Окаянный. Власть сердца.

Прошло несколько дней.

Саян, выйдя из палатки старого ювелира, остановился. Руки ныли от усталости после многочасовой работы. Но это ощущать было даже приятно. Тем более сейчас, когда был виден долгожданный результат.

Он огляделся по сторонам. Было уже темно. Холм замирал, готовясь ко сну. Только местами ещё копошились возле своих палаток люди и слышны были тихие разговоры. Видать, время уже достаточно позднее. Куда сейчас? К Айе или Шато? Никуда не хотелось. Тревоги последних дней сказывались. Хотелось от них отгородиться. Хотя... Надо бы спросить кое у кого мнение насчет этой вещицы. Красивая ли. Или только самому так кажется. Саян бережно сжал в кармане ожерелье.

Физически ощущая свою бедность, он тем не менее очень хотел сделать для Айи хоть какой-нибудь стоящий подарок. Такой, чтобы она оценила. Но по всем меркам, драгоценный подарок не был ему по карману. Не по карману даже всей его дружине. Поэтому он решил сделать украшение сам. Своими руками. Вернее комплект украшений. На эту мысль его навели камни, что он выковырял из стены в одной из "Нор", ещё в то время, когда этот карман и не думал им покоряться. Когда она ещё была не его.

В "карманах" вообще было много всякого блестящего. Мутанты подобными предметами часто украшали стены пещер, а то и сооружали специально для них специальные алтари. Одним из таких примеров и была та самая тумба в "кармане", где бродили красные существа без голов.

А позже, все мысли о Айе полностью сфокусировались на найденных камнях, ведь так совпало, что их цвет был словно отблеск её глаз - кристально-фиолетовым. И горя́ желанием сделать из них что-то стоящее, Саян посвящал работе всё своё свободное время. Им и своим мыслям о ней.

И идея была не пустая. Ведь, по сути, и навык-то был. Когда-то ещё мальчишкой он бегал в деревню к одному кузнецу. Тот любил возиться с ним, обучая нетяжёлой работе. Например, гравировке. Ещё, как мастер клинков, он учил его украшать рукоятки камнями и вставками из другого металла. Получалось, возможно, слабенько, но ведь тогда он был ещё ребёнок. Кузнец редко хвалил сорванца, зато иногда баловал. Именно он подарил Саяну первый в его жизни лук и научил делать стрелы. А позже смастерил для него кинжал - точную копию дедовского подарка, для первой в его жизни боевой пары. Но не смотря на это, кузнец так и не смог стать для него близким. Потому что не нравились ему многие бессмысленные занятия, в которых любил проводить время мальчик. Требовал учиться стрелять. Чтобы метко. Учиться вести себя достойно. Не жаловаться. А коли не так что было, злился и больше не подпускал к кузнице.

Саян посмотрел на небо. На яркий месяц, одиноко торчавшем на тёмном алмазном полотне. Мастеровой его воспитывал. Требовал от него чуть больше, чем он мог дать. Супостат криво усмехнулся. Ещё один учитель. А так хотелось тогда найти хоть одного друга.

А более тонкому искусству его подучил бедный старый ювелир, что продавал сделанные украшения прям с земли, раскладывая их на старой тряпке, тут на холме. Что говорить, если в начале ничего путного всё равно не получалось? Так, детские поделки. Но внутри навязчиво горело желание сделать нечто, что не продавалось ни в одной лавке, не было ни на одной женщине. И он пытался вновь и вновь. Получилось пусть не сногсшибательное украшение, но то, что ему действительно нравилось. И эта вещь была в единственном экземпляре на всём белом свете. А Айя любила всё редкое. И Саян очень надеялся, что ей понравится то, что он для неё готовил.

Супостат немного постоял в раздумьях, а затем побрёл к палатке Шато. Тот уже поправлялся после ранения, но навестить лишний раз не мешало. Да и помимо всего, к нему был разговор. С кем же ещё делиться поступившей информацией, как не с самым близким другом? Ведь с Айей обсуждать подобные темы не получалось: слишком много потом нужно было усилий, чтобы уберечь дела его дружины от её вмешательства. И всё из-за того, что Саян по-прежнему видел своих людей ратниками, а она... Она хотела сделать из них громил. И с высоты своего уровня руководить ими. Не осознанно, конечно. Но она была такая, какая есть. Сильной женщиной, привыкшей решать всё самой. Он же не мог бросить своих людей на растерзание её амбициям.

