Эра возмездия

Микель никогда не гнал по людной улице столь быстро. Он не видел Дебору два дня и не хотел тревожить покой подруги, погружённой в свои переживания, но утренние новости заставили его опрометью сесть за руль.

Сирена с громким воем оповещала всю улицу о передвижении машины ФБР, и юноша знал, что ему влетит за использование сигналки в своих целях, но он понимал и то, что не может не увидеть Дебби, не может не узнать, в курсе ли она произошедшего вчера.

Репортёры затянули со свежими новостями, но этим солнечным утром преподнесли зрителям новый смак, на который те набросились, будто шакалы на останки бедного животного.

Прошли целые сутки, а Пенсакола только сейчас узнала о смерти известного всем банкира, который нередко вытаскивал из долговой ямы мирных граждан, делал поблажки и помогал нуждающимся. Честный поселенец тихого городка был нагло застрелен за завтраком, и «виновнику торжества» удалось скрыться безнаказанным.

Город гудел и возмущался, газеты пестрели громкими заголовками, а Микель продолжал жать на газ, надеясь лишь на то, что застанет Дебору в слезах или ярости и не выступит в роли вестника смерти.

Нога ударила по тормозам, послышался скрежет резины об асфальт и юноша подался вперёд, накрыв руль грудью и почувствовав неприятный удар, но почти не обратил на это внимания. Он оставил машину лишь слегка завернув на подъездную дорожку и щелкнув ключами, тут же взбежал по паре ступенек, позвонив в дверь и не отрывая палец от мягкой кнопки.

- Знаешь, куда я засуну тебе этот звонок, кто бы ты ни был? – послышался знакомый раздражённый голос, и дверь резко распахнулась. – Мик, ты меня с ума сведёшь!

- Ты знаешь? – парень вопросительно уставился на Дебби, уже зная ответ.

- О том, что ты придурок? Наслышана, - твёрдо ответила она и слегка отошла, пропуская друга в дом.

- Новости не смотришь, значит.

Микель прошествовал в гостиную и вытащил из под многочисленных упаковок от чипсов маленький чёрный пульт. Запылённый телевизор тут же включился, и комнату наполнила музыка.

- Сейчас будет повтор, - тихо проговорил он, не глядя на девушку и присаживаясь на диван.

- Что произошло? – с опаской спросила та, садясь рядом.

Юноша не ответил, продолжая вглядываться в картинку, которую уже видел пару часов назад.

Репортёрша в красном костюме, уместившись за светлой стойкой, вещалапоследнюю информацию: 

- Вчера во Флоридской Испрвительной тюрьме было совершено кровавое убийство. Жертва неизвестного в чёрном капюшоне скончалась на месте. По предоставленной информации, им являлся сорокатрёхлетний Саймон Фаерборн, в бывшем, владелец небольшого банка в Пенсаколе, отец двух дочерей, обвинённый в распространении нелегального оружия. Камеры наблюдения записали путь проникновения нападавшего в здание, сейчас проводится тщательный обыск всего помещения. По описанию, в роли убийцы выступала женщина, среднего телосложения, с тёмными волосами, которые выбились из под капюшона. К сожалению, ни одна камера не смогла зафиксировать лицо. Допрос всех сотрудников, которые не успели помочь заключённому, начался безотлагательно. Кто знает, то был лишь шок, или спланированное преступление?

Вновь раздалась напряжённая музыка и на экране тут же появились кадры, снятые видеокамерой. Убийца, забегающий в столовую, не медля, возвёл прицел и выстрелил в мужчину, только успевшего повернуться в пол-оборота, но тут же свалившегося навзничь.

Звука не было, но Микель видел, как Дебора вздрогнула при спуске курка.

Саймон Фаерборн так и остался лежать, поверженный неизвестным преступником, оставляя после себя лишь растёкшуюся тёмную лужу.

Мик поднял пульт и выключил телевизор, молчаливо уставившись на подругу, которая чуть дрожала.

На бледном лице ни дрогнул ни единый мускул, лишь руки слегка тряслись, а на глазах и вовсе не видно было и слезинки. Дебби закрыла глаза, тяжело вздохнула и перевела взгляд на юношу. Взгляд полный ярости и некой незнакомой ранее жажды.

- Почему они не позвонили? – злобно спросила она.

- Я... я думаю, они позвонили твоей матери... - робко ответил Микель, опуская взгляд под напором болотно-зелёных глаз.

- Она не имела права не сообщить мне! – взревела девушка, и, вскочив с места, начала мерить шагами комнату. – Она не имела права!

- Брось, ты же знаешь, что она...

- Сволочь, - закончила фразу Дебора.

