2230 (Бегущий в Лабиринте) | Минхо

Мы стояли, вжавшись спинами в холодный бетон стены, не зная, что делать. Воздух здесь был ужасен от запаха гнили, а хор хрипов и лязга цепей создавал постоянный, давящий фон, от которого начинала болеть голова. Заражённые дёргались на своих привязях, их пустые глаза следили за каждым нашим движением, пальцы скребли по воздуху, хватая несуществующую добычу.

И вдруг где-то в дальнем углу помещения, за рядами стеллажей, щёлкнул выключатель. Лампа мигнула, зажужжала и залила пространство тусклым, желтоватым светом. В дверном проёме, ведущем вглубь здания, возник силуэт. Фигура двинулась к нам спокойно, неторопливо. Она не обращала внимания на заражённых, которые тянули к ней руки, клацали зубами и издавали голодные звуки. Цепи натягивались, звенели, но она шла так, будто вокруг неё была невидимая защитная сфера. Она остановилась в паре метрах от нас. Это оказалась девушка, лет двадцати, не старше. Её волосы были коротко подстрижены, а тёмно-бордовый свитер висел на ней мешком, весь в дырках и потёртостях. На лице не было ни страха, ни удивления. Только лёгкая, почти ленивая усмешка.

- Чего вы там сжались как бедные котята? - спросила она, скрестив руки на груди. Голос у неё был низкийи и хрипловатый. - Как вам наши сторожевые псы? Неплохо охраняют периметр, да?

Минхо, который стоял чуть впереди, защищая меня своим плечом, медленно выдохнул. Его напряжение немного спало, сменившись осторожным интересом.

- Не очень, - ответил он сухо, даже не пытаясь улыбнуться в ответ.

Девушка фыркнула, уголок её рта дёрнулся выше.

- Ну и видок у вас, конечно, - произнесла она, окидывая нас оценивающим взглядом. Её глаза скользнули по нашей грязной одежде, по исцарапанным лицам. - Выглядите так, будто вас только что вытащили из могилы. Ладно, идёмте за мной, - вздохнула она. - Хорхе уже ждёт вас.

Мы замерли на месте. Никто не спешил идти дальше. За последние часы произошло слишком много всего, и доверять незнакомцам после этого было непросто. Девушка заметила нашу нерешительность. Она обернулась, посмотрела на нас через плечо.

- Ну или можете остаться с ними, - сказала она, кивнув в сторону рычащих фигур. - Они не кусаются.

Томас переглянулся с Ньютом, потом перевёл взгляд на Минхо. Никто не произнёс ни слова, но ответ был очевиден. Мы были слишком измотаны, чтобы выбирать. Возвращаться в пустыню означало почти наверняка погибнуть. Оставаться здесь тоже было нельзя.

- Идём, - тихо сказал Томас, делая первый шаг.

Мы двинулись следом, выстроившись в шаткую цепочку. Проход между заражённым был узким, и нам приходилось идти аккуратно, стараясь не задевать их вытянутые руки. Запах стал ещё сильнее, когда мы приблизились к ним, девушка же шла уверенно, не сбавляя шага.

За дверным проёмом оказалась металлическая лестница, уходящая вверх. Ступени покрылись ржавчиной, но выглядели достаточно прочными. Мы начали подниматься следом за ней. Каждый шаг гулким эхом разносился по пустой лестничной клетке, нарушая тишину.

- А... как тебя зовут? - начал Томас. Он шёл позади девушки, стараясь держаться на безопасном расстоянии.

- Бренда, - бросила она, не оборачиваясь. Её голос звучал равнодушно. - Свои можете не называть. Всё равно не запомню.

Томас помолчал, переваривая этот ответ. Казалось, он хотел сказать что-то ещё, но передумал.

Мы поднялись наверх. Когда мы вошли, я замерла. Это было огромное помещение, занимающее, по-видимому, всё пространство этого этажа. Высокий потолок поддерживался массивными бетонными колоннами, покрытыми граффити и следами копоти. Здесь горел электрический свет, питаемый, судя по всему, каким-то генератором. Помещение напоминало муравейник. Повсюду были люди. Десятки, а может, и сотни. Кто-то сидел небольшими группами, кто-то лежал на матрасах, расстеленных прямо на бетонном полу, кто-то отдыхал в гамаках, натянутых между массивными колоннами. В центре зала стояли старые металлические бочки, в которых горел мусор, наполняя помещение теплом и едким запахом дыма. Одни чинили одежду или снаряжение, другие ели, разговаривали или просто молча смотрели перед собой. В помещении стоял постоянный гул. Тихие разговоры сливались со скрипом металла, потрескиванием огня и звуками шагов, создавая ощущение, что жизнь здесь не затихает ни на минуту.

- Что у вас здесь? - спросил я тихо, не веря своим глазам.

Бренда остановилась, прислонившись плечом к одной из колонн. Она посмотрела на меня, и на мгновение её взгляд смягчился, словно ей действительно стало меня жаль. Но это длилось всего секунду. Почти сразу её лицо снова стало спокойным и непроницаемым.