* * *

Шато не спал. В принципе, как и ожидалось. Слишком много для этого было свободного времени днём, да и лекарь в обед колол ему какие-то препараты, от которых потом тот дремал ещё пару-тройку часов. Поэтому когда болтать с раненным, как ни вечером? Пусть даже и поздним?

- Здорова, больной, - улыбнулся Саян, заглядывая в палатку. - Как самочувствие?

- Могло быть и лучше, если бы не торчали всё время на холме, - привычно надулся охотник. Его настолько тщательно взялись оберегать в дружине, что перестали выпускать куда бы то ни было дальше их лагеря. Для такого неусидчивого человека, каким был Шато, подобное отношение казалось жестоким издевательством. И Саян это знал. Но сам зачастую препятствовал идеям друга повеселиться. Слишком уж важно было для него выздоровление своего спасителя. Шато в ответ на сочувствующий взгляд командира лишь буркнул: - Скучняк. Да и ты не заходишь. Чем занимался весь день? Опять торчал у ювелира?

Саян сел на табурет, поближе к другу и облокотился об стол, удобно водрузив на него локоть. Шато, к радости супостата, розовел день ото дня и уже не выглядел умирающим. Да и ворчал он заметно больше.

- Угу. А ты опять за мной следил, шпион? - не зло отозвался Саян. - Ну-ка, оцени мою работу.

И супостат протянул другу первое в жизни сделанное им украшение, а именно серебряное ожерелье с пятью самыми большими камнями из найденных им в подземелье.

Шато не торопился с изъявлением восторга. Внимательно рассматривал, играясь при свете лампы фиолетовыми отблесками.

- Не говори, что сделал сам, - наконец изрёк он.

- Как выглядит? Презентабельно? - нетерпеливо задал мучащий его вопрос Саян. - Или так себе?

- Вполне, - деловито изрёк Шато. - Что серьёзно сам?

- Сам. Можешь дать денег взаймы? На серьги материала нет. Серебро надо докупать.

- Ах вот ты куда златники сливаешь? - хохотнул Шато, протягивая обратно украшение. - Сколько надо?

- Сто двадцать есть? - с надеждой полюбопытствовал Саян.

- Что так дорого? Златники легче переплавить, - обалдел от суммы Шато.

- В них сейчас золота практически нет. Я узнавал у ювелира. Да и серебро надо. Оно больше подходит. Сколько можешь дать?

- Да всё и дам. Только не сейчас, завтра, - Шато помедлил, но решил пояснить: - Долг должны вернуть.

Саян помолчал, раздумывая сто́ит или не сто́ит говорить о ещё одной вещи, беспокоящей его с утра. Всё же решил сказать. Не зря же шёл.

- Мне тут написал один человечек, - супостат помедлил, не зная как объяснить Шато, кто именно. - Может видел... Ходит тут в тёмном плаще с капюшоном. Часто торчит у портала.

- Я б на твоём месте с ним бы не связывался, - охотник сразу понял, о ком говорит его друг, ведь людей, кто ходил в такую жару с капюшоном было мало. Надо сказать, больше никто на такое насилие над своим организмом и не решался.

- Знаю, - помялся Саян. - Но хотелось бы знать, что он хочет.

- Что же он не объяснил тебе сразу? - сиронизировал Шато. - Что? Всё настолько неприемлемо, чтобы это писать?

Саян нахмурился. Он понимал реакцию Шато, но...

- Мы должны знать, что происходит на осколке, - в голосе супостата заиграли знакомые нотки упрямства. - Это может быть что-то очень важное. Понимаешь?Тем более, мы можем ни на что не соглашаться. Главное узнать, что происходит вокруг нас или что может произойти.

- Так и подмывает влезть ещё во что-нибудь этакое? - сощурился охотник. Он не протестовал. Взвешивал слова командира. Оценивал. - Без меня никуда не пойдёшь. Понял?

- Разговор должен состояться на одной из безопасной территории. Знаешь? Где вход в "карман" у здорового дуба. Да и днём, - протянул Саян, обдумывая возможные последствия для раненного товарища. - По идее, там ничего не должно выйти из-под контроля.

