Фатальная ошибка

– Ааах... – вырвался хриплый стон. Мира сжала зубы, пот скатывался по вискам. Тело дрожало, лоб горел, и весь дом будто сжался до одной-единственной комнаты, где дышать становилось всё труднее.

Кассиус был рядом, держал её руку обеими ладонями, прижимал к груди.
– Дыши... – шептал он, срываясь. – Ты справишься... дыши... Мира...

Элиан стоял у стены. Он не двигался. Его губы сжались в тонкую линию, пальцы дрожали, но он не отводил взгляда. Его взгляд метался между лицом Миры и её животом, и в глазах плескалась паника. Он не понимал, что происходит – только чувствовал: больно. Ей. Ему. Всем.

– Ещё... немного... – Мира выдохнула, губы побелели. – Он... идёт... Камиор...

Новый спазм. Новый крик. Больше не жалобный - животный, сырой.
– ААААХ! - её тело выгнулось, руки вырывались из хватки Кассиуса.

И именно в этот момент открылась дверь.

На пороге стоял Господин.
Порыв ветра тронул занавески, коснулся его одежды - и остановился.
Он ничего не сказал. Просто вошёл. Молча.
Свет за его спиной был тусклым, утренним. А в доме стояла почти тьма.

Элиан вздрогнул, когда увидел его.
– Ты... ты вернулся... – пробормотал он.

Господин кивнул. Он посмотрел на Миру – не как на Миру, а как на её. Целиком. Боль, дыхание, борьба.
Потом перевёл взгляд на Кассиуса – взгляд короткий, но полный признания.
И, наконец, на Элиана. Тот не шевелился, только прикусил губу, будто пытался сдержать что-то - страх или слёзы.

– Он рождается, – сказал Элиан.
Это прозвучало просто, но в этом было всё. Всё, что нужно было сказать.

Мира закричала. Последний раз. Длинно, пронзительно. Как будто отдавая из себя не просто тело – что-то большее. Своё прошлое. Свой мир.

И наступила тишина.

Господин медленно подошёл ближе.
Элиан сделал шаг назад, будто хотел уступить место.

И в эту тишину – встрял звук.
Хриплый. Неровный.
Плач.

Кассиус уже держал его. Неловко. Осторожно. Будто боялся раздавить.
Маленькое существо извивалось у него на руках – тёплое, мокрое. Слишком живое. Слишком настоящее.

Господин остановился напротив Миры. Он смотрел на неё, и в его взгляде впервые за долгое время не было ни ожидания, ни тревоги. Только... тишина внутри него самого.

– Он здесь... – выдохнула Мира, глядя на Господина. – Посмотри на него...

Он посмотрел.
И впервые – долго.

Элиан осторожно подошёл к Кассиусу, заглянул в младенца. Его дыхание сбилось, глаза расширились.
– Он... – он не договорил. Просто коснулся пальцем крошечной руки. – Он... тёплый...

Камиор впервые пошевелился. Будто услышал его голос.

Господин стоял неподвижно. Потом медленно опустился на одно колено.
Протянул ладонь. Не прикасаясь. Просто позволил свету – своему собственному – чуть коснуться кожи младенца.

И тот... успокоился.
Плач стих. Мира выдохнула, и глаза её закрылись.
Живая.

Господин прошептал – почти беззвучно:
– Добро пожаловать.

—◆—

– У кого скоро день рождения? – спросил Кассиус, глядя на сына. – У Камиора!

– Один год? Мы, видимо, считать не умеем...

– Только мы трое. Мира-то умеет, и очень даже хорошо.

– Ну... Сейчас это не так уж важно.

Вдруг в кустах послышался лёгкий шорох. Элиан насторожился, обернулся, но в зарослях - ни души.

– Слушай, Кассиус... – сказал он после паузы. – Тебе не снилось огромное существо? Красно-синее, как будто живое пламя?

Кассиус задумался на секунду, глядя в небо, продолжая подбрасывать Камиора.

– Нет, – отозвался он спокойно. – Ни разу.

Прошло несколько минут. Они дошли до поляны с дикой малиной. Ягоды росли у самого края обрыва - сюда обычно ходили только Господин и Элиан. Ближе такого не найти.

