Глава 15
После того, как мистер Дадли сделал Аделин предложение, прошло три дня. Столько же дней ничего не было слышно о графе Уолфорде. Мысль о признании в пылких чувствах до сих пор не выходила из ее головы, не давая возможности сосредоточиться на других вещах. Мистер Дадли — идеал мужчины: добрый, честный, галантный, обходительный и, конечно же, богатый, но несмотря на эти редкие качества, заложенные не во всех мужчинах, Аделин решила повременить с ответом. Дело было вовсе не в том, что она сомневалась в его искренности и верности, а в том, что она сомневалась в себе самой. Рядом с человеком, который любит тебя и уважает, ты всегда будешь чувствовать себя нужным, уверенным и желанным, о чем нельзя с уверенностью сказать в том случае, когда любишь ты сам. Эта дилемма не давала ей покоя на протяжении всех этих дней.
Аделин попросила мистера Дадли никому не говорить о случившемся и держать это втайне хотя бы до тех пор, пока она не будет готова со своим ответом. По ее словам, она беспокоилась о здоровье тети, мол если она узнает эту неожиданную новость от племянницы самой или от кого-то постороннего, то это отразится на ее самочувствии, чего ей, разумеется, не хотелось. Но это ли была единственная причина ее замедления с ответом?
Этот день, так же, как и предыдущие, протекал монотонно. Единственное, что позволяло Аделин отвлечься от своих навязчивых мыслей хотя бы на время, так это разговоры с миссис Уильямс, чтение книг, занятие вышивкой, но чувство пустоты внутри, однако, нельзя было заменить ничем.
После ужина вместе с Баки она вышла в сад, в котором последнее время проводила большую часть своего времени. В это время миссис Уильямс находилась уже в своих покоях, приняв перед сном прописанные доктором лекарства, слуги занимались своими обязанностями, так что отсутствия Аделин никто не замечал. Сидя на скамейке и лохматя бестревожно лежащего пса у своих ног, она внезапно услышала шелест травы, что заставило Баки навострить уши. Взглянув прямо, на стене она увидела тень, надвигающуюся в их сторону. Аделин не на шутку испугалась. Она тихонько поднялась с места, и была безумно рада тому, что ее четвероногий друг не создавал никакого шума. Шаги приближались. Несмотря на смелость и мужество, присутствующие в ней, она всем телом трепетала, но была готова встретиться с разбойником лицом к лицу. Аделин лихорадочно смотрела по сторонам в надежде найти хоть какое-нибудь орудие для самозащиты, но кроме тонкой ветки, упавшей с дерева во время ветра, она ничего не нашла. И вот, имея в руках "средство обороны", она произнесла:
— Кто здесь?
В ответ была тишина.
Спустя мгновение из-за высокого кустарника показался темный силуэт, который спустя пару шагов оказался на тускло освещенном пространстве около скамьи. Этот силуэт и этого человека сердце девушки не сможет забыть никогда...
— Боже милостивый! — произнесла Аделин, облегченно выдохнув. — Что вы тут делаете?
— Это вас так мой образ напугал? Обычно у женщин он вызывает восхищение, — сказал мужчина со свойственной ему ухмылкой.
— Не льстите себе, Дерек! — ответила она, закатив глаза. — Вы не ответили на вопрос: что вы тут делаете? Только не говорите, что пришли для того, чтобы поговорить со мной!
— Именно за этим я и пришел.
Аделин сперва показалось, что это очередной сарказм со стороны молодого графа, но, глядя на выражение его лица поняла, что тот был серьезен.
— И зачем же? У вас осталось что-то несказанное в тот день? — съязвила девушка, вновь встречаясь с каменным лицом мужчины.
— Почему вы любите все так усложнять? — задал Дерек риторический вопрос, чем вызвал у Аделин озадаченность. Не намереваясь получить ответа, он продолжил: — Я собрал информацию об интересующем вас человеке. Джеймс Уильямс, сорок пять лет, живет Хэмтонвиле, в семидесяти милях от Дербишира и работает юристом в адвокатской конторе. Женат, имеет двух дочерей. Здесь указан его адрес, — сказал тот, протянув девушке конверт. Аделин, пребывающая в состоянии полного удивления, немедля распечатала конверт, достала из него аккуратно сложенный лист бумаги и пробежалась по нему глазами. Нельзя не отметить, что почерк графа восхитил ее.
— Как вы нашли его? — задалась Аделин вопросом, внутреннее ликуя, что тот сдержал свое обещание, несмотря на возникшую между ними ссору.
— Вы же сами говорили, что обратились ко мне только потому, что у меня везде есть связи, — ответил граф, ухмыльнувшись.
— Что ж, благодарю вас, Дерек, но я ведь сказала вам, что ваша помощь мне не нужна. Вы здорово поработали над тем, чтобы заставить меня пожалеть о своем поступке!
— Я обещал вам найти этого человека, а мужчина должен сдержать свое обещание.
Аделин промолчала. В этот момент она испытала раздражение и некий восторг одновременно.
— Так значит он живет в Хэмптонвиле, — сказала Аделин с задумчивым видом, нарушив минутное молчание.
— Вы хоть знаете где это?
— Узнаю.
— Что ж, желаю вам удачи. Дорога туда займет полдня, — саркастически ответил молодой граф.
После этих слов он попрощался, повернулся и хотел было уйти, но вдруг его что-то остановило.
— Вы собрались ехать одна?
— Да, а что?
— Вы же понимаете, что это опасно? — спросил он, действительно интересуясь всей этой ситуацией.
— И что с того? Даже если бы он находился в другом графстве, я бы все равно поехала. Мне очень важно встретиться с этим человеком.
— Когда вы собираетесь отправляться в путь? — спросил тот с привычным ему серьезным лицом.