- Здесь живут те, кому повезло добраться сюда раньше, чем они умерли по дороге, - ответила она просто.

- Кто такой Хорхе? - спросил Томас, подходя ближе.

- Он тот, кто собрал нас всех здесь, - сказала Бренда, пожав плечами. - Ну, типа главный.

Она резко развернулась и указала рукой вглубь зала, туда, где между колоннами виднелась ещё одна металлическая лестница.

- Вы задаётесь слишком много вопросов, - добавила она. - Помалкивайте лучше. Идите за мной и не смотрите по сторонам слишком внимательно. Здесь не любят любопытных.

Мы двинулись за Брендой к лестнице, и не успели сделать и десяти шагов, как нас окружили. Крупные, грязные, с лицами, на которых время и жизнь оставили свои отметины, мужики. Кто-то лысый, с шрамом через всю бровь, кто-то с гнилыми зубами, кто-то просто с тяжёлым, оценивающим взглядом, от которого становилось не по себе. Запах от них шёл не лучший - пот, старая одежда и что-то вроде дешёвого алкоголя. Они не трогали нас, но шли по бокам, едва заметно подталкивая вперёд. Их взгляды скользили по нам косо, задерживаясь на лицах, на моих руках и ногах Терезы. Я почувствовала, как внутри поднимается неприятное ощущение. Не страх, скорее смесь отвращения и напряжения. Я старалась не смотреть им в глаза, но краем зрения заметила, как один из них, высокий мужчина с облупившейся кожей на щеках, усмехнулся чему-то своему и слегка толкнул локтем соседа. Тот тихо хмыкнул в ответ.

Минхо шёл рядом со мной, и я почувствовала, как его плечо слегка коснулось моего. Не нарочно, просто он держался близко. Его рука была сжата в кулак, и я видела, как напряжены сухожилия на его запястье.

- И какой план? - спросил он тихо, не поворачивая головы.

Томас, шедший впереди, слегка обернулся через плечо. Его лицо оставалось спокойным, но во взгляде мелькнула настороженность. Он быстро оценил обстановку, будто запоминал каждого человека вокруг нас.

- Не волнуйтесь, - сказал он так же тихо. - Просто посмотрим, что он нам скажет.

Минхо фыркнул себе под нос, но ничего не ответил.

Мы поднялись по лестнице. Металлические ступени глухо отзывались под ногами. На площадке нас встретил тёплый, приглушённый свет. Помещение оказалось просторным и высоким. Потолок терялся в полумраке, и из-за этого казалось, будто зал был ещё больше, чем на самом деле. Оно напоминало старый склад, где годами собирали всё подряд, но так и не нашли времени разобрать. Несколько настольных ламп с потрескавшимися абажурами стояли на столах, разбрасывая вокруг себя слабый жёлтый свет. За большими панорамными окнами, покрытыми толстым слоем пыли, виднелось бледное синее небо. Вдоль стен стояли высокие металлические стеллажи, заставленные всевозможными вещами. Коробки с деталями, инструменты, катушки проводов, стеклянные банки, старые приборы, книги с пожелтевшими страницами. На всём лежал слой пыли, будто большинство этих вещей давно никто не трогал. На одном из столов царил беспорядок. Среди отвёрток, плоскогубцев и разобранных механизмов лежали какие-то платы, провода и старые детали. Рядом стояла посуда с отбитыми краями: кружки с трещинами, тарелки, которые давно потеряли свой прежний вид. Между ними находились несколько графинов и бутылок с тёмной жидкостью, по всей видимости алкоголем. У дальней стены стоял потрёпанный диван с выцветшей тёмной обивкой. Ткань на подлокотниках местами протёрлась, а на сиденье небрежно лежали старый плед и несколько подушек, давно потерявших форму. Под потолком свисали тяжёлые металлические цепи, слегка покачиваясь от сквозняка. Возле окон стояли массивные шкафы и старые сейфы, а в углах были сложены деревянные ящики, канистры, пустые стеклянные бутыли и свёрнутые кабели. Несмотря на беспорядок, помещение выглядело жилым. Не аккуратным, не ухоженным, но таким, где люди действительно проводили время. Каждый предмет словно имел своё место, даже если со стороны всё казалось хаотичным. У окна стоял большой стол. На нём лежала рация и несколько старых колонок. Рядом находился мужчина, который, судя по всему, пытался поймать какой-то сигнал. В ответ из динамиков доносилось только тихое шипение. Ему было около пятидесяти лет. Седые волосы, аккуратно подстриженная борода и усы. Его взгляд был тяжёлым и внимательным, таким, будто он привык замечать больше, чем показывают ему люди. Он смотрел спокойно, но от этого взгляда становилось неуютно. На нём была тёмная рубашка и жилет, застёгнутый на все пуговицы.

- Хорхе, они здесь, - сказала Бренда и плюхнулась на диван. Она закинула ногу на ногу и откинулась назад, скрестив руки на груди.

