Тени прошлого

На улице уже горели фонари. Найля направилась к Дому культуры, злясь на брата, но где-то глубоко понимая, что он просто переживает. Однако назад пути не было - она сделает всё, чтобы помочь Универсаму.
Найля подошла к зданию ДК, её шаги были уверенными, но в глазах - беспокойство. Впервые за долгое время она чувствовала себя в таком положении, как будто не контролировала ситуацию. Кощей стоял у входа, его мрачное лицо не предвещало ничего хорошего, но он был рядом, и это как-то успокаивало.
Н: Привет, - сказала она тихо, чуть заметно улыбнувшись, когда подошла ближе.
К: Привет. Готова?
Она кивнула и вместе с ним прошла в вестибюль, сдав куртки в гардероб. Внутри было шумно, гул голосов, музыка уже пробивала стены и заставляла ноги подниматься в такт ритму. Зал был полон людей, молодёжи с разными настроениями и ожиданиями. Найля обвела взглядом знакомые лица, её внимание сразу привлекли Турбо, Зима и Пальто. Они стояли в кругу Разъезда, одной из немногих группировок, с которой Универсам ещё поддерживал нормальные отношения. Когда её взгляд встретился с глазами Турбо, она почувствовала лёгкое замешательство. С ним она не общалась с тех пор, как он пустил слух про Айгуль. Кощей, не обращая внимания на её взгляд, уверенно направился в сторону кругов ДомБыта. Найля почувствовала, как в её груди что-то сжалось. Атмосфера сразу же накалилась, напряжение чувствовалось в воздухе, и этот момент не оставался незамеченным. Она не могла понять, почему она согласилась быть здесь. Всё было так знакомо и в то же время чуждо.
Зал наполнялся ритмами музыки, но для Найли всё как будто стало тускнеть. Каждый взгляд из окружения ДомБыта, особенно от ребят, из-за которых погиб её брат, ощущался как удар. Её сердце начинало биться быстрее, а в глазах загорался огонь. Девушка вывела Кощея из круга в сторону и начала разговор
Н: Почему ты здесь, Кощей? - не выдержала она, наклоняясь к нему, пытаясь скрыть раздражение.
К: Я здесь по делу, - его спокойствие не утешало. - Я должен быть здесь.
Н: Ты понимаешь, что ты делаешь, да? Ты ходишь с теми, кто отнял у меня всё, - её голос был сдавленный, но от этого не менее наполненный болью. Звуки музыки в ДК продолжали греметь, но для Найли всё вокруг исчезло. Она стояла перед Кощеем, её глаза горели от гнева и боли. Он, казалось, не ощущал того, что происходило вокруг. Он просто был там, среди них, и не осознавал, как эта ситуация разрушает её изнутри. - Ты правда не понимаешь, что ты делаешь? - её голос дрожал от сдерживаемых эмоций, а внутри всё кипело. - Ты опять пошёл на них, пошёл за этими людьми. Ты - с теми, кто убил моего брата, с теми, кто... кто разрушил нашу жизнь, - она не могла остановиться. Эти слова давили на неё, но она не могла больше молчать.
Кощей сдерживал свои эмоции, но его лицо оставалось каменным. Он продолжал стоять перед ней, будто пытаясь удержать свои чувства от взрыва.
К: Ты меня не понимаешь, Найля, - его слова были холодными и лишёнными той нежности, которую она когда-то в нём находила. - Я не для того, чтобы тебя предать. Я делаю это для себя. Это моя месть. Ты должна это понять.
Н: Месть? - она едва не закричала. - Ты думаешь, это решит всё? Ты думаешь, я забуду, как мне пришлось смотреть, как погибает мой брат? Как Айгуль обессиленная после насилия сидела передо мной, потому что они не могли остановиться?! Ты - с ними! Ты - с теми, кто уничтожил всё, что у меня было! Как ты можешь это оправдать? - её голос сорвался, и с каждой минутой она чувствовала, как слёзы подступают к глазам. Она сделала шаг назад, её грудь тяжело вздымалась от дыхания, но Кощей оставался на месте, его глаза не отворачивались от неё.
К: Найля... - его голос теперь был чуть мягче, но она не могла его слушать. Это было слишком больно. Она не хотела слышать оправдания. Всё, что она слышала, - это его холодность, его отстранённость от всего, что так дорого ей.
Н: Как ты можешь... как ты можешь идти к этим людям, когда ты знаешь, что они забрали у меня всё? - её голос стал тихим, но полным отчаяния. Она подняла руку к лицу, сдерживая слёзы, но они всё равно прорвались. Она почувствовала, как её грудь сжалась, как ей стало трудно дышать. Это было невыносимо.