— Завтра же. Правда нужен предлог, чтобы покинуть дом, — сказала Аделин, не осознавая того, что так легко и непринужденно говорила с графом Дереком Уолфордом.
— Я поеду с вами.
— Что? Нет! Это исключено! Я благодарна вам за оказанную помощь, но... нет!
— В прошлом месяце на двух женщин напали разбойники, то и дело поджидая любую карету, которая проедет через лес. Так эти дамы были ограблены до последней одежды на себе. Думаю, вам не будет интересно знать что они делали с этими женщинами.
— О боже!
Аделин задумалась. Решив, что поедет одна, причем завтра же, она не подумала о том, каким образом она туда доберется. Дерек был прав: ехать одной действительно опасно. Но как поступить? Она не хотела иметь с ним ничего общего, но она доверяла ему. Раз уж она взялась за это дело, нужно его закончить.
— Хорошо! Я согласна ехать с вами.
— Я буду ждать вас с рассветом на том холме. Не опаздывайте.
— Не опоздаю! С пунктуальностью у меня никогда не было проблем, — гордо ответила она, хотя до сих пор не верила в то, что у нее совместное дело с графом Уолфордом.
— И еще, я бы не советовал вам ночью гулять одной. В следующий раз вы можете увидеть не меня. До скорой встречи, мадемуазель!
С этими словами он скрылся в ночи, оставив Аделин в недоумении от всего происходящего. Вернул ее в реальность пес, который все это время бегал по саду и только теперь, когда предполагаемся «опасность» исчезла, он вернулся и подтолкнул ее сзади.
— И где же ты был, когда я была наедине с ним, негодник? —улыбнулась она и взлохматила ему шерсть. В ответ она получила лишь усталый стон, и они вернулись в дом.
После встречи с Аделин, молодой граф направился туда, куда прежде не хотел идти. И принял он это решение вовсе не потому, что в нем внезапно пробудилась тоска по дому, а потому, что до него дошла новость, сумевшая разъярить его.
В это же время домой вернулся и племянник графини. Он направился прямо в кабинет покойного графа, куда ему Дереком было велено не входить. Его несколько удивил тусклый свет зажженных свечей, ибо сюда никто не имел права входить, но не став обращать на это внимания из-за усталости, он подошел к столу и хотел было плеснуть в стакан виски, как знакомый голос прервал его действия.
— Разве я не говорил тебе не приближаться к конюшне? — спросил Дерек, сидя в кресле, находившемся в темном углу, и вертя в руках стакан с виски.
— Какого черта ты тут делаешь? — испуганно крикнул мистер Дадли, чуть ли не уронив из рук графин.
— А мне что, спрашивать у кого-то разрешения приходить в свой собственный дом или нет? — гневно спросил тот, наклонившись вперед.
— До поры до времени твой дом. Я скоро женюсь. И так как ты отказался от всего имущества, то наследство перейдет ко мне. И вот тогда ты не посмеешь не то что переступить порог, так даже ходить по земле, прилегающей к моей территории, не будешь иметь права!
— Ты вроде бы еще не выпил, но уже бредишь. Ты сам-то хоть веришь в то, что несешь? — издевательски произнес граф.
— Ты мне просто завидуешь. Признай это, кузен, — сказал мистер Дадли, чем вызвал смех настоящего хозяина поместья Рэнделлс. — Пока ты блуждал непонятно где, я сидел здесь, на твоем месте и ни в чем себе не отказывал. А когда я приведу сюда свою жену, то ты вернешься туда, откуда пришел, и навсегда забудешь дорогу в Дербишир! Надеюсь, мне не придется это снова повторять.
— Да ты славно поработал над своим чувством юмора, я смотрю, — сказал Дерек, не воспринимая всерьез услышанных слов так же, как и не воспринимая того, кем они были произнесены. — Но только запомни: если кто-то и забудет сюда дорогу, так точно не хозяин этого поместья. Думаю, ты сам догадываешься кто это сделает раньше времени.
— На твоем месте я бы не стал спешить с выводами. Все изменится, как только я приведу сюда свою жену!
— И кто же эта наивная, что согласилась стать твоей женой? Видимо, здорово ты ей мозги попудрил! — серьезным, но издевательским тоном произнес Дерек, откинувшись на спинку кресла.
— Аделин Морган! Ты, должно быть, слышал о ней?
Граф с минуту молчал. Имя, которое он услышал, удивило его гораздо больше, нежели сама новость о женитьбе кузена. Однако, его эта ситуация никак не волновала, и поэтому он снова вернулся к вопросу, с которым он сюда и заявился.
— Как ты посмел продать двух породистых лошадей? Разве тебе кто-то давал на это право? — грозно спросил он, повысив голос. — Отвечай!
— Ты уже давно здесь не живешь, поэтому все, что здесь происходит, тебя не касается!
— Мне плевать на все, что здесь происходит! Меня интересуют только лошади: кому ты их продал? Больше не на что делать ставки? — поднялся с места молодой граф, сильно разгневавшись.
— Продал кому надо, а зачем — это уж точно тебя не касается! — фыркнул мистер Дадли, подошел к столу и во второй раз хотел было налить себе виски, как Дерек в мгновение ока оказался рядом с ним и с громким звуком поставил свой стакан на стол так, что его содержимое выплеснулось наружу.
— Еще как касается, чертов ты ублюдок! Как продал лошадей, так их и вернешь в конюшню! Ты меня понял? И не смей их подменить, я узнаю их среди сотен табунов!
— Предположим, что я тебя послушал, но я бы все равно не смог вернуть, ну а на то, чтобы "подменить" их, у меня не нашлось бы денег. Знаешь ли, моего годового дохода едва ли мне хватает, а тетушка, в последнее время, перестала давать мне деньги на карманные расходы как раньше, — спокойно ответил он, наконец налив себе алкоголь и сделав глоток. Граф прикладывал все усилия, чтобы не схватить его за шиворот и не прижать к стене.
