Ведьма на лето

От лица Клауса:

Мои чувства все больше овладевали моим разумом. Когда я завел тот разговор про пансионат, моей целью было узнать об убийстве её матери, понять, насколько она осведомлена, знает ли правду. Но свел разговор к этому поганому графу, уж сильно мне не давало покоя ее счастливое лицо рядом с ним. Сам не заметил, как по уши увяз в этом болоте. Влюбиться в ведьму...Немыслимо. Наплевал на свои же принципы.

Мы уже давно вернулись в Мистик Фоллс. Пару раз мне удавалось стать еще на шаг ближе к настоящей Эмили, но как только она понимала, что ведет себе иначе, мгновенно закрывалась и отдалялась от меня.

Я не могу понять, что у нее в голове. Все три месяца изо всех сил пытаюсь угадать, что она чувствует ко мне, на самом деле. Жизнь с ней словно американские горки. Каждое утро я чуть ли не дрожу в предвкушении узнать, как госпожа Андерсон будет общаться со мной сегодня.

До её дня рождения оставалось пару дней, еще неделя до обряда. Я все больше задумывался о том, что будет после всех этих событий.

– Видел портрет в мастерской, хочешь сделать еще один? – Элайджа присел на спинку дивана, заглядывая в мой листок.

– В голову ничего не лезет, – я раскрыл свой альбом, медленно перелистывая страницы и показывая женское лицо на каждой. Рука непроизвольно тянулась к карандашу, когда видел её. Ее образ не выходил из головы, она выглядела восхитительно за абсолютно любым занятием: сосредоточенно читая книги в своих очках с круглой оправой по вечерам, кропотливо высаживая новые цветы у дома каждые выходные, отважно махая шпагой, мечтая пропустить её сквозь мою грудь.

– Ты любишь её. – мой заботливый брат, был рад тому, что мое сердце, которое казалось бы давно очерствело, сейчас вдруг снова расцвело. Он мечтал об этом больше всего на свете, жаждал моего просветления. Судьба приготовила ему сюрприз, исполнила желание, но внесла свои неожиданные коррективы.

– Прости меня, за всё то, что я сделал. Только сейчас я понимаю, чего лишал тебя столько лет.

– Я и не надеялся, что это произойдет когда-нибудь, но только вместе с надеждой жизнь вернула мне прежнюю боль и переживания.

– Надо было найти другую ведьму, почему мы просто не поехали за другой.

– Это моя ошибка. Она так похожа на Аделин, я был слишком очарован, настоял на этой женитьбе.

– Она не рассказала о том, что знает о смерти матери. Мы не можем быть уверены.

– Эмили умная девушка, мы оба прекрасно знаем, что она умело управляет своими эмоциями. Если она знает правду, то ударит в самый нужный момент. – карандаш сломался в моих руках. Мне было тошно от самого себя, от своей жестокости и эгоизма. Похлопав меня по плечу, Элайджа не спеша ушел, очевидно, он почувствовал, что через пару минут здесь появится Эмили. Словно ангел своим приходом она впустила в дом свет, открыв все плотные шторы на окнах гостиной. Я наблюдал за тем, как изящно она ходила от одного окна к следующему, аккуратно приподнимая края своих белых льняных штанов.

– У вас дома постоянно темно, оправдываете все стереотипы о вампирах. – она подошла к спинке дивана, склоняясь надо мной, заглянула в мой листок.

– Как хорошо, что в этом доме есть ты, которая впускает свет в это мертвое место каждое утро. – своим присутствием госпожа делала светлее не только гостиную, но и мою жизнь. Цветами она украсила дом снаружи и внутри, расставив живые растения по всем комнатам. Она оказалась именно тем, чего не хватало в доме.

– Неужели, тебя мучает совесть? – я резко поднял на нее глаза, испугавшись этого вопроса. Она протянула руку к моему листку и ткнула пальцем на набросок. Я выдохнул.

– Это так очевидно?

