Глава 16
Хрустальные капли росы, скопившиеся на лепестках алых роз, нежно мерцали из-за ярких лучей солнца, что попадали на них. Легкий ветер, что дул с востока, поднимал с земли опавшие листья и кружил их в воздухе... Минутам отрады от пребывания в этом месте суждено было длиться недолго. Внезапно небо накрыло на себя серое покрывало и разразилась гроза. Нужно было искать выход из лабиринта розовых кустов. Аделин, в каком бы направлении не пошла, перед ней возникали высокие стены из колючих кустов. Она безнадежно вздохнула и обернулась назад, чтобы продолжить свои поиски в другом направлении, но внезапно перед собой увидела Дерека. Он был как всегда серьезен и хмур, Аделин же при виде его, на мгновение забыла о том, что находилась в безвыходном месте. Дерек протянул ей свою руку, дабы та взяла ее и последовала за ним. Она не знала как быть: выйти из этого места ей непременно хотелось, но можно ли довериться графу? Пока она обдумывала это, его образ исчез так же, как и возник.
— Дерек? — произнесла она его имя, оглядываясь по сторонам. Его нигде не было. — Дерек! — прокричала она во сне и вернулась в реальность.
Это был всего лишь сон. Сумев перевести дыхание, Аделин повернула голову в сторону окна, за которым солнце только начало показываться на горизонте. Глубоко вздохнув, она встала с кровати и приступила к совершению утреннего туалета.
Обычно в это время миссис Уильямс еще находилась в своей комнате, поэтому, не желая тревожить ее, она чуть ли не на цыпочках прошла мимо ее двери и спустилась в переднюю. Так как время было раннее, а мешать прислуге на кухне ей не хотелось, она решила пройтись по саду и хоть немного развеять свои мысли от увиденного сна. Но не успела она переступить порог, как до нее донеслись отдаленные звуки, расслышав которые можно было лишь напрягая слух. Звуки шли из кухни. Она повернулась обратно и зашагала в сторону кухни, по мере приближения к которой звуки и голоса становились отчетливее.
— Доброе утро! — поприветствовала она всех, в том числе и миссис Уильямс, которая, к ее удивлению, стояла здесь и давала указания слугам. Последние неслись по кухне, создавая переполох.
— Ох, милая, ты уже проснулась?! А я тут составляю меню к сегодняшнему обеду и ужину.
— У нас сегодня гости? — спросила Аделин, так как ее тетя не упоминала о гостях.
— Как же?! Ты совсем забыла? Сегодня ведь приезжают твои родители с сестрой.
— Постойте, сегодня же...
— Четверг, — ответила миссис Уильямс с улыбкой, когда ее племянница замешкалась с названием дня недели.
— О боже! Я совсем забыла! Они, должно быть, уже в пути.
— Да, я тоже так думаю. Надеюсь, к их приезду все будет готово.
— Не переживайте, тетя. Уверена, на кухне со всем вовремя справятся.
Беготня продолжалась вплоть до самого приезда гостей. Миссис Уильямс то и дело давала указы, а после их немедленного выполнения, давала новые. Аделин не оставалась в стороне. Она помогала на кухне, поливала цветы, передавала поручения тети, и подобное времяпрепровождение позволяло ей ненадолго избавиться от навязчивых мыслей.
К полудню экипаж подъехал к дому. Навстречу к гостям вышли миссис Уильямс, Аделин, Маргарет и еще несколько слуг, чтобы занести в дом их чемоданы.
— Ох, ну наконец-то! — воскликнула миссис Уильямс, увидев брата, его жену и младшую дочь, которых давно не видела. — Как же я рада вас видеть!
— Моя дорогая сестра! — сказал мистер Морган, и заключил женщину в крепкие объятия. — Ты выглядишь безупречно. Впрочем, как всегда!
— Что ж, поверю тебе, ведь ты у нас всегда был скуп на комплименты, — шутливо ответила миссис Уильямс брату, с которым всегда поддерживала дружеские отношения. — Роуз, с нашей последней встречи ты стала выглядеть еще лучше. Ох, моя милая племянница Луиза! Как же ты выросла! И все же я не устану говорить, что моему брату безумно повезло и с женой, и детьми!
Приветствия продолжались довольно долго, ибо ясное дело - Аделин не видела свою семью около двух месяцев, миссис Уильямс же — больше года.
