Глава 25.
Арчи
Как только Табита вышла из комнаты, атмосфера стала отвратительной. В нос сразу бросился запах медикаментов. Но стоило мне уткнуться лицом в подушку, сразу ощущал аромат Андерсон, присущий только ей. Я даже не мог объяснить, чем все это пахнет, но витал изумительный сладкий запах.
Эта девушка полностью затмила мой разум. Я не мог понять, каким образом у нее это получилось сделать, ведь большую часть времени мы ругались и препирались друг с другом.
И сейчас мы были в тупике. Многое изменилось между нами после вчерашнего вечера. И я не мог поверить, что она сделала первый шаг, что в очередной раз доказывало – я трус. В этом плане это точно. Я никогда не проявлял знаки внимания в сторону той или иной девушки. Каждый раз это была лишь очередная связь на одну ночь.
Хотя нет. Однажды я уже терял голову от девушки. Точнее девочки. Мне было тогда пять лет, и я еще ютился в детдоме. И как раз в этот период встретил Стива. Кажется, именно из-за этой девчушки мы с ним и познакомились, потому что оба влюбились в нее, и в итоге это привело к тому, что мы избили друг друга. Да, именно с этого началась наша дружба. После этого Стив стал мои братом на всю жизнь.
Я никогда не рассматривал девушек в роли постоянной половинки. Для меня это слишком бредовый замысел. Я не тот герой, который нужен всем. Когда обо мне говорят, что я дьявол, то так и есть. Поэтому мне страшно подпускать близко Табиту. Я могу ее ранить.
Она заслуживает бóльшего, чем мужчину, у которого на счету кучу убийств и кровавых сделок. Я всегда знал: она не для этого мира. Слишком чиста и добра. Она как темноволосый ангел, посланный с небес. Видимо она была послана мне, как наказание, ведь я не смогу обладать ею, даже если сильно захочу. Или же все-таки она послана мне, как спасение?
Мне пора перестать философствовать в своей голове, которая и так раскалывалась от раздумий. Уильямс сказал, что я сильно ударился, поэтому у меня сотрясение. Именно из-за этого перед глазами частенько все двоилось, и появлялись черные пятна.
Через несколько минут в комнату зашли медсестры в белой униформе. В руках они несли свои медицинские сумки. Их сюда направил Доктор Уильямс, чтобы они следили за моим состоянием в ближайшие недели. При правильном уходе и реабилитации, я быстрее восстановлюсь.
— Доброе утро, Мистер Бэлтон. Как вы себе чувствуете? – одна из сестер достала стетоскоп и начала выслушивать сердце и всю грудную полость. – Что ощущаете?
Ощущаю, как в груди все разрывается от одной мысли о Табите.
— Ощущаю, как организм исцеляется, – спокойным тоном ответил я милой женщине.
— Это прекрасно. Ваши раны надо перебинтовать и нанести на них лекарство, – скомандовала одна из сестер и убрала свой врачебный инструмент.
— И, конечно, вашу грудь. Ребра важнее всего, – воскликнула другая.
— Я хотел бы сначала принять душ.
Они согласно кивнули и помогли мне встать с кровати, а затем и дойти до ванной. Сестры начали разматывать бинты с моей груди и рук. У меня было бешеное желание оказаться под водой, так как мне срочно нужно было расслабить мышцы. Женщины хотели помочь мне, потому что боялись, что я не управлюсь, но я заверил их, что все будет нормально. Я чувствовал себя беспомощным, когда вокруг меня так слонялись. Дождавшись, пока мои смотрительницы выйдут из комнаты, я разделся. Еле как зайдя в душевую кабину, включил воды. Горячие струи окутали мое тело, вызывая наслаждение. Вода местами щиплет раны, но я стараюсь не обращать на это внимания.
Мой организм может и пострадал, но мужское нутро никуда не делось. Стоит мне вспомнить о черноволосой бестии, как все тело твердеет. Доктор сказал не заниматься сексом ближайшие недели, а точнее он сказал – «не трахайся, Арчи».