Найля не смогла больше удерживаться. Её слёзы катились по щекам, она горько всхлипывала, пытаясь контролировать свои чувства. Боль была слишком сильной. Слёзы застилали глаза, но она не могла их остановить. Она стояла перед ним, срываясь в приступах эмоций, как никогда прежде. Кощей, увидев, как её сдерживаемая боль вырывается наружу, не знал, что делать. Он открыл рот, но не произнёс ни слова. Всё, что он мог сделать, - стоять и молчать. Он не был готов к тому, что происходит.
В этот момент, когда её слёзы стали обрушиваться на неё всё сильнее, и она уже не могла контролировать себя, подбежал Турбо. Он сразу заметил, что что-то не так, и подошёл к Найле.
Т: Эй, что происходит? - его голос был напряжённым, но он сразу понял, что в ситуации всё хуже, чем ожидал.
Турбо остановился рядом с ней, чувствуя, как её тело содрогается от рыданий. Он не знал, что произошло между ней и Кощеем, но видел, что она была в ужасной боли. Турбо, не дождавшись ответа, положил руку на её плечо, пытаясь успокоить. Он смотрел на Кощея, и в его взгляде читалось что-то жесткое и решительное.
Т: Ты совсем с ума сошел? - он обратился к Кощею, его голос был наполнен яростью. - Что ты с ней сделал? Ты видишь, что происходит?! - Турбо шагнул к Кощею, готовый разозлиться ещё больше.
Но прежде чем ситуация вышла из-под контроля, Турбо вернулся к Найле, осторожно обнял её, чтобы поддержать. Он чувствовал, как её тело дрожит, её слёзы были его ответом.
Т: Всё будет хорошо, - сказал он тихо, обращаясь к ней, как будто эти слова могли вернуть её к себе. - Всё будет хорошо.
Она не смогла ответить, только сжала его руку, чувствуя, что в этот момент ей не хватает ничего, кроме поддержки. Всё, что она хотела, - это почувствовать, что она не одна.Турбо стоял рядом с Найлёй, не зная, как успокоить её. Слёзы на её лице были для него мучительными, и он чувствовал, как внутри нарастает злость. Он посмотрел на Кощея и решительно шагнул вперёд.
Т: Ты, пошли, поговорим! - голос Валеры был низким и холодным, а его глаза сверкали яростью. Он не был готов молчать больше. Он не мог позволить, чтобы Найля продолжала так страдать из-за кого-то.
Кощей, уставший от всего, что происходило, вздохнул, но не стал возражать. Он молча шагнул за ним. Не хватало только того, чтобы здесь, в зале, развернулась ссора. Найля, чувствуя, что ситуация накаляется, решила не оставаться внутри. Она резко встала и побежала за ними, её сердце бешено билось. Девушка забрала куртку с гардероба и направилась на улицу. Она не могла позволить, чтобы этот разговор завершился так, как она боялась.
На улице было прохладно, воздух был тяжёлым от ночной сырости. Турбо и Кощей остановились у края тротуара, и всё вокруг словно замерло. Найля подошла ближе, её шаги были быстрыми, а лицо - напряжённым.
Т: Ну что, готов поговорить? - в его голосе звучит ярость. Он не мог оставаться равнодушным к тому, что случилось.
Кощей не успел открыть и рот, как Турбо ударил его в нос, сразу давая понять, что не собирается медлить. Кощей отшатнулся, но быстро восстановился, и, не теряя времени, ответил силой удара в живот. Найля стояла немного в стороне, сердце её колотилось, но она не могла оторвать глаз от того, что происходило. Она видела, как Турбо и Кощей стали настоящими противниками, не желающими уступать. Турбо снова нанес удар - в лицо Кощею, и тот наклонился вперёд, но тут же выпрямился и рванул в сторону, пытаясь схватить Валеру за плечо. В этот момент Кощей, с яростью в глазах, схватил Турбо за воротник и подтянул к себе, нанося мощный удар в бок. Валера пнул его по ноге, заставив его отступить. Звуки удара и боли эхом отдавались в ночной тишине. Турбо и Кощей двигались быстро, не давая друг другу ни секунды передышки. Каждый из них пытался завладеть преимуществом в этой драке. Найля смотрела на всё это с растерянностью, её руки сжимались в кулаки. Сердце в груди колотилось от страха и боли. Она не хотела этого. Она не хотела видеть, как они дерутся, не хотела, чтобы из-за её чувств начиналась эта война.