Мужчина лишь поднял палец вверх, давая понять, что надо быть потише. Потом выругался себе под нос и выключил рацию. Шипение оборвалось, и в помещении стало тише, только где-то в углу тикали часы.

Он развернулся, осмотрел нас медленно, внимательно, задерживая взгляд на каждом. Потом подошёл к небольшому столику с графинами, взял стакан, налил туда немного коньяка. Жидкость блеснула в тусклом свете, и я почувствовала резкий запах.

Я чувствовала себя неуютно. Особенно когда тебя со всех сторон разглядывают грязные, уродливые мужики, при этом ехидно ухмыляясь. Их взгляды были неприятными, слишком внимательными. Я хотела отвернуться, но не сделала этого. Казалось, стоит только показать, что мне некомфортно, и они сразу это заметят.

Парни встали небольшим кругом, оставляя меня и Терезу внутри. Томас оказался впереди, Минхо слева от меня, Ньют справа, а Фрайпан и Арис заняли место сзади. Они не сказали ни слова, но всё в их поведении говорило само за себя. Плечи были расправлены, взгляды стали внимательнее, руки у кого-то оставались в карманах, а у кого-то сжимались в кулаки. Они не пытались выглядеть угрожающе и не делали резких движений.

Хорхе поднял стакан и сделал небольшой глоток. На его лице на мгновение появилась лёгкая гримаса, будто вкус оказался не совсем таким, как он ожидал. Он поставил стакан обратно на стол и только потом снова посмотрел на нас.

- Мне нужно, чтобы вы ответили на три вопроса, - сказал он наконец. - Не пугайтесь, они простые.

Он поднял палец.

- Первое. Откуда вы пришли.

Второй палец.

- Второе. Куда вы направляетесь.

Он на мгновение замолчал. Его взгляд медленно прошёлся по нам, задерживаясь на каждом лице, будто он пытался понять, с кем имеет дело.

- И третье... - он наклонился чуть вперёд, и свет лампы упал на его лицо, высветив глубокие морщины вокруг глаз. - Какая мне выгода.

Мы все молчали. Я заметила, как Томас рядом со мной напрягся. Я слишком хорошо знала это выражение лица. Так он выглядел, когда пытался оценить ситуацию, перебрать возможные варианты и найти выход, даже если его почти не было. Но сейчас выхода действительно не было. Мы стояли в этой комнате, окружённые незнакомыми людьми, с пустыми рюкзаками и пересохшими от жажды горлами. У нас не было ни припасов, ни оружия, ни чего-то, что могло бы заинтересовать человека, который явно привык получать выгоду от всего вокруг.

- Не нужно говорить хором, - сказал Хорхе, и уголок его рта дёрнулся. Это была не улыбка. Скорее, усмешка человека, который видел слишком много и ничему больше не удивлялся.

Томас переступил с ноги на ногу. Он провёл языком по сухим, потрескавшимся губам и наконец открыл рот.

- Мы идём в горы... - начал Томас. Голос прозвучал хрипло, и он ненадолго замолчал, будто горло снова пересохло. Он тихо кашлянул. - Ищем Правую Руку.

На несколько секунд в комнате повисла тишина. А потом кто-то тихо хмыкнул. Следом послышался ещё один смешок, и постепенно он перерос в общий смех. Так смеются люди, которые слишком много раз слышали подобные истории и уже не воспринимают их всерьёз. Бренда, лежавшая на диване, приподняла голову и усмехнулась. В её взгляде появилось любопытство, смешанное с насмешкой. Хорхе покачал головой. В его глазах мелькнуло что-то похожее на жалость.

- Вы ищете призраков, - сказал он с сожалением.

Мы молча смотрели на него. Никто не знал, что ответить. Правая рука была тем самым, о чём говорил Дженсен. Тем, что держало нас в пути всё это время. Надеждой, за которую мы цеплялись, когда больше почти ничего не оставалось. А теперь этот человек стоял перед нами и говорил, что это всего лишь призраки. И самое страшное было не в его словах. А в том, что мы не знали, верить ему или продолжать надеяться.

- Что ж, - Хорхе развернулся и начал ходить взад и вперёд по комнате. Его ботинки стучали по полу. Он покачивал стаканом, разглядывая содержимое. - Вопрос номер два. Откуда вы пришли?

Томас не знал, что сказать. Он пытался сохранить спокойствие. Он оценивал ситуацию, пытаясь понять, кому можно доверять. Можно ли вообще верить этим людям? Можно ли рассказать им правду? Мы слишком хорошо знали, чем может закончиться ошибка. Они могли действительно хотеть помочь, а могли быть связаны с ПОРОКом. Могли быть кем-то ещё хуже. И самое неприятное было в том, что сейчас у нас не было возможности узнать это заранее.

Томас переглянулся с Минхо, который стоял рядом. Минхо едва заметно качнул головой, показывая, что тоже не знает, как поступить. Его лицо оставалось спокойным, почти безэмоциональным, но в глубине души он был напряжён. Будто в любой момент был готов сорваться с места, если что-то пойдёт не так.

