⋉Глава 6 - Поддержка⋊
Уже пару часов я сидела, прислонившись спиной к холодной, сырой земле стены моей темницы. Сквозь щели деревянной решётки я наблюдала за Глэйдом, озарённым лишь призрачным светом полной луны.
После такого выматывающего дня я должна была видеть уже десятый сон, но сон не шёл. Меня терзали мысли, роящиеся в голове. «Стоит ли мне быть бегуном?». Вопрос висел в воздухе, тяжёлый и неотвязный. Может, я ещё не готова? Может, лучше остаться в безопасности, чистить картошку и варить рагу, пока другие рискуют жизнями?
Но больше всего меня гложет страх. Чистый, липкий ужас. Вспоминая прошлую ночь, я снова ощущала тот холодок вдоль позвоночника — чувство, что с каждой секундой ты становишься ближе к смерти. Я боялась, что это повторится. Что стоит мне только ступить на каменный пол лабиринта, как меня накроет волна паники, ноги станут ватными, и я останусь на месте, став лёгкой добычей.
Это был самый сложный выбор за всю мою новую жизнь после потери памяти. Как же хотелось, чтобы кто-то другой решил за меня. Кто-то мудрый и сильный сказал бы: «Иди» или «Останься», и я бы безоговорочно выполнила приказ, сняв с себя груз ответственности.
Почему именно меня? Почему именно я оказалась в этом аду? В мире миллиарды людей, столько других девушек, которых можно было отправить сюда. Почему я? Кому я так сильно насолила в прошлой жизни, что судьба решила испортить мне её дважды? В мои годы я должна сидеть за партой в школе, смеяться с друзьями, иметь любящих родителей, которые ждут домой к ужину. А вместо этого я каждый день борюсь за право увидеть следующий рассвет, окружённая четырьмя стенами и трёхметровыми металлическими монстрами.
Мечты уносили меня далеко отсюда. Мне хотелось просто лежать на тёплом песке, прогретом за долгий день, слушать шум океана и смотреть на звёзды, не боясь, что в любую секунду из темноты выпрыгнет смерть.
Никогда не думала, что от одних только мыслей можно так устать. Голова гудела, веки стали тяжёлыми. Решив, что окончательный выбор сделаю утром, на свежую голову, и провалилась в беспокойный сон.
*****
Проснулась я рано. Было уже светло, но из-за высоченных стен солнце еще не показало своего диска. Сон на твёрдой, каменистой земле был ужасным. Я постоянно просыпалась от холода и неудобной позы. Все тело ныло, мышцы ломило, руки и ноги сильно затекли.
Я с трудом поднялась, морщась от боли, и начала делать простые упражнения, чтобы разогнать кровь. Хруст суставов эхом разнёсся по маленькой яме.
— Доброе утро, — раздался спокойный голос прямо у моей головы.
— Ох, Томас! Ты меня до инфаркта доведёшь своими появлениями из ниоткуда.
Томас усмехнулся, его лицо появилось в проёме.
— Извини. Не хотел пугать. Как спалось? Комфортабельно?
— Бывало и лучше, — проворчала я, потирая шею. — Открывай уже, пожалуйста.
Парень возился с простым, но ржавым замком пару секунд, наконец откинул деревянную крышку в сторону. Я кое-как выбралась из ямы, цепляясь за края, и, оказавшись на поверхности, глубоко вдохнула утренний воздух. Несмотря на ранний час, он уже был горячим; парило так, словно мы находились внутри гигантской печи.
— Куда идём? — спросила я, стараясь идти в ногу с его широким шагом.
— Ты давно не ела, — ответил он, не оборачиваясь. — А перед долгим забегом нужно основательно пополнить запасы энергии. Иначе упадншь в обморок посреди лабиринта, особенно в такую жару. Тащить тебя обратно я не собираюсь.
— Ты прав, — призналась я, чувствуя, как желудок сводит от голода. — Я зверски голодная.
До кухни мы шли молча. Эта тишина дала мне возможность окончательно всё обдумать. Решение созрело само собой, твёрдое и непоколебимое. Лучше я попробую свою удачу в лабиринте, чем буду целыми днями сидеть на кухне, пока мои друзья рискуют жизнью, убегая от гриверов. Там, я буду полезнее.
«Я забуду ту страшную ночь, — сказала я себе.
— Я буду бегать там так же свободно, как хожу по Глэйду». Лучше жить настоящим и решать текущие проблемы, чем гадать о будущем.
На кухне было пусто. Томас быстро собрал нам еду.
— Конечно, я не повар, как Фрай, но должно получиться съедобно, — он протянул мне тарелку с огромным сэндвичем, начинённым мясом и овощами.
Я присела за небольшой столик в углу и жадно набросилась на еду, запивая каждый кусок холодной водой.
— Это очень вкусно. Спасибо, Томас, — сказала я с набитым ртом, чувствуя, как силы возвращаются в тело.
