Глава Четвёртая
Вэ́рбинд
Капли воды капали с сырого потолка и, приземляясь на землю, издавали звонкий звук, разносящийся эхом по помещению. Несмотря на то, что этот звон был чем-то обычным и вовсе непримечательным, со временем он начал раздражать слух и будто специально ускоряться, раздаваясь всё чаще и чаще. Тьма вокруг будто сдавливала, и из-за этого в глазах всё начало двоиться, а голова загудела, поэтому ноги подкосило, и тело рухнуло на колени, ударившись ими о землю. Чтобы не свалиться в воду, руки опёрлись о камни, и туловище поддалось вперёд. Чёрные, как кромешная ночь, глаза разглядывали возникшее вдали еле видное свечение, даже не заметив, как по находящейся под нависшей частью тела воде пошли круги. Слабый всплеск не был услышан, и никаких действий не было предпринято. Холодная и влажная рука наконец добралась до своей цели и крепко обхватила длинными пальцами горло жертвы, с силой утянув её за собой в пучину. Там поджидали пустота и мрак. Теперь уже несколько рук одновременно начали вцепляться в тело, пытаясь всячески причинить ему боль. И у них получалось, даже несмотря на то, что для их жертвы это было обычным делом.
Яркий свет порезал глаза. Нос с наслаждением втянул свежий холодный воздух. Поднявшись на ноги и обернувшись, взору открылся овраг, который казался просто бесконечным. По телу пробежали мурашки. Какое-то движение спереди заставило оторваться от этой одновременно пугающей и завораживающей картины. Перед глазами предстали знакомые, но по какой-то причине размытые очертания человека, имеющего сильные широкие плечи, всегда готовую к атаке стойку и строго сведённые на переносице брови. Страх и напряжение ударили дрожью. Мелкий шаг назад и ещё один… Третьего не последовало, так как нога съехала по крутому склону и тело сорвалось вниз, падая свободно и так быстро, что только ветер в ушах мог сопровождать его к смерти.
Глаза резко распахнулись. Дыхание Намтара было сбитым и учащённым. Взгляд забегал по очертаниям его покоев, фокусируясь на закрытой двери. В горле пересохло, так что принц, оперевшись локтем о перину, неторопливо приподнялся, потянув руку к стакану, стоящему на тумбе. Сделав несколько глотков, осушив таким образом сосуд, он поставил его обратно, садясь в постели. Его белая спальная рубашка облепила вспотевшую спину, чёрные волосы взъерошились. Намтар провёл большим пальцем по безымянному, среднему и указательному пальцам, будто стирая с них какую-то пыль или грязь, а потом сглотнул, взглянув в окно. Оно не было зашторенным, а это означало, что тут кто-то был, так что наследник не мог не напрячься. Дыхание наконец нормализовалось, и Намтар глубоко и медленно вдохнул носом, выдохнув через рот.
— Господин, — обратился к нему спокойный женский голос. Принц мгновенно обернулся.
— Цетин… — позвал он старушку, протягивая руку в её сторону. Та улыбнулась и медленно двинулась к нему, слегка прихрамывая. Поставив на тумбу стакан с мутной, почти похожей на кофе водой, она достала из бардачка спички, чтобы зажечь настольный подсвечник. Увидев принесённый ею напиток, Намтар, словно ошпаренный, отодвинулся подальше.
— Отвар из мака?.. — Цетин, зажёгшая уже одну свечу, взглянула на наследника, глаза которого стали похожи на щенячьи, такие же жалобные и напуганные. — Он снова хочет напичкать меня этим ужасным веществом? — Лицо парня исказил испуг. Старушка вздохнула.
— Ох, мой маленький господин, вы ведь знаете, что его величество сделает, если вы не выпьете отвар.
— Но зачем? Что не так? — Намтар не понимал, почему его отец послал знахарку, чтобы та напоила его отваром из мака, который был чем-то вроде снотворного. Что он задумал и разве есть повод? — Я не буду это пить. — промолвил принц, сжимая пальцы ладони в кулак.
