Падший ангел

США, Лас-Вегас

МАРКО БЕНЕДЕТТИ

Когда мы приехали на место, то увидели лишь огонь и жалкое подобие машины.

Я замер в нескольких метрах и не мог оторвать своих глаз от ярких языков пламени.

Нет.

Я вижу, как Армандо кидается прямо в огонь. Мы с Калисто тут же бросаемся к нему и пытаемся оттащить его оттуда, но он сопротивляется, как самый дикий дверь. Даже вдвоем, нам с трудом удается его удержать.

Пару раз он заехал мне локтем под ребра, раз десять он меня послал и обозвал ублюдком.

А потом, Армандо упал прямо на колени.
Он был разбит.
Он был сломлен.
Я впервые видел это таким.

И я услышал его пронзительный крик.

— Нет! — это был крик полный боли.

Я закрыл глаза и сглотнул.
Мой Ангел.
Моя сестра.
Моя кровь.

Я только нашел её, чтобы потерять.
Ком встал у меня в горле.
Я не мог сдвинуться с места, не мог открыть глаза и посмотреть правде в лицо.

Это было тяжело, это было ужасно, это было больно.

Я понял, что любил свою сестру больше, чем кого-либо в своей жизни.

« — Марко, какое платье мне сегодня надеть? Вот это желтое или вот это белое? — поинтересовалась моя маленькая шестилетняя сестра, посмотрев на меня своими голубыми глазками.

— Ты прекрасна в любом платье, Ангел. — тут же ответил я и широко ей улыбнулся, наблюдая, как она крутится перед зеркалом в своей комнате.

— Правда? — и её глазки засияли, а ресницы быстро захлопали.

— Правда. — и я встал со своего кресла, подойдя к ней ближе. — Ты самая красивая девочка, которую я когда-либо встречал.

— Не говори так! — вдруг воскликнула она и задрала свой подбородок. — Когда ты женишься, то будешь говорить по-другому. Твоя жена станет самой красивой. — и она нахмурилась, а я усмехнулся, эта девочка была еще той собственницей.

— О, нет. Мое сердце всегда будет принадлежать только тебе. — сказал я и она еле сдержала свои слезы, затем подошла ко мне и крепко обняла своими маленькими ручками, утыкаясь своим носиком мне в грудь.»

« — Давай, Ангел, ложись спать. — и я сел рядом с кроватью своей маленькой сестренки. — Я прочитаю тебе сказку на ночь и побуду с тобой, пока ты не уснешь. — заявил я ей.

— Я уже взрослая, Марко. Мне недавно исполнилось шесть! — гордо заявила она. — Я могу заснуть и без сказок.

— То есть я могу уйти? — спросил я и поднял свою бровь.

— Нет! — быстро воскликнула она, хватая меня за руку. Она уже лежала в своей кровати под большим желтым одеялом с ромашками. — Я не усну без тебя.

— О, Карла, я бы никуда не ушел. Ты же знаешь. — и это было правдой, с самого маленького возраста я укладываю свою сестру и брата спать. Это стало уже неким ежедневным ритуалом. — Давай, ангелочек, ложись на подушку и я начну. — тогда она широко улыбнулась мне и сделала так, как я сказал.»

« — Марко, еще раз ты меня ослушаешься и я... — кричал на меня отец в гостиной.

Как вдруг в дверях показалась маленькая белокурая голова моей сестры.

— Отец, почему ты кричишь на Марко? Что он сделал? — и она вышла из своего укрытия, я тут же напрягся.

Зачем она пришла?

— Уходи, Карла, тебе пора спать! — рявкнул он на неё, все еще находясь прямо напротив меня.

— Мне нужен Марко. — твердо заявила она и тогда отец отошел от меня, я сразу же оказался рядом с Карлом и взял её за руку. — Ты не должен на него кричать. Марко - хороший в отличие от тебя. — сказала она и мои глаза округлились.