И на деле в данный момент это было проще простого. Ведь единственная, кого я сейчас хочу в свою постель, неприступна для меня. И я даже сам себя удовлетворить не смогу из-за ребер и поврежденной руки. Черт.
И как мне прожить столько без секса? Мой член просто взорвется от возбуждения, если Табита постоянно будет рядом. Черт.
С трудом умывшись и таки не избавившись от возбуждения, выбрался из душевой кабины. Моя грудь была в ссадинах, но мне было абсолютно плевать на это. Главное, что в соседней комнате живет девушка, заслуживающая жизни. Интересно, я когда-нибудь перестану постоянно думать о ней?
Я надел на себя спортивные штаны и вышел из ванной с голым торсом. Медсестры должны были перебинтовать все мои раны заново. Этим они и занимались ближайшие пятнадцать минут. Я чувствовал себя ребенок, за которым ухаживают, но Уильямс пригрозил мне сидеть ровно и не возникать.
Закончив превращать меня в мумию, женщины ушли, оставив мне гору таблеток. По сравнению со вчерашним днем, я уже мог двигаться и ходить. Вчера же все тело ломило, а кости ныли. Лишь вечером я почувствовал прилив сил, когда ко мне пришла Табита. Она заряжает своей энергетикой и наполняет меня силой. Кажется, эта девушка действовала на меня эффективнее, чем какое-либо дорогостоящее лекарство. Табита и правда стала лучшим исцелением для меня.
Мне хотелось вскочить с места и пойти к ней, но знал, что тогда нам предстоит серьёзный разговор. Те чувства, которые зарождаются во мне, вызывают у меня страх. Я не имел понятия, что с нами будет. Скорее всего даже не будет никаких нас.
Я хотел оттянуть момент разговора, потому что не знал, как повернутся события. Что мы скажем друг другу или сделаем? Я взрослый человек, как и она, но, кажется, ведем себя как подростки. Однако ситуация вынуждает нас поступать так образом.
Я сидел на диване, откинувшись на спинку, и долго размышлял обо всем, что творилось вокруг. Голова раскалывалась от потока мыслей, спазмы отдавались в затылок, но я не переставал думать. Впереди слишком много дел.
Миссис Грин спустя время принесла мне завтрак. Питание стало более легким, чтобы при жевании не возникало неудобств. Бекка проследила, чтобы я съел все и выпил лекарства. Я рад и благодарен, что вокруг меня такие люди, хоть я этого и не заслуживал. Каждый из них заботился обо мне и помогал. Я многим обязан своим подчиненным и никогда не буду забывать об уважении к ним.
Когда я уже заканчивал со своей провизией, в комнату ворвались пятеро засранцев, которые с утра разозлили меня своим неожиданным появлением. Бекка убрала поднос на колесиках и выкатила его за дверь, за которой и скрылась сама. Я выпрямился и сложил руки на коленях, но в груди ощущался дискомфорт.
— Вау, парни, – Генри остановился у двери и обвел глазами всю комнату. – Мне не мерещится? Малышки Табиты нет рядом с тобой?
— Такое возможно? – поддел Зак и усмехнулся.
— Идите на хрен оба, – рявкнул я на них и вновь откинулся на спинку дивана. Оставаться в том положении было труднее, чем кажется.
Парни засмеялись и дали друг другу пять. Думаю, я стал их вечным объектом шуток.
— Теперь ты готов поговорить? – Стив уселся на соседний диван и расстегнул свой пиджак. Остальные также уселись вокруг и приняли серьезное выражение лиц, что значило одно: дела серьезной важности.
— Выкладывайте, что у вас там, – громко выдохнув, я посмотрел на Стива.