— Господин, — умоляющим тоном обратилась к нему Цетин. Намтар замотал головой.
— Пусть хоть убьёт, но я не буду это пить! Зачем?
— Господин, его величество сказал, что хочет, чтобы вы спали спокойно, поэтому…
— Ложь! Что ты знаешь, Цетин? — Наследник подсел поближе к старушке, беря её ладонь в свою. Та немного замешкалась, неуверенно опустив глаза в пол. — Что он говорил?
— Нападение во время церемонии в Вéстре провалилось, — Намтар с облегчением вздохнул, запрокинув голову и неслышно прошептав одними губами «хвала небесам», после чего снова обратил всё своё внимание к старушке. — Его величество ужасно зол, боюсь, в эту ночь кто-то прольёт кровь. Так что король не хочет, чтобы вы, мой маленький господин, стали свидетелем одной из таких сцен.
— Неужели заботится? — усмехнулся принц с нотками горечи, закатив глаза.
— Опасается. Что вы узнаете о том, что ему не удалось взять контроль над Западом и посеять там панику. Что ему не удалось выбить из колеи правителей других королевств. — Цетин сильнее сжала его руку. — А ещё он боится, что вы узнаете о том, что Тесса была удостоена чести стать Повелителем. — Веки Намтара удивлённо взметнулись вверх. По его телу пробежали мурашки от понимания всей серьёзности ситуации.
— Данталиан теперь будет охотиться за её головой, да? — с тревожной интонацией спросил наследник, и так зная, каким будет ответ.
— Да.
Намтар опустил глаза, тяжело вздохнув. Плохо дело. Он прекрасно знал, как сильно его отец жаждет начать войну, установить жёсткие порядки и завоевать весь мир, подчинив людей своей воле. А теперь у него появился соперник, убив которого он точно сможет реализовать все свои тёмные планы. В коридоре послышались шаги. Цетин взволнованно обернулась.
— Господин, прошу вас, выпейте отвар. — вновь попросила она, обращаясь к принцу. Тот недоверчиво взглянул на стакан, стиснув зубы. В голове родился план.
— Ладно, я выпью. — Уголки губ старушки поднялись вверх, и она протянула ему сосуд, довольно погладив морщинистой рукой по щеке. Намтар ответил ей натянутой, но вполне реалистичной улыбкой, так как частенько врал таким образом отцу, будто поддерживая его безумные идеи.
Он поднёс стакан к губам. Нельзя было мешкать, чтобы Цетин не усомнилась в его намерениях, так что принц сделал глоток. Во всяком случае, так показалось уже собравшейся уходить старушке, которая, погладив его по плечу, поднялась с кровати, поспешно покидая помещение. На самом деле отвар, даже его капля, не успел попасть в организм Намтара, так как он задержал жидкость во рту, а после того, как Цетин уже перешагивала порог, выплюнул её обратно в стакан. Он тихо поднялся с кровати и подошёл к окну, а если быть точнее, к растению, стоящему на подоконнике, и осторожно вылил напиток в землю, после чего вернулся к постели, ставя сосуд на тумбу. Наследник опустился на пол рядом с кроватью и достал из-под неё меч. Он направился к двери, закрыл её на щеколду и продел оружие в ручку, чтобы никто уж точно не смог войти.
Намтар быстро надел на себя чёрный камзол, позволивший ему раствориться во мраке замка и ночи, и направился в умывальню, попасть в которую, благо, можно было из его покоев. Переступив порог помещения, он прикрыл дверь. Принц подошёл к шкафу, внутри которого висели халаты, лежали полотенца и другие гигиенические вещи, и неторопливо залез в него, осторожно протиснувшись между висящей на вешалках одежды. Он дотронулся до средней стенки шкафа и начал кончиками пальцев искать небольшой рычаг, тщательно скрытый в едва заметном углублении. Найдя его, Намтар потянул рычажок вниз.
