Вечно молодые

Если с Игорем танец был легким, то Алекс собой сметал все на своем пути. Он был полностью поглощен гневом, и это играло с ним злую шутку.

Я видела, что в толпе промелькнуло ошарашенное лицо Мел, и как у нее начинали нагреваться татуировки. Она пыталась нащупать воду, чтобы если что, начать защищать меня или себя, или того, кого понадобится. Кейт с Дели тоже было легко найти. Просто две зеленые точки, которые двигались параллельно с нами по периметру с каждой стороны, расталкивая зевак. Алекс не понимал, что примени он хоть чуточку больше силы ко мне, его тут же попытаются разорвать в клочья. Глаза Мел провожали нас, но поза и взгляд говорил о том, что она сломает шею Темному, как только это будет политически безопасным поступком.

Ну или просто она сможет это сделать без свидетелей.

Алекс скользнул рукой по моей спине ниже, чем отвлек от подруги.

— Ты отдаешь себе отчет в том, что еще пару сантиметров не в том направлении, и я вырву тебе руку, а затем забью насмерть ею же?

— Пока ты можешь угрожать и сквернословить, я могу усугублять свое поведение.

Он резко дернул меня, прижимая вплотную к себе, и я с силой втянула воздух, моля всех Богов прекратить это безумие. Я быстро зашептала ему на ухо, подавляя желание откусить мочку, чтобы он пришел в себя:

— Что ты делаешь? Хочешь, чтобы это перешло границы?

— Если ты не поняла, дорогая, это уже перешло все границы.

Я вижу Лиину, у которой загораются татуировки. Отмечаю, что на ней абсолютно безвкусное платье непонятного синего цвета. Далее провожу с собой разъяснительную беседу на тему того, что последнее, о чем я должна сейчас задумываться, то, насколько я совершеннее его невесты.

Она — его невеста.

А я.... Главное, что я точно знаю, кто я.

Алекс не отвлекается на подобное. Он слишком занят тем, чтобы подвергнуть себя, меня и всех остальных, кто находится в этом зале, опасности.

И судя по тому, как едко скалится Мел в стороны наших подруг, он как никогда близок к тому, чтобы сирены разодрали его на куски.

Он дергает меня, и я почти запутываюсь в своих ногах.

— Ты агрессивно ведешь. Я не люблю таких партнеров.

— Ну, извини. Сахарный, небось, тебе больше нравится. Мне все-таки интересно: кто из вас обычно ведет в танце — ты или... ты, но делаешь вид, что даешь это делать ему?

Он опускает меня на свою руку и опускается к моему лицу. Пользуясь моментом, я высвобождаю левую руку и молниеносно залепляю ему пощечину.

Голова Алекса слегка разворачивается, следуя удару, потому что я вложила достаточно силы в попытке его отрезвить. По залу прокатывается вздох ужаса, пока его глаза медленно возвращаются ко мне, а губы расплываются в адской улыбке, от которой у меня по позвоночнику бежит недобрый холодок и внутренности сводит от страха.

И я еще раз понимаю, что мне конец.

— Он даже не заметил, что на тебе висит чье-то кольцо. Если бы он это сделал, ты бы попыталась снять это, я не вижу на твоей коже следа от этих попыток.

— Очнись, темный!

Его рука скользит по моей шее, я делаю рывок, и заставляю себя поднять. Он проворачивает меня под рукой и опять обнимает свободной. И все продолжается далее: он ведет, я пытаюсь не запутаться в шагах.

Бросаю на него мимолетный взгляд из-под лба, но он занят не мной, а тем, что шарит глазами поверх толпы, собираясь броситься на любого, кто попытается вмешаться.

— Алекс, прекрати, пострадают люди.

— Мне все равно. Ты слышала, это, вроде как, все мое? Так что, я имею на это полное право.

— Но ты не имеешь права на меня.

— О, поверь, это более чем поправимо.

Его голос холодный и жесткий. Он дергает меня на себя и поднимает мою ногу, проводя рукой по голому бедру. Я понимаю, что это конец, потому что через плечо я встречаюсь глазами с Игорем.

Он впивается в меня взглядом, но стоит на месте только за счет того, что на его плече рука Кирка. И Мариса что-то упорно шепчет ему на ухо, параллельно кидая взгляд полный страха на меня.

Я клянусь, что не видела, чтобы она позволяла себя находиться так близко к нему, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Игорь убьет Алекса.

Эта мысль так четко всплывает у меня в голове и мгновенно завладевает всем моим сознанием, просачиваясь адреналином в каждую мою клетку.

Он хочет убить его.

На это указывает каждый миллиметр его тела. Он выдергивает руку из хватки Кирка и закатывает рукава, обнажая татуировки ярко белого света.

