Сердце Оливии

За последние три года я забыла, что такое настоящие ужины. Питалась по принципу «нужно есть для того, чтобы жить», а не «жить, чтобы есть». Еда потеряла для меня смысл, стала чем-то банальным и незначительным – просто топливом для тела.

Я словно потеряла аппетит ко всему, включая жизнь. Но сейчас, когда рядом со мной снова Ной, ощущение того, что я просто существую, исчезло. Я обвилась одеялом, прижимая его к себе, и с наслаждением наблюдала за тем, как он распаковывает коробки с заказанным ужином.

Деликатные ароматы суши, приятных специй, заполнили комнату, и я почувствовала, как внутри меня закипает новая искра. Ной с игривым выражением достал из пакета несколько контейнеров, внимательно изучая содержимое, как будто это было сокровище. Его улыбка была лучом света в этом уютном вечере, и я могла лишь восхищаться тем, как он умело обращается с палочками.

– Так, что у нас тут? – с игривой улыбкой я потянулась к коробке с суши. – Ощущаю себя королевой, особенно когда еда подается прямо в постель.

Ной поднял бровь, с ухмылкой смотря на меня.

– Королева, говоришь? Значит, мне нужно относиться к тебе с должным уважением. Что хочешь в первую очередь, моя высокая особа?

Я хихикнула и выбрала один из роллов, зацепив его палочками.

– Покорми меня! – беззаботно заявила я, и, приоткрыв рот, протянула к нему суши, вызывая у него неподдельную улыбку.

– Всегда рад выполнить приказ, ваша королевская милость. – подмигнул он, и с чувством долга поднес ролл к моим губам.

Я куснула его, и этот вкус приятно взорвался во рту.

– Ммм! – облизнув губы, я вытащила одну палочку и с игривым выражением посмотрела на него. – Ты просто мастер по выбору еды.

– И мастер по ублажению прекрасной дамы. – ответил он, взяв в свою очередь суши и поднося их к моему лицу. – Но, поверь мне, я не претендую на эту роль, если не получу больше шансов накормить тебя.

Я открыла рот, принимая угощение. Его глаза светились, когда он наблюдал за тем, как я наслаждаюсь каждой порцией, и я снова почувствовала эту щекочущую искру между нами.

– Если ты собираешься продолжать так меня баловать, мне придется оставить тебя на вторую смену. – поддразнила я, подмигнув ему, когда он снова наклонился с куском еды.

– Я бы остался и на третью, если ты позволишь.

– Зависит от того, что ты предложишь дальше. – погладила его по колену и поджала губы. – Но ты уже неплохо зарекомендовал себя на должности, поэтому я не могу не согласиться.

Ной медленно протянул свою ладонь ко мне, и в этот момент все вокруг будто замерло. Я затаила дыхание, когда его пальцы осторожно проскользнули по моим волосам, начиная от макушки, как будто охватывая каждую прядь. Его прикосновения были легкими и деликатными, но в них ощущалась его уверенность, которая будила во мне что-то давно забытое.

Он медленно двигался вниз, и его теплые пальцы скользнули по щеке, оставляя за собой тихое волнение. Я закрыла глаза, позволяя этому чувственному моменту захлестнуть меня, словно я парила над землей.

Затем его руки оказались на подбородке, заставляя меня посмотреть ему в глаза – в них танцевали огни, полные желания и мягкости. Я почувствовала, как мое сердце бьется быстрее, стоило лишь ему чуть-чуть наклониться, и я бы была готова раствориться в этом взгляде.

Постепенно его ладонь опустилась вниз, пройдя по ключицам, словно он искал те сокровенные места, где хотела бы оставить свои нежные следы. Я ощущала тепло его рук, когда он осторожно коснулся груди, и непередаваемое ощущение охватило меня. Это было одновременно редкостным и нежным прикосновением, заставляющим каждую клеточку моего тела трепетать.

– Что ты делаешь? – прошептала я, но ощущала, как робею в его руках. – Мы ведь еще даже не поели...

– Я просто проверяю. – непоколебимо продолжил он, спускаясь на талию. – Хочу убедиться.

– Убедиться?

– Что ты реальна.

Я ощутила, как дыхание перехватило от его слов. Он не просто искал подтверждения моей физической присутствия – он искал связь, которая была бы глубже, чем просто наши тела.

С каждой секундной паузой, когда он кропотливо трогал меня, я чувствовала, как будто все вокруг исчезло, оставив только нас вдвоем. Весь мир, включая неоткрытые коробки с ужином, потерял свою значимость. Я сама была как будто в трансе, не способная отвлечься от его прикосновений и от того, что делало нас ближе.