Раздался тихий, но отчётливый щелчок, словно кто-то осторожно отпирает замок. Затем, без малейшего сопротивления, задняя стенка шкафа начала медленно отъезжать в сторону. Это было не резкое движение, а плавное, почти бесшумное скольжение. Сначала показалась узкая щель, из которой повеяло прохладой и запахом пыли, а затем вся панель, идеально подогнанная под размеры проёма, отъехала вглубь, открывая тёмный, манящий проход. Звук был приглушённым, как будто сама стена поглощала его — лишь лёгкое шуршание и едва уловимый гул, свидетельствующий о работе скрытого механизма. Когда проход открылся, Намтар шагнул вперёд, в темноту, оставив за собой обыденную водяную келью.
Он знал этот проход наизусть, так что уже спокойно ходил по нему в темноте, без единой свечи. Преодолев буквально пять ступеней вниз, дверь, скрывающая за собой этот удобный для перемещения путь, начала закрываться. Наследник передвигался тихо и неспешно, опираясь одной рукой о шершавую каменную стену. Здесь было так тихо, что Намтару каждый раз, когда передвигаться по замку приходилось этим путём, хотелось просто остаться здесь, в этой тёмной и таинственной атмосфере. Принц несколько раз заворачивал, спускаясь и спускаясь, пока наконец не пришёл в тупик. Так могло показаться невооружённому глазу. На самом деле он пришёл к выходу.
Нажав на выпуклый камень в стене, дверь начала открываться. Она открывалась медленно. Звук был особенным, не грохот, не лязг, а нечто сначала тихое, похожее на нарастающий шорох, как будто шёпот ветра в старых стенах. Затем, по мере того как дверь отходила дальше, к этому шороху присоединился низкий протяжный стон. Потайная дверь, замаскированная под очередной шкаф, но на этот раз высокий от пола до потолка, отъезжала вверх, обнажая заваленную старыми пыльными вещами комнату. Покинув проход, Намтар тихонько двинулся по полу к потёртому резному комоду. Осторожно открыв самый первый ящичек, он достал ключ, а затем подошёл к выходу из помещения. Вставив ключ в замок, наследник повернул его несколько раз, а затем приоткрыл дверь, заглянув в щель, чтобы проверить обстановку. Убедившись, что никого нет, хоть тут и так никто обычно не ходил, он бесшумно покинул комнату.
— Как такое могло произойти, мне кто-нибудь объяснит сегодня? — эхом разнёсся по тронному залу гневный возглас. Отец Намтара, король Данталиан, стоял около своего трона, раздражённо глядя на подчинённых. — Как? Как? На нашей стороне было всё: неожиданность, стратегия, сила, и где? Где всё это, когда мои люди бегут от врагов, как крысы с тонущего корабля? — правитель топнул, сжав пальцы в кулаки. Было видно, что он закипел и скоро начнёт крушить и убивать всех вокруг в прямом смысле слова.
Именно в такие моменты, когда король был сильно зол, Намтар благодарил всё на свете за то, что тронный зал имел два этажа и второй был неким внутренним балконом, полностью опоясывающим помещение, позволяя видеть и слышать всё, что происходило внизу. Акустика здесь была очень хорошая, от одного только шмыга носом и слишком громкого шага эхо разлеталось по всей комнате, раскрывая всякого, кому захотелось бы подслушать политические разговоры, а здесь они были именно такие, и остаться незамеченным. Но за все семь лет, что принц так делал, его ни разу не обнаружили, так что опасаться ему было нечего.
— Мало того, что вам не удалось провернуть наилегчайшую операцию, так у нас ещё и возник враг поважнее, который даже королём не является! Это обычная избалованная принцесса! Принцесса, мать твою, в руках которой теперь огромная власть! — в интонации Данталиана и повышенном тоне Намтар расслышал желание пнуть что-то, таким образом сломав, уничтожив.