— Ты уже понял, что авария полночью была спланирована, так? – я неохотно кивнул, а Стив передал мне iPad с фотографиями. Тем временем Рамб продолжил: – Удар пришелся с левой стороны, а целью было избавиться от всех. Что немного озадачивает, так как в машине находилась Табита. – Я начал листать их и с каждым изображением мое тело сжималось. Как мы вообще выжили? Видимо, все благодаря хорошо бронированной машины. Но я понял, что все-таки не все и выжили. На последующих фотографиях было безжизненное тело Фрэнка. За свою жизнь я смог лицезреть ни один труп, но каждый раз, если под раздачу попадал мой человек, в груди что-то сжималось, хоть я и старался оставаться невозмутимым. Я отложил планшет в сторону и уставился на парней. В моих жилах закипала кровь, вспоминая этот день. Эти ублюдки хотели убить нас всех, включая Табиту. Черт подери, тогда какой смысл во всем этом спектакле?
— Вы организовали похороны погибших? – вспоминая всех, кого мы потеряли, я знал, что не забуду о них. Каждый боец был важен, и память о них не исчезнет.
— Да, через три дня, – Андер поник из-за одной этой мысли. Он ненавидит похороны. Конечно, их все ненавидели, но у Андера была своеобразная ненависть.
— Ладно, – я провел рукой по лицу, ощущая неприятный осадок. – Есть еще новости? О главном.
— Так как мы думаем, что Майкл Андерсон лишь марионетка в чей-то игре, то Зак решил поискать еще информации. Зак, – Стив кивнул головой парню, показывая, что он может начать.
— Хорошенько порывшись в базах данных на днях, я нашел информацию о том, что на имя Амелия Андерсон был куплен билет в Тревизо, – Зак держал в руке свой навороченный ноутбук и зачитывал мне известные данные.
— В Италию? – я удивился такой смене. Зачем это Миссис Андерсон убегает на другую сторону земного шара?
— Да. Билет был на вчерашний рейс с утра. Она улетела одна, – парень почесал затылок, не отводя взгляда от экрана. – Но здесь дело в другом. Авиабилет был куплен через банковскую карту с именем человека, которого, кажется, и не существует. В банковской базе, которую я взломал, минимум информации. Будто это не человек, а лишь образ. Скорее всего Андерсоны сделали так специально, чтобы не привлекать лишних глаз.
— Почему она вообще улетела? И к кому? – вмешался Вар, упираясь спиной в стену со скрещенными руками.
— Судя по данным, там живет ее двоюродная сестра Альда. Думаю, именно у нее она и будет оставаться, – заверил нас Зак.
— Известно на какое время она туда отправилась? – Рамб снял вопрос с языка, именно это я и намеревался спросить.
— Нет, билет был куплен лишь в одну сторону, – парень пожал плечами, утыкаясь в свой лэптоп.
В комнате повисло молчание, что было обычной процедурой. Это значило, что каждый обдумывал свой вариант развития события.
— Как мать Табиты могла улететь, зная, что ее дочь в заложниках? – спустя время Андер удивленно воскликнул и уставился на потолок.
— Амелия любит свою дочь, парни, я уверяю вас. Я изучил их семью от и до. Она бы не стала так поступать просто так, – тихо объяснил я. Мысленно я знал, что эта женщина никогда бы не бросила своего ребенка одного. Значит, Майкл что-то замышляет, и нам надо выяснить против ли нас или же в целях совсем иные люди.
— Значит обстоятельства заставили ее поступить так, – Вар уперся руками в спинку дивана рядом с Андером. Я согласно кивнул, потому что знал – все сейчас происходит не спроста.
— Вы нашли Майкла? – через несколько минут тишины спросил я.
— Ноль информации. Даже мои парни, которые настоящие гики в базе данных не смогли распознать его местоположение. В офисе он не появляется, дома тоже, – Зак прервался, что-то увлеченно смотря в экран ноутбука. – Ходит слух, что он покинул город. Хотя я не уверен насколько это точно, но на-то это и слух.
— Помимо всего этого дерьма, у нас есть и другие проблемы, Арчи. – Стив поддался вперед и упёрся руками в свои колени, скрестив их в замок. – Звонили наши люди из Лас-Вегаса. В эти выходные в нашей точке устроили целый дебош, – Рамб кивком показал на планшет, поэтому я подхватил его и начал листать информацию. Поверить не могу, что у нас начались проблемы с организацией. Такого никогда не было.
