Глава 6. «Номерные знаки»
- Ты не брала телефон несколько часов! – раздосадовано воскликнул Микель, проходя в дом Дебби направляясь в гостиную. – Сколько раз я тебя просил?
- Просил отвечать? – нервно хохотнула девушка, сжимая в руке бутылку. – А если я не хочу?
Юноша не нашёлся, что б ответить, глядя на подругу, приземляющуюся на диван, не выпуская из рук вино, и порой делая большие глотки. Объёмная бутылка постепенно пустела, но сохраняла изысканность своей этикетки.
- «Сан Леонардо»? Откуда? – изумился парень, прикидывая стоимость напитка.
- У отца нашла, - болезненно улыбнулась Дебора и вновь отхлебнула.
- С чего это ты вдруг? – тихо спросил Мик, кивая на комнату.
Вокруг царил хаос. Стулья и стеклянный журнальный столик были опрокинуты вместе с резными статуэтками и красивыми вазочками, шторы на окнах подраны или вовсе разорваны в клочья, пол украшали пустые бутылки из-под газировки или чего покрепче, и над разрухой, царившей в некогда уютной комнате, восседала блондинка с итальянским вином в руках.
Светлые волосы спутались и были забраны в низкий хвост, совершенно лохматый. Глаза, обведённые красным ободком, заплаканные и уставшие придавали болезненный вид, как и потрескавшиеся губы, под цвет мраморно-белой кожи.
- С чего вдруг? – переспросила Дебби, делая акцент на последнем слове. – Даже не знаю, Микки. Я осталась совершенно одна, без шансов на грёбаное человеческое тепло.
Девушка засмеялась и сделала пару глотков, слегка поморщившись.
- Он мёртв уже сколько? Больше недели? А я всё никак не могу смириться с тем, что его нет, я не могу поверить, что не увижу больше его мягкую усмешку, сильные руки. Я помню, в детстве, он приходил с работы и тут же хватал меня на руки, кружил, я смеялась, потом долго вдыхала запах его кожаной куртки с примесью бензина. Знаешь, у него была такая плотная коричневая кожная куртка, как в старых фильмах. – Дебора опустила голову, а когда поднял вновь, глядя на стоящего напротив друга. Её лицо было залито слезами.
Мик вздрогнул. Он никогда не видел блондинку в таком состоянии, и его сердце болезненно сжималось от каждого взгляда на неё, но он знал, что не стоит говорить «мне жаль» - это лишь разозлит её. Вечно каменная девушка, не выносящая слёзы и «розовые сопли», твёрдо стоящая на своём, не желающая уступать никому, сейчас походила на уничтоженную греем маленькую девочку, нуждающуюся либо в объятиях, либо в собутыльнике.
- Меня сломали, Микки. Просто разорвали на куски, заставили сделать кошмрные вещи, заставили подвиться собственной гордостью, понимаешь? У меня всё забрали.
- Какие кошмарные вещи, Дебби? – осторожно спросил юноша, подходя чуть ближе к подруге.
Та спохватилась и постаралась привести рассудок в норму – нельзя было сказать что-то лишнее. Микель был её другом, как был и федеральным агентом, верным своей стране и профессии, а значит, он не должен что-либо заподозрить. Девушка усмехнулась.
- Показать свою боль, свою слабость – это кошмарно, - быстро сообразила Дебора, выкручиваясь из ситуации. – Брось, я же стена, ты всегда меня таковой считал. Бесчувственная статуя - вместо сердца камень, вместо истинных эмоций маска.
- Не я тебя таковой считал, - покачал головой брюнет. – Ты сама.
Девушка нервно рассмеялась, и вновь сделал пару глотков вина, откидываясь на спинку кресла, складывая руки на груди.
- Ты когда-нибудь видел, как голуби слетаются на драку? Когда две птицыдерутся, машут крыльями, щипают друг друга, взлетают и снова падают, остальныесидят рядом и наблюдают. Так же и люди – им бы лишь больше красивых зрелищ,которые можно будет обсудить после. Ты думаешь, я не вижу, как на меня смотрятв магазине, на улице? Прохожие оборачиваются. Я стала звездой трагедии,развернувшейся в маленькой Пенсаколе, участвующей в душераздирающихпостановках. Вся эта ситуация для людей – лишь хорошо написанный сценарий,спланированная слезливая история, не более. Они как голуби, наблюдающие запоединком, следящие за взлётами и падениями. Журналисты накинулись на меня наулице, они были даже на похоронах, всёдля того, чтобы, чёрт бы их побрал, написать статейку и громким заголовком,преподнести таким же шкалам, как они сами, тему для обсуждений. Всё этобессмысленный пиар на чужих проблемах. Люди вообще живут на чужих проблемах, тызамечал? Они ведь не могут, чтобы не помочь, не поддержать, не подкинуть«дельный» совет или не обсудить положение другого человека с приятелями. Наэтом всё и строится – люди не выжили бы без трагизма в жизнях других. И это мерзко,Микки.