Молчание затянулось. Хорхе остановился и посмотрел на нас, слегка приподняв бровь. Он явно ждал ответа и начинал терять терпение. Тогда Минхо наконец решил взять дело в свои руки.

- Не ваше дело, - сказал он ровным голосом.

Я моментально толкнула его локтем в бок. Не сильно, но достаточно, чтобы он понял. Закрой рот, Минхо. Не начинай. Хотя бы пару минут без своих подколов.

Но было уже поздно.

Хорхе лишь медленно кивнул, будто именно такого ответа и ожидал. Казалось, его даже не удивила эта реакция, словно он уже давно привык к тому, что люди пытаются скрыть страх за насмешками и упрямством.

Не прошло и секунды, как к нам подлетели эти громилы. Всё произошло слишком быстро. Я даже не успела понять, что происходит, когда чьи-то руки схватили меня за плечи. Пальцы сжали ткань одежды, грубо удерживая на месте. От них пахло потом, но зажать нос было нечем. Мои руки резко завели назад, и через мгновение я почувствовала, как запястья сжались в жёсткой хватке. Боль отдалась вверх по рукам, заставляя меня стиснуть зубы.

- Какого чёрта, - выругался Минхо, и его голос прозвучал низко и напряжённо, а я заметила, как он дёрнулся, пытаясь вырваться, но руки, державшие его, оказались сильнее.

Мне сопротивляться было бесполезно, мужчина, державший меня, был огромным. Его руки полностью обхватывали мои плечи, пальцы впивались в ткань одежды, и рядом с ним я чувствовала себя слишком маленькой и слабой, будто любые попытки вырваться были бы такими же бессмысленными, как пытаться сдвинуть гору.

Один из громил резко согнул Томаса пополам, заставив его опустить голову и потерять равновесие.

- Эй, - сказал Томас, стараясь сохранить спокойствие, несмотря на то, что его держали согнутым пополам. - Полегче.

Бренда резко поднялась с дивана и уверенно подошла к одному из шкафов, дёрнула ручку ящика, который открылся с глухим стуком, после чего достала оттуда небольшой чёрный прибор. Она подошла к Томасу, которого всё ещё удерживали громилы, не позволяя двигаться, навела прибор на его шею и нажала кнопку, после чего тот издал короткий, высокий и неприятный писк.

- Не дёргайся, - приказала она Томасу.

Она медленно провела прибором вдоль его шеи, и я увидела, как на маленьком экране появились какие-то линии, точки, цифры и даже фотография Томаса, после чего Бренда нахмурилась, придвинулась ближе, всматриваясь в данные, а затем выпрямилась и посмотрела на Хорхе.

- Ты был прав, - сказала она.

- В чём прав? - спросил Томас слишком быстро, поворачивая голову настолько, насколько позволяли руки, удерживавшие его. - О чём она говорит?

Хорхе сделал последний глоток, и я услышала, как жидкость прошла через его горло, после чего он поставил пустой стакан на стол и посмотрел на нас.

- Ты меченый, эрмано, - сказал он тихо, почти ласково, но от этого его голос звучал только неприятнее. - Получается, что вы пришли из ПОРОКа. - Он помедлил, медленно переводя взгляд с одного лица на другое. - А это значит, что вы бесценны.

На его лице появилась улыбка. Он развернулся и вернулся к своему радио, положил пальцы на ручки настройки и принялся медленно их вращать, пока комнату снова не заполнило шипение, после чего едва заметно кивнул самому себе, будто всё происходило именно так, как он и рассчитывал.

Нас, со связанными за спиной руками, грубо повели дальше, подталкивая в спину, и мы шли, то и дело спотыкаясь, не понимая, куда именно нас ведут.

Если вначале у меня ещё оставались какие-то сомнения насчёт этих людей, то теперь они исчезли. Переживали только за своих, а мы для них были чужими. Мы пытались вырываться, дёргались, сопротивлялись, но это ничего не меняло. Стоило освободиться от одной хватки, как сразу же появлялась другая. Вокруг было слишком много людей. Пальцы, вцепившиеся в мои руки, сжимались всё сильнее, и чем больше я пыталась вырваться, тем крепче становилась их хватка.

Нас привели в просторное помещение. Вдоль стен громоздились ржавые бочки, деревянные поддоны и груды старого хлама, покрытого толстым слоем пыли. Почти весь центр занимало огромное круглое отверстие в полу, уходившее куда-то вниз, в густую темноту, где ничего нельзя было разглядеть. Такое же отверстие находилось прямо над ним, в потолке, и через него сверху проникал тусклый свет, едва освещавший помещение. Воздух здесь оказался заметно холоднее. Откуда-то снизу тянуло сыростью, а сквозняк пробирался под одежду, заставляя кожу покрываться мурашками.

