Пустошь. Триумвират Ужаса

КАРИН

В отсутствие Рихарда, руководство всеми делами Империи приняла на себя принцесса Карин. В свои шестнадцать лет она уже имела ранг генерала Гвардии, однако задачей ее, в основном, было исправление ошибок нерадивого братца, который ныне восседает на троне. Она была мудрой девушкой, прекрасным командиром и военным, но при всем при этом сохраняла свою женственность. Многие сравнивали ее с Сильваной Фабиани, часто нарекая их ангелами Империи. Теперь же, когда Сильвана предала их государство, ангел остался только один, а Фабиани не получает в свою сторону ничего, кроме бранных речей и проклятий.

Первоочередной задачей Карин была организация приема высокопоставленных лиц Армии. По ее замыслу, Луция Валерия должны были встретить с огромнейшим размахом: по всему Плезантону уже были вывешены флаги и штандарты Империи, а в полдень, по центральной улице города, на которую выходил балкон Императорского Дворца, должен был пройти военный парад. Для обеспечения безопасности были задействованы самые элитные подразделения Департамента Внутреннего Порядка и Имперской Гвардии.

Однако не только пышный прием мучал мысли юной принцессы. Отправившись в экспедицию, император оставил на плечах Карин еще целую гору проблем. Основной из них была растущая неприязнь к Императорскому Дому, которая обуславливалась распадом земель и принятием Культа Нумерия вместо пантеонизма. Росло недовольство бывшего духовенства: инквизиторов и священников, чьих настоятелей жестоко казнили. Вместо того, чтобы склонить свои головы, они начали проводить свои проповеди в подполье. Протесты и мятежи начали вспыхивать один за другим, но тут же подавлялись. Мятежников ловили и отправляли в тюрьмы или лагеря для заключенных. В конечном счете, ситуация накалилась настолько, что любого простого прохожего могли посадить в тюрьму в случае малейшего подозрения.

С момента начала правления Рихарда Жаксона, Плезантон, некогда торговый, научный, экономический и культурный центр Священной Реневальской Империи, где улицы каждый день были заполнены людьми, а прилавки на рынке забиты товарами, теперь превратился в безмолвный город, по которому изредка ходили люди, но беспрестанно вышагивали патрули полицмейстеров. Народ предпочитал не выходить из дома лишний раз, чтобы не быть заподозренными в предательстве.

Карин наблюдала за безмолвным городом с балкона Дворца. Светлое лицо с пышными щеками, на правой из которых виднелся глубокий, но небольшой шрам от разорвавшейся гранаты, голубыми, словно океан, глазами и тоненькими розовыми губками не выдавало никаких эмоций. Белокурые волнистые волосы, собранные в хвост, закрепленный богато украшенной заколкой, тихонько развевались на ветру. Одетая в черный парадный мундир, богатыми позолоченными эполетами. От ворота до правого плеча шли золотистые аксельбанты. На левой груди были вывешены разнообразные медали, а на вороте золотыми нитками вышит герб Священной Реневальской Империи.

Сложив руки на перилах балкона, она бегала глазами по городу, словно выискивая что-то, но, спустя мгновение, развернулась в сторону дверей, что вели внутрь дворца.

Перед дверьми стояли министры, которых Карин созвала специально для помощи в организации празднества. Граф Жирар, Верховный Казначей, граф Бернтсен, Министр Снабжения, граф Рэнделл, Министр Внутреннего Порядка и виконт Гаррет, Министр Внешней Политики, стояли прямо перед принцессой, ожидая распоряжений.

Вместе с ними затесался и еще один. Невысокого роста пожилой мужчина, с седыми волосами, пораженными плешью и очками в тонкой оправе, одетый в белый халат, он, как и министры, ожидал распоряжений. Однако, его распоряжения, судя по всему, должны были оставаться неизвестны для министров, поскольку Карин сначала завязала разговор с ними.

- Как продвигается подготовка к празднеству, граф Жирар? – спросила она у Верховного Казначея.