— Уведи её отсюда! Сейчас же! — крикнул он и я быстро поднял её на руки и вынес из кабинета.

— Он бы ударил тебя, если бы я не пришла? — резко спросила она и я сглотнул.

— Давай я прочитаю тебе сказку. — быстро перевел я тему, но я знал, что она все понимала, ведь она была очень смышленой девочкой.»

Воспоминания одно за другим начали пролетать в моей голове.

Я открыл глаза, Армандо все еще стоял на коленях, я развернулся и быстро пошел в машину, сев за руль, я начал тяжело дышать. А затем, со всей силы начал бить по рулю.

— Нет, нет, нет! — кричал я.

Затем откинулся головой на спинку сиденья и начал хватать ртом воздух.
Все внутри меня сжалось, это была адская боль.

День похорон был вторым самым тяжелым днем в моей жизни после того, когда я увидел сгоревшую машину.

Мы все стояли вокруг её могилы и каждый витал в своих мыслях.

Она соединяла нас всех.
Только она.
Но её больше не было.

Не выдержав, я первый ушел от могилы, выйдя с кладбища, я начал задыхаться и схватился за капот машины, чтобы не упасть.

Меня, как будто, пронзили тысячами кинжалов. Я не хотел больше чувствовать, не хотел больше испытывать эмоции, ведь это была ужасная, тяжкая мука.

Шли дни.
Я пытался отвлечься и направил все свои силы на поиски Адриано, как вдруг, он вернулся сам. Его лицо было разбито, предплечье перебинтовано.

Мы слушали его рассказ, как вдруг, он посмотрел на меня и сказал:

— Я вспомнил все. — заявил он, продолжая смотреть на меня. — Но самое главное, я вспомнил, кто я такой. Я вспомнил свое настоящее имя. Меня зовут Лоренцо. — и мои глаза округлились. — Лоренцо Бенедетти.

Я не верил ему, пока он не показал свой шрам на запястье, точно такой же, как у Карлы, но только на другой руке.

Это был он.
Мой младший брат.

Как я мог не догадаться, ведь я прожил с ним много лет под одной крышей? Как?

Я слушал его рассказ и не мог прийти в себя, я потерял свою сестру несколько недель назад, но теперь нашел брата.

Но они больше не встретятся. Никогда.
Они даже не смогут больше поговорить.

Я знал, что Карла всегда была привязана к Лоренцо больше, чем ко мне, ведь он был её близнецом. И я понимал, почему она так сделала, почему она уехала и решила принести в жертву себя.

Она хотела, чтобы её близнец жил.

Я смотрел на Адриано, который был моим братом, моим Лоренцо. Ком встал у меня в горле.

Глаза.
Точно такие же, как у Карлы.
Почему я не видел этого раньше?
Почему я никогда не обращал внимания на его браслеты?

Я не заметил, как мы остались одни.

— Брат. — выдохнул он и я напрягся.

— Брат. — ответил я и крепко его обнял. — Не могу поверить в это. — сказал я, когда отстранился от него. — Как ты вспомнил?

— Это из-за травмы, когда в меня выстрелили и я упал на землю, в моем сознании как будто что-то прояснилось, пока я был в коме все воспоминания прокручивались в моей голове, одно за другим, как какой-то фильм. — и он сглотнул. — Я не успел. Не успел с ней поговорить. Я не успел. — и я видел боль в его глазах.

Я положил свою руку на его плечо и сжал его.

— Она всю жизнь боролась за нас. — сказал я ему и мы встретились взглядами. — Она мстила за нас, теперь мы должны отомстить за неё.

НИКОЛАС ХЭТ

Я был в Вегасе и пытался найти Джонатана и Адриано, когда Рид мне позвонил и сказал только два слова:

— Виктория умерла.

Телефон выпал из моих рук, мое зрение затуманилось, я пошатнулся и схватился за стену, не веря в происходящее. Я с грохотом упал на колени.