– Когда ты ранним солнечным утром рисуешь казнь человека, подозрительно похожего на вампира, то да, это очень очевидно. – я рассмеялся.

– Тебя удивляет, что у меня есть совесть. – конечно, это был не вопрос, я знал, что это так. Она перекинула ноги через спинку дивана и приземлилась рядом со мной.

– Верно, – она положила поверх моих набросков конфету, – Съешь конфетку и расслабься, нет смысла жалеть о сделанном. – развернув фантик, я закинул леденец в рот. Мятный вкус вызвал улыбку на моем лице, конечно, каким он еще мог быть.

– Почему именно мята? Теперь то мне можно узнать?

– Она успокаивает, освежает. Я переняла это у своего давнего друга, с тех пор не могу отказаться от нее. – я сразу понял, о каком друге идет речь.

– Что будешь делать после того, как завладеешь империей своего деда?

– Поеду в Лондон, – её взгляд застыл где-то за моей спиной, в Лондоне точно кто-то ждет, похоже я даже знаю кто, – Потом займусь делами, покажу этой кучке старых идиотов, что могу вести дела ничуть не хуже деда. – она взяла в руки кусок сломленного карандаша и мой альбом, мысленно я молился, чтобы она не начала перелистывать страницы.

– Они все будут пытаться откусить и беспощадно проглотить кусок от твоей империи.

– Подавятся, – положив альбом на колени, она чиркала что-то на моем наброске , – Скорее умру, чем позволю обыграть себя. – меня восхищало это единство нежной женской оболочки и нутра умного стратега с тысячей запасных планов. Эта женщина была самой особенной из всех тех, кого я знал.

– Что там происходит у двойника? Видел, как вчера самый наглый из братьев Сальваторе провожал тебя.

– Они уверено планируют твою смерть, хотят спасти Елену, конечно же. Уверена, что у Деймона свой план, он точно попытается тебе помешать отдельно, играть в команде ему не нравится. Я бы посоветовала тебе найти запасные компоненты для обряда.

– Уже делается, мы одинаково мыслим, госпожа ведьма. Ты сможешь их остановить?

– Они хотят использовать Бонни, она очень сильная, но я справлюсь. Тебя не убьют.

– А что насчет тебя? – она оторвала взгляд от изрисованного листа, – Ты останешься жива после её нападения? – отложив карандаш, она тяжело выдохнула.

– Ее вмешательство очень осложнит мою задачу, потребует намного больше сил, я не могу быть уверена в чем-то еще помимо твоей жизни.

– Если я убью ведьму до обряда?

– Нет, – ответ получился резким, – Слишком рискованно. Сейчас я хотя бы знаю, чего ожидать и как защитить тебя, я полностью готова. Если убьешь её, то они выкинут что-то другое, то к чему я не буду готова.

– Что я могу сделать? – ее лицо совсем не выглядело расстроенным, она будто бы совсем не боялась. Положив мне на колени альбом и карандаш, госпожа ведьма встала со своего места.

– Не убивать людей. – коснувшись моего плеча, она словно изящный лебедь поднялась по лестнице. Я взглянул на оставленный рисунок. Поверх моих мрачных каракуль она разбросала по всему листу цветы лилии, мой герой сидел на коленях уже без веревки на шее, устремив взгляд в небо. За его спиной стояла девушка, держала за плечо отчаявшегося парня, вселяя надежду на прощение. Ее ноги не касались земли, кончики волос тоже парили в воздухе. Конечно, она изобразила бога в обличье женщины. Моя милая госпожа Андерсон... Истинный ангел, а не злая колдунья, какой должна была быть.

Прошло пару дней.

От лица Эмили.

Всю ночь мне снились кошмары. Мое прошлое не оставляло меня в покое, подсознание снова играло с моими воспоминаниями.

***

Я нажала на ручку двери, оставив красное пятно за собой. Закрыто. Сделав два негромких стука, дрожащими пальцами я продолжила перебирать в руках окровавленные края майки. Он не может спать сейчас... Продолжив плакать, я не знала, что делать и куда идти. Но дверь открылась.

