Её грех - моё наказание

Боль в сердце, которую оставил любимый до боли человек, не лечится. Она болит и кровоточит всё время. Всё время лишь напоминая о скелетах в шкафу.

Нацуми никогда не ощущала себя так плохо. Она знала, что должна была избавиться от своего подонка-брата ещё тогда, сразу, в клубе. Но она пожалела. Девушка выбрала человечность, тем самым показывая что ни чуть не изменилась. Как ни крути, Нацуми- чистая, очень храбрая, но очень добрая душа. Лишь временные жизненные обстоятельства научили ее не показыать свою доброту никому. Она лишь сама себе хотела доказать то, что она сильнее. Что она лучше. Она бы просто хотела каждый раз приходить самоутверждаться за счёт любимого братика. Она хотела поиграть, но маленькая, хрупкая девочка совсем не заметила того, как попала в капкан сама.

Тот вечер для неё останется ужасным, страшным сном, после которого она сойдёт с ума. Майки… любимый Майки предал её. Сначала у девушки были даже слёзы, но они быстро высохли, уступая место пустоте.

И она уже не сможет простить его. Всё произошло на самом деле клин клином: она рассталась с ним, соврав про глубокую, отвратительную тайну, он – спустя двенадцать лет пробрался слишком близко к ней, почти что обнял, и в самый её хрупкий момент всунул самый острый нож в спину. Нацуми уже не сможет его простить никогда. К сожалению или к счастью – уже не важно. Отголоски в голове всегда будут припоминать ей тот самый вечер. Если как в фильмах, не произойдёт чудо и кто-то изменил бы прошлое. Но... так же не бывает, да? Похоже, Нацуми и в правду сходит с ума.

Нацуми могла бы вырваться, набить морды всем, кто там был и пытался её связать – если бы она не была такой слабой.
Если бы Майки не напоил её,
если бы события могли прокрутить назад…
Если бы все было по другому, она бы постуила лучше. Нашла бы выход из ситуации, как и всегда.
Но нет, он выбрал предательство. Выбрал её боль. Он наслаждается тем, что она теперь ощущает себя живым куском мяса.

Сейчас же всё будто размыто. Время перестало существовать. Боль – вот единственное, что осталось настоящим. Пульсирующая, режущая, она отзывается в каждом вдохе, в каждом взгляде на стены, которые запирают её. Тело словно чужое, движения автоматические, а сознание – обрывками, рваные куски воспоминаний, бесконечно перематываемые в поисках хоть какого-то смысла.

Юная леди думала, что всё выдержит.
Наивная.
Думала, что стала железной, что пережила столько, что ей уже всё равно.

Люди всегда переоценивают свои истинные способности, думая что они - лучше своего стада вокруг. — Лучше думают, глубже чувствуют, лучше знают эту жизнь. Потому что это легче. Легче думать что с твоими проблемами никто не сталкивался. Легче думать, что ты уникальный.
Этим фактом люди ищут оправдание своим действиям и поступкам, поддержку от окружающего мира, но получают лишь нескончаемые неудачи. Потому что раз ты принял чувствовать себя "оссобенным" или "уникальным" гораздо логичнее, что такой человек делает все идеально с первого раза. Но когда все не получается и летит к самому дну - приходит разочарование. Глубокие копания в себе и в своём подсознаний.

Но нет. На самом деле никто еще не познал как проживать свою жизнь, это по прежнему остается и останется секретом для каждого "несчатного". 

Достаточно было одному человеку, одному взгляду, чтобы вырвать её душу и растоптать. Как легко, оказывается, разрушить того, кто строил свою крепость годами. Просто предай его в самый неожиданный момент.

Что чувствует человек, когда его предаёт самый дорогой человек? Сначала приходит шок – короткий, обжигающий, разрушающий всё. Потом боль – медленная, мучительная, как яд, растекающийся по венам. За ней – пустота. Такая глубокая, что кажется – если заглянешь внутрь, утонешь. Не будет дна, не будет спасения. Только бесконечное падение.

Смысл?