Обед прошел за долгими оживленными разговорами — в доме миссис Уильямс давно не было такой обстановки. После этого все направились в гостиную, где продолжили свои накопившиеся за столь долгое время разговоры за чашкой чая.
— Как жаль, что Джейн вернулась в Лондон раньше срока. Было бы здорово, если бы за этим столом мы собрались все вместе, — сказала миссис Уильямс с сожалением. — Кстати, как Мэрион? Он по-прежнему такой же спокойный и безмятежный, каким он навсегда запечатлелся в моей памяти?
— Такой же, Элинор. Ничего с вашего последнего визита не изменилось, — ответила миссис Морган, отпив чаю.
— Даже соседи не изменились! — вставила Луиза, чем вызвала смешок отца.
— Прекрати, Луиза! Это невежливо! — сказала миссис Морган спокойным, но предупреждающим голосом. Этого было достаточно, чтобы дочь угомонилась.
— О чем это ты, дорогая? — задалась вопросом миссис Уильямс.
— Я о наших соседях Гамильтонах, тетя. Постоянно наведываются к нам без приглашения, особенно миссис Гамильтон. Болтает себе без умолку, а мы вынуждены слушать ее бесконечные речи. Хорошо, что мы приехали в Дербишир! Хоть немного я отдохну от них! Если бы не моя внезапная хандра перед самым отъездом тогда, то я бы приехала вместе с Аделин и избавила бы себя от их навязчивого общества!
— Луиза! — на этот раз более строго предупредила миссис Морган. — Если ты и впредь будешь так отзываться о всех, кого знаешь, то мы будем вынуждены немедленно возвращаться домой, ибо такое твое поведение непозволительно в гостях!
Луиза виновато опустила глаза, но ей так и хотелось сказать еще чего-нибудь об их многоуважаемых соседях.
— Гамильтоны... — задумчиво произнесла миссис Уильямс, — кажется я припоминаю их. Их дочь постоянно приходила к Аделин позвать ее погулять или попить чай, а их сын учился в Лондоне. Я права?
— Абсолютно, — ответил мистер Морган, — только их сын теперь уже работает. Хороший он человек, хочу сказать.
— Да что в нем хорошего-то?! — пробубнила Луиза себе под нос и закатила глаза.
— Вот как?! — одобрительно произнесла миссис Уильямс. — Образование, хорошая работа и приличное состояние для любого уважающего себя мужчины являются показателем целеустремленности и успеха. Если молодой человек умеет перевоплощать знания в деньги, то другим ничего не остается делать, кроме как восхищаться им или же завидовать. А ты как думаешь, Роуз?
— Я думаю точно так же. Но ко всему вышеперечисленному я бы еще добавила семью. Вот тогда мужчина может смело называться успешным.
— Да, я совсем упустила этот главный пункт. Образование, работа, состояние и семья — вот к чему должен стремиться каждый мужчина!
— Ты сегодня не совсем разговорчива, милая, — обратилась миссис Уильямс к Аделин. — Быть может тебя что-то беспокоит?
— Ну что вы? Что может меня беспокоить? Просто мне гораздо интереснее находиться в роли слушателя.
Их разговор был прерван из-за того, что в комнату вошла экономка.
— Миссис Уильямс, мистер Дадли пожаловал. Ожидает вашего позволения войти в дом.
— Зачем заставлять гостя ждать?! Немедленно пригласи его к нам!
— Кто такой мистер Дадли?— полюбопытствовала Луиза.
— Сейчас я вас познакомлю, — улыбнулась женщина, и в этот же миг в гостиную вошел молодой человек, совершив приветственный поклон.
— Приношу свои глубочайшие извинения за то, что потревожил вас своим визитом и прервал вашу беседу, — с сожалением произнес он, переводя взгляд от одного члена семьи к другому.
— Ну что вы такое говорите, мистер Дадли?! Мы всегда рады гостям, — с легкой улыбкой ответила миссис Уильямс. — Мистер Дадли, присаживайтесь, пожалуйста. Позвольте вам представить моего брата и его семью: это миссис Морган - его супруга, а это, — указала она рукой в сторону племянницы, — его младшая дочь Луиза. С Аделин, конечно же, вы уже знакомы.