- Ваше Высочество, - обратился к ней министр, чуть согнув спину в поклоне. – Приготовления идут полным ходом, однако расходы слишком велики. Учитывая настоящую обстановку, мы не должны бездумно тратить наши ресурсы на какие-то празднества. – произнес министр, но тут же обратил внимание на холодный взгляд, которым принцесса охватывала его с ног до головы. – Но я понимаю, что распоряжения Императорского Дома не должны обсуждаться...

Тяжелый вздох принцессы прервал мысли графа. Отпрянув от балкона, она обернулась к нему.

Замолчавший Казначей был весьма высокого роста, почти на голову выше самой принцессы. Будучи уже мужчиной в возрасте, который, судя по всему, застал еще правление Сигитана Стонхэда, в каждой морщине на его лице отражался опыт и знания, полученные за все годы жизни, а средней длины седые волосы на голове были лишним тому доказательством. Облачен он был в зеленое одеяние, напоминавшее халат и отстроченное золотом, свисавшее почти до самого пола. Белая туника под ним связывалась на вороте зелеными нитями в узлах, а ладони скрывали кожаные перчатки, в которых он сжимал книгу в старом потрепанном переплете.

- Вы как никогда правы, Верховный Казначей, - ответила ему Карин. – Я и сама была против подобных празднеств. Разумеется, союз наших стран должен быть отмечен, но... Но устраивать подобный парад и пиршества в военное время, когда Федерация собирает все больше и больше войск, в разы превосходящих нас по силе – это безумие.

- Ваше Высочество, - встрял в разговор граф Рэнделл. – Быть может, вы могли бы отговорить Его Светлость от подобных торжеств? Наши камеры переполнены, недовольство населения все растет. Инквизиторы возглавляют вооруженные восстания, которые мы еле успеваем подавлять. Нельзя проводить подобный праздник, когда на улицах стало опасно, словно в Пустошах.

Граф Рэнделл был молодым юношей, с короткими черными волосами, зачесанными назад, темной, словно загоревшей, кожей и слегка полноватыми щеками. Поступив на службу в Департамент Внутреннего Порядка в ранге лейтенанта в возрасте семнадцати лет, он занял пост министра спустя год после восхождения Жаксонов на престол, когда его отец погиб при исполнении. Унаследовав титул графа и должность в правительстве, он получал множество гневных отзывов и критики в свою сторону из-за своего возраста и неопытности, однако ему удалось доказать свою компетентность.

Он был одет в черный мундир, застегнутым на золотые пуговицы и почти не нес на себе каких-либо знаков отличия, кроме позолоченного меча, рассекающего золотой щит на левой груди. Высокие черные сапоги были начищены до блеска и создавалось ощущение, что в них даже можно разглядеть свое отражение.

- Я уже говорила со своим братом об этом, но он даже слушать меня не стал, - ответила принцесса. Сложив руки на поясе, она почесывала большой палец правой ладони. – Он лишь сказал, чтобы я не волновалась и проводила празднество. Сказал, что вернется с триумфом.

- Думаю, Его Светлость знает, что делает, - произнес виконт Гаррет. – В противном случае, он не пригласил бы сюда научного руководителя Реневальского Научного Центра.

Взгляды министров и самой принцессы упали на невысокого седовласого мужчину, что стоял вместе с ними с самого начала, но не проронил и звука.

- Верно, виконт Гаррет, - согласилась принцесса. – Барон Линнегор, быть может, вы просветите нас, с какой целью Его Светлость приказал вам встретиться со мной?

Линнегор, ничуть не смутившись, почесал свою плешь на голове и, выдержав паузу, ответил.

- Думаю, этот разговор должен состояться лишь между мной и вами, Ваше Высочество, - ответил он хриплым тихим голосом. – Прошу вас, отпустите министров, пусть они возвращаются к работе. Нельзя медлить с проведением торжеств.

Принцесса Карин возмущенно взглянула на барона. Позволять себе указывать члену Императорского Дома было весьма невежественно, но осознавая беспардонность Линнегора, она понимала, что говорить ему что-то – бессмысленно. Да и он был прав: вопросов к министрам у нее более не имелось.

- Можете возвращаться к работе, министры, - произнесла Карин.

- Повинуемся Вашему Высочеству, - хором ответили министры и, отдав торжественное приветствие, покинули комнату, оставив принцессу и барона наедине.