Шато растянул губы в улыбке, ожидая продолжения. Супостат не заставил себя ждать:

- Однако до туда надо ещё будет дойти. Далековато. Сольют, не успеем и ахнуть. Поэтому ты не пойдёшь, - завершил свою мысль Саян. Ему очень хотелось взять на это приключение Шато, но такие жертвы могли обернуться для неокрепшего после ранения друга большой опасностью.

- Я тебе сказал, - всё ещё улыбаясь, предупредил Шато, - уйдешь один, вслед пойдёт Танак со всей дружиной. Как ты сказал? К тому большому дубу надо?

Охотник откинулся на подушку, с удовольствием наблюдая за вытянувшимся лицом друга. Даже хохотнул от удовольствия. Насытившись его видом, Шато продолжил:

- Твой "уход в тень" плюс мой талант смываться в неизвестном направлении могут сыграть нам на руку. Ну? Так или никак. Сам думай, насколько для тебя это важно.

Саян нахмурился, переваривая выходку друга. Конечно, чисто теоретически всё это может выгореть, но всё же риск никуда не девался.

- Хорошо. Попробуем, - в конце концов согласился супостат. - Но если не выйдет уйти с первого раза, никуда больше не пойдём.

Шато счастливо посмотрел на друга. Как же он его выучил! Все эти изъяны характера! Не за что не откажется от чего-либо, если это уже втемяшилось в голову! Ну не за что!

- Только надо потихоньку навести о нём справки. Так, чтобы только без ушей Рати. Например, не сотрудничает ли он с нашими врагами? - озадачил Саяна охотник. - Навряд ли он будет мараться о подобные разборки, но надо предусмотреть все варианты.

- Исключено, - отмахнулся от версии друга супостат. - Не тот масштаб. Что-то мне подсказывает, что он привык рулить сам и только в пользу своей личной выгоды. Но согласен, знать нам о нём надо всё-таки больше.

* * *

Найти язык, который разболтал бы все секреты о Капюшоне, оказалось делом невозможным. Покрутившись по холму, побеседовав с некоторыми знакомыми, Саян и Шато пришли к выводу, что о нём либо не хотели говорить, либо ничего не могли сказать здравого. Оставалось одно: спросить у той, кто в своё время очень любил всё объяснять - у Алики. Она хоть и имела прямое отношение к Рати, но когда-то, было дело, сильно переживала за благополучие одного из друзей. Да и наверняка знала подноготную про всех, кто тут тусовался. Вопрос был лишь в том, как уговорить её всё выболтать и не попасть под тяжелый нрав девушки.

Поморщившись при мысли о том, что ей скорей всего придётся наврать в три короба, Саян уже в одиночку поплёлся к палатке ведуньи. Так было верней всего.

Алика крутилась за прилавком, наводя в своих чертогах идеальный порядок. Тёмно-синее строгое платье, скромно украшенное голубыми летами, делало её стан ещё более стройней, и... аристократичней, что ли. Тонкую талию опоясывал такого же цвета пояс, в волосах тонкая нить из мелких синих камней. Всё это подчёркивало глубину её чёрных глаз, изящество линий её лица и тела. Она была красива как и тогда, когда он впервые увидел её. И тем не менее в ней что-то сильно изменилось.

- Привет, - супостат попытался улыбнуться правдиво, но не удержался и бросил взгляд через плечо в сторону палатки Айи: как бы не застукала его в компании красавицы ведуньи. Итак был грешен перед ней: из-за ожерелья появлялся дома крайне редко.

Алика заметила это и чуть заметно нахмурилась.

- С делом пришёл или как? - вместо приветствия грубо спросила она.

Саян поколебался, приняв её грубость, за нежелание с ним общаться, но всё-таки решил спросить:

- С делом. Хотя скорее с любопытством. Ты можешь что-нибудь рассказать о том типе в капюшоне, который всё время трётся у портала? Странный какой-то он у вас.

- И куда ты хочешь влезть на этот раз? - настороженно переспросила Алика. - Какое тебе дело до него? Тебе что, не хватает своих проблем?