— Для меня огромная честь быть знакомым с семьей мисс Морган, — сказал молодой человек, приложив руку к груди. — Для меня это прекраснейший день, ибо я шел к вам, чтобы просто навестить и не мог даже представить, что именно сегодня заслужу знакомства с вашими дорогими родственниками.
На миссис Морган и Луизу он произвел хорошее впечатление, но вот мистера Моргана его льстивые речи, какими он их считал, никак не волновали.
— Маргарет, принеси еще одну чашку для нашего гостя.
— Не стоит утруждаться. На самом деле я заскочил на несколько минут, что в повидаться с вами перед отъездом. Увы, я не располагаю достаточным временем, ибо с удовольствием бы остался на чай.
— Вы куда-то уезжаете? — спросила миссис Уильямс, ведь беседу с ним поддерживала только она.
— Да, в столицу. У меня там появились некоторые дела, — ответил тот, улыбнувшись.
— Вот как?! Что ж, счастливого вам пути, сэр!
— Благодарю вас, миссис Уильямс. Я безмерно рад, что прямо перед своим отъездом увидел вас и познакомился с семьей мисс Морган. Ну а теперь с вашего позволения я должен удалиться. Хорошего дня!
— Аделин, проводи мистера Дадли, — сказала миссис Уильямс, после чего поймала на себе вопросительный взгляд невестки. У миссис Морган возникло немало вопросов, об ответах которых она уже догадывалась.
— Разумеется, — улыбнувшись ответила Аделин, и они оба покинули комнату.
Оказавшись на пороге, Аделин остановилась на месте, и только хотела было попрощаться, как мистер Дадли заговорил:
— Не желаете ли вы пройтись немного?
Ответ прозвучал не сразу. Она повернула голову назад в сторону гостиной, убедилась, что все заняты обсуждением какой-то темы, и только тогда ответила с улыбкой:
— Хорошо.
Как полагала Аделин, они должны были дойти до кареты, что остановилась не совсем далеко от главной дороги к дому. Между ними стояло молчание. По виду мистера Дадли было видно, что он чем-то озабочен, но понять чем именно — было невозможно. Аделин удивлялась тому, что мистер Дадли сам же и предложил ей немного пройтись, но сейчас по непонятной причине был молчалив, что создавало напряженную атмосферу между ними, и дабы разрядить это напряжение, она заговорила первой:
— Надолго ли вы уезжаете, мистер Дадли?
— Эм, да, наверно. Все будет зависеть от ситуации, — ответил тот, мешкая. — Впрочем, это неважно. Мисс Морган, со дня нашей последней встречи я позабыл о покое. Меня терзает ожидание, которое длится вот уже целую неделю. Я знаю, что у вас уже подготовлен ответ, но если честно, то мне даже страшно представить каким он будет: положительным, из-за чего я буду на седьмом небе от счастья или же отрицательным, с которым мне придется смириться до конца своих дней. Мисс Морган, я пришел сюда за вашим ответом.
— Ох, — это было единственное, что вылетело из уст Аделин после того, как мистер Дадли протараторил свою речь.
Что же ей нужно было ответить? Мистер Дадли был не прав: у нее не был подготовлен ответ, кроме того, она о нем совсем забыла.
— Мисс Морган, избавьте меня от мучений, которым я подвергся. Я готов услышать ваш ответ.
— Мистер Дадли, я ни в коем случае не желаю вам мучиться от ожидания моего ответа, но в связи с некоторыми ситуациями я не могла думать об этом. Дайте мне еще немного времени.
Мистер Дадли побледнел в лице и не спешил что-либо сказать. Аделин чувствовала перед ним свою вину и понимала, причиной подобного его состояния стал именно ее ответ. Как бы прямо сейчас ей не хотелось ответить на его предложение, она была просто не в силах этого сделать. Не думала она, что сказать элементарное "да" или "нет" окажется так сложно.
— Да, конечно. Сколько угодно, — наконец вымолвил он, странно улыбнувшись. — Я готов ждать хоть всю жизнь, если наградой за мои ожидания станет ваше согласие.
— Всю жизнь... ну зачем так радикально? — засмеялась Аделин, которой не терпелось прекратить обсуждение данного вопроса. —Мой ответ будет готов по вашему приезду.