Это ложь.
Грязная ложь.

Она не могла умереть. Не могла.
Её пытались убить десятки раз, но она всегда оставалась жива, всегда. Я уверен, я знаю, что она была жива.

Я быстро схватил телефон и начал набирать нашим людям, которые были в Вегасе, все, как один, говорили про какую-то аварию на трассе.

И я не мог больше ждать, выехав в аэропорт, я сел на ближайший рейс и отправился в Лос-Анджелес.

Все мои мысли были только о ней.

Я вел себя очень нервно, постоянно теребя свои волосы или бороду, которая заметно отросла за последние дни.

Как только самолет сел в аэропорту ЛА, я быстро выбежал на улицу, где меня уже ждал человек с машиной, взяв у него ключи, я, на огромной скорости, направился к месту происшествия.

Здесь уже было куча полицейских, пожарных и других работников. Я пытался прорваться между ними, но они не пускали меня, тогда, меня увидел Калисто. Он махнул рукой и дал разрешение на то, чтобы меня пропустили.

— Что случилось? — тут же спросил я, когда подошел к нему.

Я также заметил Армандо, его лицо было каменным и безжизненным, он грубо разговаривал с какими-то мужчинами, что-то выясняя. Рядом с ним был Алессандро, он выглядел потеряно.

— Виктория... она умерла. — заявил мне Калисто и мои глаза округлились до невозможных размеров, я стал тяжело дышать, поэтому тут же расстегнул верхние пуговицы своей рубашки.

— Как это произошло? — спросил я.

— Мы уточняем детали. Рано утром, она покинула особняк Карузо, убив двоих его людей, наши солдаты засекли её машину на выезде из Лос-Анджелеса, а потом, что-то произошло. Она врезалась в столб, машина загорелась и все. — быстро проинформировал меня он.

Я закрыл глаза и начал тереть свое лицо, не веря в то, что происходит.

« — Привет, как тебя зовут? — подошла ко мне маленькая пятилетняя девочка и посмотрела своими большими голубыми глазами прямо мне в лицо. — Почему ты такой хмурый? — я уже видел эту девочку, а она видела, как меня избивал мой отец. Она знала.

— Это не твое дело, проваливай отсюда. — грубо ответил я ей и продолжил дальше стоять в темном углу коридора. Я ненавидел все эти праздники, но отец всегда заставлял меня тащиться в дом Капо.

— Почему ты такой грубый? — задала вопрос она мне. — Я просто хотела узнать твое имя. — девочку совершенно не задел мой грубый тон, она продолжала настаивать на своем.

— Меня зовут Фернандо. Довольна? — я всегда был холоден со всеми, но эта белокурая девчонка заставляла меня что-то чувствовать.

— Фернандо. Красивое имя. — ответила она и улыбнулась мне. — Меня зовут Карла. Мой папа тоже злой, он бьет моих братьев, однажды он ударил и меня. — вдруг заявила она и я напрягся, посмотрев на неё снизу вверх.

— Ты не должна была мне этого говорить. — твердо заявил я ей.

— Но я хотела, хотела, чтобы ты знал, что ты не один. — и она снова мне улыбнулась, как вдруг, из-за угла вышел парень, он был старше меня на несколько лет. И я знал его, это был Марко, чертов, Бенедетти. Молодой прототип своего отца. Его копия.

— Карла, что ты здесь делаешь? Почему ты стоишь рядом с ним? — воскликнул он, быстро подошел и схватил её за руку. — Больше не подходи к нему, слышишь?

— Но братик ... — начала говорит она и он её перебил.

Так она была сестрой Бенедетии?
Неожиданно.
Мы с Марко тренировались вместе и всегда друг друга недолюбливали, и это еще мягко сказано.

