Глава 131. Подобную красоту и удачу может заполучить только господин Тан!
Череда происшествий почти всех сбили с толку, особенно семью Линь. Поначалу супруга Чень и экономка сомневались в сказанном и думали, что Тан лишь хочет их напугать, и не ожидали получить подобные новости. Семья Линь какое-то время не могли осознать это, не говоря уже о госпоже Чень, которая от шока просто потеряла сознание. Даже экономка была ошарашена и оцепенела на некоторое время.
После того, как префект Фан и Цзы Мин отошли от потрясения, они устремили взгляды на Тан Фана, как на самого старшего по званию.
Тан Фан спросил:
«Когда вы нашли труп, вы обыскали окрестности? Где находится старый храм городского Бога?»
Служащий префектуры, скорее всего их лидер, по порядку все ответил:
«В этом городе есть два Храма Городского Бога, расположенные на востоке и западе города. Новый Городской Храм Божий построили не так давно, а старый постепенно забросили, так как он близко к пригороду, туда мало кто ходит, а если и заходят, то чаще ими оказываются бездомные бедняки, чтобы укрыться от дождя. Мы не ожидали, что секретарь Линь будет там, поэтому потребовалось много времени, чтобы найти его. Когда нашли его, то обыскали весь храм и окрестности, но не нашли никого подозрительного.»
Тан Фан уточнил:
«Где труп?»
Служащий поспешно ответил:
«Его уже принесли к воротам, он снаружи, не хочешь взглянуть?»
Тан Фан:
«Поторопись и занесите его!»
Вскоре принесли труп, а госпожу Чень отправили на дальний двор отдохнуть, иначе, наблюдая за этой сценой, она снова не выдержит и это нанесет вред ее сердцу.
Линь Фэнъюань действительно был убит. Рана была нанесена острым лезвием сзади прямо в сердце. Там была такая огромная кровавая дыра, что даже бессмертный бы потерял жизнь, не говоря уже о Линь Фэнъюане, который таковым не являлся, и он не смог дождаться помощи. Когда правительственные чиновники Цзиань нашли его, он был уже мертв, лежащий в ужасающей луже крови.
Тан Фаню не нужно было что-то говорить, чтобы озвучить факты, до которых многие и так догадались: убийца напал на Линь Фэнъюаня сзади, и он, должно быть, воспользовался его беззащитностью.
Когда Линь Фэнъюань выходил, рядом с ним только его помощник, который теперь исчез, так что весьма вероятно он и был убийцей.
Вспомнив ссоры и разногласия нескольких поколений семей Линь и Шэнь, о которых ходили слухи в префектуре, префект Фан и Цзы Мин подсознательно посмотрели на Шэнь Куньсю.
Шэнь Куньсю заметил эти подозрительные взгляды, тут же побагровел и сердито прорычал:
«Что вы все на меня смотрите? Его смерть и его сына, меня никак не касается. Если я убийца, то поразит меня молния и я умру страшной смертью!»
Тан Фан проигнорировал его, он размышлял, не так как все, и Шэнь Куньсю сейчас практически не имел значение.
Слева и справа от него стояли Си Мин с остальными, тот бы не смог сбежать даже, имея крылья, поэтому Тан Фан сначала спросил экономку:
«Этот помощник по имени Лай Ван, вы, наверное, не вв курсе его происхождения?»
Экономка грустно ответила:
«Нет.. когда хозяин привел как личного помощника и велел постоянно оставаться подле, я немного засомневалась и хотела задать несколько вопросов, дабы подробнее разузнать о человеке, но господин не только не ответил, но и отругал, я не осмелилась больше спрашивать.. как же так произошло...»
Тан Фан уточнил:
«Есть ли в вашем доме кто-нибудь с таким же сомнительным прошлым, как он?»
Экономка сказала:
«Нет, кроме него, в семье Линь обо всех все известно».
Тан Фан попросил дворецкого найти картину, висевшую на стене до этого, но перерыв весь дом Линь служащие так и не смогли отыскать ее.
Тан Фан прошел в кабинет и спальню Линь Фэнъюаня, чтобы лично все перепроверить, но за исключением официальных документов и разных личных бумаг не нашел никаких зацепок. Если бы не серия происшествий с Линь Фэнъюанем и смерть его сына, то можно было бы подумать, что он обычный чиновник шестого ранга и примерный семьянин.