Нацуми лежит на холодном полу, глядя в потолок. Глаза не моргают, дыхание еле слышно. Смысл… где он? Её жизнь, которую она так отчаянно строила, – это была иллюзия. Всё, к чему она стремилась, что защищала, – оказалось просто декорацией в чужой игре. И она проиграла. Разгромно.

Возможно, смерть – это выход. Возможно, единственный. Но даже смерть сейчас кажется чем-то далёким, недостижимым. Как будто и она – ещё одна иллюзия, ещё одна ложь.

Её мир разрушен. Она сама – развалины. А Майки… Он теперь живёт без неё. Какой-то частью души она понимает – он тоже мучается. Но это не имеет значения. Ни его страдания, ни её боль. Всё равно уже ничего не исправить.

Уже ничего не имеет значения.

И если бы только можно было забыться. Забыть его взгляд. Забыть его голос. Забыть, как она его любила.

Нацуми показалось, что она разлюбила Манджиро в тот же миг, как только поняла, что он заодно с её братом. Джун и Майки — двое самых близких ей когда-то мужчин — теперь стали её палачами. Они не просто желали её уничтожения, они знали, как это сделать. Чёрт возьми, знали слишком хорошо. Они знали ее саму очень хорошо, ведь она сама их когда-то близко подпустила.
Эти двое не пытались ударить в лоб, нет — они методично, холодно нащупали ту самую тонкую точку, тот самый нерв, на который нужно было надавить, чтобы сломать её.

Когда правда всплыла, когда вся отвратительная картина сложилась перед её глазами, Нацуми взглянула на Манджиро в последний раз. Она искала в нём того самого солнечного мальчишку, кхм, своего мальчишку, которого знала двенадцать лет назад. Того, кто когда-то был её светом, её первой любовью, её единственным настоящим. Тогда, даже сломленный, даже потерявший брата, он всё ещё мог улыбаться. В его глазах, пусть и погружённых в тень, всё же проскальзывал живой отблеск. Его взгляд сиял, пусть даже это сияние было слабым, еле заметным.

Но теперь... теперь этот взгляд был пуст.

Две черные, бездонные бусины, лишённые отражений. Безжизненные, холодные, чужие. Они смотрели сквозь неё, будто она уже давно перестала быть человеком, перестала быть чем-то значимым. Просто пустая оболочка, ненужный фантом прошлого.

Нацуми до последнего надеялась, что увидит в нём хоть что-то, что-то настоящее. Хоть слабый проблеск жалости. Хоть тень эмоции. Хоть что-то, что напомнило бы ей о том, что она для него когда-то значила. Она так хотела, чтобы он посмотрел на неё теми самыми глазами. Любимыми. Живыми. Теми, которые согревали её, когда они были подростками, теми, в которых отражалась целая вселенная.

Но нет.

Майки смотрел на неё так, будто её никогда не существовало.

Это было хуже, чем ненависть. Хуже, чем злоба, хуже, чем насмешка. Это было равнодушие.

И вот тут Нацуми поняла: сердце — глупая штука. Оно цепляется за фантомы, за призраки прошлого. Разум говорил, что нужно вычеркнуть его, выжечь все воспоминания, забыть даже его имя. Но сердце… сердце всё ещё помнило. Сердце всё ещё хранило его образ, его голос, его руки, его тепло. Оно не хотело отпускать.

Как бы Нацуми ни пыталась приказать себе забыть его, сердце продолжало хранить его, как запретную реликвию. И в этом заключалась её самая страшная боль.

"Сердце, что однажды пело именем любимого, не затихнет даже под гнётом предательства. Оно будет стонать в тишине ночей, сжиматься от боли при каждом напоминании. Разлюбить – значит заставить время обернуться вспять, а разве человек властен над временем? Даже те, кого судьба разорвала в клочья, продолжают носить друг друга в душе, как рану, что никогда не заживает, как имя, что навечно выжжено на сердце огнём былой любви."

P.S.
Попыталась повторить стиль писателя Оскара Уайльда (XIX век)
Надеюсь вам понравятся новые главы, мне приятно видеть вашу поддержку!!