Он начал тянуть её за собой и уводить от меня, но девочка повернулась и помахала мне рукой. И я впервые улыбнулся»

« — Фернандо, перестань быть таким хмурым. Убери недовольное выражение со своего лица! — воскликнула моя восьмилетняя подруга. Она и её брат-близнец были единственными моими настоящими друзьями. — У тебя же сегодня день рождения! Целых десять лет.

— Я ненавижу свой День рождения. И ты это прекрасно знаешь, Карла. — мы сидели в их комнате на втором этаже, она была сама не своя, казалось, что она пыталась меня отвлечь этими разговорами.

— Я всегда буду рядом. — и она положила свою руку на мою, сидя напротив меня. — И в огонь, и в воду.

— И в огонь, и в воду. — согласился я и улыбнулся ей, как вдруг, в комнату зашел Лоренцо с небольшим тортом и свечкой в нем.

— С Днем рождения, дружище! — воскликнул он и Карла крепко меня обняла, громко смеясь.»

Я распахнул свои глаза и увидел Рида, он стоял вдалеке, облокотившись на капот своей машины.

Я быстро направился к нему, но он никак не отреагировал на меня, он смотрел лишь себе под ноги.

— Что ты знаешь? — резко спросил я у него, он медленно поднял свою голову и посмотрел на меня стеклянными глазами.

— Что я остался один. — ответил он и я замер, не ожидая получить такого ответа.

— Ты не один. У тебя есть я, черт возьми, и поверь, я не оставлю тебя. — твердо заявил я ему. — Мы справимся, слышишь? Мы должны! — этими словами я больше успокаивал себя, чем его.

— Я встретил ее рано утром на кухне, я мог её остановить. — и он рассказал мне про их разговор.

— Черт. Она звонила мне. — и теперь, я рассказал ему все, что знал.

— Её больше нет, Ник. — сказал он мне максимально разбитым голосом.

— Не говори так нахрен! — зарычал я на него. — Пока я сам все не выясню, пока я не убежусь в этом, она жива, слышишь? — и он кивнул головой в знак согласия.

На протяжении нескольких дней я пытался что-то выяснить, но все факты говорили о том, что она была мертва. Я подключил лучших людей, я пытался найти хоть что-то, но все вело к одному - к её смерти.

Сегодня был день похорон.
И я не верил в то, что я стою возле её могилы. Возле могилы человека, которая стала для меня самой родной душой.

«Люблю тебя»

Это последнее, что она мне сказала по телефону. А тот разговор ночью, когда она пришла ко мне в комнату и сказала, чтобы я убил своего отца, но только через две недели.

Уже тогда она знала, знала, что не вернется. Она прощалась со всеми нами, черт возьми.

Как я ничего не заподозрил? Как?
Я был с ней с пяти лет. Я был всегда рядом. Я знал её лучше, чем себя.
Но видимо, недостаточно.

Все ушли, только я и Армандо остались здесь, я заметил, как он взял горсть земли в руку и начал её растирать.

— Ты все знаешь. — твердо заявил я ему он сразу понял, о чем я говорил.

— Да. — коротко ответил Армандо.

— Она не рассказывала тебе о том, кто она есть на самом деле только потому, что я не позволял. Это было небезопасно. — решил вдруг признаться я, но ему было все равно на мои слова. — Она не могла умереть, Армандо. Она, как кошка, у неё девять жизней. — я попытался как-то сгладить ситуацию, но мы оба продолжали стоять с каменными лицами.

— Видимо, это была её последняя жизнь. Всему однажды приходит конец, но вот только не знаешь, когда он настанет. — ответил он мне, развернулся и ушел.

Я сглотнул.
Я видел, что Армандо терял надежду.
Я видел это.

Я сел на землю прямо в своем костюме и облокотился на могильную плиту.

«Виктория Соколова
Умерла в возрасте 18 лет.
08.08.2005 - 16.09.2023
Любимая жена.
Сестра.
И подруга.»

Вот, что было написано на её могиле.