Он знал, что новость о Тессе и её титуле разозлит и пошатнёт короля сильнее всего остального. Ведь он жаждет власти и так уверен в своей конечной победе, что не предусмотрел того, что появится кто-то, кто не обязан ему подчиняться, кто-то, перед кем он сам должен преклонить колено.
— Ваше величество, — встал на колени один из стоящих напротив него подданных. — Пока они все находятся в одном месте, мы можем повторить нападение.
— Нет, это исключено! — отрезал Данталиан, садясь на трон. — Наблюдайте, учитывайте все детали. Будем разбираться с органом власти каждого государства по отдельности.
Намтар, уже как несколько минут сидящий на полу, запрокинул голову, соприкасаясь затылком с холодной стеной. Он тяжело вздохнул, уже представляя, как много кровопролития будет. Ему не хотелось об этом думать. Не хотелось думать так же, как и о том, что Данталиан уготовит королевским семьям — своим потенциальным соперникам во всём, не только в вопросе власти. Принц медленно отклонился от стены и посмотрел вниз, стараясь не выдать своего присутствия.
— Как прикажете, ваше величество! Когда начинать? — Один из стоящих внизу посмотрел вверх, и Намтар быстро спрятался. Мужчина, почти разоблачивший его присутствие, сощурился, но говорить ничего не стал.
— Начинайте сейчас. Займитесь Нóрдией, Ортáлией, Сьюднáем, теми королевствами, на престолах которых сидит регент, подманите какое-нибудь приближённое к королю лицо или заставьте его работать на вас, не важно, главное, докладывайте мне всю информацию, плетите интриги, подрывайте безопасность. — Поняв, что больше ничего полезного здесь не прозвучит, наследник тихонько пополз к заветной комнате, стараясь держаться вплотную к стене.
Он вернулся обратно в покои достаточно быстро. Достал из дверной ручки меч и положил его обратно под кровать, открыл щеколду и начал снимать с себя камзол. Спустя некоторое время Намтар стоял около окна, смотря на ночные пейзажи. Он обдумывал слова, сказанные Цетин, и слова отца, которые его совсем не устраивали. Позади послышалось какое-то движение. Кто-то вошёл внутрь комнаты и тихо прикрыл дверь. Любой, кто оказался бы на месте принца, не услышал бы этого, но у того был слишком хороший слух. Он напрягся, но старался не подавать виду.
Вошедший подошёл к нему сзади и, быстро развернув к себе, пригвоздил его к стене, держа за воротник рубашки. Это оказался тот самый мужчина из тронного зала, в какой-то момент посмотревший наверх, будто собираясь обнаружить парня.
— Это настолько безрассудно, что у меня даже не хватает слов, чтобы описать это, ваше высочество.
— Я не понимаю, о чём вы говорите. — соврал Намтар, незаметно доставая из рукава нож.
— Неужели? То есть хотите сказать, что это не вы были на втором этаже тронного зала? — Наследник приставил лезвие к горлу мужчины, и тот оторопел, слегка ослабляя хватку.
— Вы уверены, что манера вашего общения допустима со мной? — Намтар слегка надавил остриём, и вошедший отпустил его, делая шаг назад и поднимая руки.
— Прошу меня простить, господин, я лишь забочусь о вашей безопасности.
— О, да неужели? И кто же вас об этом попросил, интересно?
— Цетин. — Принц нахмурился и оглядел мужчину снизу вверх.
— И почему же я должен вам верить? Человеку, который так нагло заявляется в мои покои и так же нагло при этом ещё и бесцеремонно впечатывает меня в стену? — Вошедший начал медленно склонять голову.
— Потому что прошлое не прощает ошибок… — произнёс он. После этих слов Намтар без лишних вопросов и капли сомнения в намерениях этого человека убрал нож.