4 глава
Я проснулась до рассвета.
Не от звуков — здесь было тихо, слишком тихо. Не от холода — тело согревал старый плед, выданный в общежитии. А от мысли: он был здесь.
Доктор Вейл.
Прошло почти двадцать четыре часа, как его лицо снова появилось в моей жизни, и я до сих пор чувствовала, как внутри всё горит от страха. Он не знал, где я, — пока что. Но это "пока" давило на грудь, как груз. Он искал меня. Он чувствовал. А значит, долго мне не продержаться.
Я лежала в темноте, глядя в потолок. В комнате все спали: Эмма тихо посапывала, уткнувшись в подушку, Кира на своей верхней койке лениво переворачивалась время от времени. Но я — нет. Я не могла позволить себе снова закрыть глаза. Не сейчас.
Сегодня я должна уйти.
Не в панике. Не как животное, бегущее от хищника. А с холодным расчётом. Как солдат перед началом миссии.
Всё нужно было продумать. До деталей. Без права на ошибку.
---
Утро наступило быстро. Я встала первой, умылась холодной водой в умывальнике, завязала волосы, переоделась. Никто не обратил на это внимания — тут все жили настороже. Никто не спрашивал, куда ты идёшь. И это было на руку.
Сначала — на рынок.
Я медленно шла по улице, прислушиваясь к каждому звуку, чувствуя, как холодный воздух впивается в кожу. Солнце только-только начинало подниматься, окрашивая стены зданий золотом. Ранние торговцы раскладывали товар. Я знала, что у меня немного времени — максимум пару часов до начала обязательных работ.
Я купила:
нож — складной, армейский, с потёртой рукояткой;
моток крепкой верёвки;
шпильки (чужой прилавок, "на всякий случай" — вдруг замки);
зажигалку и упаковку спичек;
маленький казан и складную чашку, чтобы готовить на ходу;
чёрный рюкзак, чтобы всё это спрятать.
Еду я собирала по чуть-чуть. Продавцы не задавали вопросов, когда брали крошечные купюры и монеты:
1 кг яблок (кислые, долго хранятся);
макароны — полпачки, запакованные;
мясо вяленое — срезы, обмотанные бумагой;
3 пакета кофе, 10 — чая, 5 — конфет;
пара сухих пайков для экстрима.
Одежда... Это было сложно. Но в одной лавке я увидела коробку с потерянными вещами. За мизерную плату старик разрешил выбрать:
штаны из плотной ткани цвета песка;
лёгкую куртку цвета мха;
простую тёмную кофту;
бандану;
перчатки;
походную палатку (почти сломанную, но я знала, как починить).
Последним я украла маленькое охотничье копьё с гарпуном, которое использовали для ловли рыбы. Оно было спрятано между ящиками. Я не чувствовала вины.
> "Либо я, либо они."
---
Когда начался обед, я уже знала, что вечером сбегу. Но до этого — нужно было сыграть роль. Я ходила на смену в мастерскую к Райану, как ни в чём не бывало. Он заметил, что я была тише обычного, но не стал спрашивать. Может, уже привык к моей странности. Или просто не хотел лезть.
— Всё норм? — спросил он всё же, когда мы остались наедине.
— Да, — я кивнула, отворачиваясь. — Просто не выспалась.
— Ага. Ну, если вдруг решишь свалить, дай знать. Я с тобой, — сказал он с усмешкой.
Я лишь слабо улыбнулась.
Нет, Райан. Это не для тебя. Я не хочу, чтобы тебя убили за меня.
---
Ближе к вечеру я не пошла в столовую. Я спряталась в старом подвале недостроенного здания у северной стены. Там я переоделась, распихала по рюкзаку всё, что собрала. Руки дрожали, когда я застёгивала ремни. Адреналин бил по венам.
Пора.
Я выбралась через старый канализационный проход, выходящий за территорию охраняемого сектора. Сама не верю, что сработало. Но я прошла.
И тогда началась охота.
Когда я выбралась за периметр, солнце уже скрылось за горизонтом.
Огни города остались позади, а передо мной лежал лес — тёмный, влажный, живой.
Он встретил меня шорохами, запахом прелых листьев, далёкими выкриками ночных птиц. Где-то стрекотали насекомые, в ветвях перекликались птицы. Всё казалось… по-настоящему.
Настоящее страшит, если ты привык жить в клетке.
Я пробиралась сквозь заросли, отбрасывая ветки, царапающие руки и щёки. Рюкзак тянул за плечи, но я не жаловалась. Я шла, будто от этого зависела моя жизнь. А может, так оно и было.