Н: Стойте! - кричала она, но её голос затерялся в шуме.
Турбо схватил Кощея за шею, пытаясь сделать решающий хват, но тот вывернулся и толкнул его в сторону. Турбо падал, но не терял времени, поднимаясь обратно, чтобы нанести ещё один удар. Найля не могла больше стоять в стороне. Она бегом подошла и в последний момент успела схватить Турбо за плечо, когда тот снова собирался ударить Кощея.
Н: Достаточно! - её голос звучал уже более решительно, хоть и дрожал от эмоций. Она остановила Турбо, его взгляд встретился с её, и в тот момент она почувствовала, как тяжело ему было остановиться.
Турбо замер, его грудь тяжело поднималась, а руки сжались в кулаки. Он посмотрел на неё, затем на Кощея, который, тяжело дыша, стоял напротив, тоже готовый продолжить бой.
К: Ты из-за неё готов уничтожить всех, да? - сказал Кощей с усмешкой, а его дыхание было прерывистым. Он не мог поверить, что всё это происходит.
Найля, несмотря на боль в груди, смотрела на обоих мужчин, не зная, что делать дальше. Её лицо было отрешённым, но сердце стучало всё сильнее.
Н: Нет, Кощей, - её голос был твёрдым. - Я не могу смотреть, как ты уничтожаешь всё, что было у нас. Ты разрушил всё, что я любила.
Турбо стоял рядом с ней, всё ещё пыхтя от драки, но его взгляд был не таким решительным, как раньше. Всё вокруг будто успокоилось, но напряжение не исчезло. Драка закончилась, но её последствия ещё долго тянулись в воздухе. Кощей стоял, тяжело дыша, а его глаза ещё не успели отойти от ярости. Он выглядел расстроенным, как будто не ожидал, что это выйдет именно так. Валера, хоть и устал, но не позволял себе расслабиться. Его взгляд, направленный на Найлю, был полон решимости, как будто он уже готов был встать на её защиту в любой момент.
Девушка стояла рядом, её руки продолжали дрожать, а грудь сжалась от напряжения. Она не хотела, чтобы всё это случилось. В её душе метались эмоции - злость, боль и разочарование, которые невозможно было скрыть. Она не могла уже находиться среди этого. Всё, что происходило, казалось ей абсурдным.
Т: Пошли - сказал Валера, его голос был тверд и спокойнее, чем несколько минут назад. Он посмотрел на неё, понимая, что ей нужно выйти из этой ситуации. Ему не нужно было никаких слов. Он знал, что она не хочет оставаться здесь, и он был готов помочь ей. Найля кивнула, и, не сказала больше ни слова, они развернулись и ушли.
На улице воздух был прохладным, и ночной ветер тревожно шевелил листья деревьев. Они двигались быстро, не оглядываясь назад. Турбо шёл чуть впереди, ведя Найлю, которая шла за ним, всё ещё поглощённая мыслями. В голове крутились слова и образы, которые она не могла отогнать.
Т: Куда пойдём?
Н: Пойдём на крышу нашего дома
Валера молча кивнул и вышел вперёд. Она следовала за ним, не раздумывая. Крыша - это было её личное место, куда она могла уйти от всего мира, погрузиться в свои мысли и освободиться от всего происходящего. Когда они подошли к подъезду, ведущему на крышу, Турбо открыл дверь, и они начали подниматься. В воздухе всё ещё витал холод, но Найля ощущала, что эта прохлада как-то её успокаивала. В последний раз она была здесь, когда всё было проще, когда жизнь была более ясной. Тогда ей не приходилось бороться с таким количеством чувств. Как только они оказались на крыше, Найля подошла к краю и остановилась. Она стояла, глядя на город внизу, на огоньки и тени, которые казались такими далекими. В её груди по-прежнему тяжело колотилось сердце. Турбо молча стоял рядом. Он знал, что ей нужно время, и не пытался нарушить её тишину. Он только теперь понял, как сильно изменилась Найля за последние несколько месяцев. Всё это время она была сильной, но теперь что-то внутри неё сломалось.
Т: Ты часто сюда приходила, когда всё было сложно, да?
Найля не сразу ответила. Она всё ещё смотрела вдаль, но её глаза стали мягче, когда она услышала его слова. После короткой паузы она тихо кивнула и села на край крыши.
Н: Это мой уголок... - её голос дрожал, но она не пыталась его скрыть. - Здесь я могу просто быть собой.
