- Почему он такой?..
Т/и поставила стакан с водой перед Хёнджином, стараясь не дрожать. Но он даже не посмотрел на воду - лишь на неё. Его голос был ледяным:
- А ты зачем стоишь? Думаешь, заслужила отдых?
- Я... закончила, - прошептала она, сжав руки перед собой.
Хан и Чонин переглянулись. Воздух стал напряжённым.
- Тогда стой тут, - ухмыльнулся Хёнджин. - Чтобы все видели, как выглядят глупые беглянки.
Т/и опустила голову. Она стояла в стороне, пока они ели. Но потом, когда Чонин случайно задел стакан, и вода пролилась на скатерть, Хёнджин резко повернулся к Т/и:
- Что за свинарник? Неужели даже нормально накрыть стол не можешь?
- Это не я... - тихо начала она.
- Ты что, споришь со мной? - голос Хёнджина стал тише, опаснее.
Она инстинктивно отступила на шаг. Но он поднялся и медленно пошёл к ней. Его глаза горели презрением.
- Ты ничтожество. Думаешь, если один день поработала - стала хозяйкой? - Он остановился прямо перед ней. - А ну, на колени. Быстро.
Хан чуть напрягся, но промолчал. Чонин отвернулся.
Она медленно опустилась на колени, опустив взгляд в пол. Губы дрожали, дыхание сбивалось. Она чувствовала себя униженной, опустошённой, сломанной. Хёнджин смотрел на неё сверху вниз, как на бесполезную вещь.
- Вот так, - с холодной насмешкой бросил он. - Это твой уровень.
Он повернулся к Хану и Чонину:
- Если ещё раз решите "помочь" ей - последуете за остальными.
Чонин сжал челюсть, но промолчал. Хан отвёл взгляд.
Т/и сидела молча, пока всё внутри неё кричало. Это было дно. Но именно на дне порой рождается решение - или надежда, или месть.
Т/и дрожала, её колени горели от боли - тонкая ткань колготок не спасала от жесткого пола. Она пыталась держаться, но тело не выдержало: ноги подкосились, и она рухнула на холодный мрамор, ударившись плечом.
Хёнджин мельком посмотрел на неё - холодно, без сочувствия.
- Жалкая, - бросил он и пошёл к выходу, не оборачиваясь.
Хан шагнул было к ней, но остановился, заметив взгляд Хёнджина. Только когда дверь за ним захлопнулась, Чонин подбежал и осторожно помог Т/и приподняться.
- Ты в порядке?.. - спросил он тихо, видя, как она кусает губу, чтобы не расплакаться.
Она еле слышно прошептала:
- Почему он такой?..
Т/и сидела, обхватив колени, тихо всхлипывая. Хан и Чонин молча наблюдали за ней, пока Хан, вздохнув, не сел рядом.
- Он не всегда был таким... - тихо начал он. - Просто случилось кое-что... давно.
Т/и повернулась к нему, её глаза были красными и полными слёз.
- Что?.. - прошептала она.
Чонин прислонился к стене и заговорил, избегая её взгляда:
- Он любил одну девушку. По-настоящему. Но всё закончилось ужасно... она предала его. Из-за неё он потерял почти всех, кто был ему дорог. После этого... он стал таким. Жестоким. Холодным.
Хан добавил:
- Он как будто мёртв внутри с того дня. Просто прячется за гневом. Мы не оправдываем его - он творит ужасные вещи. Но он... сломан.
Т/и молчала. Её губы дрожали, но в глазах появилось что-то новое - не жалость, а странная смесь страха и жалости к человеку, который даже не умеет больше быть добрым.
Прошёл несколько часов, Хёнджин вошёл в комнату и замер, увидев Т/и на диване. Его глаза быстро сузились, когда он заметил, что посуда не была помыта. Это было последней каплей. Он подошёл к столу, с яростью схватил чашку и бросил её на пол. Раздался громкий треск, когда она разбилась.
- Ты вообще что тут творишь?! - прокричал он, шагая к ней.