После того, как дверь за министрами закрылась, принцесса молча прошла в комнату и села в красное кресло, вырезанное в весьма богатом стиле, но запятнанное непонятными каплями и немного потрепанное. Барон Линнегор прошел за ней и встал позади, ожидая, когда принцесса предложит ему присесть.

- Присаживайтесь, барон, - наконец разрешила ему принцесса.

- Благодарю, Ваше Высочество, - ответил Линнегор и, поклонившись, присел в почти такое же кресло, что стояло напротив.

Карин взяла с небольшого столика графин с водой и налила ее в стакан. Очищенная через специальные фильтры вода была в дефиците, и лишь богатые слои населения Империи могли себе позволить глоток свежей и по-настоящему чистой воды, не несущей в себе нечистот или радиации. Императорский Дом, разумеется, не отказывал себе в этой роскоши.

- Так о чем вы хотели поговорить со мной, барон Линнегор? – спросила принцесса, делая глоток из стакана и отставляя его в сторону.

Барон посмотрел, как принцесса налила глоток воды, но он даже думать не смел о том, чтобы она угостила его. Подобрав слюни и осознав, что воды ему никто не предложит, он заговорил.

- Как вы уже знаете, Его Светлость сейчас находится в военной экспедиции, - начал рассказывать барон. – Известно ли вам, куда он направился?

- Император не рассказывал семье о том, куда направляется. Такова была его воля.

- Верно, - согласился Линнегор. – Но, в то же время, он приказал мне рассказать все детали после того, как пройдет три дня с момента его отбытия. И вот три дня прошло. – барон выдержал паузу чтобы перевести дух и продолжил. – Его Светлость в настоящее время находится за Стеной с... Дипломатической и исследовательской миссией. Этот план был придуман Императором Рихардом и Реневальским Научным Центром еще когда Его Светлость Дерар Жаксон был при жизни. Мы хранили этот план в тайне и постепенно претворяли его в жизнь.

Уже этого было достаточно, чтобы глаза принцессы выкатились из орбит. Она вскочила со своего кресла и закричала, явно потеряв самообладание.

- Что вы несете?! – кричала она. – За Стеной?! Исследования?! Дипломатия?! С кем? С этими чертовыми мутантами?!

Линнегор, видимо, ожидал такой реакции и сохранял спокойствие, глядя на красное лицо принцессы, что было наполнено яростью и отсутствием понимания всего происходящего.

- Прошу, Ваше Высочество, успокойтесь, - холодно произнес барон. – Позвольте мне все объяснить.

- Уж постарайтесь! – воскликнула принцесса и, выпив стакан с водой до дна, вернулась в свое кресло, осознавая, что только что показала свою слабую сторону этому седовласому старику.

- Наш план заключался в создании идеального солдата, превосходящего по силе обычного человека. Мы хотели создать армию, достойную нашей великой Империи, способную завоевать не только Калифорнию, но и весь континент. Но из-за правления вашего отца нам приходилось скрывать наши исследования...

Линнегор сделал паузу, чтобы отдышаться. Принцесса позволила ему выдержать паузу и не произнесла ни слова. Наконец, барон продолжил.

- Мы использовали довоенные исследования и обнаружили, что вирус, который окутал Сан-Хосе, изначально хотели использовать Западные Страны Мирового Порядка для одной цели – создания модифицированной армии. Однако, он не был закончен из-за начавшейся Третьей Мировой войны. – Линнегор почесал затылок, явно прокручивая исторические факты и события в своей голове. – Восточно-Азиатское Содружество подбило самолет во время транспортировки недоработанного вещества, что повлекло за собой трагедию в Сан-Хосе и Калифорнийский Инцидент. Позже возникла Стена и все обрело тот облик, который мы имеем сейчас.

- То есть, вы хотите сказать, что тот самый вирус вы намерены использовать для создания вашего «совершенного» солдата? – сделала логическое заключение Карин. – Вам не кажется это бредом?

- Будь это бредом, Его Светлость не отправился бы за Стену самостоятельно. – возразил Линнегор. – Исследования принесли плоды, однако для окончательного формирования генетического кода нам необходимы образцы, которыми обладают мутировавшие люди в Сан-Хосе.