Эти слова не утешили мистера Дадли, напротив, он начал еще сильнее переживать по этому поводу. И чем больше он переживал, тем больше он сомневался в том, что она даст свое согласие.
— В таком случае, я буду молиться, чтобы день моего приезда наступил как можно скорее! — улыбнулся он, но было в этой улыбке что-то странное и тревожное. — Что ж, будет лучше, если вы вернетесь домой. Не заставим же ваших родных скучать без вас.
— Всего хорошего, мистер Дадли, и доброго вам пути!
С этими словами Аделин развернулась и направилась к дому, мистер Дадли же немедля зашагал к своей карете, не взглянув напоследок на девушку и не дождавшись того, чтобы она оказалась внутри.
В гостиной все было так же, как и несколькими минутами ранее, когда она уходила, только темы для разговора менялись одна за другой. Миссис Морган встретила Аделин взглядом, который был хорошо ей знаком. Она поняла, что вопросов ей сегодня не избежать.
Мистер Морган пожаловался на усталость после дороги и поднялся в заранее подготовленную комнату, в которую его проводили. Остались только женщины.
— Кстати, совсем вылетело из головы, — заговорила миссис Уильямс. — Во время твоего отсутствия мне пришло письмо от наших соседей, которые пригласили нас на ужин.
— Во время какого отсутствия? — резко спросила миссис Морган, переводя взгляд от дочери к золовке.
— Я... — неуверенно начала Аделин, боясь, что правда может выйти наружу. — Я ездила к тете Мэри, она ведь не так далеко живет. Эм... просто однажды она мне написала, что долго не виделась с тетей и ничего о ней не слышала, возможно ей что-то нужно. Вот я и решила навестить ее и передать Мэри, что у нее все хорошо.
— Но разве в это время их семья каждый год не уезжает в Йоркшир к ней? — спросила Луиза, чье любопытство сейчас было совсем некстати.
— Да, но они видимо еще не уехали. Ну или уже приехали.
— Так вот, эти соседи пригласили Меня и Аделин на ужин, но я хочу, чтобы и вы пошли. Они пригласили очень много гостей, так что если вы беспокоитесь о том, что все места рассчитаны, то не думайте об этом. На таких приемах чем больше гостей, тем выше авторитет хозяев.
— Я обязательно пойду, тетя, — радостно произнесла Луиза. — Хочу увидеть какие здесь бывают приемы. Уверена, гораздо роскошнее, чем у нас в Мэрионе, ибо в особняках, что я видела по пути сюда, нельзя не устраивать роскошных приемов!
— Мы еще подумаем об этом, — сказала миссис Морган, взглянув на дочь.
— Было бы хорошо, если бы мы поехали все вместе, а то я знаю своего брата — он с юношества не любит подобные вещи.
Аделин решила для себя — она должна рассказать об этом сейчас, ибо тянуть до последнего было бы бессмысленно. Разумеется, она не была готова говорить об этом, но раз уж открылась эта тема, то стоит воспользоваться случаем и рассказать о предстоящем событии, какую бы реакцию она не ожидала увидеть.
— Боюсь, вам придется идти на ужин без меня, — сказала она, натянув улыбку, дабы убедить всех, что это не что-то ужасающее, а вполне обычное дело.
— Почему? — спросила миссис Уильямс, переживая. — Ты себя плохо чувствуешь? Так я уверена, к тому времени ты успеешь поправиться.
— Нет-нет, со мной все в порядке, я себя отлично чувствую. Дело в том, что я иду на бал.
— На бал? Вот как! С мистером Дадли?
— Нет. Меня пригласил граф Дерек Уолфорд.
Реакция оказалась именно такой, какой и ожидала Аделин. Прозвучавшее из ее уст имя заставило женщин замолчать, а экономку, которая в это время заходила в комнату, чтобы забрать поднос и заварить новый чай, невольно ахнуть. Каким бы не было выражение их лиц, каким бы не было их мнение, она приняла решение и менять его она не собиралась ни при каких обстоятельствах.
— Сам граф Дерек Уолфорд? — недоуменно переспросила миссис Уильямс, которая была немало наслышана об этом человеке, при чем не самого хорошего.
— Ого, граф? Это же замечательно! — вмешалась Луиза, которая отреагировала на это гораздо лучше, чем другие.
"Это вовсе не замечательно!" — мысленно проговорила Аделин.