– О боже... – он испуганно прошелся по мне глазами, – Заходи. – коснувшись моего плеча он затянул меня в комнату.

– Прости...Ты спал, просто я не знала, к кому мне еще пойти, знаю, мы не друзья, но... – я тараторила, чтобы успеть оправдаться и объясниться, но он остановил меня.

– Ты вся в крови, Эмили... – моя нижняя губа предательски задрожала, ресницы очень быстро захлопали.

– Они просто... Они... – он обнял меня, успокаивающе погладил по волосам, – Прости, пожалуйста... – я указала на красные пятна на его груди, оставшиеся от меня.

– Пойдем... – шепнул он мне и потянул за собой, оставил сидеть на своей кровати.  Опустившись на колени передо мной, он стал оттирать мои руки от крови.

– Дай мне еще пару минут, потом я уйду к себе. – закончив оттирать меня от крови, он выбросил уже красную тряпку и положил мне на колени чистые вещи, свои вещи.
Впервые, он видел меня такой. Все это время в пансионате я вела себя холодно и безразлично ко всем, он стал небольшим исключением, но и с ним я всегда держала дистанцию. Друг для друга мы были замечательными собеседниками, отдушиной в этом мрачном рассаднике психических заболеваний.

– Это даже не обсуждается, ты останешься. Я отвернусь, ты переоденься. – все его фразы всегда звучали сухо и четко, слово приказы, поэтому мне никогда не удавалось понимать, что он чувствует, произнося их. Работа обязывала его выработать эту серьезность и невозмутимость, я была уверена, что Эрлинг не боится никого и ничего.
Эта ночь осталась в моей памяти на всю жизнь, стало самым страшным событием, жестко закалившим меня, изменившим мои взгляды. Пансионат выбил всю розовую пыль из моей головы, разбил вдребезги мою мягкую и нежную натуру домашней принцессы.

***

Прохладный ветерок щекотал мои ступни. Я уже привыкла к открытой балконной двери по утрам, и не только к ней. Каждый день я наводила себе чай и подсаживалась к Клаусу, болтала с ним, наблюдала за тем, как он рисует. Мы обсуждали обряд, наши семьи, иногда даже мой пансионат. Было трудно признать, но я больше не боялась его. У меня появилась уверенность в том, что он не причинит мне вреда, я видела его искренность во многих вещах, которые он делал: холодными вечерами он приносил плед и накрывал мои плечи, по утрам на кухне меня всегда ждала вкусная еда, в ящике моей тумбы стали появляться новые книги. Он правда старался скрасить мои серые будни здесь, что просто не могло не впечатлить меня.

Сегодня мой день рождения. Важный день.

Прямо перед моим носом, на тумбе, стояла огромная корзина с белыми лилиями, запах которых заполнил всю комнату. Приятный сюрприз от названного мужа.

Я надела бордовый костюм-троечку из вельвета, зачесала волосы в гладкий пучок, распаковала новенькие лаковые туфли. Праздничного настроения не было, сегодня решалась моя судьба, я волновалась. Конечно, я знала, что сегодня все мое наследство перейдет в руки Клауса, никаких сюрпризов и других вариантов не ожидалось, но сама встреча с дедушкой и советом директоров заставляла мое тело дрожать.

Внизу меня уже ожидало все семейство вампиров. Увидев меня, они все одновременно улыбнулись.

– Всем привет... – я остановилась посреди гостиной, окруженная вампирами, при других обстоятельствах я бы умерла на месте от страха. Ребекка крепко обняла меня и вручила мне конверт, попросив сразу открыть. Это было приглашение в королевский ботанический сад в Великобритании.

– Ты ведь скоро поедешь в Лондон? Я подумала, что тебе будет интересно это.

– Туда почти невозможно достать приглашение, я даже мечтать не могла об этом, спасибо тебе... – нежно погладив меня по плечу, она отошла, освобождая место для поздравлений.