– Я здесь. – тихо произнесла я, пытаясь вернуть его из этого мгновенного уединенного мира, который мы создали. – Я реальна.

– Ты стала еще красивее. – подытожил он, возвращая свой взгляд ко мне. – Но твои волосы? Почему после дождя они все еще прямые?

– Я сделала кератин. – произнесла я, подвигаясь ближе к нему, надеясь, что это объяснение поможет успокоить его удивление. – Они теперь всегда такие.

– Кудряшка... – ошарашенно произнес он, и его глаза расширились от неожиданности.

– Не называй меня больше так. – прервала я его, и в голосе моем прозвучала легкая настойчивость. – У меня теперь нет тех кудрявых волос.

– Я просто привык к этому. Ты всегда была с кудряшками...

– Да, но я теперь другая Оливия. Не та, которой 19.

– И я не Ной, которому 37. – слегка замялся он, уклоняясь от моего взгляда. – Мне уже 40, а тебе всего 22. Ты выглядишь просто прекрасно, и я не уверен, что и правда могу подойти тебе.

– Скоро 23.

– А мне 41.

– Это что, математическая считалка? – усмехнулась я, кладя ладонь на его щеку. – К чему эти цифры?

Он посмотрел на меня, и в его глазах застыло размышление.

– Ты ведь не пожалеешь? – спросил он, и его тон стал серьезным.

– О чем?

– О том, что вернулась ко мне.

Я почувствовала, как мое сердце забилось чаще.

– Ной... – мягко произнесла я, садясь на него сверху, чтобы быть ближе и показать, что мои слова искренни. – Я бы вернулась к тебе намного раньше, позвони ты мне.

В его глазах сверкнула искра понимания, и он, казалось, слегка расслабился.

– Значит, ты не жалеешь? – спросил он, его рука нежно скользнула по моей талии.

– Нет, Ной. – ответила я, чувствуя, как уверенность заполняет пространство между нами. – Я пришла сюда, и это единственное, что имеет значение.

– Так почему ты не отвечала на письма?

– Я не жила с родителями. – произнесла я, чувствуя, как по телу пробегает холодок от воспоминаний. – Они развелись спустя несколько недель после того, как ты уехал. Не знаю почему мама спрятала их от меня, но у меня даже не было возможности узнать о них.

Тишина растянулась между нами, и я могла видеть, как на его лице отобразилась смесь сожаления и понимания.

– Я не знал... Я думал, что ты просто игнорируешь меня.

– Я бы никогда не смогла... – тихо ответила я, ощущая, как эмоции накрывают. – Я просто была потеряна. Весь этот хаос...

– Мне жаль, правда.

Я прижалась к его груди и мои руки крепко обвили его талию, чувствуя, как его сердце бьется в слегка тревожном ритме.

– Я люблю тебя, Ной. – по щеке скатилась одинокая слеза, которую я быстро смахнула ладонью.

– Я тоже люблю тебя, Оливия. – ответил он, и его губы коснулись моей макушки, пока я сделала глубокий вдох его запаха. – И никогда больше не оставлю тебя.

Он еще крепче прижал меня к себе, и я почувствовала, как все страхи и сомнения улетучиваются.

– Ты скучала по мне? – спросил он, и я уловила в его голосе легкое волнение.

– Скучала, конечно. – улыбнулась я, и эта простая истина принесла мне облегчение. – Я всегда скучаю по тебе. Каждый раз, когда оказывалась в наших местах, я хотела, чтобы мы были вместе и никогда не расставались.

В его глазах заблестели искры надежды, а улыбка на его лице стала шире.

– Значит, у нас еще есть шанс. – произнес он, и на этот раз в его голосе послышалась уверенность. – Мы сможем все исправить.

– Ты сомневался? – оторвалась от него я, заглядывая в глаза. – Я разочарована, Ной!

– Ладно, может быть, не все так плохо. – произнес он с ухмылкой, и я подыграла, сделав вид, что собираюсь его ударить.

Мы рассмеялись, и это немного разрядило атмосферу.

– Не устала? – его пальцы оказались на моих ямочках. – Уже достаточно поздно...

– Мне нужно в туалет. – мягко улыбнувшись, я встала с постели и потянулась за футболкой.

– Красиво. – прошептал Ной, следя за каждым моим движением. – Даже лучше, чем раньше.

– Я тоже умею качать задницу, Ной.

Подмигнув ему, я вышла в гостиную, где царила простая уютная атмосфера, но тут мое внимание привлекло что-то необычное. В углу комнаты я заметила несколько перевернутых картин, которые явно долгое время были забыты. Заинтересованная, я подошла ближе и опустилась на корточки, чтобы лучше рассмотреть их.

Что ты там прячешь, Ной?

