23.
8-й месяц беременности давался Мадонне всё тяжелее. Она ощущала каждое изменение в своем теле, и хотя она понимала, что её организм нуждается в отдыхе и поддержке, было трудно привыкнуть к новым ощущениям. Живот становился всё более ощутимым, и с каждым днём её движения становились менее гибкими. Мадонна чувствовала, как силы покидают её, но внутренне она всё равно оставалась сильной.
На утро, когда они сидели за завтраком, Дима заметил, что Мадонна выглядела особенно усталой. На столе перед ней стояли тарелка с омлетом и чашка с чаем, но она лишь несколько секунд задумчиво смотрела на еду, не проявляя особого желания есть.
— Ты не будешь кушать? — осторожно спросил Дима, поднимая взгляд с её тарелки.
Мадонна покачала головой, её глаза слегка помутнели от усталости.
— Не хочу, — тихо ответила она, — я просто не могу сейчас есть. Всё так тяжело, не знаю даже почему. Наверное, просто не хочется...
Дима, заметив её состояние, положил ложку и пристально взглянул на неё.
— Ты знаешь, что тебе нужно питаться. Ребёнок тоже не будет получать достаточно, если ты будешь отказываться от еды.
Мадонна вздохнула и попыталась сдержать свою усталость, но в её глазах была боль.
— Я знаю, — призналась она, — но как-то не могу себя заставить. Всё это тяжело, Дима, не могу объяснить. Может, я просто чувствую себя как-то... перегруженной.
Он подвинул тарелку поближе к ней и осторожно положил руку на её плечо.
— Я понимаю, — сказал он тихо. — Но ты знаешь, что тебе нужно. Давай хотя бы пару ложек. Ты ведь сильная, и ты справишься с этим.
Мадонна кивнула, но внутри неё всё было как-то пусто. Несмотря на его слова поддержки, ей всё равно было сложно найти силы для еды.
Дмитрий, заметив, как тяжело Мадонне, не стал настаивать, а вместо этого взял ложку и аккуратно поднёс её к её губам.
— Давай я тебя покормлю, — мягко сказал он, пытаясь поднять ей настроение. Он понимал, что она сейчас переживает тяжёлые моменты, и его забота могла хоть немного облегчить её состояние.
Мадонна не сразу отреагировала, но спустя мгновение она опустила взгляд и позволила ему кормить её. Она знала, что он прав — нужно было есть, чтобы дать силы себе и будущим детям. Но всё было как-то слишком сложно, и чувство усталости не отпускало.
Дмитрий вглядывался в её лицо, стараясь не навязывать свою помощь, но и не оставлять её одну в таком состоянии. Он поднимал ложку к её губам, затем снова предлагал, пока она не сделала несколько глотков, всё ещё неохотно.
— Я здесь, — тихо говорил он, когда делал очередной шаг, подкладывая ложку. — Ты не одна. Ты можешь на меня рассчитывать.
Мадонна не могла не почувствовать его нежность и заботу. Она слабо улыбнулась, и её глаза на мгновение наполнились теплотой.
— Спасибо, — прошептала она, не в силах скрыть слабость в голосе. — Ты всегда рядом, даже когда я не могу сама.
Дмитрий не ответил, но его взгляд сказал всё — он готов был поддерживать её в любом состоянии. Тихая, но искренняя поддержка была важна для Мадонны, и она понимала, что с ним она справится.
— Я наелась, — слабо улыбнулась Мадонна, слегка отодвигаясь от стола и вытирая губы салфеткой.
Дмитрий внимательно наблюдал за её выражением, понимая, что она всё ещё выглядит уставшей, но он также чувствовал, что она делает усилия, чтобы быть сильной. Он мягко коснулся её руки и тихо спросил:
— Хорошо. Ты чего-нибудь хочешь? Что-то тебе нужно?
Его голос был нежным, с заботой, и Мадонна почувствовала, как тепло охватывает её, когда она смотрела в его глаза. Её взгляд смягчился, и она задумалась на мгновение. Всё, что ей хотелось — это не оставаться в одиночестве, не быть слабой перед ним, хотя её тело и душа были истощены.
— Может быть, просто... просто обнимешь меня? — прошептала она, голос её звучал устало, но в нём была искренняя просьба. — Мне не хватает сил, а твоя близость даёт мне ощущение, что я могу всё пережить.
Дмитрий улыбнулся, его глаза наполнились мягкостью и нежностью. Он без слов опустился рядом с ней и обнял её, окружив её своим теплом и заботой. Это было всё, что она нуждалась в тот момент — чувство безопасности и любви.
Он не говорил ничего лишнего, просто держал её, давая ей время и возможность расслабиться. Мадонна прижалась к нему, ощущая, как его поддержка становится для неё самой важной опорой в этом тяжёлом времени.
Мадонна стояла в своей комнате, медленно складывая вещи в чемодан. Она уже собрала всё, что нужно: несколько комплектов одежды для себя, пару уютных пеленок для детей — всё, что могло понадобиться в роддоме. Но когда она начала складывать последние вещи, что-то внутри неё сломалось.
Тихие слёзы потекли по её щекам, и она не могла остановиться. Сердце сжалось, и стало сложно дышать. Она была так близка к моменту, который должен был стать самым важным в её жизни. Но вместо того чтобы чувствовать радость и волнение, она ощущала страх.
Она боялась боли, боялась, что не справится, боялась за своих детей. Как бы сильно она не пыталась оставаться сильной, этот момент был тяжёлым даже для неё, бывшей главой мафии, привыкшей решать всё с хладнокровием.
Дмитрий вошёл в комнату, увидев её слёзы. Он молча подошёл и взял её за руку, ощущая её боль и беспокойство.
— Прекрати, не плачь, — мягко сказал он, осторожно обнимая её. — Ты сильная. Ты справишься. Мы все справимся, вместе.
Мадонна прижалась к нему, почувствовав, как его слова и присутствие успокаивают её. Она закрыла глаза и вздохнула, пытаясь собраться. В этот момент она поняла, что, несмотря на всё, ей не нужно бояться. Она не была одна.
Он нежно поцеловал её, прикрыв глаза, чувствуя, как её слёзы затихают под его поцелуем. Это было тихое утешение, как будто его поцелуй был обещанием, что всё будет в порядке. Она почувствовала тепло его губ, и это наполнило её сердце спокойствием.
Мадонна медленно отстранилась, встречая его взгляд. Её дыхание всё ещё было прерывистым, но она чувствовала, как её страхи отступают. Она крепче сжала его руку, улыбнувшись сквозь слёзы.
— Спасибо тебе, — шепотом сказала она. — Ты всегда знаешь, как меня успокоить.
Дмитрий коснулся её щеки, поглаживая её ладонью. Его взгляд был полон уверенности, и, несмотря на всю тревогу, что царила в её душе, она знала, что с ним она не одна. В этот момент она почувствовала силу его поддержки, и её страхи начали рассеиваться.