🧤👩🏻🌾
— Меган, дорогая, на сегодня всё. Пойди отдохни, лужайки наконец-то стали выглядеть свежо. — крикнула Миссис Лоренс с крыльца, укутывая себя потеплее в свой вязанный кардиган.
Девчонка собирала осеннюю листву с лужаек и тропинок особняка, очищая местность. Территория особняка стала выглядеть ухоженнее, будто здесь есть жизнь, а точнее прислуга, которые проживают и создают уют. Меган убрала в сторону садовые грабли, убрала полные листьями мусорные мешки в мусорный бак на окраине дома и вернулась в дом.
- Как прелестно стал выглядеть двор! - пропела старушка, забрасывая дрова в камин. Пламя вспыхнуло, отразившись в её очках, и на мгновение осветило добродушное лицо старушки. — Я приготовила индейку. Надеюсь, ты проголодалась. Поужинаешь со мной?
— Конечно, миссис Лоренс. Я слышала его аромат со двора, — улыбнулась Меган, снимая перчатки. — Пойду только переоденусь и умоюсь.
Она поднялась наверх, в свою просторную, светлую комнату. Сквозь тонкие шторы пробивался мягкий вечерний свет, а в воздухе стоял запах свежести и влажной травы после утреннего дождя. Сегодня Меган изрядно потрудилась, сгребая сухие листья на огромном газоне. Пальцы ныли от холода, ноги подмерзли, но в душе было спокойно — приятная усталость, будто день был прожит не зря.
Миссис Лоренс поручала ей всё понемногу: от простого — протереть пыль, расставить посуду в серванте, — до более хлопотных дел вроде смены белья во всех спальнях особняка или стирки штор. За несколько недель в доме она успела научиться всему, что казалось когда-то невозможным и, даже гордилась этим.
Миссис Лоренс относилась к ней с заботой, почти как к дочери. В её голосе всегда звучало что-то тёплое, обволакивающее. Иногда, когда они вместе готовили на кухне, Нэнси рассказывала истории из молодости, о муже, который жил теперь в соседнем штате, о четверых сыновьях и дочери, уже давно выросших и строящие свою семью. В её рассказах всегда мелькала лёгкая тоска, будто она пытается отогреть сама себя теплом памяти.
Меган слушала с вниманием, не перебивая. Ей нравилось это чувство — будто кто-то учит её простым человеческим вещам, которым обычно учат мамы дочек: печь пирог, гладить скатерти, радоваться вечернему солнцу. Здесь, в этом доме, всё казалось правильным. Тихим. Безопасным.
...и всё же иногда по ночам она просыпалась в холодном поту. Ей снились шаги, бутылка, глухой удар о стену. Крик, захлебнувшийся в воздухе. Ведь, что произошло в тот вечер - когда она вернулась в дом дяди Дерека после собеседования с Агатой и Миссис Лоренс, не отпускало её.
— Где тебя носило?! — рявкнул Дерек, когда хлопнула входная дверь. Он вылетел в коридор, тяжело дыша, с бутылкой пива в руке. От него пахло табаком и усталостью, но больше всего — злостью. В глазах металась пустота, та, что бывает после проигрыша и унижения.
— Я... я была в библиотеке, — соврала Меган, делая крошечные шаги к лестнице. — Зачиталась. Интересная книга попалась...
Дерек не сводил с неё взгляда.
— На кухне гора мусора! Оно само себя уберёт, да?! Я должен это делать, по-твоему?!
Бутылка взвилась в воздухе и разбилась о стену в сантиметрах от её головы. Стекло осыпало плечи, сердце забилось так, что стало больно дышать.
Он шагнул ближе, схватил её за лицо грубыми руками.
— Ты понимаешь, где бы ты сейчас была, если бы не я? Я тебе крышу дал, а ты... шляешься где-то, мерзавка неблагодарная!
— Я всё сделаю, дядя, — пролепетала она. — Только не злись, пожалуйста...
Он оттолкнул её, она споткнулась, ударившись о ступеньки. Воздух вырвался из груди, тело задрожало. Но на этом он не остановился. Его тень закрыла свет.
Она почувствовала, как пальто стягивают с плеч, а на лице жгло от пощёчины. Слёзы текли, не переставая, и всё, что она успела крикнуть — «Дерек, прекрати!» — растворилось в шуме разбитого стекла.
Но вдруг — тяжёлые удары в дверь.
— Дерек! Жалкий неудачник, открой! Я знаю, что ты дома!
Три удара. Потом ещё.
Дверь сорвалась с петель, и в дом ворвались люди в чёрном. Быстро, слаженно, без лишних слов. Дерека повалили на пол. Меган вскрикнула и бросилась наверх, в свою комнату. Заперлась, дрожа. Она не знала кто эти люди, что вломились в дом, но они явно были недоброжелателями.
— Дерек, приятель! — прозвучал снизу чужой, уверенный голос. — Я ведь просил тебя не переходить мне дорогу.
Двое не менее хорошо одетых парней в спортивные костюмы ловко удержали мужчину неподвижным лицом к полу.
– Не люблю я эти спальные районы, какие-то бедные заплесневелые домишки. Даже ты ни разу чаем не угостишь...
— Девчонка, сэр. – указал взглядом наверх один из парней, который осматривал нижние комнаты. Парень принимающе кивнул. Судя по тому как он принимает команды от остальных, он здесь главный.
– А я, – продолжил незнакомец и поставил ногу на лицо Дерек, вдавливая его лицо в пол, – Не люблю ходить в гости, и уж тем более, бегать за своими деньгами.