– Только не урони сына... – пробормотал Элиан. – Тут падать – смерть.

– Я знаю, – отозвался Кассиус, крепче прижимая ребёнка к себе.

И вдруг – свист воздуха. Из-за кустов с силой вылетели острые деревянные кинжалы, целясь прямо в Элиана. К счастью, оружие упало рядом, не задев его.

– Это что, атака Волкхарта? – выдохнул Кассиус.

– Нет... – покачал головой Элиан. – Он не использует кинжалы. И его дружки сражались другим оружием. Это кто-то другой.

Шорох повторился, теперь громче. Из кустов выскочил человек в маске – тот самый, что когда-то помог им в битве с Волкхартом. Он ринулся прямо на Элиана, сделал стремительную подножку, сбив его с ног.

Противник схватил один из упавших кинжалов и поднёс его к шее Элиана. Но Элиан быстро среагировал: прижал нападавшего ногами, вытолкнул его к краю обрыва, а сам перекатился в сторону.

Он успел схватить другой кинжал и встал, отражая следующий выпад.

Но противник не уступал ни на шаг – его движения ускорялись, становились увереннее, словно он уже приближался к победе.

– Кассиус, будь наготове! – позвал Элиан, увернувшись от удара. – «И всё же, тренировки выдались на славу.»

– Если бы он хотел напасть на меня, давно бы сделал это. Значит, цель – ты, – спокойно ответил Кассиус.

Сердце Элиана билось быстрее, кровь пульсировала в висках. Он успел увернуться от первого удара, но следующий пришёл слишком быстро – лезвие коснулось его плеча, вызвав резкую боль.

– Аргх... – тихо выдохнул он.

Человек в маске мгновенно приложил руку к ране. Из ладони вышел мягкий голубой свет, который вскоре затянул рану, словно её и не было.

«Он лечит меня?» – мелькнула мысль, полная удивления и настороженности.

– Хочешь сражаться, но не причинять вред? Интересно... – прошептал Элиан, внимательно глядя на противника.

Он резко взмахнул оружием и оставил на руке соперника тонкую царапину.

– Ну что, лечи себя теперь.

Ответом была тишина – ни звука, ни движения.

– Я знал это ещё тогда. Ты не можешь восстанавливаться, – прошептал Элиан, собираясь с силами.

Он нанёс сильный удар – попытался сломать маску врага. Но противник оказался быстрее и нанес встречный удар в грудь. Элиан почувствовал, как силы покидают тело, сознание начало уходить в темноту.

«Ещё не время сдаваться...» – последняя мысль перед тем, как мир погрузился во мрак.

—◆—

– В последнее время мы слишком часто пересекаемся. Не думаешь, что это судьба? – его голос звучал тихо, но с едва заметной угрозой.

– Опять ты?! Чего тебе от меня нужно? Почему появляешься только тогда, когда я без сознания или во сне? – Элиан был напряжён, его глаза горели недоверием и гневом.

– Хм, хороший вопрос, – Огненеус улыбнулся, но эта улыбка не сулила ничего хорошего. – Думаешь, ты просто так тут? Нет, ты для меня - ключ.

– Хватит улыбаться! Я знаю, что ты что-то задумал. Ты используешь меня.

– Возможно... но ты ещё не готов понять зачем, – ответил он загадочно.

В ответ Элиан резко выхватил кинжал из-за спины и метнул в него со всей силы. Но Огненеус ловко поймал оружие и с тихим смехом бросил его обратно – кинжал вспыхнул пламенем.

– Чёрт... – прошептал Элиан, ощутив жар от огня.

—◆—

Элиан очнулся. Он лежал ровно там же, где потерял сознание – ни неба, ни теней вокруг не изменилось. Время словно застыло.

Он резко поднял голову, взгляд метнулся по сторонам. Всё казалось прежним... слишком прежним.

К нему склонился человек в маске – осторожно, будто намеревался поднять его на руки, думая, что тот всё ещё без сознания. Но в этот самый момент Элиан распахнул глаза и нанёс мощный удар кулаком – трещина с глухим звуком прошла по поверхности маски.