— А некоторые инвесторы отказываются сотрудничать с нами по неизвестным причинам, они даже не берут чертов телефон, когда мы им звоним, – вступил в разговор Генри, который казался раздражённым из-за этой ситуации. Да, я его понимаю.
— Компания, которая нанимает нам сотрудником, больше не обслуживает нас. Из-за этого многие наши официантки разбежались. А таких красивых официанток найти довольно трудно, – Стив встал и начал расхаживать по комнате.
— Что можешь предложить, Арчи? Есть идеи? – Вар пристально смотрел на меня, ожидая ответа. Проклятье, слишком много всего. Почему все начало идти наперекосяк?
— Начнем с того, что нужно провести переговоры с инвесторами. Лично. – Заявил я незамедлительно. У нас появилось слишком много проблем по делам казино, и я действительно забросил работу, разбираясь с Андерсоном.
— Они же все в Неваде, – непонимающе сказал Зак, оторвав глаза от своего гаджета.
— Поедем тогда в Вегас. Все, – я поднялся с места и подошел к панорамному окну и не поворачиваясь продолжил: – Пусть подготовятся и приедут. Свяжитесь с ними любым способом.
— А девчонка? – в очередной раз удивленно воскликнул Андер. После этих слов мое тело напряглось. Проклятье. Она стала таким естественным звеном, что, когда я говорил, что поедут все, я и имел в виду всех.
— Отправится с нами. Пока Майкл не объявиться, она все равно будет у нас, – ответил я, так и не взглянув на парней. Мои глаза могли выдать мое неравнодушие.
Краем глаза уловил движения, после чего послышались смешки. Кажется, скрыть свою реакцию не удалось. Развернувшись, я начал прожигать своих друзей испепеляющим взглядом. Они сразу же заткнулись, видимо, поняв, что я уже на грани.
— Ладно, закругляемся. Назначим встречу через неделю, чтобы ты успел прийти в себя чуть, – Рамб сжал мое плечо и направился к выходу.
Ребята покинули комнату, оставив меня один на один с мыслями. Неужели всем так видно, что со мной делает Табита? У меня ощущение, что я стал слабаком. С каждым днем, каждой минутной и секундой мой спектр чувств к Табите возрастал. Что же будет, если она останется здесь надолго? Ведь никому неизвестно, что на уме у Майкла.
Однако если Табита все же пробудет здесь дольше положенного, то я не уверен, смогу ли когда-либо ее забыть, как уверял себя раньше, потому что эта девушка пробиралась ко мне под кожу все быстрее и быстрее. И из-за этого во мне бурлил одновременно и страх, и восторг.
✦ ✦ ✦
В течение дня медсестры еще несколько раз навещали меня, чтобы нанести исцеляющую мазь на раны, а также перебинтовать. Они следили и за Табитой, поэтому я приказал им докладывать мне о ее состоянии круглосуточно.
Сестры заверили, что она быстро восстанавливается, чему я был очень рад. Но никак не мог отогнать желание встретиться с ней. Она больше не приходила ко мне. Думаю, Андерсон стеснялась или чувствовала себе неловко. В любом случае, я хотел сам ее навестить.
Позднее вечером, несмотря на болевые ощущения, я переоделся, и решил сходить к Табите. Накинув серую футболку, что вызвало затруднения, я выскользнул из дверей и направился в сторону ее комнаты. Ее комнаты.
То помещение уже настолько пропиталось ею, что я не могу назвать это гостевой комнатой или еще хуже – клеткой для пленницы. Ее аромат витал практически по всему дому, хотя она, наверное, и половину особняка не обошла. Но я чувствовал присутствие девушки везде, а самое главное – в своей постели.
Пройдя вдоль коридора, я перемещался медленно. Я обратил внимания, что под дверью Табиты больше не стоял Томас. Я решил дать ей больше личного пространства, поэтому отозвал амбала.