Я оставляла за собой ложные следы — посыпала землю с солью и молотым перцем, который купила на рынке.
Если псы пойдут по моему запаху — их носы сойдут с ума.
Ветки, воткнутые в землю под углом, старая ловушка из верёвки на уровне шеи, несколько шумящих камней в кустах — примитивно, но на случай глупых солдат — сработает.
Я лезла на дерево, карабкаясь вверх, царапая руки и колени.
С высоты вид был ограничен, но я видела дорогу.
Там появились они.
Фонари. Красные точки прицелов. И... гул.
Вертолёты.
> «Они начали. Погоня запущена.»
Я замерла на дереве, прижавшись к стволу. Сердце билось как барабан. Дышать было трудно — страх сидел на плечах, будто чья-то тень.
Один из вертолётов пролетел прямо над головой. Я затаила дыхание, надеясь, что тёмная листва укроет меня. Но...
— КАРРР!
Чёртов ворон. Он сидел в двух метрах, прямо на соседней ветке.
— Успокойся… — прошептала я, но он каркнул снова.
Лучи фонарей скользнули по дереву. Один из солдат поднял голову. Его фонарь осветил ветви, прошёлся по листве, потом — прямо по мне.
Я не ждала.
Рывком сорвалась вниз, словно животное, вывернувшееся из ловушки. Приземлилась на ноги, перекувырнулась, бегом рванула прочь.
Выстрел.
Пуля прошла рядом, срикошетила от ствола.
— ЦЕЛЬ ВИЖУ! В ЛЕСУ!
Я мчалась сквозь чащу, в голове гудело. Дышать было трудно. Мышцы горели. Но я продолжала.
> «Если поймают — убьют. Или хуже.»
Я обогнула ловушку, оставленную у старого моста через пересохший ручей, — и за спиной услышала хруст и вопль.
— ААААА!
Один из солдат наступил на натянутую проволоку, и острый деревянный клин вонзился ему в бедро. Его крик заглушил всё.
Я не оборачивалась. Я знала — это только начало.
---
Прошёл час.
Я была глубоко в лесу. Температура упала. Туман начал ползти вдоль земли. Всё казалось слишком тихим.
Но я знала: они ищут. И не остановятся.
Я нашла укрытие — старую расщелину между валунами, внутри которой можно было спрятаться. Затаилась.
Там я достала копьё, проверила его, разложила нож.
Тело дрожало. Внутри росла ярость. Что-то тёмное ворочалось, как зверь.
Эсион?
Я прижалась к стенке скалы.
Издали доносились крики. Они приближались.
— Эксперимент 67! — голос по мегафону. — Выйди. Сдавайся. Мы не причиним тебе вреда.
Я усмехнулась.
Ложь. Только ложь.
Если я выйду — они запрут меня снова. Подключат. Заберут тело. Разум. Всё.
Нет.
Я не буду куклой.
---
Тени зашевелились.
Я увидела, как к расщелине подошёл солдат. Он заглянул внутрь, поднял фонарь. Присел.
В этот момент я рванулась вперёд, обхватила его шею ногами, повалила на землю и ударила рукояткой ножа по виску. Он вырубился.
Я затащила тело в расщелину, переоделась в его форму. Надела шлем.
Кровь на лице, фальшивый номер. Всё было как у них.
Теперь — новая игра.
---
Когда я вышла к открытой части леса, второй вертолёт уже садился.
Солдаты бежали к огню, вспышки стрельбы отвлекали всех. Кто-то кричал, что видели «тень» в лесу.
Я прижалась к дереву. Потом вышла из кустов, притворяясь раненой.
— ПОМОГИТЕ! МЕНЯ ПОДСТРЕЛИЛИ! Я ЖИВА!
Солдаты замерли.
— Назови код доступа!
Я не знала его. Ни одного.
Я пошатнулась, сделала шаг, споткнулась. Из кармана упала ложная карточка, найденная в рюкзаке мёртвого солдата.
— Ты ранена?! — спросил один.
Я ничего не ответила. Просто взглянула на них, а затем... впилась ножом в собственную руку.
Боль пронзила сознание, но я знала: кровь, настоящая, смешанная с эссионовским восстановлением, пойдёт сразу.
Потом — удар по боку, ещё одно порезанное ребро.
И вот — тьма. Я рухнула.
> Ты хочешь остаться в живых?
