Глава 26
Джон резко поднялся, его взгляд метался между щитом в моих руках и моей позицией. Он шагнул вперёд, собираясь вырвать его силой — и в этот момент по ангару разнёсся лёгкий, звонкий топот. Все замерли.
— Мам! — донеслось знакомое голоском.
Мы одновременно обернулись. У входа в ангар бежала Марта, а чуть позади — Шерон, тяжело дыша, явно не успевая за ней. Я ошеломлённо моргнула — сердце сжалось от неожиданности.
— Марта?! — крикнула я.
Девочка не остановилась. В её глазах был испуг и решимость. Она подбежала ко мне и прыгнула на руки. Я машинально подхватила её, прижимая к себе.
— Мамочка! Я волновалась! — прошептала она, уткнувшись мне в шею.
Щит мешал, и я, не отрывая взгляда от Марты, бросила его в сторону Баки. Он, как будто ждал этого — ловко поймал щит и передал его Сэму, не проронив ни слова.
Я крепче обняла Марту и с трудом спросила, пытаясь не сорваться:
— Почему ты здесь? Ты же обещала, что останешься дома. Почему не послушалась?
Марта подняла на меня глаза, полные детской серьёзности.
— Я просто... я боялась, что с тобой что-то случится. И с папой тоже, — она повернулась к Баки и весело махнула, — пап, ты в порядке?
Баки мягко улыбнулся и кивнул, с трудом скрывая эмоции. Шерон, стоявшая у входа, прикрыла лицо рукой, еле сдерживая смешок. Сэм чуть слышно хмыкнул.
А вот Джон... он замер. На лице его появилось странное выражение — смесь удивления, шока и... осознания. Он медленно опустил взгляд, как будто впервые по-настоящему увидел не противников, а людей.
— Мамой?... Папой?.. — тихо выдохнул он, как будто пробуя слова на вкус.
Он сделал шаг вперёд, но не к щиту. Ко мне. Его колени подогнулись, и он буквально рухнул передо мной на пол.
— Я... прости. — Его голос дрожал. — Я не знал... что у вас с ним всё настолько серьёзно. Что вы... семья. Я... я перегибал. И был неправ. Очень.
Я молча смотрела на него, не зная, что сказать. Марта испуганно оглянулась и крепче вцепилась в меня. Баки тут же оказался рядом, его рука легла мне на спину, поддерживая — спокойная, уверенная. Щит теперь был у Сэма. Всё было на своих местах.
Джон поднял голову. Его глаза были наполнены растерянностью и какой-то мягкой, человечной грустью.
— Почему ты не сказала? — хрипло спросил он. — Что у тебя есть ребёнок... что она от Баки? — Он кивнул на Марту, и голос у него дрогнул. — Мне... стыдно. За всё, что я делал. Как я себя вёл. Я вёл себя как идиот.
Он перевёл взгляд на Марту и вдруг чуть улыбнулся, искренне и с теплотой.
— У тебя самая прекрасная мама на свете, — сказал он тихо, и Марта, всё ещё у меня на руках, чуть смущённо улыбнулась и кивнула.
Баки стоял рядом. Его взгляд оставался жёстким, но теперь в нём не было злости. Скорее — строгое предупреждение, как будто он дал Джону понять: «Ещё один шаг в сторону — и ты узнаешь, на что я способен. Но пока... пока ты на правильном пути».
Я посмотрела на Джона, и внутри что-то оттаяло. Его искренность чувствовалась. Он больше не был тем агрессивным, одержимым силой солдатом. Сейчас передо мной стоял человек, который осознал.
Я улыбнулась. Мягко, по-доброму.
— Я прощаю тебя, Джон. Все мы совершаем ошибки, — сказала я, перед тем как аккуратно опустить Марту на землю.
И, сделав шаг вперёд, протянула ему руку.
— Давай начнём всё сначала?
Он замер, будто не веря, а потом протянул свою руку в ответ и крепко её пожал.
— Спасибо, — тихо выдохнул он. — За второй шанс.
Баки молча подошёл ближе и положил руку мне на плечо. Его прикосновение было таким тёплым и спокойным. Мы были рядом. Вместе. И именно в этот момент всё наконец стало на свои места.
Я улыбнулась Джону. Насколько могла искренне человеку, который не так давно публично оскорбил меня и унизил мою гордость. Было трудно, но я старалась. Всё ради мира. Ради Марты. Ради себя.
— Просто больше не ввязывайся в защиту страны, Джон, — сказала я спокойно, но твёрдо. — Ты сильный, да. Но ты не готов к решениям, где нужно холодное мышление, а не горячая кровь.
Он опустил голову, и я заметила, как его челюсть напряглась, будто он хотел что-то возразить, но сдержался. Баки, не говоря ни слова, поднял Марту на руки. Она привычно обняла его за шею, положив голову на плечо — будто только там и могла чувствовать себя в безопасности.
Мы с Сэмом и Шерон двинулись за ними. Джон остался стоять, не сделав и шага. Тишина была почти успокаивающей, но вдруг он окликнул нас:
— Подождите.
Мы остановились, я обернулась. Он смотрел не на меня, не на Сэма. На Баки. В его голосе не было ни агрессии, ни нападок. Только искреннее недоумение:
— Я не понимаю... Баки, десять лет назад ты был в Гидре. Но... этой девочке, — он кивнул на Марту, — ей ведь должно быть уже лет одиннадцать, судя по внешности. Как такое возможно?
Я сразу почувствовала, как напряглась Марта в объятиях Баки. Как её маленькие пальчики вцепились в его куртку. Мы с Баки переглянулись. Всё было на грани.
Я сделала шаг вперёд, прикрывая их.
— Это не твоё дело, Джон. — Я произнесла это спокойно, но жёстко. — Только если Марта сама захочет... она расскажет.
Баки ещё крепче прижал её к себе, его взгляд ясно говорил: не лезь. А я посмотрела на Джона и добавила:
— Некоторые раны слишком личные. Не все дети рождаются от тех, кто их любит. Иногда — наоборот.
Джон растерянно кивнул. А я уже отвернулась, положив ладонь на спину Баки и чуть подтолкнув его вперёд. Мы пошли прочь — и на этот раз Джон нас больше не останавливал.