Однако по территории все равно шла слежка каждую секунду. Я должен быть уверен, что она в безопасности здесь. Ведь, исходя из последних событий, девушка тоже под ударом неизвестного. Осталось выяснить, кто за всем этим состоит.
Одна мысль о том, что Табиту могут ранить, сжимает мои внутренности до посинения. Видимо, я теряю хватку, ибо полностью потерял разум из-за этой девчонки.
Несколько недель назад мне бы было на нее плевать, но за время ее пребывания здесь что-то изменилось. Она была совершенно другой.
Я решил прервать свои размышления, когда подходил к ее двери. Встав прямо перед ней, на секунду застыл. И что я ей буду говорить? Зачем я пришел? Ведь я не был готов к разговору.
Возможно, я расскажу Табите про ее мать, чтобы она понимала масштаб происходящего. Или упомяну про поездку в Вегас, которой она явно не обрадуется. Сделав глубокий вдох, решил не медлить. Твою мать, я, по правде говоря, веду себя, как чертова малолетка. Где моя сущность сурового мужчины? Хватит мне уже волноваться.
Распахнув дверь, я зашел внутрь быстрым шагом и застыл. Табита стояла у кровати в пижамных шортах и в лифчике, а в руке держала футболку, которую намеревалась надеть.
Проклятье. Теперь эта картина будет лучшей, что я видел в своей жизни.
— Эй, какого черта? – она полностью развернулась ко мне и быстро прикрылась футболкой. – Отвернись!
Я не ответил, а лишь уставился на ее выпирающие ключицы, каскадом спадающие чёрные волосы, загорелые худые ноги. Она была совершенна. Совершенна для меня.
— Тебя что стучаться не учили? – она сделала шаг назад, придерживая майку у груди. – Хотя, о чем это я? За все время моего пребывания здесь ты постоянно врываешь в мою комнату. – Табита хмыкнула и уставилась на меня с легкой улыбкой. Но я не обратил внимание на ее подколку. Я заметил кое-что совершенно другое. Она назвала эту комнату своей. Так же, как и я несколько минутами раннее. Почему эти слова так приятно греют грудную полость? Что это за чувство? Видимо, она сама поняла, что сказала, потому что ее щеки залились румянцем.
— Стараюсь не изменять традициям, – тихо прошептал в ответ.
Табита посмотрела мне в глаза и несколько мгновений между нами повисла тишина. Когда она перевала свой взгляд вниз, то негромко спросила:
— Могу я надеть футболку?
— Я тебе не мешаю, – усмехнувшись, оперся об шкаф, который стоял рядом со мной.
Девушка, прищурившись, пронзила меня своим взглядом. Я понял, что она хотела, чтобы я отвернулся. Но никак не мог перестать дразнить ее. Когда уже у нее сжалась челюсть, поддался ей.
Я отвернулся, чтобы не смущать ее, когда она натянет футболку на себя. Но, черт подери, это же я. Поэтому сразу посмотрел на нее через плечо.
Она просунула голову в ворот футболки, кряхтя от боли, ее груди в бра подпрыгивали при каждом движении. Боже, они идеальные.
Просунув руки в рукава, она выпрямила футболку и подняла глаза. Я пытался сдержать улыбку, ибо гнев на ее лице был таким милым.
— Ты что подглядывал? – Табита воскликнула, сжав руки в маленькие кулачки и топнув ногой. Черт, она что топнула своей ножкой?
— Нет, я просто любовался, – сделав невозмутимое лицо, развернулся к ней полностью.
— Знаешь, а ты засранец, – Табита скрестила руки у груди и встала в боевую позицию.
— Я и не отрицаю, – мне нравилось дразнить ее, чтобы видеть реакцию на свои слова и действия. Меня это заводит, с каждым разом я хочу ее все больше.