– Мой подарок до ужаса банален, но очень ценен, – он открыл бархатную коробку, внутри лежало колье с красными драгоценными камнями, – Оно принадлежало твоей маме, когда-то ей пришлось отдать его нам, чтобы погасить один из долгов. – я провела пальцами по огранке камней, мое сердце очень трогало, что когда-то они касались кожи дорогого мне человека.

– Спасибо, Элайджа, это очень важный для меня подарок... – отдав мне коробочку, он отошел. Остался только Клаус.

– Это не единственный и не основной подарок, но наша семья настояла на том, чтобы ты это увидела. – он стянул белую ткань с холста. Передо мной была я. Он написал мой портрет.

– Боже мой... – приблизившись, я стала рассматривать картину, – Глаз не отвести... – я была изображена со стороны, в моих руках располагалась чашка чая, на коленях книга, сзади открытое окно и много солнечных лучей, подсвечивающих мои кудри, собранные в низкий пучок заколкой.

– Что скажешь, Эмили, похоже на тебя? – Ребекка как обычно подначивала меня на комплименты в адрес Клауса.

– Это потрясающе, правда, я в восторге, – оторвавшись от любования собой, я обратилась к нему, – Спасибо, таких картин мне еще не писали. – приподнявшись на носки, я поцеловала его в щеку, надеясь, что он почувствовал всю ту благодарность, с которой я это сделала. Улыбка на его лице, появившиеся в эту же секунду, убедила меня в том, что он оценил моё «спасибо».

Через полчаса все разошлись по своим делам, вечером мы договорились вместе поужинать и отметить мой день рождения.

Клаус надел костюм и спустился к выходу.

– Неплохой костюмчик, выглядишь почти идеально. – я вложила в его ладонь ключи от машины.

– Почти? – достав из пачки влажную салфетку, я аккуратно оттёрла бордовый след помады с его щеки, – О нет, я думал оставить это на память. – мысль о том, что передо мной сейчас стоит жестокое чудовище и умоляет меня не стирать мою же помаду с его лица, рассмешила меня. В голове не укладывалось, как он мог быть сразу двумя людьми.

– Если тебе так это важно, то я могу оставить новый, когда все закончится.

– Я запомнил ваши слова, госпожа Андерсон, не надейтесь, что сможете потом отмахнуться от меня. – шуточно закатив глаза, я кинула в него эту смятую салфетку. Мы отправились в преисподнюю, в главный офис компании моей семьи.

Чем выше мы поднимались на лифте, тем сильнее билось мое сердце. Я не видела стен этого здания больше десяти лет, маленькая я крутилась в кожаном кресле дедушки и рисовала его ручками с личными инициалами на каждой.

– Выглядишь уверено, но я слышу как колотится твое сердце, дорогуша. – лифт прибыл на нужный этаж.

– Не называй меня так. – перед тем как открылись дверцы лифта, он усмехнулся и выставил локоть, предлагая мне взять его под руку.

Мы безупречно и уверено направлялись к нужному кабинету, собирая, я надеюсь, что только восхищенные взгляды всех присутствующих. Слухи и сплетни о нас ходили здесь со дня моего замужества, они все ждали нашего приезда, все были в предвкушении узнать, что будет с компанией теперь.

– Мистер Майклсон, госпожа Андерсон, добро пожаловать. – у двери нас встретил секретарь, приложив ключ-карту, он впустил нас внутрь.

– Да ты и в прям, госпожа, не только для меня? – я аккуратно ткнула его локтем в ребро, чтобы он замолк. Кабинет уже был полон людей, все они встали со своих мест, как только мы вошли. Все, кроме одного, конечно же, дедушка сидел на месте, но доброжелательно улыбался нам, приглашая за стол.

– А вот и мои дорогие дети, вовремя как и обычно. – сам он был в центре стола, нам было подготовлены места по разным сторонам подле него. До этого я думала, что он посадит рядом с собой Клауса, а место рядом с Клаусом будет предназначено мне.