Теперь, когда такое произошло, хоть никто и не высказал, но все стали еще сильнее подозревать причастности Шэнь Куньсю к происходящему.
Но, взять и вот так просто из-за старых обид Шэнь Кунсю, убить двух человек, это было бы слишком жестоко.
Если выяснится, что это действительно сделал Шэнь Куньсю, то вызовет самый грандиозный скандал со времен основания династии Мин — двор обязал чиновников служить народу, а не бороться друг с другом целыми днями, вплоть до того, что забирают жизни... Разве это не скандал?
Шэнь Куньсю с самого начала был в ярости, но теперь он постепенно успокоился и стоял, глядя в потолок, заложив руки за спину, не говоря ни слова, выглядел при этом отчужденным и высокомерным, создавая ощущение, что «все пьяны, а он один трезвый».
К счастью, Тан Фану сейчас было не до него. Если кто-то со стороны увидел бы такой отчужденный вид, то даже если не захотел бы его избить, то точно уж постарался поддеть, чтобы усложнить тому жизнь.
В это время служанка Сяо Чжоу, стоявшая рядом с Тан Фаном, внезапно наклонилась и что-то нашептывала ему на ухо, выглядел этот жест очень интимно, она оказалась еще более безнравственной, чем ее хозяйка.
Лу Линси с трудом смотрел на подобное, но Тан Фан и Сяо Чжоу, как будто не видели в этом ничего предосудительного, и чувствовали себя естественно и расковано.
Тан Фан, казалось, согласился со сказанным Сяо Чжоу, поэтому повернулся и спросил дворецкого:
«Есть ли в этом доме место, которое хозяин охраняет и не разрешает никому заходить, даже чтобы прибраться?»
Управляющий ответил:
«Это должен быть кабинет. Кабинет — это место, где работает мастер. Никогда не пускает посторонних, но днем там прибираются, поэтому не настолько секретное место.»
Но Тан Фан только что уже обыскал кабинет и ничего не нашел.
Тан Фан переспросил:
«Больше ничего нет? Тебе следует хорошенько подумать».
Управляющий подумал немного и ответил:
«Есть одно, но это всего лишь подсобное помещение. Там раньше всякий хлам был навален, а потом для чего использовали не понятно. Хозяин запер ее, и никому не разрешал входить.»
Тан Фан: «Проведи меня туда. Хочу посмотреть».
Управляющий: «Сюда, пожалуйста».
Он привел Тан Фана в подсобку рядом с дровяным домиком на заднем дворе. Префект Фан, Цзы Мин и остальные не смогли сдержать любопытства и последовали за ним.
Они давно слышали, что Тан Фан блестяще раскрывает преступления, но никогда не видели этого своими глазами. Нынешнее дело изначально казалось простым, но на самом деле внутренних было множество подводных камней и Шэнь Куньсю был явно главным подозреваемым, но Тан Фан лишь бросил все силы на поиски обычной картины семьи Линь. Префект Фан с остальными не осмеливались останавливать и опрометчиво вмешиваться в происходящее, они просто наблюдали, чтобы понять серьезно ли Тан Фан относится к делу и по праву ли заслужил звание Бога расследований.
Без ключа помещение нельзя было открыть, но слуги семьи Линь не осмелились применять силу, но это не значит, что никто другой тоже не осмелился. Лу Линси шагнул вперед и выбил замок, открыв дверь настежь.
Помещение не убирали много лет, оно было наполнено дымом и пылью, которые забивали ноздри, многие не удержавшись закашлялись.
Затем управляющий приказал принести несколько подсвечников и поставить их в каждом углу комнаты, чтобы осветить пространство.
Однако, как и было сказано ранее, это подсобное помещение от начала и до конца, было завалено разнородным хламом.
Множество ящиков с разнообразными книгами и какой-то тканью, но будь то ткань или книги, все они съедены молью.
Это совершенно бесполезный мусор.
Управляющий помедлил и сказал:
«Мой господин, если хозяин хотела, избавиться от картины, то скорее всего сжег бы ее. А не спрятал в этой комнате.»
Тан Фан покачал головой:
«Я не ищу картину».
Управляющий был озадачен:
"А? Что...?"
Тан Фан не ответил на его вопрос, а повернулся к Лу Линси и сказал:
«Обыщите тут всё».
Все принялись за дело, и даже Сяо Чжоу и Те Чжу присоединились к поискам. Подсобное помещение было перевернуто вверх дном.