Он тоже просто предупреждает, что мне конец.

— Подумай о Марисе. — шепчу я.- Что будет с ней, если ты сейчас не остановишься?

— Она в надежных руках, Кирк сможет ее защитить, ему я доверяю. Особенно после того, как ты сама решила, что он достаточно взрослый, чтобы получить четвертую стихию. Я уверен, в его инструкциях перед вечеринкой, есть пункт, где он закидывает ее на плечо и дает деру отсюда, как только что-то идет не так.

Мы двигаемся вдоль танцпола, и он уводит меня все дальше и дальше от Игоря. Все как всегда просчитано, и его дьявольская улыбка обжигает мой висок.

Он ведь действительно думает, что держит все происходящее под контролем.

Ловлю взглядом Мел, но она качает головой, потому что не чувствует воды в стенах этого зала в достаточно количестве, чтобы можно было драться. Конечно, мы сами поставили это условие. В противном случае мы не согласились бы приехать в дом магов воды.

Алекс прижимает свои губы к моему уху и шепчет:

— Он может быть для тебя героем, он может спасти тебя из кучи передряг, может защитить тебя от всего на свете. Стать тем, кто будет с твоей стороны. Он даже может быть тем, о ком ты так мечтала всю свою жизнь, но никогда, — его губы касаются моего уха, воспламеняя меня изнутри. — Слышишь меня?! Он никогда не будет тебя любить так, как я!

До меня не сразу доходит смысл произнесенных им слов, но, когда наконец он попадает в мой мозг, я цепенею. Я открываю рот, хватая воздух. И все также смотрю на Игоря. Который не понимает, почему я застыла.

Я пытаюсь заставить себя дышать, но мое сердце бьётся так сильно и так невпопад, что никакого воздуха не хватит. А затем я вновь позволяю ему себя вести. Мы танцуем, в моей голове снова и снова звучать его слова:

«Он никогда не будет тебя любить так, как я!»

Все шло под откос со скорость несущегося поезда, и я никак не смогу это остановить с того момента, как он не нажал на курок, а встретился со мной глазами.

Когда он в очередной раз с силой дергает меня, я уже не обращаю на это внимания. Он так много раз проделывал это за последние четыре минуты, что я перестала реагировать.

И так много сказал за эти минуты, что я...

Пока я пытаюсь сформулировать хоть одну адекватную мысль, он впивается в мои губы, а я не сопротивляюсь.

— Отвали от нее!!!

Нечеловеческий вопль Игоря рассекает пространство комнаты. И ничто его уже не сможет сдержать. Столько энергии подпитывает ненависть — самый мощный источник. Я все еще пытаюсь войти в действительность, но у меня это получается из рук вон плохо.

Я похожа на тряпичную куклу с обвисшими конечностями без костей. Просто безвольно повисла в руках Алекса, пока его губы беспрепятственно изучают мои.

Я устала сопротивляться.

Какая разница? Все равно все уже все видели и окрестили меня — шлюхой, а его предателем. Или наоборот... хотя это и не имеет никакого значения, потому что ничего из этого не остановится и не прекратится.

И сейчас, ровно в этот момент, каждый должен быть сам за себя.

Алекс отрывается от меня и переставляет, чтобы закрыть собой, в тот момент, когда Игорь шлет в нас волну воздуха.

Единственное, что в этот момент показалось мне сделать правильным, это прислонить свои пальцы к отрытому участку на шее Алекса и попытаться не упасть в обморок, пока моя энергия перетекала сквозь него.

Две волны воздуха столкнулись в центре зала с оглушительным грохотом, и вся их мощь разошлась резонансными волнами, поднимая хаос, и отбрасывая людей к стенам.

И только мы втроем остались стоять как соляные столбы друг напротив друга.

В зале поднялся визг. Темные пытались бежать к выходам, проталкиваясь, работая локтями, как будто им угрожает смертельная опасность.

Ну да, согласна, наши разборки выглядят немного пугающими.

Я отпустила Алекса и пошатнулась, в попытке сделать шаг от него. Его рука плотным кольцо обхватила мое плечо, ловя мои глаза своими:

— Ты жива?

— Не поворачивайся к нему спиной, я не хочу, чтобы ты погиб от его стихий, а хочу лично сломать тебе шею! — зашипела я в ответ. Но в голове моментально прояснилась.

— Не смей прикасаться к ней, Темный!

Игорь сокращал расстояние между ними огромными шагами. Но Алекс только усмехнулся.

— Я сказал, отойди от нее! — градус раздражения повышался, но зато его вопли обладали прекрасным отрезвляющим действием. Я начинала соображать и шарить глазами по залу.