Последнее, что я слышала:
— Она жива! Поднять! На носилки! Увозим!
И тьма снова сомкнулась.
Отлично! Продолжим 4 главу — сцена 3, в которой Арисса приходит в сознание, видит солдат вокруг себя… и понимает: это её единственный шанс. Пока они спят, пока не сели вертолёты, она должна действовать. В этой сцене будет максимум напряжения, скрытности, холодного расчёта — и немного внутреннего конфликта.
---
Я очнулась от холода.
Первые секунды не понимала, где нахожусь. Воздух был густой, насыщенный гарью и выхлопами. Неподалёку гудели реле — от генераторов? Или от вертолёта?
Глаза открылись медленно. Передо мной — палатка. Низкий потолок из синтетической ткани. Пахло потом, металлом и чужой кровью.
Сердце стучало. Я не была связана. Только перевязана. Меня кто-то спас. Или… решил использовать позже.
Я осторожно повернула голову.
Внутри палатки спали трое солдат. Их оружие лежало в углу. Один храпел тихо, другой стонал во сне. На полу стояла аптечка, рядом — раскрытый рюкзак с питанием, картами и даже прибором ночного видения.
Они думали, что я без сознания. Что я безопасна.
Они ошиблись.
Я медленно села. Боль в боку пульсировала, но тело уже начало регенерировать. Рана на животе затянулась. Только кровь на одежде напоминала о ней.
Я встала. Босиком, беззвучно.
Первого — удар под кадык.
Второго — нож под рёбра.
Третий проснулся от хрипа, но не успел подняться: я ударила его табуретом по затылку.
Он рухнул, а я — затаилась, вслушиваясь. Тишина.
> Успела. Пока никто не услышал.
Я надела бронежилет, перетянула ремни, прихватила патроны.
И вышла.
---
Снаружи стояла чёрная ночь.
Лагерь был размещён у старого ангара — заброшенная площадка, оставшаяся от прежних времён. Два вертолёта стояли на окраине. Один из них начал поворачиваться к посадке — лопасти закрутились, мотор взвыл.
Я пробралась между ящиками, укрываясь за тенями. Охраны почти не было: большинство отдыхало или дежурило у периметра. У них не было причин ждать нападения. Они думали, что угроза лежит в палатке. Спящая. Сломанная.
А я уже была рядом с кабиной.
Я поднялась на фюзеляж, прижавшись к корпусу, и, перебираясь, словно кошка, оказалась у стеклянной кабины.
Внутри сидели два пилота. Один курил, другой прокручивал навигацию.
— Тихо сегодня… — сказал один.
— Да. Не люблю, когда всё спокойно. Это плохой знак.
Ты даже не представляешь насколько.
Я вытащила дымовую гранату и кинула в боковую щель.
— ЧТО ЗА… — прозвучало внутри.
Они бросились к выходу. Один выпал из кабины прямо ко мне под ноги. Я ударила его прикладом, а второго — ножом по горлу, как только он выскочил наружу. Кровь хлынула на корпус вертолёта. Никто ничего не услышал — лопасти заглушали крики.
Я забралась внутрь, проверила панель. Не знаю, как управлять этим чудовищем. Но я знала одно — если он взлетит, я не доживу до следующей ночи.
Я запер кабину и вытащила термозаряд.
Под сиденьем второго пилота был тайник с боеприпасами.
Улыбнулась.
— Вы хотели меня использовать? А я — вас.
Я активировала таймер на 30 секунд.
Выскочила из кабины и побежала назад к ангару.
Позади — оглушающий взрыв. Вертолёт вспыхнул, лопасти сорвало, всполохи осветили лагерь.
Крики. Паника. Кто-то начал стрелять в воздух.
> Теперь они точно не смогут увезти меня обратно.
Они думали, что я эксперимент. Инструмент. Образец.
Теперь они знают — я нечто иное.
Я не спасённая.
Я — их наказание.
Отлично! Раз ты уточнила, что это отдельный рассказ (где Кей и Алисса не участвуют), а сейчас продолжается история Ариссы (Эксперимент №67) — давай напишем продолжение 4 главы, где она добирается до вражеской базы и устанавливает бомбы, а таймер запускает обратный отсчёт…
---
Здание базы поднималось прямо над деревьями — старый бетон, обвитый ржавыми трубами. Когда-то это было командным центром, теперь — штабом тех, кто хотел меня поймать. Они называли себя "группой восстановления", но я знала правду: им нужен был контроль, а не помощь. Им нужен был Эссион — даже если для этого приходилось ломать человеческие тела.