- Да нет. Хватает, - смутился Саян и, не сдержавшись, скривил губы. Разговор опять выходил из нужного русла именно в ту сторону, в которую не хотелось больше всего. Впрочем, всё как всегда при общении с Аликой. Ведь о его проблемах тут не знал только ленивый. Наверно зря он подошёл к ней. Не зная, как соскочить со столь прямого наезда на больную тему, он попытался завершить разговор: - Ты права. Какой-то глупый вопрос получился.

Супостат собрался было уходить, но Алика неожиданно окликнула его:

- Подожди, - сверкнула на него черными глазами ведунья. Впрочем, тут же опустив взгляд в книги, которые были разложены на прилавке. - Что ты хочешь знать о нём?

Саян пожал плечами. Он сам не знал, чего хочет. Чего-нибудь.

- Ладно. Расскажу кое-что. И то, чтобы не наделал делов, - хмуро выпалила Алика.

Саян с надеждой остановился, наблюдая, как девушка отчаянно прячет взгляд. Повисла неловкая пауза. Но ненадолго. Ведунья подобрала слова и строго продолжила:

- Он по крови жнец. Да не смотри так! Магических рас на самом деле десять. Просто не все расы настолько свободны от обязательств крови, как вы. У жнецов все родословные входят в состав "Тёмного Ордена", исключение составляют только изгнанные. Поэтому на наш осколок маги этой крови и не приходят. Орден не велит. И ты наверно не знаешь, что это именно они снабдили осколок заражёнными магией семенами? Вот. С них всё началось.

Саян кивнул, теперь-то точно знал.

- Ну так вот, - Алика вновь помедлила, будто сомневаясь, что нужно рассказывать. - Он был изгнан с "Ордена" за то, что предал. Не умер, как рассчитывали, а попал в плен и многое выболтал. А потому и забрать его не пытались. А ведь он там был один из главных. Ведущий генерал, так его там называли. Из-за помощи, пусть и вынужденной, в войне против жнецов старший ратный, тогда ещё Мирослав, помиловал его. Зачем казнить, если для пленника Древодар стал самым надёжным наказанием? Тут нет ни доспехов, ни оружия на эту расу. Поэтому этот жнец самостоятельно не сможет даже подойти ко второму порталу, а что говорить о том, чтобы выбраться с осколка?

Алика взметнула очи на супостата, и Саян отчетливо прочитал в них усталость... и боль? Что-то будто мучило её изнутри, не давало спокойно спать, вздохнуть полной грудью, счастливо жить. Прочитав его взгляд, ведунья поджала губы, но продолжила:

- Он у нас несколько лет просидел в тюрьме. Его только потом отпустили. Что с него взять? Без силы он всё равно никуда не денется. Правда он не сдаётся, - ведунья криво улыбнулась. - Он до сих пор надеется выйти с этого осколка с помощью других. За счёт сильных, молодых отрядов, которые день ото дня штурмуют подступы к Спящей горе. - Алика выглянула с палатки и указала рукой на фиолетовый горб горы, красочно украшавший собой привычную панораму. - Видишь? Это на её вершине находиться второй портал. По другому отсюда не выбраться.

Алика снова выпрямилась, но глядела теперь прямо в глаза собеседнику. Будто хотела добавить что-то ещё, что-то очень важное, но не могла. Затем в который раз опустила глаза в книги.

- Подкупает ребят, обещает помощь. Только что он может дать? Убийца осколка. Не честен он с вами. Не ведись ни на что. Врёт, - ведунья на мгновенье замолчала. - Это пожалуй всё, что я знаю о нём. Прости, если не помогла.

- Да нет. Очень помогла, - пробормотал Саян, растерянно разглядывая ведунью. Какой-то странный осадок остался после этого разговора! Да, дело всё в ней. Он смотрел на Алику и не мог понять: почему такие изменения? Где та огненная девица, перед которой все ходили по струнке? Куда она делась? И почему она так легко пошла на этот разговор? Вопреки своему характеру? Как-то странно, не спрашивая больше не о чём? Просто рассказала. Но ведунья упорно отводила от него взгляд.

- Иди же! - внезапно рассердилась она. - Чего смотришь? И свою взбалмошную держи от меня подальше! Понял?

Отходя от палатки ведуньи он обернулся, но её уже не было видно. Алика скрылась в глубине.