Комната вновь погрузилась в тишину. Я почувствовал, как она напряглась, потому что, отбросив шутки в сторону, мы оба знали, что я пришел сюда не веселиться. Я начал двигаться в ее сторону, пока она застывшая стояла на месте. Ее глаза следили за каждым моим движением. Сделав еще несколько шагов, я подошел к ней вплотную и положил ладонь на ее нежную кожу, слегка поглаживая большим пальцем щеку. Что же эта девчонка делает с моим разумом? Ее дыхание прерывалось, она смотрела то в мои глаза, то на мои губы. Кожа была теплой и мягкой, кончиком большого пальца, я вырисовывал узоры на ее лице.
Обойдя Табиту, я встал за ее спиной. Почувствовав, как она напряглась, я провел рукой по ее плечу. Табун мурашек сразу же прошелся по всей коже, что вызвало у меня победную улыбку. Мне нужно увидеть ее реакцию.
Ощущать то, как она реагирует на меня. Эта маленькая игра даст мне ответы на многое. И я не уверен, что в этой игре, выйду победителем.
Взяв ее волосы, я перекинул черные пряди на одно плечо, предоставляя передо мной ее лебединую шею. Кончиком пальцев начал поглаживать ее. Табита вся задрожала в моих руках, едва я коснулся. Я прошелся губами вдоль ее шеи, почти не дотрагиваясь до кожи, начиная от основания до подбородка. Губами почувствовал, как она сглотнула. Черт, я хочу ее. До безумства. Но между нами столько препятствий. Хотел бы я от них избавиться, но каковы будут последствия?
— Как ты это сделала? – прошептал я ей в ухо, прикусив мочку. Она тяжело дышала и повернула ко мне голову с непонимающим выражением лиц. – Как забралась ко мне в голову и теперь не выходишь?
Она опустила свой взгляд на мои губы, и я рефлекторно провел по ним языком.
Я не понимаю, мне трудно дышать из-за ребер или из-за того, что ее губы в нескольких миллиметрах от моих.
Сократив расстояние, я накрыл ее малиновые губы своими в нежном поцелуе. Табита развернулась ко мне и обвила мою шею тоненькими руками. Положив свою ладонь ей на затылок, я слегка сжал ее волосы, приближая к себе. Она испустила стон прямо мне в губы, который вызывал новую волну возбуждения. Другой рукой я удерживал ее за худенькую талию. Я жадно целовал ее губы, покусывая и орудуя языком.
Но на секунду я почувствовал, как она положила руку мне на грудь и пыталась прервать поцелуй. Отступив, мы оба начала тяжело дышать, Табита продолжала удерживать свою руку у меня на груди.
— Что такое? – задал я удивленно вопрос. Я никак не хотел ее заставлять это делать, но она ответила мне. Почему тогда у нее в глазах страх? Неужели я сделал ей больно?
— Я думаю... – она замялась, но через мгновение продолжила тихим голосом: – нам надо поговорить.
Теперь ко мне пришло осознание, почему ей было страшно. Да, Табита, у меня тоже наша связь вызывает страх. Она смотрела на меня из-под ресниц, поэтому двумя пальцами я подхватил ее за подбородок и заставил посмотреть прямо в глаза.
— Таби, мы не готовы для разговора, – выдохнул я ей в губы перед тем, как вновь коснуться ее.
В этот раз Табита без колебаний поддалась мне, и мы слились в головокружительном поцелуе, дарящий нам разряд тока. Обхватив ее щеки ладонями, привлек девушку ближе к себе, а ее исходящий стон утонул в моих губах. Табита обвила руками мою талию и сжала футболку в зоне спины. Я знал, что ей тяжело было осознать все, что творится, но она не могла противиться своим желанием и своему инстинкту. Как и я.
Мы прижались лбами после нашего долгого слияния губ, пытаясь отдышаться. Я смотрел в ее черные глаза также, как и она в мои зеленые.
Мы делали то, что умели лучше всего – передать все эмоции и чувства через один взгляд. Это нас связывало, мы становились как единый организм, который мыслит одним путем.
И это происходило вновь. Я и Табита обменялись тысячей слов, но при этом не произнесли ни одного вслух.