Печать катаны (Часть 1)

Такэхико лежал на холодном полу в темной камере. Руки были скованы наручниками, цепь от которых подходила к решетке.

За решеткой, скрестив руки на груди, стояла до ужаса знакомая женщина. Серо-голубое каре, длинное черное платье, золотая тонкая цепочка на шее, сережки, одна из которых была украшена длинным орлиным пером, и голубые, как у Такэхико, глаза.

-Мама? – Время сильно изменило ее внешность, но все же забыть это лицо Такэхико не смог. – Это ты?

Женщина тяжело вздохнула.

-Почему ты сбежал из клана Ивасаки? Мы с твоим папой волновались за тебя. Где ты был все это время?

-Я... Я не стану возвращаться к вам. Вы убиваете невинных людей. Я не стану таким же, как все вы. Эта шайка прогнивших наемников не мой дом. Больше не мой. – Такэхико с ненавистью посмотрел матери в глаза.

-Послушай, я не прошу тебя возвращаться. Я хочу, чтобы ты был в безопасности.

-Да мне все равно, в безопасности я или нет. По крайней мере, я не хочу, чтобы меня охраняли такие люди, как вы.

-Мы собираемся убить Шидоарину Курогане, а ты пришел к ней в команду? Что ж, тогда мне придется содержать тебя как военнопленного.

Женщина резко развернулась и ушла.

-Что... Что это была за рука? – Котоун вцепилась в рукав кимоно брата.

-Похоже, нас ждет много сюрпризов, когда пойдем за Такэхико. Клану Ивасаки есть чем нас удивить. Один феникс Акэйн чего стоит. – Шидо еще раз осмотрела место, где только недавно хлестала кровь демона.

-Ты собираешься его вызволить? – В голосе Вэнмина послышалась примесь презрения. – После того, что он тебе сказал?

-Какая разница, что и где он мне сказал. Такэхико довольно много о нас знает, и если он все это выложит клану Ивасаки, там уже точно не до обид будет.

-Шидо, нам нужно поговорить... - Хисамацу, опустив взгляд в пол, по всей видимости, собиралась заплакать.

-Потом. Давайте сначала с играми разберемся.

-Игр не будет. - Один из команды времени вышел чуть вперед. – Такие правила. Если посторонние проникают на территорию игр, они отменяются.

Команда Шидоарины посетила уже пять стран Архипелага: Страну Грома, Страну Льда, Страну Ветра, Страну Воды и Страну Камня. Осталась только одна не разрушенная страна – Страна Огня, куда мы сейчас и направимся.

Команда развернулась в сторону леса, и уже пошла в ее сторону, когда девушка из команды Страны Камня с веером на поясе окликнула их со спины.

-Подождите...

Шидо остановилась и подошла к участнице игр.

-Я хочу с вами... Пожалуйста, примите меня к себе! Вы ведь выступаете против клана Ивасаки, верно? Возьмите меня с собой, прошу вас! – Девушка умоляюще посмотрела в глаза Шидо.

-Тебя как зовут-то? – Вэнмин скрестил руки на груди и окинул участницу взглядом. – Какими техниками владеешь?

-Мин-на.

Ветер колыхнул светло-русые волосы Мин-ны.

Небо снова потемнело, солнце катилось в закат. Густая темно-синяя пелена накрыла деревья, превратив их из высоких, стройный фигур в уродливые черные силуэты.

-Кстати, этот лес... Каждое его дерево было посажено родственниками умерших во время игр. По одному дереву на погибшего.

-Братские могилы... - Хисамацу увидела в глубине деревьев ямы, рядом с которыми стояли таблички с количеством погребенных.

На одной их них была надпись:

«2000 человек. Заживо»

-Так много... - Сэцуко сложила ладони перед грудью, и себе под нос прочитала молитву.

-Ты верующая? – Котоун потянула подругу за рукав рубашки.

-Немного.

-Как понять «немного»? – Вэнмин, похоже, совсем не был впечатлен увиденными могилами и молящейся Сэцу. – Ты типо через день веришь?

Котоун испепелила Вэнмина взглядом, а Сэцуко промолчала, поджав губу.

Солнце полностью зашло за горизонт, лес двумя черными стенами стоял по бокам от команды. Земля уже высохла и идти стало намного легче, но усталость и голод тоже сказывались.

-Слушайте, мы ведь можем ту птицу забрать, которую Хиса подстрелила... - Кеншин мечтательно посмотрел на небо.

-Да вам даже забирать не нужно. Она тут, у меня за спиной. – Хисамацу повернулась к команде спиной и открыла им следующую картину:

Крупная птица была привязана за связанные лапки к ремню колчана Хисы, она качалась из стороны в сторону, и по каким-то причинам ее тушка не подверглась процессам разложения.

Качание пернатой из стороны в сторону пробудило в команде лютый голод, и, поняв друг друга без слов, парни ушли за хворостом и палками, а девушки начали расчищать потенциальное костровище.

Заночевать прямо здесь? Почему бы и нет, тем более, клан Ивасаки сейчас скорее всего зализывает раны после... Смерти (но это не точно) Акэйн. Так что надеяться на спокойную ночь можно.