Микель устало пожал плечами и прикрыл глаза. Он старался не думать о том, сколько страданий и боли пришлось пережить блондинке в последние месяцы, но всё же невольно восхищался её стойкости. Впрочем, то, наверное, была лишь жестокость.

- Эти займётся ФБР? – спросила она, после продолжительного молчания.

- Ты хочешь, чтобы я взял на себя расследование? – парень удивленно вскинул брови.

- Да.

- У меня нет полномочий. Мой отдел занимается серийными убийствами.

- Напомни название?

- Криминальный Следственный отдел.

- Тогда мне лучше не становиться маньячкой, да? – усмехнулась девушка, но Микелю это напомнило ухмылку безумца. Он тяжело сглотнул и поёжился, но старался не акцентировать на этом внимания.

- Как ты? – осторожно спросил он, стараясь не подливать масла в огонь, но понимая, что удаётся это с трудом.

Дебора не ответила, продолжая расхаживать взад и вперёд, то опуская голову, то резко задирая её и хватаясь пальцами за волосы.

- Кто-то слышал это, кто-то всё знает, значит, он не лгал, - лихорадочно бормотал она себе под нос, не замечая ничего вокруг и глядя на предметы как-то отрешённо. – Всё было подстроено, всё не так, я должна, должна разобраться. Да, должна.

Блондинка резко посмотрела на Микеля, и тот вздрогнул от истерических огоньков, заплясавших в глазах подруги.

- Тебе пора, - произнесла она, указывая на дверь.

- Я не... тебе стоит поспать, я думаю... - начал, было, юноша.

- Тебе пора.

- Деббс...

- Не смей меня так называть! - воскликнула девушка, подавшись вперёд, и лишь тогда на её глазах блеснули первые слёзы. – Уходи.

Не произнося более ни слова, Микель нерешительно вышел. Его не покидало странное чувство, что подругу нельзя оставлять в таком состоянии, ей нельзя уединяться со своими мыслями, но она уже всё решила.

Парень с тёмными волосами грустно удалился, оставив прежнюю Дебору Фаерборн навсегда позади.

***

Прохладный ветер играл светлыми прядями, раскидывая их, заслоняя лицо девушки, которая вглядывалась в маленький кусочек карты, восседая на крыше дома. На свежем воздухе всегда думалось лучше, и трясущиеся пальцы крепко обхватили края листка, который был готов вырваться и улететь, подхваченный ветром, будто пташка.

В глазах девушки начали сверкать отголоски безумия и лишь желание найти разгадку овладело ей, отстранив прочие чувства на второй план. Она то и дело прикрывала глаз, тяжело вздыхала. Перед глазами её носились обрывки фраз, слова, события, которые никак не хотели складываться в общую картину, лишь путли сильнее.

Дебби вглядывалась в красные крестики на карте, будто пытаясь выпытать из них информацию, но раздражалась лишь больше, глядя на неизвестные инициалы рядом.

Лишь один из них казался ей знакомым – Г.В., как и обозначающий здание крестик рядом. Он красовался как раз на месте банка, где работал Саймон, имея при себе зместителя, некую «правую руку». Вот только имя его было Гордон Келли, а на втором месте в инициалах красовалась совершенно другая буква.

Но, впрочем, всё совпадало. Может у напарника отца Деборы были веские причины убрать со своего пути владельца банка и прибрать весь бизнес к рукам?

Тем не менее, основываться стоило лишь на подтверждённых фактах, а не голых догадках.

- Может, стоит навестить папиного приятеля? – пробормотала вслух блондинка и ветер тут же отнёс её слова прочь кружась в незримом танце.

Стоило подобраться поближе к этому Гордону, под предлогом смерти отца, узнать, на кого оформлен бизнес и что следует из всей этой истории.

Дебби невольно усмехнулась себе, понимая, как прозаично всё это выглядит – таинственные тетради, оружие, расследование загадочной смерти родного человека и мнимая битва за наследство. Отец всё же оставил подсказку в виде имён тех, кто может быть замешан во всей гнусной и запутанной истории, оставил даже их адреса, но сделал это осторожно, стараясь скрыть информацию от тех, к кому в руки не должен был попасть блокнот. Он предусмотрел абсолютно всё.

Дебора будто сразу догадывалась, какой исход может постигнуть Саймона, будто чувствовала это глубоко внутри и сейчас, узнав ужасающую новость, даже не смогла выдавить и слезинки – воспитанный ей же стрежень внутри не давал согнуться ни при каких условиях. Она должна был доказать матерее, Микелю, себе, что не сломается и не побежит плакаться кому-то в жилетку.

И теперь она ни за что не отступит, стоя на пороге великого открытия.Открытия, которое может начать новую эру в её собственной жизни.