— Мне абсолютно плевать на твой сентиментальный бред! Ты вернешь на место лошадей, чего бы это не стоило. У тебя срок до завтрашнего дня. На твоем месте я бы уже сейчас принялся за дело, — сказал граф, и направился к дверям.
— А то что? — с вызовом спросил мистер Дадли, заставив Дерека обернуться.
— Увидишь. Уверен, ты не забыл, что со мной лучше не иметь дела!
Если бы мистер Дадли поставил на кон все поместье, то Дерек гневался бы меньше, нежели в данном случае. Он был уверен, что его «дражайший» кузен продал лошадей не сколько из желания получить деньжат и положить их в свой карман, сколько из желания насолить ему, ибо мистер Дадли прекрасно знал, что он дорожит своими лошадями, особенно этими двумя, на которых некогда ездил сам покойный граф.
Вернувшись домой, он до самого рассвета просидел в своем кабинете, не имея желания спать. Не удавалось уснуть этой ночью и Аделин. Она думала о том, что же ей придумать такое, чтобы тетя не беспокоилась о ее отсутствии.
Причина была найдена. Ночью, написав письмо, Аделин, перед тем, как выйти из дома и пойти на назначенное Дереком место, тихо вошла в комнату тети, которая мирно спала, и положила его на прикроватную тумбу. Напоследок, глубоко вздохнув и подумав о правильности своего поступка, она решительно вышла из комнаты и направилась на то самое место.
Начинало рассветать. Поднявшись на невысокий холм, куда приказал прийти граф, она разглядела отдаленный силуэт одинокого дерева и двух лошадей, а по мере приближения эта картина стала более отчетливой и она увидела молодого графа, стоявшего к ней спиной и держащего за поводья лошадей.
— Кхм, — кашлянула она, привлекая внимание Дерека.
— А я думал вы не придете, — спокойным тоном сказал он, повернувшись к ней.
— Но я пришла!
— Да, с опозданием на целый час! Кажется, я вам говорил встретиться с рассветом, а не когда уже рассвело, — сказал он, положив обратно свои карманные часы. Было заметно, что он сдерживал свой гнев.
— Я не опоздала, это вы просто слишком рано пришли, — улыбнулась Аделин, решив поиздеваться над ним. Его расширенные удивленные глаза говорили именно о той реакции, которую она хотела добиться.
— Вы издеваетесь? Я мчался сюда изо всех сил, не желая заставить вас ждать, ибо думал, что вы уже здесь, а вы говорите, что я пришел слишком рано?! Где ваша пунктуальность, мадемуазель?
— Не упрекайте меня в моей пунктуальности! В таком случае вы должны были назначить точное время. Не моя вина, что вы не умеете давать точных инструкций, — сказала Аделин, наблюдая за шокированным лицом графа. — Мы поедем на лошадях?
Дерек недоуменно следил за тем, как она спокойно гладила гриву гнедой лошади, не отвечала ему колкостью и не скандалила, как обычно это происходило.
— Вы говорили, что дорога дальняя. Лошади не устанут? — спросила она, повернувшись к Дереку.
— Мы на них поедем только до города. Там нас уже ожидает экипаж, — ответил тот со свойственным ему холодом. — Вы хоть верхом держаться умеете?
— Вы меня совсем не знаете, — усмехнулась Аделин, резким движением забралась на лошадь и ускакала вперед. — Ну же, не отставайте!
Дерек был поражен тем, что происходило. К его удивлению, Аделин была сегодня весьма любезна и даже игрива. Что ж, ему это нравилось, и упускать такую возможность он не намеревался.
Спустя около часа они оказались в городке, где, как и говорил Дерек, их ожидал экипаж. Молодой граф велел Аделин подождать его внутри, а сам распорядился тем, чтобы лошадей доставили обратно в его конюшню. После этого он сел в экипаж и приказал извозчику трогать.
Дорога действительно оказалась длинной. За все время поездки молодые люди не промолвили не единого слова. Аделин этого и не нужно было, ибо она не отрывала глаз от окна и любовалась прелестной красотой окружающей природы. Дерек же был задумчив. Аделин изредка поглядывала на него, даже не подозревая чем заполнены его мысли. Раз уж он решил молчать, то она не станет брать на себя инициативу и не заговорит первой.
В полдень они прибыли на место. Перед их глазами открылся вид на скромный двухэтажный дом, стоящий на вершине невысокого холма. Местность оказалась безлюдной, не говоря о том, что дома можно было по пальцам пересчитать.
— Ну что, идемте? — неуверенно спросила Аделин, не глядя на Дерека.
— Если только вы готовы, — ответил тот, читая волнение на ее лице.
Аделин кивнула и зашагала вперед. Дерек последовал за ней. Спустя несколько мгновений они оказались у входной двери, и Аделин, глубоко вздохнув, постучалась в него. Минуты ожидания вызывали у нее еще больше волнения, нежели часы, проведенные в пути. Аделин взглянула на стоящего рядом с ней Дерека, словно тот знал почему дверь никто не открывает. Ответом на ее не озвученный вопрос послужил лишь взгляд, тут же вселивший в нее спокойствие, а его присутствие позволяло чувствовать себя в безопасности.
В этот раз в дверь постучал Дерек, но дверь снова никто не открывал. Молодые люди, решив, что в доме никого нет, развернулись и хотели было уйти, как раздался звук открывающегося замка и сама дверь вскоре отворилась. На пороге показалась пожилая дама маленького роста, с идеально собранными на затылке волосами и накрахмаленным белым фартуком, на котором не было видно даже одной помятой складочки.