Мел стояла рядом с Кирком и Марисой, уже без обуви на высоченных каблуках и хищно скалилась, провожая убегающих темных.

Уверена, что она наверняка их подгоняла.

Скорей всего отборным матом.

Дели с Кейт стояли чуть подальше на тот случай, если кто-то решит приблизиться к темной принцессе. Брюнетка встретилась со мной глазами и подмигнула.

Типа, да-да, мы опять в неприятностях по самые уши, но никто не говорил, что это повод не веселиться.

В следующую секунду ее охватил огонь, и она повисла в воздухе, как будто вот-вот ее тело освободит бес.

Стоит ли говорить, что толпа сошла с ума еще больше?!

Я тряхнула головой, выходя из оцепенения и замечая, что Алекс с Игорем продолжают сближаться.

Повинуясь инерции, я пошла в их сторону, будучи уверенной, что это поможет мне взять контроль над ситуацией. У меня было чувство, что из этого выберется только кто-то один.

Они были так сосредоточены на себе и своей ненависти, что не замечали ничего вокруг. Но недостаточно, чтобы не заметить, как я шла по пятам за Алексом.

— Какого хрена, ты все еще рядом с ним, Сэм?

На секунду обратила свои глаза на него, не зная, что ответить. Действительно... какого черта я делаю тут?

Рука Алекса мягким прикосновением легла на мое запястье:

— Лучше отойди, милая.

Его голос ласковый, как сладкая патока. Именно это меня настораживает.

— Убери от нее свои руки! — вопит Игорь вновь, и я наконец-то инстинктивно одергиваю руку выбираясь из тумана непонимания.

— Оооо, поверь, ей нравится это! Я так много раз прикасался к этой коже, что тебе даже не снилось.

Было впечатление, что на меня вылили ушат ледяной воды. Игорь на секунду онемел от его слов, а потом как в ускоренной съемке, ринулся к Алексу, который повторил его маневр.

Они столкнулись аккуратно передо мной, и я не могла ничего сделать. Точнее я сделала — шаг назад. Иначе, оказалась бы посередине. Ком из двух тел, которые наносили удары друг другу с угрожающей скоростью. Музыка все еще громыхала, но в зале стояли только я, сирены и Лиина, которая пялилась на меня с желанием содрать кожу.

Как будто в этом виновата исключительно я.

— Чего ты на меня уставилась, Темная? Думаешь, я насильно хватала его руки и прикладывала к себе?

В ответ ее предплечья стали неоновыми, и она сделала несколько шагов ко мне.

— Даже не думай, глупая девчонка!

Она зависла буквально на момент, взвешивая угрозу, но этого было достаточно, чтобы Дели смела ее из зоны поражения, а я снова обратила внимания на парней.

Застала прекрасный момент, когда Игорь, придавив своим телом Алекса к полу, планомерно выбивал дурь из его головы.

Не то, чтобы я это как-то поощряла, но надеялась, что может это как-то изменит ситуацию. Хотя еще пару ударов и покинут его скорее мозги, нежели идиотизм.

Я двинулась в их сторону и вытянула руку, ком разорвался на две части, откидывая друг от друга. Я попыталась оглядеть последствия. У Игоря был сломан нос, у Алекса разбита губа и наливалось несколько гематом. Одежда обоих превратилась в хлам. И я не видела даже половины пострадавших участков.

— Вы — взрослые парни, а не детсадовские мальчишки! Хватит. Иначе я выпорю вас обоих!

Алекс злобно оскалился!

— Давай, милая! Я люблю жестко, ты же знаешь.

Я уставилась на него с открытым ртом.

Проблема была в том, что я этого не знала.

Но Игорю было все равно.

Его вопль ярости заглушил все мои попытки проорать о том, что Алекс врет.

Он лжец, каких мало на земле.

Потому что он чертов эгоист, каких тоже считанные единицы в этой вселенной.

В два неистовых движения Игорь отталкивает меня со своего пути, подхватывая Алекса и унося его в параллельную стену. От силы удара каменная преграда пошла трещинами, и даже многоярусная хрустальная люстра, зазвенев, угрожала упасть.

Я перенеслась максимально близко к ним, вновь отрывая одного от другого, на этот раз я завернула обоих в свой купол и подвесила над землей. Они барахтались словно черепахи, которых перевернули верх пузом, но ничего не могли с этим поделать.

— Вы — два идиота! Уймите свой тестостерон, иначе, если будет острая необходимость, я сделаю так, что вы лишитесь своих...

— Сделай это! — проорала Мел, — Тогда у нас будет на две проблемы меньше. — она дала пять хихикающей Дели, чем окончательно переключила внимания парней.