Нас грубо согнали в одно место, заставив встать почти вплотную друг к другу. По очереди к нашим ногам начали привязывать толстые грубые верёвки. Жёсткие петли затягивались на лодыжках так сильно, что я невольно поморщилась. Один из мужиков нарочно затянул узел ещё крепче. Я дёрнула ногой, но в ответ он лишь усмехнулся и с силой потянул верёвку, заставив петлю ещё больнее впиться в кожу.

- Эй, полегче, - бросил Ньют, но его никто не слушал.

Когда со всеми было покончено, один из мужиков со шрамом, тянувшимся от виска до подбородка, подошёл к старым рычагам, установленным у самого края провала. Металл покрылся ржавчиной, а деревянные рукоятки давно потемнели от времени и постоянных прикосновений. Он уверенно взялся за одну из них и резко потянул на себя. Раздался протяжный скрип, следом громко лязгнул металл, и верёвки натянулись, потянув нас к краю. В следующее мгновение опора ушла из-под ног. Сначала мы начали медленно опускаться вниз, но с каждой секундой движение становилось быстрее.

- Какого хрена! - выкрикнул Фрайпан.

- Твою мать! - взревел Минхо.

- Эй, отпустите нас! - заорал Томас, но его голос потонул в скрежете механизма.

- Что за хрень, чтоб вас! - Ньют рванулся, но верёвки только сильнее впились в кожу.

Нас потянуло вверх, к отверстию в потолке. Перед глазами мелькали балки, ржавые трубы и лица людей, наблюдавших за нами снизу. Через мгновение тело перевернуло, кровь сразу прилила к голове, в висках тяжело застучало, а перед глазами всё на секунду поплыло. Затем движение остановилось. Мы повисли вниз головой прямо над тёмной пропастью. Верёвки туго впились в лодыжки, а холодный воздух, поднимавшийся снизу, обдувал лицо и шевелил волосы. Все, кто участвовал в этом, громко расхохотались. Смех был низким, хриплым и неприятным, эхом разлетаясь по помещению. Постепенно они начали расходиться, и звук их шагов становился всё тише, пока вокруг не воцарилась тишина, которую нарушали только скрип натянутых верёвок и наше тяжёлое дыхание.

- Класс, - прошипел Минхо, его голос звучал глухо из-за того, что кровь прилила к голове. - Отличный план, Томас. "Посмотрим, что он нам скажет".

Томас висел где-то рядом, и я видела краем глаза его лицо, покрасневшее от прилившей крови и напряжения.

- Заткнись, Минхо, - огрызнулся он. - Сам открыл рот в ненужное время.

- Хватит, - остановила я их. Голос прозвучал тише, чем мне хотелось, но в нём было достаточно твёрдости, чтобы они замолчали.

Мы немного помолчали. Кровь тяжело стучала в висках и отдавалась в ушах, а голова казалась слишком тяжёлой, будто внутри всё давило. Верёвки впивались в лодыжки, кожа под ними горела от боли. Я попыталась пошевелить пальцами рук, дотянуться до узла, но расстояние было слишком большим. Мы просто висели там, беспомощные, как будто в какой-то момент перестали бороться с тем, что происходило. Внизу темнела пропасть. Достаточно было одного слабого звена в старой верёвке, одного рывка или случайного обрыва, и всё бы закончилось за несколько секунд.

Висели мы так недолго. Вскоре в помещении снова раздались шаги, спокойные и уверенные. Я приподняла голову настолько, насколько позволяла верёвка, и увидела Хорхе. Он неторопливо шёл к нам, держа руки за спиной.

- Как вид, ребятки? - спросил он, останавливаясь в нескольких метрах от нас.

- Мне кровь ударила в голову, - ответил Минхо хриплым голосом. - Или этот псих несёт какую-то хрень?

Хорхе усмехнулся, покачал головой.

- А он у вас языкастый, - сказал он и сам же посмеялся. - Я тут зашёл узнать... что вы знаете про Правую Руку?

Томас висел рядом со мной. Его лицо покраснело, а на шее выступили напряжённые вены. Он посмотрел на Хорхе, но почти сразу отвёл взгляд.

- Вы же сказали, что они призраки, - ответил он, и в его голосе слышалась усталость.

- А я верю в призраков, - ответил Хорхе, разведя театрально руками. - Особенно когда они болтают по радиоволнам.

У меня всё встало на свои места. Кровь всё ещё тяжело стучала в висках, голова была будто налита свинцом, но мысли вдруг стали ясными. Хорхе тоже искал Правую Руку. Только делал это своими способами и скрывал от всех. Он слушал радио. Ловил сигналы. Знал больше, чем хотел показать. А теперь пытался понять, что знаем мы.

- Ну так что? - продолжил Хорхе, его голос стал мягче. - Я лишь хочу помочь вам.

Мы молчали. Фрайпан висел рядом, его лицо покраснело, а губы были плотно сжаты. Ньют закрыл глаза, будто не хотел даже смотреть на Хорхе. Тереза ничего не говорила, её волосы свисали вниз, частично закрывая лицо.

- А так, - сказал Хорхе и подошёл к рычагам. Он схватил одну из рукояток и дёрнул.