– Мы уважаем ваше время, мистер Андерсон, никогда бы не заставили вас ждать. – пожав друг другу руки, они наконец расположились в своих креслах.

– Мой идеальный зять, смотрите, господа, и запоминайте, каким должен быть мужчина, которому вы доверяете свою дочь. – сегодня он явно был в хорошем расположении духа, прям таки светился изнутри.

– Госпожа Андерсон только такого и заслуживает, мне очень повезло, что я смог добиться её согласия.

– Вы правы, мистер Майклсон, моя внучка – настоящий бриллиант, невозможно сосчитать, сколько юношей мечтали жениться на ней, и до сих пор мечтают, конечно же. – мне было приятно слышать от него такие слова, но в то же время меня расстраивало, что он всю жизнь видел во мне только предмет для укрепления своей репутации, я была предназначена для удачного замужества, никогда и намека не было на то, чтобы компания, созданная моей семьей и носящая мою фамилию, перешла ко мне. Всему была лишь одна причина. Я родилась женщиной, еще и похожей на свою мать, которую он так ненавидел.

– Ну что ж, давайте приступим к делам... – совет начал обсуждать основные условия передачи компании, я отвлеченно и расслабленно покручивалась в своем кресле. Я знала все эти пункты наизусть, была осведомлена о всех сделках, партнерах, все слабые и сильные места были мне известны. Зная, что служу здесь лишь декорацией, я не напрягалась и не боялась, что меня как-либо привлекут к обсуждению.

– Эмили, что ты думаешь о мистере Айвори? – меня словно резко разбудили посреди ночи и спросили, сколько планет в солнечной системе, дедушка обратился ко мне и спросил мое мнение.

– Ты говоришь про Джеймса Айвори?

– Верно, вы же с ним были хорошими друзьями когда-то, кажется, в университете? – меня удивила его осведомленность, я была уверена, что последние десять лет он забыл о том, что у него есть внучка.

– Он педантичный и умный человек, ведет все свои дела честно и прозрачно, семья Айвори крепкая и всегда поддерживала его. С ним безопасно работать, к тому же, мы остались в хороших отношениях после университета, он с уважением относится к нашей семье.

– Но у него были проблемы с налогами, кажется, несколько лет назад, их семью очень серьезно встряхнули. Неужели, этот скандал обошел вас стороной, госпожа?

– Два года назад, тогда компанией занимался их дядя, проигравший все свое состояние в покер, он был белой вороной в их семье и получил управление компанией нечестно, это Джеймс разоблачил его и заставил ответить за все, ненадолго пожертвовав комфортом своей семьи, он спас её и самостоятельно построил компанию с нуля. Я была уверена, что это общеизвестная история, мистер Даллас, неужели, она обошла вас стороной?

– Верно, Эмили, всё верно. – дедушка похлопал меня по руке, но я не поняла, это была похвала или просьба замолчать.

— Сегодня важный день, начало новой жизни для нас всех. И я готов озвучить все то, что ждет нас дальше, – каждый человек в этой комнате затаил дыхание в ожидании вынесения решения, – Я ни на минуту не сомневался, когда вписал имя того, кто должен унаследовать дело всей моей жизни. Признаюсь, я искал человека похожего на меня и я это сделал. Что ж... – откатившись назад на стуле, он встал с него и застегнул пуговицу на пиджаке, специально растягивал интригу. Мой взгляд нашел Клауса, улыбка не сходила с его лица, конечно, он уже знал, что сейчас произнесет дедушка. Представляю, какую гордую и самоуверенную физиономию он состроит, как только его имя будет озвучено.

– Сегодня мое драгоценное вино и все прилежащее к нему официально переходит в руки моей любимой и такой же драгоценной внучке Эмили Андерсон... – меня будто окатили ледяной водой после того, как я услышала свое имя. Все взгляды обратились ко мне.