Принцесса Карин пыталась проглотить поток информации, который вылил на нее барон Линнегор. Все это отказывалось укладываться у нее в голове. Проводить подобные опыты в тайне от Первого Императора? Немыслимо! Как человек она понимала всю опасность данных экспериментов, она осознавала, чем чревато безрассудство в подобном вопросе. Но как принцесса Империи и военная, она осознавала, что положение ее страны иначе как плачевным не назовешь. А на войне, к тому же, все средства хороши.

- То есть, после смерти Первого Императора у вас появился карт-бланш на подобные исследования? – спросила Карин для галочки. Когда Линнегор кивнул, принцесса задала вытекающий вопрос. – Уж не мой ли брат и вы стоят за смертью моего отца?

- Что вы такое говорите, Ваше Высочество?! – вопрос явно смутил барона. – Я не буду отрицать того факта, что со смертью Дерара Жаксона проводить исследования стало проще, но порази меня молнией, если бы я или Его Светлость были причастны к смерти императора. Его смерть даже для нас остается загадкой, но одно я знаю наверняка: ни я, ни Его Светлость к смерти императора не имеем никакого отношения.

Слова барона внушали уверенность. Хотя Рихард и недолюбливал своего отца, он никогда бы не пошел против него. К тому же, он был весьма смышленым, а потому осознавал, что отец предъявлял ему высокие требования лишь потому, что хотел воспитать из него достойного наследника. Нынешний император осознавал это будучи кронпринцем и, хотя такое положение вещей ему не особо нравилось, после смерти императора он не раз высказывал слова благодарности почившему отцу.

- Хорошо, я верю вам, - произнесла Карин и приступила к следующей теме. – Так что же требуется от меня в этом деле?

- Наконец мы перешли к сути. – бессмысленная болтовня, очевидно, утомила Линнегора. – На торжество прибудут не только луцианцы... Вместе с ними прибудут также и старейшины мутантов.

Карин почувствовала, как по венам ее пробежал холодок, но, в отличие прошлого раза, она сохранила невозмутимость.

- Согласно плану Его Светлости, - продолжал барон, - Орда, Армия Луция Валерия и Священная Реневальская Империя заключат тройственное соглашение и военный союз. К тому же, мутанты привезут генетические образцы, которые мы поместим в лабораторию. О нашем плане также будет объявлено официально, а первый наш образец мы продемонстрируем народу.

- Вы хоть понимаете, как сильно разозлите народ подобной выходкой? – спросила принцесса. Перед глазами ее уже стоял город, охваченный огнем, который разожгли несогласные с подобной политикой граждане.

- Здесь то нам и нужна ваша помощь. – заметил Линнегор. – Необходимо сохранить порядок в городе во что бы то ни стало до тех пор, пока не закончится презентация образца. А после этого все вернется на круги своя, будьте уверены.

«Вернется на круги своя?» Это ж какое чудо должно произойти, чтобы после демонстрации уродливого солдата все вернулось в привычный ритм?

- Я так понимаю, у меня и выбора нет? – спросила принцесса, понимая, что такова воля Его Светлости.

- Уж простите, Ваше Высочество, - ответил барон в подтверждение ее слов.

- Можете передать моему брату, что я все сделаю. Элитные подразделения Департамента Внутреннего Порядка и Имперская Гвардия обеспечат безопасность в городе. Кроме того, я распоряжусь, чтобы к Стене отправили дополнительные подразделения армии для сопровождения императора и... Делегации.

Лицо Линнегора расплылось в улыбке. Поднявшись с кресла, он отдал торжественное приветствие, согнулся в поклоне и произнес.

- Повинуюсь Вашему Высочеству! Да здравствует Империя!

После этого он удалился, оставив принцессу наедине со своими мыслями. Она же, обновив стакан с водой, тяжело вздохнула и посмотрела на улицу через открытую балконную дверь. Черно-красный стяг с белым мечом, рассекавшим щит, развевался на крыше одного из домов. Лишь спустя мгновение она заметила, что край его был порван, а меч будто раскололся в воздушном потоке на две половины.