Я пробралась внутрь через вентиляцию, едва не застряв в узком железном тоннеле. Пыль забивала дыхание, руки дрожали от напряжения, но я добралась до центра здания — машинного отделения. Именно здесь всё питалось: двери, сигнализация, камеры, связь.
Я вытащила четыре термозаряда, припасённых с мёртвого вертолёта, и закрепила по углам: на генератор, на пульт связи, на силовую станцию и в самый центр — к сердцу базы. Последнюю — я подключила к таймеру.
15 минут.
Щелчок.
Часы начали тикать.
Больше назад пути не было.
Я направилась к выходу через аварийный коридор. Но на середине пути услышала голос:
— Эй! Кто там?!
Я не обернулась. Слишком поздно.
Они заметили меня, но не бомбы.
Я выбила дверь, выбежала на верхний уровень и, размахивая руками, побежала к пожарной лестнице. Один из солдат закричал:
— Она здесь!
— Ловите!
Выстрелы прошли рядом. Пули врезались в перила, одна — по касательной — задела плечо. Боль, горячая, как ожог, разлилась по руке, но я не остановилась.
Я прыгнула на пожарную лестницу и соскользнула вниз. Металлические перекладины били по ногам, ветер резал лицо, но земля была близко.
— Таймер: 12:38.
Когда я упала в траву, мои руки дрожали. Над головой — паника. Солдаты толпились у перил, кто-то вызывал подкрепление, кто-то стрелял наугад в темноту.
Они ещё не знали, что у них под ногами — смерть.
Я побежала.
---
Через пару минут я скрылась в лесу. Спряталась между скалами, затаилась.
Таймер отсчитывал время в голове.
10:15…
08:41…
06:03…
Вдалеке начали мигать огни. Сирены. Что-то заметили.
Но слишком поздно.
02:45…
01:19…
00:36…
00:07…
00:01…
Вспышка осветила весь склон.
Грохот взрывов сотряс землю. Один, второй, третий… четвёртый — самый мощный, выбросил в небо гигантский столб огня.
Здание вздрогнуло, и словно гигант согнулся в агонии, обрушилось в себя.
Пламя вырвалось наружу, проглотив всё: оборудование, записи, оружие, остатки Эссиона.
Я уничтожила всё.
Я упала на колени, тяжело дыша.
Они знали меня как номер. Как объект. Как эксперимент.
Теперь они знали:
Эксперимент №67 стала охотницей.
И эта охота только начинается.
Прекрасно! Давай продолжим с этого места — создадим сильную и атмосферную сцену пробуждения после взрыва, в которой Арисса осознаёт последствия своих действий и решает скрыться в лесу. Ниже — продолжение 4 главы:
---
…гул.
Мир дрожал.
Земля гудела в такт моему сердцу.
Я не помнила, как упала.
Только — как вспышка сжигала всё перед глазами.
Как огненная волна пронеслась через лес.
А затем — темнота.
Я пришла в себя под тяжестью ветвей.
С трудом открыв глаза, я увидела над собой сломанное дерево. Его могучий ствол, согнувшись под силой ударной волны, завис в сантиметрах от моего лица, будто охранял.
Я медленно поднялась. Всё тело ныло, в ушах звенело. На губах — вкус пепла.
Шаг — боль. Второй — кровь капает из-под ребра.
Я оглянулась.
Позади — тот самый валун. Огромный, размером с вертолёт. Он защитил меня от силы взрыва. Если бы я была на пару шагов ближе — меня бы просто не стало.
Я вышла из-за камня и увидела, что осталось от базы.
Ничего.
Только обугленные стены, кровавые пятна и искорёженный металл. Ни одного живого. Ни крика. Ни звука. Только дым, стелющийся по земле, как змея.
Я подошла ближе, медленно, будто во сне.
Тела… если от них что-то осталось…
Люди, преследовавшие меня… солдаты… учёные…
Все мертвы.
"Ты этого хотела," — прошептал внутренний голос. — "Теперь ты одна."
Я стояла в эпицентре своей ярости. В той самой точке, где доказала — они не смогут больше ставить на мне эксперименты.
Но… почему было так пусто внутри?
Впервые за всё это время я не чувствовала угрозы. Только тишину.
Я развернулась и ушла, не оборачиваясь.
---
Лес встретил меня прохладой. Ветер шептал в кронах, стряхивая с листьев пепел.