Девушка прервалась, чтобы сделать ещё пару глотков, на этот раз маленьких, а юноша смотрел, как слёзы льются из покрасневших глаз и сбегают по щекам и подбородку, капая и исчезая под серой кофтой. После он вновь продолжила.
- С чего это я вдруг? Ты всё ещё не знаешь ответ на свой вопрос?
Юноша обречённо покачал головой, стараясь не глядеть на некогда стойкую девушку, которая никогда не жаловалась и которая сейчас превратилась лишь в лужу страданий и ненависти к людям. Необъяснимая злость и сильнейшая жалость охватил его, и парень начал задыхаться, пытаясь подавить подступающие к глазам слёзы.
- Уходи, - пробормотал Дебора, запрокидывая голову и допивая последние капли дорогого вина. – Оставь меня, я тебя умоляю! Я не нуждаюсь в помощи или поддержке, я нуждаюсь в покое и одиночестве. Я так стремилась к нему – вот и получила. Я рада, понятно? – выпалила она на одном дыхании и в глазах вновь блеснули неприятные огоньки безумства, заставившие Мика вздрогнуть. – Я люблю одиночество, мне нравится мрак, кровь и пепел. Я родилась в огне, я же Фаерборн*.
- Ты погибнешь, - прошептал парень и на щёку скользнул первая прозрачная капля. – Если будешь продолжать – погибнешь. Ты же сама себя уничтожишь своими мыслями и ненавистью, Дебора!
- Значит, так тому и быть, - жутко улыбнулась блондинка, указывая на дверь. – Уходи.
- Сколько раз ещё ты будешь выставлять меня из своего дома?
- Пока не научишься приходить по приглашению, а не когда вздумается, - твёрдо ответила девушка, и взгляд её тут же стал жестоким.
Она не хотела оставаться одна, только не сейчас, не хотела делать Микелю больно, но весьма отчётливо понимала то, что не имеет права сказать и пары лишних фраз, не имеет права допустить, чтобы он узнал о произошедшем в доме Гордон Келли пару часов назад. Дебора не могла поставить парня перед выбором – дружба или долг, не могла позволить себе нанести ему такой удар, и потому выбрала самый простой выход – прогнать его, показав своё нежелание находиться в его обществе, пусть на самом деле желание быть рядом было огромным.
Болезненно улыбнувшись и кивнув головой, юноша послушно направился к двери, но блондинка не смотрела ему вслед, закусив губу и чувствуя во рту металлический привкус крови. По щеке скользнула слеза, неслышно упав на колени, а он лишь опустила голову, стараясь подавить всхлипы и готовившийся вырваться из груди крик отчаяния.
- Звони, если буду нужен, - кинул Микель через плечо, поворачивая ручку двери.
- Я разберусь, - с усилием ответила Дебби, сдерживая эмоции.
Брюнет вышел, мягко прикрыв за собой дверь, а девушка, молниеносно кинув бутылку в стену, упала на пыльный ковёр, стуча кулаками, внутри разрываясь от боли и досады.
***
Он был взволнован и напуган, но сильнее прочего было чувство опасности. Выйдя из дома Деборы, Мик тут же сел в машину и отъехал чуть назад, прекрасно зная, что девушка не будет выглядывать из окна, тоскливо провожая его – это было не в правилах блондинки.
Серебристая машина ФБР, которая была собственностью брюнета, уместилась за небольшим кустом, так что никто с улицы не смог бы заметить её, разве что, приглядываясь.
Парень видел, в каком состоянии находится его подруга и волнение не покидало его, потому он сразу принял решение задержаться у её дома хотя бы на пару часов – на всякий случай.
Свет в машине был погашен, играла лёгкая песня о неразделённой любви, весьма ритмичная, потому Микель изредка постукивал пальцами по рулю, в такт, но не сводил глаз с окна Дебби, в котором горел свет.