Когда почти закончили обыск, Те Чжу вдруг сказал:
«Мой господин, под полом пустота!»
Кто-то подошел поближе и увидел, как он потянулся и постучал по углу, а через некоторое время сказал:
«Здесь есть щель, и нам нужен инструмент, чтобы вскрыть доски».
Лу Линси успел первым:
«У меня есть, я могу».
Он вынул из своей одежды кинжал, тонкий, как крыло цикады, и внимательно посмотрел на слегка поблескивающий голубым светом клинок, который был вставлен прямо в щель между напольными плитками.
Щель была едва заметная, Лу Линси приложил чуть больше силы, и поднял плитку вверх!
Когда Си Мин подошел с подсвечником и посветил вниз, все не смогли сдержать вздохов от открывшегося вида.
Тан Фан изначально предполагал, что там внизу может быть тайный проход, потайная комната или что-то в этом роде, но оказалось, что он ошибался.
Внизу на самом деле оказалось маленькое пространство в пять чи, и, взрослому человеку там не поместиться, и спрятаться там невозможно.
Зато для хранения вещей подходило прекрасно. Мерцая под светом свечей, сложенные аккуратно друг на друга ровными рядами, отливая притягательным блеском, показались слитки серебра.
Тан Фан протянул руку, взял один и взвесил в ладони. Слиток оказался очень хорошего качества, такой какие отливают только в правительстве. Но на нем не стояло клеймо, что свидетельствует о том, что слиток изготовлен не официальным лицом.
Увидев такую большую кучу серебра, какое-то время никто не смог вымолвить и слова.
Префект Фан вернув себе дар речи, произнес:
«Этот, Линь Фэнъюань, всего лишь генеральный секретарь шестого ранга, и его предки не занимались бизнесом. Как он мог получить столько серебряных таэлей?!»
Все смотрели на дворецкого, как будто хотели, чтобы он дал объяснение, но управляющий тоже был ошарашен и замахал руками:
«Молодой господин, я ничего не знаю!»
Хотя материальное положение семьи Линь довольно приличное, мебель, которую они используют, почти такая же, как и у богатых семей: вся она из обычного дерева груши, сосны и кипариса, а не из красного сандалового дерева или розового дерева, не говоря уже о драгоценной каллиграфии и живописи, антиквариате и редкостях, но если достать эти серебряные таэли, то на них можно купить не только комплект мебели из сандалового дерева, этого более чем достаточно, чтобы купить золотой Фиби.
Из этого можно сделать вывод, что действительно семья Линь не знала, о спрятанных слитках Линь Фэнъюань.
Управляющий так переживал будто боялся, что ему не поверят, поэтому он заикаясь объяснял:
«Хозяин никогда не пускал нас в эту комнату, даже его супруга не знает......"
Префект Фан с остальными чувствовали, что сегодняшний вечер был очень поразительный. Начинался с фестиваля Циси днем, со всеобщего веселья, которое омрачилось происшествием с Линь Фэнъюанем. величественный придворный чиновник был убит, и нигде-то, а в своей юрисдикции, а затем Шэнь Куньсю, наконец, под давлением Тан Фана, признался об участии сына в махинациях на экзамене. А теперь обнаружилось, что семья Линь обладает такой крупной суммой денег.
«От такого вечерочка у любого разболится голова», — подумал про себя префект Фан, если бы его попросили раскрыть это дело, то вряд ли бы предположил иную кандидатуру кроме Шэнь Куньсю.
Но, судя по рассуждениям Тан Фана, тот, похоже, не думал, что смерть Линь Фэнъюаня и его сына как-то связана с Шэнь Куньсю.
«Мой господин, вы видите это...?»
Увидев, что Тан Фан молчит, префект Фан хотел еще раз переспросить, но высокая служанка, стоящая рядом, одарила того таким ледяным взглядом, что он проглотил все то, что хотел сказать.
Он никак не мог понять, почему какая-то мелкая служанка смеет на него так смотреть и почему сила этого взгляда настолько мощная и тяжелая. На величественного префекта смотрели так, что тот обливался холодным потом, но не осмелился открыть рот, чтобы противостоять.
Тан Фан не поднимал головы, поэтому, естественно, не обратил внимания на этот маленький эпизод, он тщательно проверил слиток и вернул его на место.
Он обратился к префекту:
«Найдите ящик, чтобы упаковать серебро и отнесите их в здание префектуры».