Я шла долго — пока не нашла место: небольшой холм, окружённый деревьями, где текла тонкая речушка. Здесь было тихо. Укрытие. Без людей. Без капсул. Без Эссиона.
Я собрала хворост, развела огонь, сварила немного чая и выложила из рюкзака всё, что успела украсть в городе.
Нож. Верёвка. Шпильки. Еда. Чай. Маленький казан.
И тишина.
Я легла прямо на траву.
Глаза смотрели в небо.
Оно было голубое, чистое, будто ничего не случилось.
Будто я не убила десятки людей.
Будто я не была монстром.
И я задремала под шелест листьев.
---
Три дня я жила в лесу.
Охотилась. Плавала в реке.
Наблюдала за животными. Училась дышать.
Просто дышать.
Без боли. Без страха.
Без Эссиона внутри.
Но на четвёртый день я поняла:
Я должна вернуться в город.
Там остались вопросы. И ответы.
Там были люди, которым можно было доверять… хоть немного.
И, может быть, именно там я найду следующую цель.
Я собрала свои вещи, тщательно стёрла все следы и двинулась обратно — в сторону городских стен.
Тишина.
Запах пепла и горелого металла витал в воздухе, проникая в лёгкие. Здание позади догорало. Откуда-то в небе выли сирены, будто кто-то пытался предупредить о трагедии, которая уже произошла слишком поздно.
Я шла медленно, тяжело, чувствуя под ногами хруст битого стекла и сгоревшей земли. Каждая мышца ныла, тело отзывалось болью на каждый шаг, но внутри — внутри было странное спокойствие. Я выжила. Они — нет.
Почти все. За выступом, среди поваленных балок, я заметила движение. Рука. Живая.
Я молниеносно достала нож, но не бросилась. Осторожно, пригнувшись, приблизилась и увидела мужчину — в форме солдата, с растрёпанными волосами и окровавленной губой. Он сидел, опираясь на локти, с поцарапанной щекой и пеплом на ресницах. Его винтовка валялась в стороне, а сам он… просто поднял руки.
— Не стреляй… — голос был хриплым, но твёрдым. Он не умолял — он просто просил. — Я не хочу умирать.
Я остановилась, всматриваясь в его лицо.
Молодой. Но не мальчик. Мужчина, лет тридцати, с горящим взглядом и шрамом на лице, пересекающим переносицу — как след от давно затянувшегося боя. Волосы тёмные, чуть волнистые, доходят до плеч. Уши украшены маленькими серебряными серьгами. Но не это меня зацепило.
Он не боялся.
Он смотрел мне прямо в глаза.
— Почему ты жив? — спросила я холодно, держа нож наготове.
Он медленно выдохнул.
— Упал с крыши до взрыва. Очнулся здесь. Думаю, мне просто повезло… или наоборот.
Я прищурилась. Мозг работал быстро: ловушка? Остаток плана? Шпион?
Он, будто почувствовав мои мысли, осторожно положил ладони на землю.
— У меня нет оружия. Я не враг. Больше… нет.
Молчание повисло между нами.
— У тебя теперь нет базы, — проговорила я медленно, — нет приказов. Нет команды.
— И дома тоже нет, — добавил он, криво усмехнувшись. — Я был сиротой. В армию пошёл, потому что это был единственный выбор. А теперь… — он пожал плечами, — теперь даже выбора нет.
Я не опустила нож, но шагнула ближе.
— Тогда зачем ты жив?
Он посмотрел на меня с удивительным спокойствием.
— Потому что я не убивал. Ни одного заложника. Ни одного ребёнка. Я просто был там. Но я не такой, как они. Я видел, что с тобой делали. Я знаю, что всё это — неправда.
Я замерла.
Он знал. Он знал.
— Как тебя зовут? — спросила я, едва слышно.
Он поднял бровь.
— Раэль. Раэль Воррен. А тебя Буря?
Я чуть качнула головой.
— У тебя нет права знать.
Он усмехнулся — горько, почти уважительно.
— Значит, пока будешь звать меня просто… выжившим.
Я опустила нож.
---
Позже, когда мы шли сквозь заросли, я обернулась через плечо.
— Почему не убежал?
Раэль шёл за мной, обвязав рану на плече кусками своей рубашки.
— Потому что ты могла бы меня убить. Но не стала.
— Это не ответ.
— А ты могла бы спасти. Но всё равно взяла с собой. Значит, я не совсем тебе чужой.
— Или ты мне пригодишься, — парировала я.
Он усмехнулся.
— Посмотрим.
....
Её зовут Арисса