Спустя добрую половину часа, свет всё же потух и юноша, с облегчением подумал, что подруга отправилась спать, но всё же остался на месте, не торопясь уезжать. Он пробежал глазами по всем окнам, которые были темны, и задержал взор на приоткрытой двери, которую, – он точно помнил – он захлопнул. Через мгновение входная дверь совсем открылась и Дебора выскользнула из дома, облачённая в серую ветровку. При девушке не было ни сумки, ни рюкзака – лишь она сама, одетая во всё темное (как всегда).
Мик прищурился, глядя, как она медленно пересекает свой двор, направляясь к дороге. На секунду в его голову закралась мысль, что она его заметила, но скорее всего, блондинка просто решила посетить могилу отца, или проветриться в ночной прохладе.
Брюнет глянул на электронные часы – два ночи. Завтра его ждал очередной рабочий день, перебирание кучи бумаг и заполнение документов, а он высиживает тут, карауля девушку, которой дорожит, и которая на него плевать хотела. Микель выругался сквозь зубы и решительно завёл машину, собираясь ехать домой, когда Дебби уже начала пересекать главную дорогу, пустующую в поздний час буднего дня.
Раздался знакомый жужжащий звук – звук колёс, скользящих по асфальту.
Внутри юноши всё замерло, когда недалеко от него показалась чёрная машина, не имеющая ничего подозрительного, на первый взгляд, которая стремительно приближалась к Деборе, пересекающей улицу. Машина ускорилась и понеслась с неимоверной быстротой, когда блондинка исподлобья взглянула на ночного «шумахера». В то же мгновение до неё начал доходить смысл происходящего. Она ринулась бегом, стараясь как можно быстрее достигнуть противоположной стороны широкой дороги, когда раздался неимоверный удар и скрипящий звук тормозов.
Микель, наблюдавший за ситуацией с замиранием сердца, по привычке федерала, тут же выскочил из своего укрытия, глянул на номера удаляющейся машины и шумно выдохнул. Чёрная иномарка, с очень низкой посадкой и тонированными стёклами совершенно не имела номерных знаков.
Окно у водительского сидения, поспешно удаляющегося автомобиля, выполнившего задачу, открылось, и оттуда высунулась копна чёрных коротких волос, глянувшая на распластавшееся тело молодой девушки, только что сбитой.
Через несколько мгновений, тонированная машина на полной скорости свернула на соседнюю улицу, взметнув в воздух облако дорожной пыли.
Мик ринулся к Деборе, слегка стонущей и пытающейся подняться, в то же время, набирая номер скорой помощи и полиции. Назвав адрес, и в паре слов обрисовав ситуацию, юноша склонился над подругой, придерживая голову руками.
- Дебби? Господи, что за чёрт!?
- Ты... ты видел номера? – пробормотала блондинка и тут же судорожно закашлялась, схватившись за живот.
- Их не было, - раздражённо ответил Микель, обхватив талию девушки, помогая ей встать.
- Какого чёрта ты тут делаешь? – выдохнула она, мотая головой и пытаясь привести помутившееся зрение в норму. Всё тело ныло, ноги адски болели, и вдохнуть было тяжело, но Дебора знала, что все кости целы и она отделалась лишь испугом и парой синяков благодаря тому, что отошла на значительное расстояние, и машина её лишь задела.
- Потому что я слишком хорошо знаю тебя, глупая ты девчонка! – взволнованно воскликнул Мик, осторожно разглядывая лицо и голову девушки. – Куда ты направлялась?
- Я просто хотела прогуляться по мосту, - честно призналась та.
- Прогулялась...
- Там была женщина? За рулём? – нервно спросила Дебби, поднимаясь с помощью Микеля, поджимая правую ногу и морщась от боли.
- Как ты узнала? – недоверчиво прищурился парень.
- Я видела её, но мне почему-то показалось, что я ошиблась, - сразу же выкрутилась девушка, догадываясь, что произошло.
- Не ошиблась. Более того, это не несчастный случай.
- Ты думаешь, что... что на меня покушались? – со страхом в голосе спросила блондинка, прекрасно зная ответ на свой вопрос, но с замиранием сердца ожидая, что ответит друг, наблюдавший за разворачивающейся сценой.
- Дебора, тебя пытались убить. Во что ты впуталась, чёрт возьми?