Управляющий не выдержал и вступился:
«Господин, поскольку они оставлены нашим хозяином, то должны оставаться собственностью семьи Линь...»
Тан Фан встал и ухмыляясь вытер пыль с рук:
«Серебряные таэли в вашем доме даже не имеют официального клейма, так что источник, естественно незаконный. Твой хозяин отдал свою жизнь за эти слитки, ты все еще хочешь их сохранить и посмотреть, что будет дальше?»
Управляющий был шокирован:
«Я не понимаю, что имеет в виду господин...»
«Как это ты не понимаешь?» Лу Линси не смог промолчать:
«Да любой более-менее проницательный человек скажет, что ваш хозяин вступил в скрытый заговор, проворачивая грязные делишки. В результате добыча была распределена была неравномерно, и возник разлад, поэтому противник просто выкрал вашего второго молодого господина и тем самым выманил твоего хозяина в старый Храм городского Бога и пользуясь возможностью убил его. Эти серебряные таэли скорее всего краденные!»
Закончив говорить, он повернул голову и к Тан Фану, бессознательно требуя похвалы за сообразительность:
«Брат Тан, я прав?»
Тан Фан слегка кивнул:
«Вероятно, это так, но ты кое-что упустил. Смерть Линь Чжэня также должна быть связана с этим серебром».
Все были удивлены, когда услышали, и Цзы Мин не удержался и спросил:
«Как можно связать самоубийство Линь Чжэня с этими таэлями, он же повесился из-за жульничества на экзамене?»
Тан Фань ответил:
«Давайте не будем сейчас упоминать о мошенничестве на экзамене. Я попрошу инспектора Шэнь развеять все сомнения позже. Теперь поговорим о семье Линь. Тело Линь Чжэня я только что самолично осматривал. Он не повесился, и причина смерти совершенно другая. Судя по происшествию с Линь Фэнъюанем, весьма вероятно, что его тоже убили. Этот чиновник немного удивлен, перед похоронами Линь Чжэнь был осмотрен правительственным коронером, так почему тогда убийство списали на само повешенье?»
Префект Фан запнулся, когда ему неожиданно задали вопрос:
«Это, это... Линь Чжэнь висел на балке, уже мертвый. Многие люди видели это своими глазами. Линь Фэнъюань пришел, и поднял шум, желая забрать труп, ну, мы...»
Тан Фан не стал запутывать его сейчас еще больше и сказал:
«В последний раз, когда я приходил навестить семью Линь, ты тоже был там, заметил ли что-нибудь странное в Линь Фэнъюане?»
Префект Фань боялся, что Тан Фан снова будет придираться к нему, поэтому он ломал голову, чтобы вспомнить:
«Линь Фэнъюань был очень худым и нервным, и он не хотел, чтобы мы задерживались?»
Цзы Мин подхватил:
«Похоже, он действительно не хотел, чтобы мы долго засиживались, и настаивал на том, что инспектор Шэнь довел его сына до самоубийства, а когда посланник предложил помощь, чтобы выяснить правду, он отказался от этого. Это очень подозрительного, для «любящего» отца.»
Тан Фан:
«Да, если подумать об этом сейчас, то он был худой и изможденный, не из-за смерти старшего сына, а потому, что младший сын исчез, и ему угрожала опасность, Линь Фэнъюань, естественно, не только не осмелился сказать правду, но и попытался сделать все возможное, чтобы это скрыть. И даже повесил убийство Линь Чжэня. на инспектора Шэня, дабы не рассердить убийц, чтобы те не причинили вреда младшему сыну. Однако, но он не хотел, чтобы убийцы остались безнаказанными и оставил подсказки в картине, но к сожалению противники также разгадали его план, поэтому и избавились от Линь Фэнъюаня, чтобы заставить его замолчать навсегда.»
Говоря об этом, взгляды Тан Фаня и Суй Чжоу встретились, и они на мгновение подумали, об одном и том же - Смерть Линь Фэнъюаня может иметь какое-то отношение к секте Белого Лотоса.
Обязанности главного секретаря очень сложны. Как помощник магистрата, он «управляет сделками и запрещает прелюбодеяние», в основном отвечает за управление транспортировкой продуктов питания и водным хозяйством.
Несколько лет назад, когда произошло дело о пытках заключенных, Хуан Цзинлуном, Императорская стража совершила налет и арестовали группу людей в Цзиане, но глав Секты Белого Лотоса не удалось искоренить. Не известно кто из чиновников вступил с ними в сговор, но в партнёры они не брали кого попало, а выбирали только самый полезных.