Турбо подошёл чуть ближе и сел рядом с ней. Он старался не нарушать её личного пространства, но и не мог остаться в стороне.
Т: Я знаю... - он замолчал, пытаясь подобрать слова. - Ты не должна была проходить через всё это одна.

Т: Ты ведь знаешь, я не хотел, чтобы всё так получилось - сказал он, пытаясь разрядить атмосферу. Найля, смотря в пустоту, задумчиво затянулась сигаретой.
Н: Всё изменилось. Мы не общались с тобой после той ситуации с Айгуль. Ты ведь поступил как моральный урод.
Т: Возможн я где-то не правильно о ней отозвался, но факт в том что твой брат с неё троих снял - Валера пытался оправдаться до последнего, но тем самым только отдалялся от Найли
Н: Ты до сих пор не осознаёшь своих ошибок - девушка закурила и на выдохе продолжила - Айгуль...примерная тихая девушка, которая начала ходить с группировщиком. Тебя не было, когда мы зашли в то чёртово кафе. А знаешь как всё было? - Найля повернулась к нему, и её глаза наполнились слезами.
Т: Как? - парень с ноткой жалости смотрел на девушку
Н: Я настояла на том, чтобы поехать с Вовой к ДомБыту. Мы вошли в это кафе, там сидел Вадим или Жёлтый, как вы все его знаете, я думала, что начнётся драка, но нет. Вадим спокойным тоном сказал, что им ничего не надо, отдал ключи от машины, которую они тогда забрали, и сказал, что случился инцидент. Я подумала может кто-то впрягся за Универсам, но как окзалось нет. Какой-то парень привёл Айгуль - девушка сделала паузу, по её щекам начали скатываться слёзы - он посадил её на стул, он была будто не живая, у неё были потрёпаны волосы, заплаканные глаза, порван фартук от школьного платья...я подбежала к ней, начала спрашивать, что они её сделали, а она молча опустила голову на колени и начала плакать. Тогда Вадим сказал, что пацана, который с ней это сделал уже наказан и отшит, и тогда до меня с Вовой дошло - Найля снова остановилась, сглотнула ком в горле и продолжила - Эти твари, они...надругались над ней! Пока я пыталась успокоить Айгуль, Вова уже прострелил троим парням колени и направил пистолет на Желтого. Я не успела его остановить...Я ему говорила бежать сразу, говорила, но он не послушал. Сказал, что должен забрать с собой Наташу и попрощаться с вами...вот до чего всё это довело - Найля повернулась к нему, и её глаза наполнились слезами. Она так долго сдерживала их, что теперь они начали литься.
Турбо внимательно слушал её, и его сердце сжималось от боли за неё. Он всегда думал, что Найля - сильная девушка, но теперь он видел, что даже она не может справиться с тем, что происходит в её жизни. Туркин не мог не понять её боль. Он поставил сигарету на край крыши и повернулся к ней.
Т: Ты не одна, Найля - сказал он, его голос стал мягким и полным поддержки. - Я буду рядом. Ты не обязана держать это всё в себе.
Н: Я ... не знаю, как дальше жить, - её слова срывались, и она больше не могла скрывать свои чувства. - Вова умер, Айгуль... а теперь всё это с Кощеем, с ДомБытом... и Марат не знает, что делать. Марат изменился, сильно. Он даже улыбается уже по-другому
Т: Давай просто посидим здесь, пока не станет легче. Всё, что тебе нужно, - это время.
Найля тихо вздохнула, глядя на него. В её глазах ещё было много боли, но теперь, когда она поделилась этим, стало немного легче. Они сидели молча. Он не был другом, но в этот момент казалось, что между ними наконец-то возникло понимание. Она ощущала, как её тело, наконец, расслабляется, а мысли перестают быть такими запутанными. Она могла быть здесь, с ним и, хотя вопросы оставались, хотя чувства были неясными, это был момент, когда ей было легче. В этот момент она не была одна.
Тишина стояла тяжёлой, как если бы каждый из них пытался переварить сказанное, но молчание не могло длиться вечно. Турбо встал с края крыши, и его голос, когда он нарушил тишину, был неожиданно спокойным, почти тихим.
Т: Хочешь прогуляться? - спросил он, смотря на неё. Его взгляд был серьёзным, но в нём скрывалось какое-то понимание, как будто он знал, что ей нужно именно сейчас.