Резко мы опустились вниз на несколько сантиметров. Верёвки дёрнулись и сильнее впились в кожу, заставив меня невольно вскрикнуть. Желудок неприятно сжался, к горлу подступила тяжесть, а голова закружилась ещё сильнее.

- Стой, стой, стой! - голос Томаса сорвался на крик. - Ладно, хорошо... - Он помедлил, собираясь с мыслями. - Это люди, которые прячутся в горах и воюют против ПОРОКа. Они спасли много детей и... это всё, честно.

Хорхе лишь хмыкнул. Он отпустил рычаг, и мы снова замерли, слегка раскачиваясь на верёвках. Он уже собирался что-то сказать, приоткрыл рот, но в этот момент в комнату вошёл мужчина со шрамом. Он остановился, посмотрел сначала на нас, потом на Хорхе.

- Что вы тут делаете? - обратился он ко всем нам одновременно.

- Знакомлюсь с новыми друзьями, - ответил Хорхе, не оборачиваясь. - Мы уже закончили.

Он развернулся, собираясь уйти, но его остановил голос Томаса.

- Погодите, - сказал он, и в его голосе появилось отчаяния. - Вы не поможете нам?

Мужчина со шрамом остановился. Он подозрительно посмотрел на Хорхе, слегка прищурив глаза. Его лицо оставалось неподвижным. Хорхе обернулся. На его лице появилось удивление, но оно выглядело слишком преувеличенным, чтобы быть настоящим.

- Не волнуйтесь, - сказал он спокойно. - Мы отправим вас туда, откуда вы пришли.

Он развернулся и направился к выходу. Мужчина со шрамом последовал за ним, напоследок бросив на нас тяжёлый, оценивающий взгляд. Их шаги постепенно стихли.

- И что теперь? - спросил Фрай.

- Не знаю, - ответил Томас. Он попытался осмотреться, насколько это было возможно. - Нужно как-то выбраться отсюда.

Он осмотрел помещение, насколько мог, изучая стены, потолок и рычаги у края пропасти, а затем перевёл взгляд на Терезу, которая висела ближе всех к механизму.

- Минхо, можешь дотянуться до Терезы?

- Зачем? - Минхо повернул голову. Его лицо исказилось от напряжения, а волосы свисали вниз.

- Она ближе всего к рычагам. Если дотянется, то опустит нас вниз, развяжет себя, а потом и нас.

- Ладно, - выдохнул Минхо, кивнув на меня беглый взгляд.

Сначала его тело едва заметно качнулось, потом движение стало сильнее. Верёвки заскрипели, металл над головой протяжно застонал. Минхо продолжал раскачиваться всё шире, пытаясь дотянуться до Терезы, которая висела примерно в метре от него. Когда расстояние между ними стало достаточно маленьким, он вытянулся и схватил её за талию, а затем резко толкнул в нужную сторону.

Тереза дёрнулась, её рука вытянулась к перилам возле рычагов, но пальцы не дотянулись. Она тихо выругалась, и Минхо снова толкнул её, помогая набрать движение. Ещё раз. И ещё. Наконец её пальцы сомкнулись на холодном металле. Тереза резко потянула один из рычагов, и мы тут же опустились на несколько сантиметров. Верёвки натянулись, больно впившись в кожу, и я невольно вскрикнула.

Тереза подтянулась, напрягая мышцы, и наконец перебралась на твёрдую поверхность. Её руки сразу потянулись к узлам на лодыжках, быстро развязывая грубые верёвки. Она поморщилась, когда освобождённая нога коснулась пола - кожа была покрасневшей, с глубокими следами от верёвок.

- Теперь ты, Джейн, - сказала она, подходя к краю пропасти.

Минхо вытолкнул меня. Я почувствовала, как его руки упёрлись мне в спину, и в следующее мгновение мир перевернулся. Голова закружилась, когда я снова оказалась в вертикальном положении, кровь резко отхлынула от головы, и перед глазами всё поплыло. Но я устояла. Тереза сразу схватила меня за руку, подтянула к себе и помогла опуститься на твёрдый пол. Ноги дрогнули, едва удерживая меня, но я всё же не упала.

Так, по очереди, мы помогали друг другу выбраться. Фрай, Ньют, Арис. Каждый тяжело падал на пол, каждый морщился от боли в лодыжках и головокружения, которое не проходило сразу. Последним оставался Томас. Он раскачался сам, его тело резко дёрнулось вперёд, и Фрай успел схватить его за руку, помогая перебраться через край.

Томас упал на колени, и его руки сразу потянулись к верёвкам на ногах. Он быстро развязывал узлы, пальцы двигались почти механически, но в этот момент раздался звук.

Раздался низкий гул, который быстро нарастал, и вибрация прошла по полу, стенам и нашим телам. Я подняла голову и увидела яркий, ослепляющий свет, ворвавшийся через окна. Вертолёт завис рядом со зданием, его лопасти с оглушительным треском разрывали воздух, а лучи прожекторов метались по окнам, один за другим освещая наши лица.

