часть 23
Мона чувствовала, как каждый удар Ханмы отзывается адской болью в каждой клеточке её тела. Его ярость была безграничной, а злость не знала предела. «Ты думала, что перехитрила меня? Ты думала, что я повержен? Я покажу тебе, что значит предать Ханму!» — рычал он, обрушивая на неё град ударов.
Мона старалась не терять сознание, не доставлять ему удовольствия видеть её сломленной. Она понимала, что сейчас её единственный шанс — продержаться как можно дольше, дождаться помощи. Она верила, что Ран и Риндо не бросят её.
В голове мелькали обрывки воспоминаний — как она пришла в Поднебесье, как познакомилась с Раном и Риндо. Сейчас все это казалось далеким и нереальным.
Сейчас она была привязана к стулу, избитая и беспомощная, и понимала, что все ее надежды и мечты разбились вдребезги. Она стала жертвой чужих игр, пешкой в руках безжалостных игроков.
Ханма остановился, тяжело дыша. Он окинул взглядом окровавленное лицо Моны, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.
– Я ещё не закончил с тобой, тварь, – прорычал он. – Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты вообще родилась на свет.
Он взял в руки раскалённый прут и направился к Моне. Она зажмурилась, готовясь к невыносимой боли.
В этот момент дверь склада с грохотом распахнулась.
– Ханма! – прозвучал гневный возглас. – Ты ответишь!
Ран и Риндо ворвались в склад, ведя за собой толпу разъярённых членов Поднебесья. Их лица были искажены гневом, а глаза горели жаждой мести.
Ханма отбросил прут и с усмешкой посмотрел на вошедших.
– О, а вот и мои гости, – сказал он. – Я ждал вас.
– Ты заплатишь сука! – прорычал Риндо, бросаясь на Ханму.
– Не так быстро, – ответил Ханма и выпустил вперед своих людей.
В складе завязалась ожесточённая битва. Пули свистели в воздухе, люди падали замертво, крики боли и ярости наполняли помещение.
Ран, словно разъярённый зверь, прокладывал себе путь к Ханме, уничтожая всех, кто вставал у него на пути. Риндо с не меньшей яростью сражался рядом с ним, не давая врагам приблизиться к Моне.
Мона с трепетом наблюдала за происходящим. Она видела, как Ран и Риндо готовы пожертвовать своими жизнями ради её спасения.
Ран наконец настиг Ханму. С яростным криком он набросился на противника и начал наносить удары, не оставляя ему шанса защититься.
Ханма, несмотря на силу и опыт, не мог справиться с яростью Рана. Он падал под градом ударов, теряя силы.
Ран наконец одержал верх над Ханмой и оказался над ним, готовясь нанести решающий удар.
– Это за Мону, – прорычал он и нанёс сильнейший удар по челюсти Ханмы.
Ханма задышал с трудом и застыл, его взгляд стал пустым. Ран произнёс что-то Ханме и ушёл.
Ран поднялся с тела Ханмы и посмотрел на Мону. Его лицо покрывали кровь и следы изнурительной борьбы, но в глазах светилась нежность.
Боль в теле отступала, но душевные раны саднили с новой силой. Мона смотрела на Рана и Риндо, окруживших ее, словно стражи, но не чувствовала облегчения. Вина и сомнения терзали ее душу.
Когда безумие битвы стихло и члены Поднебесья, словно верные псы, убирали последствия кровавой бойни, Мона отстранилась от Рана. В его глазах плескались нежность и облегчение, но она не могла принять их.
— Зачем? — голос ее дрожал. — Почему вы спасли меня? Я снова подвергла вас риску. Снова предала вас.
Ран нахмурился, но не отвел глаз. Мона, ты ведь знаешь, — сказал он, — мы не могли оставить тебя в беде.
— Почему?! — повысила голос Мона. — Я этого не заслуживаю. Я не заслуживаю вашей защиты! Я всего лишь пешка, которая постоянно оказывается в беде!
Риндо сделал шаг вперед, пытаясь дотянуться до нее. Мона вскрикнула: — Не трогай меня!
Ее голос дрожал от страха.
Ран перехватил взгляд Риндо и жестом велел ему отойти. — Мона, ты не виновата, — сказал он ровным тоном. — Ханма и Кисаки обманули тебя. Ты стала заложницей их коварных планов.
— Это не оправдание! — воскликнула Мона. — Это чуть не стоило вам жизни!
Ран вздохнул, понимая, что сейчас бесполезно что-либо объяснять. Она должна пережить это, выплеснуть свою боль и вину.
— Всё кончено, Мона, — сказал он. — Ханма больше не представляет угрозы.
Мона недоверчиво посмотрела на него. — Ты убил его?
Ран покачал головой. — Нет, — сказал он. — Я предоставил ему выбор. Я велел ему добровольно сдаться полиции и признаться во всех своих злодеяниях. Если он откажется, его ждет мучительная смерть. И ты знаешь, что я привык держать слово.
Мона почувствовала, как её охватил холод. Она понимала, что Ран не просто так это сказал. Ханме предстояло пройти через самое ужасное испытание, но Мона не испытывала радости. Внутри неё была лишь пустота и сильная усталость.
— Что дальше? — спросила она, и её голос звучал глухо, безжизненно.
Ран подошел к ней, развязал и взял ее за руку. — Мы возвращаемся домой, — ответил он.
Мона высвободила свою руку из его хватки. — Я не знаю... — прошептала она. — Я не думаю, что смогу вернуться.
Ран нахмурился. — Что ты имеешь в виду?
— Я не могу жить с мыслью, что постоянно подвергаю вас опасности, — ответила Мона. — Я не хочу быть обузой. Я хочу... я хочу уйти.
Риндо, до этого молчавший, не выдержал. — Не говори глупостей! — резко сказал он. — Мы нуждаемся в тебе!
— Это неправда! — резко возразила Мона. — Я всего лишь... заложница.
— Которую с самого начала похитили, чтобы наказать Юми, — добавила она с горечью в голосе.
РОн подошёл к ней и мягко взял её лицо в свои руки. — Это правда, но... — сказал он, пристально глядя ей в глаза. — Ты для нас очень важна.
Мона попыталась отвести взгляд, но Ран не позволил ей этого сделать. Она чувствовала его силу, его... заботу. Но она не могла принять её.
— Я не понимаю, что со мной происходит, — тихо сказала она. — Всё так сложно и запутанно..
Ран выпустил её лицо из своих рук и вздохнул. — Хорошо, — произнёс он, — я не стану тебя заставлять. Но помни, что мы всегда будем рядом, всегда поддержим тебя, что бы ни случилось.
Мона кивнула, не в силах произнести ни слова.
Они вышли из склада в тишине, оставив позади тела поверженных врагов и осколки разрушенных надежд. Мона шла вперёд, погружённая в свои мысли, как будто блуждала в запутанном лабиринте собственных чувств.