Т/и не могла остановить слёзы, она начала плакать, стоя на коленях. Хёнджин схватил её за голову, держа так сильно, что она почти не могла дышать, и прижал к себе. Она не могла выговорить ни слова - только всхлипывала, пытаясь вырваться.
- Ты не стоишь даже того, чтобы быть в этом доме! - крикнул он, отчего её тело затряслось от страха. - Я устал от твоего беспокойства, твоих слёз!
Она просто держала руки на своём лице, не осмеливаясь поднять взгляд. И вдруг, не раздумывая, он схватил ближайший стул и со всей силой бросил его в её сторону. Т/и не успела уклониться, и стул ударил её по плечу, заставив её упасть на пол.
Т/и закричала от боли и сжалась в комок на полу, пытаясь найти силы встать, но её тело было слишком утомлено от всего, что произошло. Она чувствовала, как мир вокруг неё размывается, и не могла удержаться на ногах.
Хёнджин стоял, глядя на неё, и его лицо выражало нечто нечеловеческое, как будто злость переполнила его, оставив за собой пустоту.
Т/и лежала на полу, её тело словно не слушалось её, дыхание было тяжёлым и прерывистым. В голове всё плыло, и она пыталась собраться, но ощущала, как невыносимо тяжело дышать. Руки дрожали, и она с трудом могла собраться с мыслями.
В этот момент дверь резко открылась, и вошёл Чонин. Он подошёл к Т/и, быстро присел рядом с ней и начал осторожно приводить её в порядок. Он немного потряс её плечо, стараясь привести в чувство. Его лицо было озабоченным, но он не мог ничего сделать с жестокостью Хёнджина.
Она не могла дышать из за удара на легкие и поэтому
Неожиданно Хёнджин вернулся. Его взгляд был безжалостным, и он шагнул к ней, схватив её за подбородок, чтобы повернуть её лицо в свою сторону. Слишком яростно он вытянул руку и сильно дал ей пощёчину, раздавив воздух вокруг. Т/и снова задышала с усилием, но боль в её теле была настолько острая, что она едва могла фокусироваться.
- Ты ничего не стоишь, - прошептал Хёнджин, голос его звучал как холодное предупреждение.
Не обращая внимания на её состояние, он достал бутылку с водой и резко налил ей на лицо, заставив её открыть глаза. Он хотел, чтобы она дышала, не заботясь о её боли.
Чонин стоял рядом, но не вмешивался, он смотрел на происходящее, не зная, как правильно поступить в этой ситуации.
Хёнджин, увидев, что Т/и с трудом пытается восстановиться, холодно посмотрел на неё и сказал с презрением:
- Ты даже не можешь нормально стоять. - Его слова были полны насмешки, и, не дав ей никакой надежды, он развернулся и ушёл, оставив её в этом состоянии. Звуки его шагов постепенно исчезли за дверью, и комната стала тише.
Чонин остался. Он стоял, не зная, что делать. Он не мог просто смотреть, как она страдает, но в то же время не мог вмешаться в то, что творил Хёнджин. Он чувствовал беспомощность, и это его мучило.
Через некоторое время Чонин заметил, что Т/и всё ещё сидит на полу, пытаясь прийти в себя. Он тихо подошёл и, не зная, как лучше помочь, осторожно положил руку на её плечо.
- Ты не должна была это терпеть, - тихо сказал он, пытаясь успокоить её.
Т/и, сжав глаза от боли, тихо всхлипнула, но не ответила. Чонин, чувствуя, что она больше не может выдерживать, попытался помочь ей встать, но она всё же упала обратно на диван. В какой-то момент, без всякой злости, он принял решение: он устроил её на диване и аккуратно накрыл одеялом.
Чонин был не уверен, что именно ей нужно в этой ситуации. Он стоял неподвижно, но, видя её иссушённое состояние, осторожно сказал:
- Поспи немного. Ты сильно устала, и, может быть, это поможет тебе хоть немного прийти в себя.
Он оставил её в тишине, а сам вышел из комнаты, решив, что завтра будет думать, как помочь Т/и вырваться из этой ситуации.