И тогда раздался голос. Громкий, искажённый динамиком. Я узнала его сразу, и внутри всё сжалось.

- Слушайте все внимательно, - начал говорить Дженсен. - Вы все, хоть и не по своей воле, стали обладателями собственности компании ПОРОК. Отдайте их нам живыми, или умрёте. Выбор... за вами.

- Чёртов гад, - ругнулся Минхо.

- Нужно быстрее уходить, - сказал Томас, закончив с верёвками. Он вскочил на ноги, шатаясь, но сразу взял себя в руки.

Мы быстро направились к выходу из помещения, но в дверях нас остановил Шрам. Он стоял, широко расставив ноги, его лицо исказила неприятная гримаса, а грязные зубы обнажились в оскале. В руке он держал пистолет, направив дуло прямо на нас.

- Куда-то собрались? - сказал он хрипло. Он поднял рацию ко рту. - Дженсен, они у меня. Сейчас приведу.

Он ехидно улыбнулся, и от этой улыбки стало не по себе. Мы медленно отступили назад. Нападать на него было слишком рискованно - одного движения было достаточно, чтобы он нажал на спуск. Я чувствовала, как сердце бьётся чаще, а ладони начинают потеть.

- Пошли, - сказал он, указывая пистолетом на дверь.

Мы молча стояли на месте, не двигаясь. Только переглядывались друг с другом. Фрай, Ньют, Минхо, Тереза, Арис, Томас. В каждом взгляде было одно и то же понимание: мы не пойдём. Не сейчас. Не после всего, через что мы прошли.

- Я сказал, пошли, - сказал он более серьёзно. Его палец лег на курок.

- Пошёл ты, - ответил Минхо. Он чуть поднял голову, не отводя взгляда от пистолета, будто специально показывая, что угрозы уже недостаточно, чтобы заставить нас подчиниться.

Лицо мужчины изменилось мгновенно. Неприятная гримаса стала ещё жёстче, глаза сузились. Он сделал шаг вперёд, и я увидела, как его палец сильнее надавил на спуск. Выстрел прозвучал оглушительно в замкнутом пространстве. Я вздрогнула всем телом и сразу начала осматривать себя - руки, ноги, грудь, - потом перевела взгляд на остальных. Все были целы. Никто не упал. Никто не закричал. А вот Шрам замер, будто сам не поверил в то, что произошло. Пуля попала в него, тело дёрнулось, глаза расширились от удивления, а затем он тяжело рухнул на бетон. Рация и пистолет выпали из его рук, ударившись о пол глухими звуками. Я подняла взгляд и увидела Бренду, стоявшую за ним. В её руках было оружие. От ствола ещё поднимался тонкий дым, а её лицо оставалось спокойным, почти безразличным.

- Чего замерли? - сказала она. - Идём быстрее.

Я смотрела на неё и снова чувствовала, как внутри появляются сомнения. Почему она помогает нам? Но сейчас у нас не было времени искать ответы.

- Ладно, идём, - сказал нам Томас. Он тоже не доверял ей. Но идти надо было.

Мы перешагнули через тело Шрама и двинулись следом за Брендой. Она шла быстро и уверенно, не оглядываясь назад. Её шаги эхом отдавались в коридорах, а я двигалась за ней, чувствуя, как напряжение только усиливается. Мы столько времени убегали от ПОРОКа. А теперь следовали за женщиной, которую почти не знали. Женщиной, которая только что выстрелила в одного из своих и теперь вела нас туда, где мы понятия не имели, что нас ждёт.

Как только мы выбежали из коридора, пространство вокруг заполнила музыка. Громкая, но странная - медленная, спокойная, почти старая мелодия, будто она пришла из какого-то другого мира. Она разносилась по зданию через динамики, спрятанные где-то в стенах, и этот резкий контраст между разрушенным помещением и спокойными звуками вызывал неприятное ощущение. Я не пыталась понять, что происходит.

Мы мчались за Брендой через всё здание. Коридоры мелькали перед глазами. Бренда двигалась быстро и уверенно, зная каждый поворот. Она не оглядывалась и не проверяла, успеваем ли мы за ней.

Мы свернули за угол, и впереди показался лестничный пролёт. Где-то внизу мелькали силуэты. Чёрная форма, защитные шлемы, автоматы в руках. Это были солдаты ПОРОКа. Они двигались организованно, осматривая помещение, проверяя каждый угол. Их голоса доносились снизу приглушённым эхом.

Мы влетели в небольшую комнату с голыми бетонными стенами и единственным окном во всю стену. У окна стоял Хорхе. Он обернулся сразу, как только услышал нас. Его лицо оставалось спокойным, но во взгляде на мгновение появилось что-то, чего я не смогла сразу понять. Нетерпение? Тревога? Или он просто ждал именно этого момента.

- Что происходит? - спросил Томас, останавливаясь рядом со мной. Его грудь тяжело вздымалась.