— Рад, что понравилось, — он присел напротив, наблюдая, как я ем.
— Где Минхо? Он уже встал?
— Конечно встал, — фыркнул Томас. — Кто, по-твоему, будет проверять карты? Он скоро подойдёт.
В этот момент сзади послышались торопливые, шаркающие шаги. Обернувшись, я увидела Чака. Мальчик бежал к нам, растрёпанный, с заспанными глазами и помятой одеждой. Вид у него был такой, будто его только что выдернули из самой глубины сладкого сна. Что могло привести его сюда в такую рань? Обычно Чак спал до обеда.
— Привет, ребята, — запыхавшись, поздоровался он, опираясь руками о колени.
— Привет, Чак, — кивнул Томас, отодвигая стул. — Почему так рано встал? Солнце еще даже не взошло как следует.
Чак выпрямился и серьезно посмотрел на нас.
— Просто хотел пожелать вам удачи. После всего, что случилось... кто знает, что может произойти сегодня в лабиринте. Я волновался всю ночь.
— Что бы ни случилось, Чак, мы обязательно вернёмся. Обещаю, — Томас мягко улыбнулся и положил руку ему на плечо.
— Всё равно я буду переживать, — пробормотал мальчик, теребя край своей футболки.
Я встала, подошла к нему и заглянула в его испуганные глаза.
— Чак, просто думай о хорошем, — сказала я твёрдо, стараясь вложить в голос максимум уверенности. — Представь, как мы забегаем в Глэйд с громкими криками о том, что нашли выход. Представь эту картину ярко-ярко.
— Хотелось бы мне в это верить, — тихо ответил он.
— Мысли материальны, Чаки, — я постучала пальцем ему по лбу. — Нужно надеяться на лучшее, иначе страх съест нас раньше гриверов. Ты понял?
— Да, понял, — он слабо улыбнулся.
— И не забивай свою голову плохими мыслями.
— Ладно, — кивнул он.
— А теперь марш спать. И помни, что я тебе сказала. Выспишься к нашему возвращению.
— Возвращайтесь поскорее, — сказал он напоследок, махнул рукой и побрёл обратно к своему гамаку
Томас проводил его взглядом и повернулся ко мне.
— Умеешь же ты поддерживать людей. У тебя дар успокаивать.
— Пойдём уже, — поторопила я, чувствуя, как настроение поднимается. — Скоро ворота откроются.
Мы вышли наружу. С каждой минутой становилось всё жарче. Воздух дрожал над раскалённой землёй. Не знаю, как мы вообще продержимся в лабиринте в такую погоду. Хотя чего можно ожидать в разгар лета? Весь Глэйд превратился в одну большую, душную теплицу.
— Сегодня весьма жарко, — заметила я, вытирая выступивший на лбу пот.
— Бывало и хуже, — ответил кто-то прямо у моего уха.
— Боже! — вскрикнула я, подпрыгивая от неожиданности и хватаясь за грудь. — У вас у всех есть привычка пугать людей, когда вздумается?! Вы специально это делаете?
Минхо, стоявший позади меня, расхохотался, запрокинув голову. Его смех был громким и заразительным.
— Ха-ха-ха! Твоё лицо! Это бесценно!
— Не смешно, Томас! — возмутилась я, хотя уголки губ сами предательски дрогнули. — Хотите, чтобы я прямо здесь концы отбросила, даже не войдя в лабиринт?
— Прости, прости, — Минхо поднял руки в примирительном жесте, хотя глаза его всё ещё смеялись. — Не знал, что ты так резко реагируешь. Бегуны должны быть начеку.
Мы остановились у огромных ворот лабиринта. Массивные каменные плиты стояли недвижимо, скрывая за собой тайны и опасности.
— Слушайте внимательно, — тон Минхо мгновенно изменился, став серьёзным и командным. — Сегодня наша цель — внешний сектор. Это далеко, поэтому бежать нужно быстро и без остановок. Поняла, Джейн? Экскурсий с тебя хватит.
— Почему ты это говоришь только мне? — насупилась я. — Томас тоже здесь.
— Томас и так всё знает, он бежит не в первый раз, — говорил Минхо, глядя на меня. — Зачем лишний раз учить профессора? А тебе нужно запомнить: не думай о лишнем, не смотри по сторонам без нужды и следи за дорогой. Если отстанешь или свернёшь не туда — потеряешься. Лады?
— Да, сэр, — отрапортовала я, вытягиваясь в струнку, хотя внутри всё сжалось от волнения.
В этот момент раздался глубокий, вибрирующий гул. Механизм ворот пришёл в движение. Тяжёлые стены начали медленно разъезжаться в стороны, открывая проход в «ад». Из тёмного зева коридора пахнуло затхлостью и веяло холодом.
Не дожидаясь, пока проём откроется полностью, Минхо и Томас рванули вперёд.
Мне ничего не оставалось, как сделать глубокий вдох, сжать кулаки и побежать за ними, оставляя Глэйд позади.