— Я ведь сказал, что верну. – процедил сквозь зубы Дерек, кривясь от боли, когда парни скручивали ему руки.
Парень устало вздохнул, закатил глаза и перевёл взгляд на своих верных головорезов. Он потянулся к оружию, который покоился у него за спиной и прицелился в мужчину.
— Стой! Стой! Не делай того, о чем пожалеешь. – вбросил мужчина, нервно бегая глазами по оружию.
— Жалость для слабаков, Дерек. Дуло этого пистолета давно жаждет уже познакомиться с твоей черепушкой изнутри. – хмыкнул парень своим же мыслям и повёл головой и обратился к парням за его спиной. – Осмотреть каждый угол, а ему сломать ногу.
Незнакомец отдал приказ и уставился на лестницу. Его явно беспокоили лишние свидетели. Он направился вверх по лестнице и заглядывая в каждую комнату, стал искать девчонку, но одна дверь оказалась заперта. За ней сидела Девчонка запуганно вжавшись в дальний угол, всхлипывая от нагнетающей обстановки и она зажала рот ладонью, лишь бы не слышать, как стонет от боли Дерек, как гремит мебель.
А потом шаги. На лестнице. Тяжёлые, мерные, направляющиеся к ней.
Ручка двери пошатнулась. Меган затаила дыхание. Почему за ней поднялись? Она непричастна не к чему, что мог натворить Дерек. Из глухих ответов и обрывков фраз Меган поняла — дело в наркотиках. Они пришли не случайно.
– Откроешь или мне прострелить эту дверь? – раздался спокойный и диктующий тон за дверью.
Меган, замирая, отперла.
Перед ней стоял высокий мужчина — в чёрной куртке, с выбритыми висками и гладко зачёсанными назад волосами. На лице — пирсинг, от подбородка и низ по шее покрыт татуировками. Меган не рассмотрела их в темноте, но из было так много, будто бы парень вовсе в темной водолазке. Его глаза были черны, как ночь, и в них отражался свет лампы, дрожащей на тумбочке.
Он прошёл внутрь, не говоря ни слова. Девчонка попятилась назад.
— Он держал тебя здесь насильно? — спросил он, обводя взглядом комнату.
— Нет... я... я здесь живу, — выдавила Меган.
— Ты так не вовремя, — усмехнулся он. — Я не люблю лишние глаза. Хочешь знать, что мы делаем со свидетелями?
Меган молчала, сжимая руками подол свитера.
— Вырываем глаза, — сказал он холодно, будто делился фактом. — Любопытным — вырезаем уши. Сплетникам — языки.
Слёзы сами стекали по её лицу.
— Я никому не скажу, — всхлипнула она. — Клянусь.
— Почему я должен поверить?
— Потому что... потому что вам и так легко меня найти, если я совру.
Он долго смотрел, потом ухмыльнулся.
— А сегодня, знаешь ли, так хотелось крови. — Он шагнул ближе, наклонился, заглянул в глаза. — Я тебе не верю. Но оставлю. На сегодня.
Он выпрямился, поправил куртку и направился к двери.
— Если хоть слово, — бросил он, — я приду за тобой. Даже во сне.
Когда дверь закрылась, Меган осела на пол. Она не помнила, как долго сидела так — обнимая себя, слушая, как внизу шевелятся чьи-то шаги.
На следующее утро она ушла. Не оглядываясь. Собрала необходимые вещи для первого времени пребывания в доме Трескоттов. Она взяла немного одежды, ведь в основном она будет в униформе горничной целыми днями.
Дом был перевёрнут, мебель разбита в щепки. Дерек скулил на диване от боли, держась за ногу.
— Я уезжаю, — сухо бросила она. — В поход с друзьями.
И ушла, чувствуя, как за спиной гаснет прошлое. И этот самый вечер, крики и разборки, угрожающий незнакомец заставляет Меган просыпаться в поту и оглядываться по сторонам.
Теперь несколько недель спустя в доме Трескоттов всё было иначе. Тепло. Чисто. Тихо.
Миссис Лоренс смеялась, рассказывала истории, угощала чаем с лавандой. Только иногда, когда за окном шумел дождь, Меган вновь ощущала то сдавливающее горло чувство страха.
И в один из вечеров миссис Лоренс, ставя чайник, вдруг воскликнула:
— Кристофер, сынок!
Меган выглянула из-за мраморной колонны. В холле стоял высокий мужчина с коричневой полной сумкой у ног. Чёрное пальто, стоячий воротник, холодная сдержанная улыбка.
— Мистер Трескотт, добро пожаловать домой, — расплылась в улыбке старушка.
— Спасибо, Нэнси, — коротко кивнул он. — Неужели я стал настолько чужим, что меня встречают как гостя?
Он улыбнулся, но глаза оставались ледяными.
— Я так голоден после дороги. Надеюсь, ты порадуешь меня своей стряпнёй.
Миссис Лоренс радостно всплеснула руками и почти побежала на кухню.
Кристофер поднял сумку, и именно в этот момент его взгляд зацепился за Меган, выглядывающую из-за колонны.
Их глаза встретились.
— Здравствуйте, мистер Трескотт, — смущённо пробормотала она, опуская взгляд.
Он ничего не ответил. Только слегка сжал губы и прошёл мимо. Меган почувствовала как пробежал холодок по ее спине. И в целом, вдруг пробрался холод в дом. Это повеяло и от него, и от распахнутых входных дверей.
Похоже, даже здесь нашёлся тот, кто не рад видеть Меган Тэсс.