Теперь она глядела на маму, у которой всего за несколько часов пребывания здесь возникло столько вопросов к старшей дочери, сколько не возникало за двадцать один год ее жизни.
— Аделин, — заговорила женщина, — кто этот человек, о ком идет речь? Мы знакомы с ним? Или лучше скажи: знакома ли ты с ним?
"О да! Знакома настолько, что жалею об этом каждую минуту!" — хотела ответить она, но воздержалась.
— Да, мы с ним знакомы.
— И давно ли?
— Эм, можно и так сказать. Кстати, — вставила Аделин после недолгого молчания, чтобы смягчить ситуацию, — он бывал здесь, когда у тети было плохое самочувствие. Он той ночью привез доктора, если вы помните, тетя.
— Да-да, помню. Я ему благодарна за это, разумеется, но неужто он пригласил тебя на бал взамен на оказанную помощь?
Миссис Морган была близка в суждениях, что тревожило Аделин. Больше всего она боялась того, что ее родители, а уж тем более ее тетя могут узнать о том, что она вовсе не ездила навещать бедную женщину – родственницу своей подруги, к которой и вовсе забыла дорогу за столько лет, а бросилась искать брата покойного супруга миссис Уильямс, чье нахождение оказалось безрезультатным. Теперь ей следовало быть более внимательной со словами, дабы не заставить родных о чем-то подозревать.
— Ну что вы, тетя?! — засмеялась она, — Конечно же не из-за этого. Граф Дерек просто решил пригласить меня в качестве... друга, — сказала она, и поняла, что подобрала совсем неподходящее слово.
— Вот как! Что ж, пусть будет так. В любом случае, мы не можем возражать тому, чтобы ты пошла, — сказала миссис Уильямс и удалилась в свою комнату, дабы принять свои успокоительные капли и немного отдохнуть.
— С вашего позволения я тоже пойду в комнату. Я слышала, что окно выходит прямо в сад. Я бы хотела увидеть этот вид, — сказала Луиза, и направилась к двери.
— Я покажу тебе комнату, —произнесла Аделин, поднявшись с места.
— Аделин, останься! Мне нужно поговорить с тобой, — проговорила миссис Морган.
— Что-то случилось, мама?
— Я бы хотела, чтобы ты мне ответила на этот вопрос. Я не знаю, что произошло за это время, но, кажется, я догадываюсь. Что тебя связывает с мистером Дадли?
— Что вы имеете в виду, мама? — спросила она, улыбнувшись, хотя прекрасно понимала, что женщина подразумевала.
— Дорогая, ты ведь сама догадываешься что я имею в виду, — спокойным тоном произнесла женщина, но Аделин понимала, что за этим спокойствием скрывается недовольство.
— Можете быть уверены, мама. Нет ничего такого, что могло бы заставить вас беспокоиться. Нас с мистером Дадли связывают дружеские отношения, не более.
— Такие же отношения, как и с тем графом, что пригласил тебя на бал? — странно спросила миссис Морган, чем заставила Аделин потерять дар речи.
От миссис Морган, которая отличалась своей наблюдательностью и внимательностью, сложно было утаить что-либо, и Аделин это прекрасно знала. Несмотря на то, что эти качества характера матери вызывали у нее всегда восхищение, в этот раз они вызвали ни что иное, как волнение. Она боялась, что мама может обо всем догадаться, но одновременно утешала себя мыслью о том, что женщина не была достаточно знакома с мистером Дадли и вовсе не знала Дерека, поэтому подозревать о чем-то она не могла. Кроме того, Аделин не сказала неправду. С обоими молодыми людьми она поддерживала дружеские связи. Но можно ли было назвать ее отношения с Дереком Уолфордом дружескими, когда они были полны ненависти?
— Можешь теперь идти к сестре, — сказала миссис Морган, так и не дождавшись ответа и сделав для себя выводы.
Девушка была рада тому, что мама избавила ее от вопросов. Она поднялась с кресла и хотела было покинуть комнату, как миссис Морган сказала ей напоследок:
— Порой, дабы рассеять сомнения, стоит последовать зову сердца, а не разума.