— Что вам нужно? — спросила старушка, подозрительно посмотрев на Дерека и Аделин. Манеры ее речи оказались не такими уж и милыми, как ее внешность.
— Здравствуйте! — заговорила Аделин с улыбкой, дабы показать, что они явились с благими намерениями. — Скажите, пожалуйста, Мистер Уильямс здесь живет?
— Кто?
— Мистер Уильямс, — повторила Аделин, начиная переживать.
— Она что, глухая? — произнес Дерек, игнорируя присутствие женщины. — Тогда неудивительно почему она так долго дверь не открывала.
— Тише! — предупредила Аделин, хотя его замечание вызвало у нее смех, который она сдерживала.
— Я не глухая! — неожиданно произнесла женщина, заставив обоих одновременно посмотреть на нее. — Просто хотела уточнить. Мало ли мистеров Уильямсов на свете? А зачем он вам?
— Мы приехали к нему по личному вопросу. Вы можете сообщить ему о нас? — вежливо спросила Аделин.
— Не могу.
— Ну в таком случае мы сами зайдем в дом, — сказал Дерек, дабы спугнуть старушку, но заходить в дом, на самом деле, не собирался без позволения.
— Нет-нет, стойте. Какой же вы несносный, молодой человек! Я не могу передать о вашем визите, потому что хозяев нет дома.
— Что? Как? — затревожилась Аделин, уже мысленно считая, что весь ее план потерпел неудачу.
— Мистер Уильямс, миссис Уильямс и их дети сейчас в отъезде. Если у вас больше нет вопросов, то всего вам хорошего!
— Стойте, стойте, а когда они вернутся? — спросила Аделин, придерживая дверь рукой, ибо женщина намеревалась ее закрыть.
— А вам зачем? — вопросом на вопрос ответила женщина, сурово взглянув на нее.
— Так, мы кажется уже сказали, что пришли по личному вопросу. А теперь скажите когда вернется этот ваш мистер Уильямс! — громко и грубо произнес Дерек, у которого кончилось терпение выносить эту вредную старушку.
Аделин бросила на него взгляд, говорящий о том, что зря он так поступил, и дабы хоть как-то смягчить ситуацию и добиться нужного ответа, она вежливо спросила:
— Послушайте, пожалуйста. Мы проделали очень долгий путь, чтобы увидеться с мистером Уильямсом. Прошу, скажите, когда он вернется домой?
— Возможно завтра, возможно послезавтра... откуда мне знать?! До свидания!
— Подож... — Аделин прервал звук захлопнувшей двери, не позволив ей получить ответ на свой вопрос.
— Да эта женщина явно сумасшедшая, — констатировал граф, и стучал в дверь до тех пор, пока старушка снова не открыла ее.
— Что вам нужно на этот раз?
— Либо вы нам говорите, когда он точно приедет, либо мы входим в дом и дожидаемся его приезда вместе с вами. Уверен, вашему хозяину не понравится, что вы впустили в дом чужих.
— Ладно, скажу я вам, раз уж вам так нужно. Приходите завтра утром. Я все сказала, — с этими словами женщина снова хлопнула дверью, при этом пробубнив себе под нос слово "грубиян", что не осталось не услышанным молодыми людьми.
— А вы умеете выуживать информацию, — улыбнулась Аделин, взглянув на Дерека.
— Нам же нужно было узнать время его прибытия.
— Да, но я и не предполагала, что он может не оказаться дома. И как же быть теперь? Я написала в записке для тети, что вернусь ближе к вечеру, а мистер Уильямс приедет только завтра утром!
— Значит вот как мы поступим: теперь мы с вами знаем где живет этот мистер Уильямс, с которым вы так жаждите встретиться. Мы сейчас с вами вернемся в Дербишир, чтобы не заставить вашу тетю волноваться, и приедем в любое другое время.
— Боюсь, в следующий раз я не смогу найти другого предлога, чтобы выбраться из дома. Даже если и найду, то что, если мы его снова не застанем дома? Нет, раз уж я все это затеяла, то не стану отступать.
— Что ж, пусть будет так, потому что мне все равно, — сказал Дерек, достав из кармана часы. — Даже если вы скажете прождать здесь в экипаже до самого утра, то я не стану возражать. Не каждый день приходится видеть не скандалящую Аделин Морган и иметь с ней общее дело!
Аделин тихонько засмеялась над сказанным Дереком и, пожалуй, впервые призналась себе, что даже легкая усмешка, тронувшая его губы, была обворожительной и приковывала внимание людей, по крайней мере внимание Аделин.
— А мы разве не будем ждать в экипаже? — задалась она вопросом, отвлекшись от глупых мыслей.
— Конечно нет. Тут недалеко есть таверна, мы переждем там, —сказал он, на что Аделин молча кивнула, и они, забравшись в экипаж, тронулись в путь.
После полудня надвинулись серые тучи. Сильный ветер внезапно забушевал где-то вдали и через мгновение ока заставил близлежащие деревья шелестеть. Крупные капли дождя громко ударялись о листья деревьев, затем одна за другой скатывались по ним и падали на еще сухую землю. Неожиданно за лесом сверкнул яркий свет молнии, сопровождаемый громом. Непредсказуемо быстро разразилась гроза, небо потемнело и дневное тепло сменилось леденящим холодом.
Вскоре путники оказались у таверны. Место показалось Аделин довольно мрачным и непристойным уже снаружи. Как только она шагнула внутрь вслед за Дереком, то все мужчины, звенящие кружками эля, устремили на нее взор, рассматривая ее с ног до головы, словно впервые видели женщину. Дамы в этом заведении были одеты в не привычную для Аделин одежду и неподобающе смеялись, рассматривая ее внешность. Она опустила голову и продолжила следовать за Дереком. Стоило признаться, что несмотря на все это неприличие, с которым ей пришлось столкнуться впервые, за широкой спиной молодого графа она чувствовала себя защищенной и это ее успокаивало, хоть она и была зла на него.