– Оливия? – позвал меня он, и я встала на ноги, отрываясь от своих раздумий. – Что ты делаешь?

– Просто хотела посмотреть.

– Не надо. – запаниковал он, и это вызвало у меня еще больший интерес. – Я забыл переложить это.

– Или спрятать?

– Ну у меня же должны быть какие-то тайны. – он принялся убирать их в сторону. – Не думай об этом.

– И что это за такие секреты, которые ты не хочешь, чтобы я знала? – его нервозность только подогревала мое любопытство.

Я не выдержала и, в мгновение ока, вырвала у него из рук один из портретов, быстро перевернув его к себе лицом.

– Ной... – выдохнула я, чувствуя, как комок подступает к горлу. – Что это?

Его лицо внезапно побледнело, и в его глазах вспыхнуло что-то похожее на сожаление.

– Я все объясню... – мямлил он, будто слова застревали у него в горле.

– Когда ты успел сделать это?

В его глазах мелькнуло смущение, и я увидела, как ему стало даже стыдно.

– Каждый раз, пока ты спала. – тихо произнес он, и я снова посмотрела на фотографию, которая дрожала в руках.

Я прошла вперед, одновременно прожигая его своими изумрудными глазами.

– Не могу поверить, Ной! – воскликнула я, ударив его в грудь с силой, которой даже не ожидала от себя. – Ты каждое утро делал снимки меня, но наших совместных можно пересчитать по пальцам.

Уму непостижимо!

– Прости... – он взял меня за руку, стараясь смягчить мой гнев.

– Вы же адвокат, Ной Фриман. Это вторжение в личную жизнь! Я на них почти полностью обнаженная.

Он на мгновение замялся, а потом произнес:

– Я переквалифицировался на судью. Я больше не адвокат.

– Да ну? – удивилась я, не веря своим ушам. – Серьезно?

Он лишь кивнул, и я чуть сдержала смех.

– И как мне к вам обращаться? Ваша честь? – спросила я с легкой иронией.

Только сейчас заметила, как уголки его губ потянулись наверх, и мне стало легче.

– Ваша честь, один год мне, или два другому?

Ной закатил глаза, а на его лице играла еле сдерживаемая улыбка. Я видела, как он пытался совладать с собой, но искорка смеха все же пробивалась сквозь серьезность, с которой он старался ответить на мой вопрос.

– Ох, Оливия...

Не дождавшись его реакции, я стремительно побежала за ним в спальню, не желая упустить шанс повеселиться еще раз.

– Ваша честь, а как насчет смягчающего обстоятельства? – закричала я, врываясь в комнату. – Как вы можете так серьезно относиться к своему положению, когда есть такая прекрасная преступница, как я?

Он обернулся, и в его глазах все еще мерцал налет смеха. Я продолжала насмехаться над ним, словно играя роль адвоката с безумной самоотверженностью.

– Ваша честь, я требую снисхождения! Я абсолютно не виновата! Это все – результат ваших постоянных фотографий!

– Оливия, у тебя серьезные манеры ведения дел. – произнес он, наконец смеясь. – Может, тебе стоит выступать в суде?

– А кто давал тебе право смеяться над адвокатом? – надула я губы, стараясь изобразить сердитую гримасу, но это только усилило его смех. – Ваша честь, если вы меня посадите, я расстроюсь!

Ной скрестил руки на груди, поднимая одну бровь, как бы представляя себя в роли судьи. Его глаза сверкали от легкого веселья, и я понимала, что эта игра ему нравится.

– Думаю, придется назначить суровое наказание.

– Какое наказание? – удивилась я, подбирая шикарное выражение лица, чтобы добавить драматизма. – Ваша честь, мне мало лет, я мало жил.

Я не удержалась и подбежала к нему ближе, искренне смеясь.

– Ваша честь, вам было бы приятно, если бы вас посадили?

– Ладно. – произнес он, как будто принял решение. – Допустим, я не могу вас посадить. Но тогда какое же вам назначить наказание за ваше непослушание?

– О, это просто! – воскликнула я, не раздумывая. – Я проведу остаток своих дней рядом с вами.

– Это наказание для тебя, или для меня?

Я задумалась на секунду, и, обдумав свою реакцию, выпалила с улыбкой:

– Наверное, это наказание для нас обоих! Но, согласитесь, видеть мою постоянную усмешку и слышать мои шутки – это ведь не такая уж и кара!

К его несомненному удовольствию, я приняла комичную позу, держа руки на бедрах и делая серьезное лицо, как будто рассуждала о коварном замысле.

– Так что, Ваша честь, у вас нет выбора. – продолжила я, подмигивая. – Я больше не собираюсь отпускать тебя, Ной Фриман!