Аделин не совсем понимала к чему были сказаны эти слова, однако они запечатлелись у нее в памяти и время от времени напоминали о себе. Ничего не сказав, она покинула гостиную и поднялась в свою комнату, где увидела весьма удивительную картину. Луиза, по всей видимости, не услышала звука открывающейся двери, так как увлеченно читала что-то, что было написано на листе бумаги.
— Что это? — поинтересовалась Аделин, проходя в комнату.
Услышав голос, Луиза отпрянула в сторону и повернулась к Аделин, спрятав руки за спиной.
— Ты о чем? — спросила младшая сестра недоуменно.
— О том, что ты держишь за спиной, — указала она рукой, и поняла, что Луиза от нее что-то скрывает.
— А, ты об этом, — засмеялась она, и убрала руки из-за спины. — Да ничего интересного, просто решила перечитать старое письмо... мне стало скучно.
— Видимо, там что-то веселое, что ты решила перечитать его от скуки? — продолжала Аделин, так как отлично знала свою сестру. — Дай и мне почитать. Мне тоже скучно.
— Да так, ничего интересного, говорю же. Его лучше порвать на кусочки или сжечь.
— Можешь делать что угодно, только я сперва хочу его прочитать. Луиза, со скрытностью у тебя всегда были проблемы, —улыбнулась Аделин, и протянула руку вперед, чтобы получить письмо.
— Хорошо, — сдалась Луиза, недолго поразмыслив. — Только обещай, что никто об этом узнает.
— Ну раз уж ты просишь мое обещание, то в письме действительно что-то интересное. Ладно, рассказывай уже. Ты ведь знаешь, что я все равно никому не расскажу.
— Ох, ладно. Даже не знаю, как сказать, — произнесла та, шагая из стороны в сторону, а Аделин присела на кровать. — В общем, за несколько дней до нашего приезда я случайно встретилась с Дэвидом Гамильтоном. Но назвать эту встречу случайной — нельзя, ибо я в это время находилась в саду, а он направлялся прямо туда, говоря, что проходил мимо. Но если бы он просто проходил мимо, то не стал бы мне вручать это. Видимо, он шел туда целенаправленно, захватив с собой письмо.
— Так, постой. Это письмо от Дэвида Гамильтона? — удивилась Аделин, из-за чего у нее невольно повысился голос.
— Тише-тише, вдруг нас услышит кто-нибудь. Меньше всего мне бы хотелось оправдываться перед родителями, — сказала она, жестикулируя. — Так вот, он узнал о нашем отъезде в Дербишир и написал мне это письмо, ибо он должен был уехать на время в Лондон и не знал, когда мы увидимся вновь. Он попросил прочитать его тогда, когда он уйдет, но я отнесла его в свою комнату и совсем позабыла о нем. Ах, Аделин, что было бы, если бы мама вошла в мою спальню и увидела этот конверт? Я даже боюсь представить, что могло бы произойти. В общем, я вспомнила о письме лишь под вечер и решила прочитать его, хоть мне и было это совсем неинтересно. Будет лучше, если ты прочитаешь его сама.
Аделин взяла письмо, даже не догадываясь о том, что там могло быть написано. Однако его содержимое ее поразило.
«Дорогая мисс Луиза! Сидя вчера ночью в своей комнате, я наконец решился написать Вам это письмо, хотя во время его написания мне пришлось неоднократно его переделывать, дабы не показаться в Ваших пленительных глазах навязчивым. Признаться, я бы так и не осмелился написать Вам это письмо, если бы я не узнал о вашем скором отъезде к тете и сестре.
Всякий раз, когда я вижу Вас, я словно теряю себя и ничего не могу с этим поделать. Мне всегда было приятно Ваше общество, я мог с интересом слушать Ваши речи и восхищаться тем, как Вы выражаете собственное мнение, не волнуясь о том, что другие не станут его разделять. Ваш голос — услада для моих ушей, глаза — моя обитель, а волосы — мой свет, что освещал мне путь в темных лондонских переулках. Я ни на минуту не переставал думать о Вас, представлял, что Вы находитесь рядом и не чувствовал одиночества от разлуки с домом, с Вами, ибо мой дом — это Вы.
Мои невинные чувства к Вам вспыхнули с новой силой, как только я увидел Вас, возвратившись в Мэрион после долгого отсутствия. Тогда я взглянул в Ваши глаза и понял: я пропал. Пропал неведомо куда, но с тех пор я не ищу обратной дороги. Мисс Луиза, всякое для меня бессмысленно, если вы не взглянули на меня!