— Зачем мы пришли сюда? Разве в деревне нет других мест... приличных?! — произнесла она полушепотом, ибо с их приходом в таверне наступила относительно напряженная тишина, а внимание всех присутствующих по-прежнему было устремлено на нее, из-за чего ее слова могли долететь до чужих ушей.
— Два номера, — сухо бросил Дерек женщине лет тридцати, стоявшей за стойкой.
— Есть только один, — холодно ответила женщина, переводя взгляд с Дерека на Аделин и наоборот.
— Давай ключ, — произнес граф, не спросив мнения Аделин по этому поводу.
— Что? Я не собираюсь спать с вами в одном номере! — повысила она голос, и спустя мгновение медленно повернула голову в сторону, ибо поняла, что ее слова прозвучали достаточно громко и она тем самым привлекла к себе еще больше внимания.
— Никто вас и не просит спать со мной в одном номере, — произнес Дерек, выделив слово "спать". — Она будет ваша, а я найду чем себя занять.
— Нет, я не хочу здесь более оставаться. Мы сейчас же уйдем отсюда!
— Интересно, куда же вы пойдете в такой дождь? Или хотите прождать всю ночь у порога той вредной старухи, заработав себе простуду?
— Нет, но должна же быть какая-нибудь гостиница в округе, — сказала Аделин, задумавшись над словами Дерека.
— Смею вас огорчить, что это единственное место во всем городе, где можно переждать ночь. Так что, вы идете?
Аделин не стала долго думать над ответом и согласилась, ибо другого выбора у нее не оставалось. Они миновали харчевню и по скрипучей лестнице поднялись на узкий коридор второго этажа, откуда доносились хихиканья девиц и громкие мужские голоса. Ее радовало, что ей удалось уйти от тех странных господ и оказаться в безлюдном коридоре, хоть голоса и были ужасно громкими и отвлекающими.
Они дошли до конца коридора, где находилась облезлая белая дверь, ведущая в их номер. Дерек вставил ключ в дверную скважину, открыл ее и позволил Аделин пройти внутрь. Она обвела взглядом небольшую комнату и вздохнула, поняв, что это место станет ее пристанищем до самого утра. Что можно сказать, подобные условия она видела впервые.
— Здесь, конечно, не те условия, к которым вы привыкли, но вам придется потерпеть, — сказал Дерек, увидев, как Аделин брезгливо осматривала каждый уголок комнаты.
— Откуда вы знаете это место?
— Я бывал здесь пару раз, — холодно произнес он, и подошел к окну, дабы убедиться, что не сквозит.
— Ох, — было единственное, что вылетело из уст девушки. Она была раздосадована тем, что Дерек посещает подобные места, но и рада тому, что он был честен с ней.
— Оставайтесь здесь и будьте спокойны. Я запру дверь снаружи.
— Куда вы идете? — обеспокоенно спросила Аделин, подумав, что Дерек решил оставить ее здесь одну.
— Я буду поблизости, — ответил тот после недолгой паузы. С этими словами он покинул комнату, и раздался звук вставляемого ключа в дверную скважину.
Чем занять себя Аделин не знала. Она все думала о своей тете, о том, что из-за ее внезапного отъезда та станет волноваться, что ей категорически делать нельзя. Ей еще придется придумать причину, почему она задержалась дольше положенного.
В комнате стоял невыносимый запах сырости. Аделин открыла окно и в комнату тут же пробрался свежий воздух, смешанный с запахом летнего дождя. Близился вечер. В комнате стало еще темнее. На тумбочке она увидела маленькую свечу, рядом с которой лежали спички. Не став медлить, она зажгла свечу и комната мгновенно озарилась тусклым светом. Ни книг, ни прочих вещей, способных убить время, не нашлось, оставалось только дождаться наступления сумерек и лечь спать, дабы скорее встретить рассвет и как можно раньше покинуть это место.
А вот чем себя развлекал Дерек — было Аделин очевидно. Ведь не просто так он запер ее в комнате, думала она. Как бы она не твердила себе, что ей все равно, это, на самом деле, не было так. В голове у нее вертелось столько мыслей, что от них сковывалась душа и становилось дурно.
Устав сидеть на стуле, она подошла к открытому окну, позволяя холодному воздуху снизить жар ее тела, а шуму дождя — развеять ее удручающие мысли.
— О чем вы думаете? - прозвучал возле уха Аделин спокойный, хрипловатый, давно знакомый голос, заставляющий сердце будоражить.
Вздрогнув, она резко повернулась и столкнулась с холодным взглядом серых глаз, смотрящих в глубину души. Расстояния между ними было ничтожно малым: любое неловкое движение — и они невольно коснулись бы друг друга. Аделин не слышала, как тот вошел в комнату, ибо шум дождя заглушал все посторонние звуки.
Дерек, отворив дверь, увидел у окна Аделин, обнимающую себя руками от легкой прохлады, и стоял так несколько мгновений, пытаясь запечатлеть в памяти эту картину. Теперь же она стояла близко, но находилась так далеко... Биение сердца ее можно было услышать даже на расстоянии вытянутой руки, но благо дождь скрывал его за своим плотным, невидимым занавесом. Слова здесь были не нужны: обо всем важном говорили глаза: печаль, грусть, тоска, отчаяние и... то, что Аделин никогда не осмелится озвучить.
— Ни о чем, — солгала она, и отошла в сторону.
— Вы не умеете врать, — сухо произнес Дерек, держа руки за спиной и наблюдая за Аделин.
— Точно так же, как и вы вежливо разговаривать!