Откинув голову на холодный мрамор, я закрыл глаза:

— Мне так тебя не хватает. — начал говорить я в небо. — Ты даже не представляешь насколько. Сидя здесь, на кладбище, рядом с твоей могилой, я до сих не верю, что ты могла умереть. Поэтому, где ты бы не была, я найду тебя, слышишь? Просто дай мне подсказку. Просто помоги мне.

И вдруг, начал лить дождь. Я открыл глаза, тучи появились на небе, закрыв собой солнце, дождь усиливался с каждой секундой.

Я сглотнул.
Она мертва?

— Карла, знала бы ты, что ты сделала с нами всеми. — крикнул я в небо, продолжая сидеть на земле под дождем. — Ты сломала на всех, слышишь? Я достану тебя из-под земли, если потребуется! — и я уже насквозь промок, но мне было плевать. — Ты сломала  самых жестоких и безжалостных мужчин. — повторил я тише.

Не знаю, сколько я так просидел, но поднялся на ноги только тогда, когда дождь закончился, а затем, я отправился обратно в особняк.

РИД БРАУН

Я был на кухне и пил кофе, когда услышал крики Калисто Конте. Я сразу же выбежал в коридор и увидел Марко, Армандо и самого Калисто, все трое были напряжены.

— Собери всех наших людей, пусть все едут туда! Сейчас же! — крикнул Армандо брату, он выбежал на улицу прямо босиком.

Я не понимал, что происходило, но побежал за всеми мужчинами, запрыгнув в одну машину с Марко.

— Что происходит? — резко спросил я.

— Виктория. Она в беде. — быстро ответил он и мы рванули с места, когда мы приехали на трассу, то увидели огонь.

Машина, горела машина.

Как только мы вышли из нашей тачки, я увидел, как Армандо кинулся в огонь и начал кричать на Марко и Калисто, которые пытались его удержать, и тогда я все понял.

Я не мог дышать, я быстро отвернулся и  пошел в противоположную сторону, пока не оказался посреди какой-то пустынной местности.

Нет.
Она не могла.
Слеза скатилась по моему лицу.
Я начал нервно тереть свои глаза пальцами, причиняя себе боль.

Нет.

Меня чуть ли не трясло только от одной мысли. Я пытался отдышаться, но ничего не помогало, ничего.

« — Познакомьтесь, это Виктория Соколова. Она теперь будет жить с нами. — заявил нам папа, когда мы сидели в гостиной и рубились в приставку с моим страшим братом Итаном.

Я резко повернул голову и увидел невысокую белокурую девочку лет 9-10 на вид. Я нахмурился.

Почему отец привел её сюда? В наш, черт возьми, дом.

— Привет. — робко сказала девочка. Но я демонстративно отвернулся и продолжил играть в свои гонки. Но Итан отложил джойстик в сторону и подошел к ней.

— Привет, я - Итан Браун. — и он протянул ей руку. — Приятно познакомиться.

Я следил за ними и уже совершенно забыл про игру.

— И мне тоже. — и она ответила на его рукопожатие, но не улыбнулась, как это обычно все делали.

— Рид! — крикнул на меня отец. Я недовольно посмотрел на него. — Поздоровайся.

— Что она тут забыла? — резко спросил я. — Зачем ты привел её к нам в дом? — и папа посмотрел на меня убийственным взглядом. Я не любил чужаков.

— Она теперь ваша сестра. — заявил отец и мои глаза округлились.

— Нет! — воскликнул я и вскочил на ноги. — Я никогда не приму её, слышишь? Никогда. — крикнул я отцу, затем развернулся и быстро побежал наверх, закрывшись в своей комнате.»

Но а потом, она стала моей сестрой, стала дорогим для меня человеком. Итан сразу её полюбил, но не я. Я проникся к ней гораздо позже.

Я распахнул свои глаза.
Мама.
Брат.
Нора.
Отец.
И теперь она.

Я потерял всех.
Всех до одного.
Виктория умерла.
Моей сестры больше не было.