Вы та, кому посвящают стихи, Вы та, в честь которой называют звезды, Вы та, ради которой ударяются друг о друга сабли. Ох, мисс Луиза, я очарован Вами! Вы пленили меня, и я готов всю жизнь находиться в Вашем плену, ибо Вы та, рядом с которой я нахожу покой в этом беспокойном мире будучи даже окованным в цепи. Мисс Луиза, вы избавите меня от страданий, если примите мое предложение. Прошу вас, станьте моей женой. О другом я и не посмею мечтать.
С уважением,
Дэвид Г."
— Не могу поверить! Дэвид Гамильтон попросил твоей руки! —вскочила с места Аделин, которая была полна и удивления, и восторга. — Кто бы мог подумать, что за его скромной натурой может скрываться такой романтик?
— Тише, Аделин, тише! Нас ведь могут услышать. Это так ужасно, согласись, —произнесла Луиза с недовольным лицом.
— И что же в этом такого ужасного? Мистер Гамильтон умен, галантен, вежлив... Хочу сказать, что тебе повезло, что твоим первым и, надеюсь, единственным поклонником, кто открылся тебе в своих чувствах, стал именно он.
— Как ты можешь говорить мне такое?! Еще сестра называется! — закатила она глаза, отчего на лице Аделин появилась улыбка. — Он мне никогда не нравился, ты ведь знаешь об этом.
— Именно поэтому ты улыбалась, когда читала его письмо? — задалась Аделин вопросом, вскинув бровь и хитро улыбнувшись.
— Что? Улыбалась? Вовсе нет. Тебе, наверно, показалось, — пожала Луиза плечами, словно ничего такого не было. — Как он посмел мне написать такое?! Я ведь всегда думала, что он неравнодушен к тебе.
— Ко мне?! — засмеялась Аделин, которая никогда даже близко не подпускала подобной мысли. — Вообще-то я догадывалась о его чувствах к тебе, но он так стойко держался, что не за что было зацепиться.
— Как? Он ведь почти всегда разговаривал только с тобой, у него на устах всегда было «мисс Морган», да и тот портрет, который я писала в саду, он ведь хвалил то, как хорошо ты вышла, а не то, как красиво я тебя изобразила!
— Именно. Он искал встреч со мной, увлеченно рассказывал о своей работе и пребывании в столице, мог случайно столкнуться с нами во время утренней прогулки, и каждый раз, когда мы с тобой были вдвоем. Как думаешь, ради чего? Чтобы увидеть тебя! Если бы он общался бы с тобой так же, как и со мной, то все бы тут же догадались о его чувствах и, возможно даже, о намерениях, ибо влюбленный рядом с виновницей своего душевного покоя выглядит иначе. Его выдают глаза.
Луиза недолго помолчала, словно размышляла о письме, его авторе, о словах сестры и обо всем, что было связано с этой ситуацией. Аделин не понадобилось много времени, чтобы понять, что это письмо изменило отношение Луизы к Дэвиду Гамильтону.
— Даже если и так, то это ничего не меняет. Мне плохо от одной лишь мысли о том, что мне придется породниться с миссис Гамильтон! Мало того, что она все время бывает у нас и мне приходится каждый раз придумывать повод, чтобы убежать от нее, так мне еще и придется жить с ней под одной крышей. Уж лучше остаться старой девой!
— Ты утрируешь, дорогая, — сказала Аделин, и подошла к окну, дабы задвинуть штору. — Миссис Гамильтон не такой уж и плохой человек, какой ты ее считаешь. Просто она немного болтлива, любит роскошь и при любом выпавшем ей случае не прочь похвастаться своим мужем и детьми. Лично я не вижу в этом недостатков.
— Ты просто издеваешься надо мной! — надулась Луиза, и устало бросилась на кровать, все еще держа в руках письмо, что отняла у сестры. — Я никогда не выйду замуж за него!
— Мы не можем знать, что нас ждет завтра. Поэтому то, что сейчас нам кажется невозможным, в будущем может стать смыслом нашей жизни.
Сказав это, Аделин обратила взор сквозь стекло на луну и вздохнула. Какая ирония: она прекрасно понимала чувства других, но не была способна разобраться в собственных.