Противник отшатнулся, но Элиан не дал ему опомниться – со всей силой ударил ногой прямо в лицо. Маска снова дрогнула, а человек отлетел назад, упав на край обрыва.

Элиан подошёл ближе. Маска была в трещинах, будто готова вот-вот рассыпаться, но всё ещё держалась.

– Ты проиграл, – твёрдо сказал Элиан. – Теперь говори. Объясни, зачем ты напал на меня.

Сначала – тишина. Но спустя пару мгновений противник медленно поднялся и, не произнеся ни слова, снял маску.

Под ней – лицо, которое он знал.

– Эльвира... – прошептал он. – Я догадывался.

Слёзы блестели на её щеках. Она крепко держала маску в руках, словно боялась, что если отпустит – потеряет частицу себя.

– Элиан... – она выдохнула дрожащим голосом. – Зачем?.. Зачем ты так поступил?..

В этот момент перед её глазами, будто вспышкой, пронеслись фрагменты прошлого – обрывки воспоминаний, наполненные болью, страхом... и чем-то, что давно казалось забытым.

—◆—

Яркое солнце пробивалось сквозь кроны деревьев. Лёгкий холодный ветерок тронул листву, но вокруг – ни звука, ни движения. Ни единой души.

«Я совсем одна...» – подумала Эльвира, глядя в голубое небо, продолжая идти по лесной тропинке.

Внезапно нога задела камень, скрытый под травой, и она не удержалась – упала вперёд.

– Ай...

– Нужна помощь? – послышался голос. Первый голос, что она слышала за долгое время.

Незнакомец протянул ей руку, помог подняться и с лёгкой улыбкой добавил:

– Я – Элиан. А тебя как зовут?

Эльвира немного замялась, но всё же ответила:

– Я... Эльвира.

—◆—

Эльвира всё ещё смотрела на Элиана. В её взгляде – не злость, не гнев... а боль. Перед глазами снова вставал тот момент в пещере: протянутая рука, отчаянная надежда... Она падала, глядя ему в глаза, веря, что он спасёт её.

Но он просто пробежал мимо.

– Ну что, Элиан... – голос дрогнул, но она не отводила взгляда. – Я жду... Скажи... Скажи хоть что-нибудь...

В это время, немного поодаль, Кассиус всё ещё стоял на том же месте, где и в момент начала схватки. Он осторожно качал Камиора на руках, будто стараясь не нарушить хрупкий покой. Про малину он и не вспомнил.

«Кажется... всё закончилось. Они больше не дерутся. Правда же?..»

—◆—

Зверь уже был на земле. Тяжело дышал, разрывая лапами землю, но в его глазах всё ещё тлел огонь ярости.

– Он упрямый, – прошипел Волкхарт, катана в крови. – Ему бы честь отдать и сдохнуть.

Секунда – и бурый гигант рванулся снова, метя лапой в грудь. Волкхарт ловко ушёл в сторону, лезвие блеснуло в воздухе, рассекая бок зверя. Медведь взвыл, но ударил в ответ – зацепившись когтями за того, кто стоял позади.

– Гримвар! – вскрикнул Райворт.

Когти вонзились в плечо Гримвара, разрывая плоть. Он упал на колено, кровь ручьём стекала по руке.

– Ааа!.. Чёртова тварь... – прошипел сквозь зубы Гримвар, хватаясь за рану.

– Райворт, уводи его! – рявкнул Волкхарт, отбивая очередной бросок. – Живо!

– А ты?! – крикнул тот, бросаясь к другу.

– Что за вопрос?! Ты, что, забыл кто я?

Он прыгнул вперёд, точно хищник. Медведь попытался отступить – поздно. Катана вошла в шею, разрубая плоть, с мясистым звуком. Ещё удар – и зверь повалился, захрипел, затих.

В лесу повисла тишина. Только дыхание троих – сбивчивое, рваное.

– Я же говорил: разогрев, – выдохнул Волкхарт, стряхивая капли с клинка.

Райворт помогал Гримвару подняться. Тот еле стоял.

– Он... ещё идёт? – выдавил Гримвар.

– Тот бой? – Волкхарт кивнул. – Да. Это был всего лишь зверь.
Теперь – люди.

—◆—