— Что верно, то верно, — ответил тот, не понимая причины ее резкого перепада настроения. — Я попросил принести вам еду.
— Я не голодна, — резким тоном произнесла Аделин, усевшись в кресло и скрестив руки на груди.
— Перестаньте упрямиться, вам нужно чего-нибудь поесть.
— Так вот значит как?! Я еще и упрямлюсь!
— А что вы сейчас тогда делаете? — усмехнулся граф, вновь встретив ту Аделин Морган, которую привык обычно видеть.
— Знаете что... — не успела она договорить, как дверь комнаты отворилась, привлекая внимание обоих, и с подносом в руках вошла одна из женщин, находившихся в харчевне.
— Оставь здесь, - приказал Дерек, указав на стол.
Прошло уже достаточно времени. Аделин так и не притронулась к еде. За вечер они не вымолвили ни слова, лишь изредка бросали друг на друга взгляды, полные равнодушия. Дерек сидел в кресле, находившемся в одном углу комнаты, Аделин же — на стуле, что стоял в другом.
— Мне нужно отойти, — сказал Дерек, дабы позволить ей остаться одной, ибо думал, что она ничего не ест только из-за своего упрямства перед ним.
Аделин ничего не ответила. Она предположила, что он снова пошел туда, откуда вернулся несколькими часами ранее. Она решила, что эта мысль не должна ее волновать. Взглянув на поднос с остывшей едой, она не смогла устоять перед стаканом воды и куском хлеба — для нее этого было достаточно. Насытившись, ее клонило в сон, ибо путь был очень долгим, к тому же прошлой ночью она практически не спала.
Дерек в это время был во дворе, давая извозчику приказ подготовить лошадей к утру. Возвращаться после этого в номер он не намеревался, ибо снял его для Аделин и не хотел доставлять ей неудобства. Дождь лил без конца. Дерек одиноко шел по мощенной дороге, освещенной слабым светом уличных фонарей. Ночь казалась ему невероятно длинной. Единственным его желанием было то, чтобы наступило утро и он смог завершить дело, которое он начал с Аделин.
Возвращаясь вновь в таверну, около входа он увидел прислонившуюся к стене одну из женщин, развлекающих клиентов, которая ждала его и во все уши улыбалась.
— Я гляжу, вам одиноко, милорд, — кокетливо произнесла она, подойдя к нему близко, и нежно взяла его за руку. — Так позвольте развеять ваше одиночество.
— Проваливай! — грубо ответил Дерек, оттолкнув от себя женщину.
— А раньше вы сами приходили ко мне! Неужто какая-нибудь девица смогла покорить ваше сердце? — крикнула она ему вслед, что граф просто пропустил мимо ушей.
Он поднялся прямо по лестнице, решив оповестить Аделин о том, что они выезжают рано утром. Он вставил ключ в замок, отворил дверь и зашагал внутрь, однако не сразу увидел Аделин, что заставило его встревожиться. Окно было широко открыто, старая занавеска развевалась на ветру, позволяя воздуху дождливой ночи пробраться сквозь нее и окутать комнату холодной сыростью. Дерек все смотрел в угол, где в кресле у узкой кровати уснула Аделин. Молодой граф закрыл окно, и в помещении мгновенно воцарила тишина. Он сел на стул, стоящий в другом конце, и просто наблюдал за девушкой. Так он просидел до самого рассвета... до пробуждения Аделин.
Утром они тронулись в путь. Молодые люди ехали молча. Аделин узнавала места, по которым они ездили вчера. Окрестности были невероятно красивыми, но в своей голове она проводила сравнение, в котором природа и чистый воздух Дербишира не могли ни с чем сравниться.
Через треть часа они снова оказались у дома, у которого прошлым днем они провели немало времени, ведя беседу, как предполагалось, с домоправительницей. В этот день, благо, интересующий их человек, а вернее, интересующий только Аделин, оказался дома. Однако прежде чем пройти в дом, им пришлось здорово попортить себе нервы, беседуя с этой женщиной.
— Что вам нужно? — спросила она, открыв дверь.
— Мы пришли к мистеру Уильямсу. Вы говорили, что сегодня он возвращается домой, — вежливо ответила Аделин, улыбаясь.
— Разве? Как я могла вам такое сказать?
— Послушайте... , — только начала она, пытаясь напомнить женщине вчерашнюю ситуацию, но Дерек ее перебил.
— Вы что нас за идиотов держите?!Где мистер Уильямс? Если вы сейчас же нас не пропустите, то боюсь, что ваш белый фартук может очень сильно запачкаться. Где он? — пригрозил тот повышенным голосом, приводя Аделин в изумление.
— Кажется, я вас припоминаю... чересчур любопытная девушка и редкостный грубиян. Что ж, ждите здесь. Я сейчас доложу о вас хозяину, — неохотно ответила женщина, и хлопнула дверью.
— Она не только глухая, но еще и сумасшедшая, — заключил граф.
— Вы были слишком суровы.
— Напротив, я был очень мягок, — сухо произнес он, и отвернулся от Аделин. Она только хотела было начать с ним очередной спор, как дверь отворилась, но в этот раз на пороге показалась другая женщина не старше тридцати пяти лет, худая и достаточно привлекательная.
— Здравствуйте! Нам только что сообщили о вашем визите. Прошу, проходите в дом, — вежливо сказала женщина, и повлекла молодых людей за собой.
— Мистер Уильямс сейчас у себя в кабинете. Последняя дверь прямо по коридору.
— Благодарю, — улыбнулась Аделин, и женщина скрылась из виду.
— Мне пойти с вами?
— Я справлюсь сама, спасибо, — ответила она, и зашагала в прямом направлении.
В кабинете ее ожидал мужчина средних лет, который перебирал какие-то документы. Услышав стук в дверь, он снял свои очки, поднялся со своего стула и встал у края стола.