- Слушай внимательно, - Хорхе поднял палец, указывая на Томаса. - Заключим сделку. Я помогу вам, отведу к Правой Руке.

Мы переглянулись.

- А взамен? - спросил Томас.

- Взамен вы станете нашим с Брендой билетом туда.

Было ли мне хоть что-то понятно? Нет. Ни черта. Но времени разбираться не было.

- Ладно, - сказал Томас.

- Отлично. А теперь уходим. - Хорхе развернулся к окну. - Вот сюда. - И распахнул две створки.

Ветер ударил в лицо. За окном открывался вид на разрушенный город: дома с выбитыми окнами, полуразвалившиеся здания, улицы, заваленные обломками и мусором. Всё это пряталось за огромным зданием, в котором мы находились, будто оно ещё оставалось последним целым куском среди всего этого разрушения.

От нашего окна через улицу, уходя далеко вперёд, тянулся канат к открытому окну здания напротив, которое находилось в сотнях метров от нас. Хорхе поднял руку, схватил свисающую сверху тканевую ручку и крепко сжал её пальцами.

- Все за мной, - сказал Хорхе, разбежался и вылетел в окно.

Я подошла к краю окна и посмотрела вниз. Хорхе уже летел через улицу, держась за канат, его тело раскачивалось в воздухе от скорости и движения, пока он не приближался к противоположному зданию.

Идея мне сразу не понравилась, и я невольно сделала шаг назад, чувствуя, как внутри нарастает холодное напряжение от мысли о высоте, скорости и том, что права на ошибку у нас не было.

- Давайте, двигайтесь быстрее, - торопила Бренда, стоя у окна.

Следующим был Фрай. Он даже не стал тратить время на сомнения - схватился за канат, сделал несколько быстрых шагов и прыгнул. За ним отправился Арис, затем Тереза. Томас помог ей взяться за ручку, придержал за талию, пока она не убедилась, что держится крепко, и только тогда отпустил её. Ньют последовал за ней.

Настала моя очередь. Я стояла у окна, глядя вниз, и чувствовала, как ноги становятся тяжёлыми и будто перестают слушаться. Ветер бил в лицо, трепал волосы, забирался под одежду, а я всё никак не могла заставить себя сделать шаг вперёд.

- Держись и не отпускай, - сказал Томас, подходя сзади. Его рука легла мне на плечо.

- И не смотри вниз, - закончил Минхо, встав рядом.

Я кивнула, сглотнула и крепче сжала ручки каната - грубая ткань впилась в пальцы, шершавая и жёсткая на ощупь. Я сделала несколько быстрых шагов и прыгнула.

Ветер резко ударил в лицо, и всё вокруг на мгновение смешалось в одно размытое движение. Канат нёс меня через улицу, раскачивая в воздухе, и я сжала тканевые ручки так сильно, что пальцы начали неметь. Я зажмурилась, чувствуя, как внутри всё сжимается от высоты и скорости, как тело остаётся без опоры, полностью зависнув над пустотой. Единственное, что я слышала, - свист ветра и скрип натянутого каната, пока он нёс меня к другому зданию.

Мельком, всего на секунду, я открыла глаза и увидела справа вертолёт. Он кружил вдали, его лопасти с гулом рассекали воздух, а луч прожектора скользил по зданиям, проходя рядом, но не задевая нас. Я сразу снова зажмурилась, крепче сжимая тканевые ручки каната.

И вот под ногами снова появилась твёрдая поверхность. Я ступила на пол, но колени сразу дрогнули, и Ньют успел подхватить меня, удерживая от падения.

- Спасибо, - сказала я.

За мной спустился Минхо. Он приземлился легко, почти бесшумно, и сразу же обернулся к окну, из которого мы только что выбрались.

- Где они? - спросила я, оглядываясь.

Томас и Бренда всё ещё оставались в здании. Я видела их силуэты в окне. Они что-то делали, возились с чем-то, а затем оба скрылись из виду.

Хорхе стоял рядом, и по его лицу было видно, что он напряжён. Его пальцы то сжимались, то разжимались, а взгляд не отрывался от окна, ожидая их появления.

Спустя несколько секунд музыка, всё это время доносившаяся из здания, внезапно прекратилась. Хорхе сразу изменился в лице, и я посмотрела на него, пытаясь понять, что произошло.

- Ложитесь! - крикнул он.

Мы не успели. Взрыв раздался так резко, что я даже не сразу поняла, что произошло. Здание, из которого мы только что выбрались, вспыхнуло изнутри. Огонь вырвался наружу через окна, пламя поднялось вверх, и почти сразу стены начали разрушаться. Бетон осыпался вниз, стёкла разлетались на куски, а огромное здание медленно провалилось само в себя, подняв вокруг густое облако пыли и дыма. Меня отбросило на землю, и я закрыла голову руками, чувствуя, как ударная волна проходит сквозь тело, как пыль забивается в нос и рот, заставляя кашлять. Минхо оказался рядом, его рука накрыла мою, и я крепко сжала его пальцы, не отпуская.