за просьбами.

И Тоби медленно направился к двери. Я всё ждала, что он обязательно обернётся — хотя бы на секунду. Но этого не произошло. Он просто вышел. И, как мне показалось... плотно закрыл за собой дверь.

Сначала ничего не произошло. Я осталась сидеть на полу, не шевелясь, лишь один раз зевнула — то ли от усталости, то ли от напряжения, уже было не понять. Я даже не подошла проверить, действительно ли дверь заперта. Не решилась. Даже не попыталась. Мысль об этом проскользнула, но была настолько пугающая и неприятня, что я поспешно её отогнала.

А если бы он узнал? Вдруг бы понял. Решил бы, что я ему не верю. Что подозреваю. Что пытаюсь его в чём-то уличить.

Спустя совсем немного времени мне надоело просто сидеть. Я спрятала карты обратно в ящик — для надёжности, ведь я уже пообещала их беречь — и неспешно пошла по комнате. Просто пошла, не заглядывая куда меня не просили, стараясь не помышлять ни о чём особенном. Подошла сначала к холодильнику и открыла дверцу. Внутри — много всего, как на моей  самой любимой полке в магазине. Газировка. Та самая, лимонная. Я взяла банку, стала открывать, и в следующий же миг — всё плеснулось мне на руку и потекло по пальцам, на пол.

Я резко отдёрнула руку и застыла: мокрая и молчаливая. Хотела было тихо саму себя отругать, но прикусила язык. Потому что если Тоби вдруг услышит, он подумает, что что-то случилось. Что-то ужасное, конечно. В его голове всегда всё превращается в катастрофу. И чаще всего — из-за меня.

Из-за моих реакций и нытья.

Почти допив напиток, наполовину, ведь вторая половина уже растеклась по полу, я заметила ящик с жвачками. Много, очень много жвачек. Не раздумывая, я сунула руку в ящик, схватив сразу несколько пачек. Села потом на кровать, откинулась на подушки и начала жевать. За десять минут, наверное, съела штук шесть или семь.

Просто жевала, глотала слюну, заполняя рот и голову. Когда ты что-то жуешь, можно тогда молчать и хоть немного подумать, хотя бы о чём-то.

Пузыри у меня не получались, а вот мысли — да. И... всё — завертелось. Давление стен, паника, ужас. Я замерла, с глупым вкусом клубничной жвачки во рту.

Ведь до меня как-то не сразу дошло, что я совсем одна. Что нахожусь там, где меня вряд ли кто-то найдёт. Это моим вещам повезло — их нашли, но со мной такое вряд ли случится. И... спать от этого захотелось ужасно. Я медленно встала, чувствуя, как почти тону в мягком ковре.

Подошла к двери, нащупала ручку, дёрнула. Заперто.

Я сделала это снова — сначала медленно, потом резче. Прижалась ухом к двери, стараясь уловить хоть какой-то звук. Тишина.

— Тоби? — мой голос стал чуть громче. — Ты меня нечаянно закрыл, кажется. — в ответ — молчание.

Я дёрнула ручку сильнее, затем и обеими руками. Дверь не поддалась. Ни скрипа, ни отклика. Паника мгновенно охватила меня вновь. Кричать я не могла, да и не была уверена, что Тоби виноват в произошедшем. Просто руки у меня затряслись, дыхание сбилось, а сердце... сердце колотилось с такой силой, что казалось, оно вот-вот замрёт, не справится.

Я начала стучать в дверь.

Стук, стук, стук... всё тише и безнадежнее. А в груди — больнее.

— Ну открой... ну пожалуйста... — шептала я, почти не осознавая, что говорю. — Мне страшно... Я не могу здесь быть одна. Я вообще в туалет хочу.

Медленно я опустилась на пол перед дверью. Скатившись и сев. Слёзы потекли сами собой.

Он ведь сам сказал, что всегда слышит, когда я его зову. И он бы никогда не оставил меня здесь. Просто... это была ошибка. Он забыл. Не заметил просто, что меня нет. Может быть, он сейчас где-то совсем рядом, и я ему снова понадоблюсь, как и раньше. И тогда он вернётся, совсем скоро.

***

🎈🧸Мой тг: silverstar