Мужчина оказался не так вежлив как его жена. На вид это был мужчина около сорока лет, худой, высокий, с выдержанной внешностью, темными волосами, но местами пробирающейся сединой.
— С кем имею честь быть знакомым? — спросил он, сев в кресло и указав Аделин сесть в другое.
— Меня зовут Аделин Морган, сэр. Приношу свои извинения, если отвлекла вас от важных дел.
— Ничего. У вас, должно быть, что-то важное, раз уж вы приходите к моим дверям уже второй день, ибо я очень дорожу своим временем, знаете ли. Впрочем, как и все другие уважающие себя люди.
— Эм, да, вопрос, действительно, очень важный. Буду честна, о вас я узнала совсем недавно. От миссис Уильямс... в девичестве — Морган. Надеюсь, вы не забыли о таковой?
Мужчина некоторое время задумчиво молчал, оставив Аделин без ответа, но после заговорил:
— Почему же? Не забыл, но вспомнил только когда вы о ней напомнили. И что же вам нужно от меня, мисс... Морган?
— Мне ничего не нужно, — ответила Аделин, делая акцент на первом слове. — Но вот моя тетя о вас часто вспоминает. Знаете, ее здоровье в последнее время оставляет желать лучшего, она бы очень хотела, чтобы вы хотя бы один раз приехали в Дербишир и повидались с ней.
— Ей нужна материальная помощь? Так бы сразу и сказали. Сколько?
— Я к вам не за деньгами приехала, сэр! — вспылила Аделин, резко встав с места. — Миссис Уильямс желает видеть вас Дербишире, ибо вы являетесь единственным наследником, имеющим право на дом и... единственным родственником ее покойного супруга.
— Она вас сама отправила? Не думал, что она знает где я живу.
— Тетя об этом абсолютно ничего не знает. О вашем местонахождении я узнала сама.
— Вот как! И зачем же вы приехали, позвольте узнать? С миссис Уильямс я не поддерживаю связь, и при нашей последней встрече пятнадцать лет назад я сказал, что не претендую на имущество.
— Пусть вы и не претендуете на дом, разве вам не интересна жизнь миссис Уильямс после смерти вашего брата? — задалась вопросом Аделин, понимая, что убедить этого черствого человека ей не удается.
— Мой брат и племянник, единственные люди, которые нас связывали, умерли. Стоит ли продолжать общение, если этих людей больше нет?
— Она ваша единственная родственница. И я говорю это ни как ее племянница, а как заинтересованный в этом человек. Миссис Уильямс — вдова вашего единственного брата и мать единственного племянника, которых, увы, больше нет в живых. Она мужественно перенесла минуты тягости, но как и всякий человек нуждалась в поддержке близкого человека. Однако, вы ни разу за все это время не появились в Дербишире и не разделили с ней ее грусть, но она, между прочим, до сих пор хранит ваше письмо, - первое и последнее!
Мистер Уильямс глядел в сторону и молчал, словно тщательно обдумывал услышанные слова. Немного погодя он заговорил:
— Да, меня тогда не было рядом, потому что я не мог бросить свою учебу и приехать. Ну, а приезжать после — в этом, если честно, я не вижу никакого смысла. Если это было все, что вы мне хотели сказать, то я вас услышал. Что ж, не смею больше вас задерживать. Всего доброго! — сказал мужчина, прошел к письменному столу и сел в свое кресло, вновь перебирая бумаги.
Аделин подошла к двери, в последний раз посмотрела на мужчину, который сразу же принялся заниматься своими делами, не дождавшись ее ухода, и с разочарованием произнесла:
— Когда я ехала сюда, то надеялась, что вам не все равно на судьбу вашей единственной родственницы, но видимо, я ошиблась. Всего вам хорошего!
С глубоким сожалением внутри Аделин покинула кабинет, быстрыми шагами направляясь к выходу.
— Молодой человек ожидает вас снаружи, — послышался голос супруги мистера Уильямса. — Может вы останетесь на чай?
— Нет, благодарю вас. Нам нужно идти. До свидания! — ответила она, выдавив из себя улыбку.
— Рада была вас видеть! Желаю вам всего хорошего!
Аделин немедля покинула дом, не видя надобности более находиться здесь. У экипажа ее ждал Дерек, который увидел ее грустный вид и понял, что разговор ее расстроил. Однако он не стал ничего спрашивать, пока на половине дороги она не заговорила сама.
— Благодарю вас за помощь, Дерек. Разговор, на самом деле, не удался, но я, по крайней мере, попыталась. Признаться, я была уверена, что смогу что-то сделать. Вам, должно быть, интересно знать кого вы искали?
— Поверьте, нисколько. Я просто выполнил вашу просьбу. Хотя не стану скрывать, я догадался по фамилии о родстве с вашей тетей.
— Верно. Это брат ее покойного супруга. Мне очень стыдно, что не смогла выполнить обещание, которое себе дала.
— Вам нечего стыдиться. Вы нашли этого человека, поехали к нему, поговорили — ваша совесть чиста. А что касается других, то вы никому не давали обещаний, что найдете и приведете его, я прав?
— Да, но мне так хотелось обрадовать тетю, думала, что встреча с мистером Уильямсом окажет на нее положительное влияние.
Еще некоторое время они ехали через лес в полном молчании. Аделин незаметно поглядывала на Дерека, но тот с хмурым лицом смотрел в окно, словно чем-то был раздосадован. Решив, что не станет продолжать разговор, хотя в голове у нее было множество вопросов, ответы на которые ей не терпелось получить, она отвернулась от него и начала смотреть на деревья, что проплывали вдоль дороги и оставались далеко позади.