Икуносукэ, Вэнмин и Кеншин вернулись каждый с большой охапкой топлива и свалили ветки в стороне, затем всей командой сконструировали костер, не большой, не маленький, но для готовки пойдет. Затем Икуносукэ поджег его, и ввысь взметнулась колонна горячего пламени. К дыму от огня примешался запах сигаретного дыма, но не такой сильный, поскольку курящий стоял чуть поодаль, зная неприязнь девушек к такому запаху.

Кеншин выудил из своего рюкзака небольшую сковородку и Котоун, запасшаяся маслом у себя дома, выплеснула золотую жидкость на горячий металл.

Ловко разделывая птицу своими кинжалами, Шидо и Вэнмин были полностью поглощены предвкушением жареной птицы.

Через несколько минут мясо уже поджаривалось на сильном огне костра, а Мин-на что-то искала в своей поясной сумочке.

-Что ищем? – Котоун наклонилась ближе. – Это, что специи? Как вкусно пахнет...

-Да... Осталась у меня такая привычка носить с собой пакетик с приправой и упаковку заварки зеленого чая. – Новоиспеченная вытащила ярко-оранжевый шуршащий пакетик.

Стараясь не соблазняться чарующим запахом птицы, Хисамацу раздала всем по ломтю сочного мяса. Когда пестрые специи украсили пищу, каждый вгрызся в истекающий соками кусок мяса. Шидо оторвала кусочек мяса и дала его Куро, который, учуяв запах еды, высунулся из пояса кимоно Шидоарины.

-Давайте здесь и переночуем. – Мин-на, видимо, бывалый турист.

-Можно. Но только отойдем дальше от дороги, за деревья. – Шидо махнула в сторону темного леса, таинственно черневшего впереди. – И потушите костер.

Когда все доели, Кеншин затушил огонь, а Сэцуко вымыла в прудике, расположенном неподалеку от костровища, измазанную маслом сковороду. Уцепившись за ветку, Сэцу умудрялась одновременно держаться, мыть сковородку и отбиваться от оголодавших комаров.

Команда закинула рюкзаки на спину и пошла вглубь леса. Шедшие впереди Шидоарина и Икуносукэ разрубали мешающие пройти ветки сверкающими лезвиями. Когда команда вышла на лужок всего несколько метров диаметром, все снова остановились.

Достав из своего рюкзака плед, Икуносукэ снова поджег сигарету.

Привычка курить у него уже довольно давно, однако он не жалеет об этом. Будучи в команде Сандо, Икуносукэ и всем остальным приходилось порой очень несладко, и, чтобы заглушить стенавшие от стресса нервы, по крайней мере пять человек взяли в руки табак. На тот момент двое были несовершеннолетними, и местный медик долго отговаривал их, пока сам не поддался искушению. Успокоительные уже давно не действовали на изголодавшихся по спокойной жизни людей, так что многие нашли в себе пристрастие к алкоголю и курению.

Смерть командира не обошлась даром для некоторых из его команды. Многие из девушек впали в истерику, потеряв всякую надежду на спасение или побег от клана Ивасаки. Сам же Икуносукэ предполагал такой исход, поэтому этот инцидент не был для него таким большим потрясением.

Члены команды Сандо часто говорили, что Икуносукэ угрюм и нагоняет на них депрессию, на что курящий раз за разом отвечал «Я не угрюмый, я просто спокойный». Сам Сандо часто спрашивал его мнение о происходящем и даже иногда ставил наравне с собой по силе и влиянию, хотя все люди, когда-либо встречавшие Икуносукэ в своей жизни в один голос сказали бы, что этот человек – натуральный наблюдатель до мозга костей. Его серо-коричневый свитер не добавлял в общую концепцию ни капли бодрости, скорее, создавали ощущение даже некого безразличия. Единственное, что могло хоть как-то оживить картину – блестящая рукоять катаны. Однако слово «бесчувственный» применить к Икуносукэ было никак нельзя – все-таки некие признаки эмоций в нем присутствовали. Горящие азартом карие глаза во время тяжелых боев и игры в карты, особенно на большие суммы денег, ломали все стереотипы, укрепившиеся в сознаниях людей о Икуносукэ.

Вообще, игра в карты была одним из немногих занятий, приносивших курящему удовольствие. Несмотря на пристрастие к табаку, алкоголь вызывал у Икуносукэ очень сильное отвращение.

Закутавшись в мягкий, хоть пока и холодный плед, Икуносукэ потушил сигарету. Все-таки подход к делу Шидо и Сандо действительно сильно отличается. Сандо сразу ринулся на разведку, а Шидоарина собирает команду.

Эх... А все-таки Икуносукэ скучает по своим старым товарищам. Некоторые из них уже давно покоятся в холодной земле, другие, как например Сато, еще живы.

Вэнмин захрапел на весь лес. Судя по всему, пока он был в «Белом доме» ему сломали нос, и из-за этого Котоун проснулась и зашипела на спящего.

-Ну-ка просыпайся, ты, бензопила... Вставай давай. ВЭНМИН, ТЫ ХРАПИШЬ! – Никто даже и подумать не мог, что маг воды может ТАК громко кричать.