Найля, не говоря ни слова, кивнула и встала с места. Она не хотела оставаться здесь, в этом мире, полном воспоминаний и пустых слов. Её ноги сами вели её, следуя за Валерой в тёмные улочки города. Лишь уличные фонари освещали их путь, когда они шли молча, не зная, что говорить.
Прошло несколько минут, прежде чем Найля, как будто снова решившаяся, заговорила.
Н: Марат не хотел всё это... не хотел подставить вас. Он... - она замолчала, подбирая слова, которые могли бы объяснить поступок её брата. - Он хотел отстоять свою любовь. Марат очень сильно любил Айгуль, а ты ему рукой в морду. Он не хотел, чтобы кто-то пострадал. Он просто испугался.
Турбо слушал, его лицо оставалось невозмутимым, но он не мог не заметить, как Найля пыталась найти оправдание для Марата, как она искала светлую сторону даже в самых тяжёлых поступках.
Т: Знаешь, ты пытаешься оправдать его, но, может быть, он тоже не понимал, что делал - сказал Турбо, стараясь быть мягким. - Но те пистолеты, те проблемы, из-за которых мы оказались в тюрьме, они не исчезнут просто потому, что ты скажешь, что он испугался или любил. Это слишком дорого стоило.
Найля затихла, и на её лице промелькнула тень печали. Она понимала, что Турбо прав, но всё равно могла понять позицию Марата.
Н: Я знаю... - её голос был едва слышен, но в нём чувствовалась не только грусть, но и решимость. - Но он для меня он поступил правильно.
Они шли молча некоторое время, а затем Турбо, обняв плечи руками, словно пытаясь согреться в этот поздний час, продолжил разговор.
Т: Я тоже думал, что не смогу простить себя за лишние неуместные слова. Когда я оказался в СИЗО, - его голос стал чуть грустнее, - мне было тяжело. Не только потому, что я был там. Было много времени, чтобы подумать, и вот что я понял... Там, в тюрьме, ты остаёшься один на один с собой. И когда тебе кажется, что ты уже не можешь выдержать, ты начинаешь искать что-то, что бы могло тебе помочь. - Турбо замолчал, а затем продолжил, почти, как если бы разговаривал сам с собой. - Месяцы тянулись, и я всё больше думал, что, может быть, всё-таки ничего не имеет смысла. Но потом, спустя время, понял, что жизнь не заканчивается, даже если ты оказался на самом дне. Ты снова должен подняться. И вот я здесь, на этой улице, с тобой.
Найля обернулась к нему, удивлённо глядя в его глаза. Его слова были простыми, но они звучали с какой-то глубиной, которой она не ожидала. Не столько из-за того, что он прошёл через тюрьму, сколько из-за того, как он научился жить с этим и продолжать двигаться вперёд.
Н: Ты... ты всё это пережил один? - спросила она, пытаясь понять, что пережил он.
Турбо коротко усмехнулся, но в его улыбке не было радости, только понимание.
Т: Нет, мне помогали те, кто остался рядом. Это не так просто. Когда ты в такой ситуации, ты осознаёшь, что никто не может пройти через это за тебя. Но ты всегда можешь попытаться помочь себе. Это главное. Я понял, что нужно идти дальше и у меня появилась цель в скором времени обрести семью, которая всегда будет рядом.
Найля задумалась. Она чувствовала, как её боль становится чуть легче, как будто она тоже может начать помогать себе. И хотя слова Турбо не могли вернуть её брата или исцелить все её раны, они стали для неё чем-то важным, как первый шаг в будущем, которое не будет таким мрачным. Они просто шли вдоль пустых улиц, словно отпуская всё, что тревожило их сердца.
Турбо молча смотрит на неё, зная, что её лицо отражает всю боль, которую она переживает. После долгого молчания он говорит, его голос спокойный, но с искренним беспокойством:
Т: Хочешь, я провожу тебя домой? Уже поздно.
Найля вздыхает, её взгляд устремляется в темноту, как будто пытаясь найти там утешение. Она качает головой:
Н: На самом деле, вовсе не хочется туда. Домой... не хочу туда возвращаться. Там всё так напряжённо. Я ... не могу.
Турбо немного поёживается от ночного холода, но не сводит с неё глаз. Он, кажется, хорошо понимает, что её слова - это не просто отговорка.
Т: Если хочешь, можешь остаться у меня. Я не против - он говорит, словно для себя, но смотрит на неё с надеждой.
Найля медленно кивает. Она не может найти слов, но чувствует, что эта возможность - шанс на хоть немного тишины, на отдых от собственного мира, который стал слишком тяжёлым.