— Когда будет свадьба? — неожиданно прозвучал голос Дерека, удививший девушку. Внезапно экипаж резко остановился, и Аделин наклонилась вперед, благо удержалась рукой за скамейку напротив и ничем не ударилась.
—Простите, ваше сиятельство, впереди была небольшая яма, — сказал извозчик, подходя к окну со стороны молодого графа.
— Вы в порядке? — спросил он ее, когда она поправляла складки на платье. Аделин лишь кивнула.
— О какой свадьбе вы говорите? — произнесла она, немного погодя, не понимая, что граф имел в виду.
— О вашей. С моим кузеном, — ответил Дерек, на что Аделин засмеялась.
— Глупости. Ни о какой свадьбе речи не шло.
— Но рано или поздно она зайдет, раз уж вы ответили согласием.
— Я не отвечала ни согласием, ни несогласием, — нахмурилась она, глядя на графа.
— Вот как?! — фыркнул тот, и на его лице показалось нечто вроде усмешки.
К полудню они вернулись в графство. Всю оставшуюся часть дороги Аделин не проронила ни слова, ибо было известно о ее внутреннем состоянии. Она все думала о словах графа, о том, что мистер Дадли не сдержал своего обещания и рассказал о предложении, но больше всего — о предстоящей встрече с миссис Уильямс перед которой нужно было отчитаться за то, что она не вернулась домой вчерашним вечером, как говорилось об этом в письме, и нужно было скрывать встречу с ее деверем, каждый раз глядя в ее глаза.
Лошади остановились у сада миссис Уильямс. Дерек первым вышел из экипажа и подал руку Аделин, дабы помочь ей спуститься. Этот жест несколько удивил Аделин, но она все же протянула ему свою. Дерек же не сразу осознал свое действие. Впервые за столько времени их руки так тесно соприкоснулись, пропуская по ее коже леденящий холод, не сравниваемый ни с чем. Он же чувствовал тепло ее руки, который боролся с его холодом и в итоге одолел его. Для него это было странно и необыкновенно, однако он не придавал этому значения так, как делала это Аделин.
— Дерек, я хочу попросить вас кое о чем, — заговорила она, хоть биение ее сердца и дрожь в теле мешали ей ясно думать и выражать свои мысли. — Пообещайте, что никому не расскажете о том, что мы с вами ездили к мистеру Уильямсу. Об этом особенно не должна знать моя тетя, ибо я боюсь, что эта новость плохо отразится на ее самочувствии.
— Вы уже должны привыкнуть, что я держу свое обещание. Об этом можете не беспокоиться.
— Благодарю вас, Дерек. Без вашей помощи, думаю, я бы не справилась одна.
— Что ж, вы мне должны, — усмехнулся он, заставив Аделин замереть на месте.
— Что вы имеете в виду? — спросила она, покачав головой. Ее благодарность начала сменяться очередным разочарованием на счет него.
— Неужели вы думаете, что люди помогают друг другу просто так и ничего не просят взамен?
— Что вы хотите? — деловито спросила Аделин, поняв, что тот помог ей не по доброте душевной.
— Сходите со мной на бал.
— Что? На какой еще бал? Вы, должно быть, шутите?
— По-вашему, я похож на шутника? — резко спросил он, дав понять Аделин, что он совершенно серьезен. — Но раз уж вы не хотите идти, то придется придумывать что-то другое. А ведь это было самое безобидное предложение, уж поверьте мне, — последняя фраза была произнесена шутливо, но серьезность его лица заставила девушку поверить.
— Дерек, я согласилась ехать с вами в другой город за сотни миль и переночевала с вами в таверне, которая напоминала кошмарный сон. Раз уж я пошла на это, то чего мне стоит пойти с вами на бал? Когда он пройдет?
Дерек ухмыльнулся, ибо не ожидал, что она согласится. До этого момента он не собирался идти на бал, на который его пригласили еще две недели назад, но если нашлась партнерша, то можно отложить свои дела и принципы и славно повеселиться.
— В субботу. Моя карета будет ожидать вас в шесть. Уже сейчас можете начать искать отговорку для вашей тети, ибо я уверен, что ей не понравится видеть племянницу в компании мужчины, о котором ходят дурные слухи, — саркастически произнес он, повторяя слова Аделин, которые она говорила во время их последней ссоры. — Хорошего дня, мадемуазель!
С этими словами он совершил поклон, сел обратно в экипаж и уехал. Аделин же предстоял тяжелый разговор с миссис Уильямс.
Разумеется, женщина бросилась к ней с расспросами о том, почему она не приехала вчера, как и писала в записке, но благо лишних вопросов, вызывающих подозрения, она не задавала. Как написала Аделин, она поехала к тете своей подруги Мэри, которая просила в последнем своем письме купить ей пряжу, нитки и все необходимое для рукоделия, ибо женщина в пожилом возрасте, а дети ее находятся в столице. А задержалась она потому, что они так заговорились и она не заметила приближающихся сумерек, поэтому женщина настояла на том, чтобы та переночевала у нее и пустилась в путь утром. На самом деле Аделин не выдумала всю эту историю. Она действительно была знакома с тетей своей подруги. Девушка лишь пересказала миссис Уильямс случай, когда они с Мэри поехали навестить ее и заодно купили пряжу и все прочее, единственное, что было неправдой, так это что, ни к какой тете она не ехала, и эта ложь камнем легла на душу.
Однако все оставшиеся дни до самого бала в своей голове она воспроизводила моменты, проведенные с графом, и не могла скрыть улыбку от этих воспоминаний. Ей не терпелось дождаться субботы, и уже в тот же день, когда Дерек пригласил ее на бал, она выбрала себе платье и всякий раз, проходя мимо шкафа, глядела на него, дабы убедиться, что она в нем произведет незабываемое впечатление.