— Я не игрушка в песочнице и не принадлежу ни одному из вас, и я устала наблюдать за тем, как вы меня делите! Я принадлежу только себе!

Теперь они висели, не особо сопротивляясь. Просто наблюдая за мной.

— И я не хочу быть той, из-за которой развязалась война, потому что она поспособствовала убийству одного из...

Меня отбросило в сторону толчком.

Я улетала, кувыркаясь в воздухе немыслимое количество раз. А потом катилась уже по жесткому мраморному полу, чувствуя каждую торчащую кость и коря себя за то, что мало ела. Наконец картинка перестала вертеться, и я с грохотом врезалась спиной в барную стойку, за которой мы с Алексом прятались несколько минут назад. Боль пронзила все тело и когда я перекатилась на пол, то оценила ту вмятину, которую оставила собой в деревянной обивке. Я видела чьи-то начищенные до блеска ботинки, которые гулко шагают, приближаясь ко мне. От силы удара в глазах немного двоилось, и я явно почти не слышала левым ухом.

Снова.

— Ну что, милая маленькая Сэм, скажи мне, начнется ли война, если я убью верховную сирену?

Андрей опускается ближе ко мне, наблюдая за тем, как я пытаюсь сесть, опираясь на стену, и стянуть с себя неудобные туфли, которые теперь совсем не подходят для этого случая.

Он едко улыбается и снова продолжает:

— Ты права. Они так заняты собой, что им плевать на тебя. Всем плевать на тебя. Потому что ты — ничто. Всего лишь некоторая форма оружия, которое может разговаривать и выдавать абсолютно бесполезные вещи. — Он встает, чтобы отойти на несколько метров, и продолжает. — Посмотри на них! — Алекс с Игорем снова сцеплены как будто они сиамские близнецы с одним сердцем на двоих, только они очень агрессивные и ненавидящие. Я нетвердо поднимаюсь на ноги, все еще опираюсь на стойку одной рукой, выпрямляюсь, чтобы стоять в полный рост.

Он снова поворачивается ко мне, всплескивая руками:

— Боже! Какая же ты маленькая. Если бы не знал, какую боль можно испытать, когда эти наманикюренные ручонки ломают мне скулу, то даже, наверное, понял бы их!

Я вздергиваю подбородок и ловлю его взгляд.

— Просто сдайся! И тогда я сделаю это быстро и почти безболезненно.

Но он в отличие от моих принцев не знает, что у меня нет такой опции в базовой комплектации.

Я делаю два шага и переношусь к нему, чтобы нанести удар!

Но теперь он наставил на меня пистолет.

И с этим я ничего не смогу поделать.

Я замираю в миллиметре от того, чтобы его дуло прикоснулось к моей груди.

Злостный двойник Алекса властно скалится мне, пока я пячусь назад, полностью исключая возможность повернутся к нему спиной.

Я увидела краем глаза, что Мел выбрасывает перед собой волну воздуха, чтобы удержать Игоря, а Алекс бежит ко мне, что-то истошно вопя, но его пытается задержать Лиина. Дели появляется просто из ниоткуда, заламывая ей обе руки, и опрокидывает на пол лицом. Она пятится от сирены, пока Кейт злобно шипит в ее сторону.

— Беги, пока можешь, Темная. Иначе, клянусь, мы разделаем тебя на мелкие куски!

Они не отходят от инструкции — чтобы не случилось, защищать Марису и плевать на меня. Алекс почти добежал до нас. Оставалось всего пару метров. Мариса вырывается из рук Кирка и бежит ко мне. Я поднимаю руку, и ее сметает волной воздуха прямо в руки ее парня.

— Сэм, я прикончу тебя, если этого не сделает он! — кричит она в ответ, неистово брыкаясь, пока Кирк пытается оттащить ее.

Андрей подбрасывает Алекса в воздух, и он оказывается еще дальше от меня.

Я еще раз посмотрела на Мел. Она была практически отключена от реальности, сдерживая Игоря. Я ее попросила об этом. Она, сжимая от злости челюсть, пообещала мне за секунду до того, как войти в зал, что чтобы не случилось со мной, она сделает все, чтобы он вышел отсюда живым.

И сейчас она просто наблюдает сквозь меня, отрицая происходящее, иначе все пойдет прахом.

Я вдыхаю свой последний вдох и перевожу взгляд на Андрея. Глаза змеи хищно улыбаются мне.

— Ты была забавной зверушкой, но правда в том, что пора заканчивать эту игру, она больше не приносит такого удовольствия. Прощай, Маленькая Сирена.

И он нажал на курок, целясь прямо в мое сердце.