Префект Фан слишком робок и всегда боится попасть в беду, поэтому он, вероятно, не будет интересен секте Белого Лотоса.
Линь Фэнъюань являлся секретарем уже много лет, и ему приходится решать множество дел. А его начальник слишком ленив в служебных делах и не отслеживал его, поэтому он самый подходящий вариант.
Суй Чжоу ранее упоминал, что они получили новости от Третьей Головы Дракона секты Белого Лотоса. Он рассказал, что секта Белого Лотоса незаконно добывает и чеканит слитки в Цзиане.
Но теперь, когда они обнаружили эти серебряные слитки неизвестного происхождения, великолепного качества, но без маркировки у семьи Линь, сложив все факты, не трудно было догадаться, что они были заодно.
Но даже если господин Линь вступил в сговор с сектой Белого Лотоса, это не могло объяснить покушение на Тан Фана и жестокую расправу с экзаменаторами.
Кроме того, в префектуре Цзиань, очень много других способный и властных чиновников, поэтому возможно, что в сговоре был не только один Линь Фэнъюань.
Осталось еще так много неразгаданных тайн.
И пока все эти тайны не будут раскрыты, дело нельзя считать закрытым.
Единственное, что известно сейчас, это то, что Шэнь Куньсю не имеет ничего общего со сектой Белого Лотоса и убийством членов семьи Линь.
Потому что, во-первых, официальное положение инспектора не имеет большого значения для секты Белого Лотоса, а во-вторых, он не может сотрудничать с сектой Белого Лотоса из-за своего характера.
Но из-за своего бестолкового сына он был вовлечен во все это дело.
Подумав об этом, Тан Фан глубоко вздохнул.
Пользуясь отвлечением на имперский экзамен, они провернули свои грязные делишки, расчеты секты Белого Лотоса по истине впечатляют.
Префект Фан попросил подчиненных убрать серебро, а остальные вернулись в главный зал дома семьи Линь.
Госпожа Цяо сидела там, попивая чай и ела закуски. Когда она заметила, что они возвращаются, хлопнула в ладоши отряхивая крошки:
«Вы вернулись?»
Увидев это, у Тан Фана дернулись уголки рта. Тело Линь Фэнъюань лежало прямо в зале. На кладбище, Сяо Ву закрывала нос и ушла подальше от могилы, но тут она не только спокойно смотрела на мертвое тело, но и с аппетитом поедала закуски.
Словно прочитав его мысли, Цяо моргнула, глядя на Тан Фана, как бы говоря, - что это не на кладбище, тут атмосфера другая, и запаха нет и вообще настроение полностью отличается.
Прежде чем Тан Фан смог понять, что она имеет в виду, кто-то загородил ему вид. Когда он поднял глаза, то увидел перед собой служанку Сяо Чжоу, которая проявляла в полной мере к нему свое очарование с застенчивой и скромной улыбкой.
Тан Фан: «...»
Так совпало, что остальные вошли сразу после Тан Фана. Префект Фан с сопровождением увидели это выражение лица служанки и аж вздрогнули, как будто опрокинули на себя ледяной воды, взбодрило лучше, чем арбуз со льдом.
Префект Фан очень много слышал о том, как соблазнительны и горячи женщины Семурэн, но жаль, что у них экзотический запах тела и полное отсутствие красоты. Он всегда хотел изведать такой экзотики, даже не смотря на отталкивающий аромат, но увидев сейчас картину перед ним....
Обойдусь, просто забуду об этом...
Подобную красоту и удачу может заполучить только господин Тан!
Тан Фан не знал, о чем думает префект Фан Чжифу. Он сначала приказал людям отвезти тело Линь Фэнъюаня в правительственный особняк, а затем устремил взгляд на Шэнь Куньсю:
«Инспектор Шэнь, это дело подходит к концу, хотя смерть Линь Чжэня не имеет к тебе никакого отношения, но мошенничество на экзамене в академии полностью ваша вина. Не говоря уже о том, что вы знали о нарушении и все сокрыли! Если вы готовы признаться, как можно скорее, я еще постараюсь вам немного помочь, но, если вы затянете с признанием, то я вызову на допрос вашего сына и тогда уже не буду столь вежлив как сейчас.»
Шэнь Куньсю пробормотал тихим голосом:
«Что ты хочешь, чтобы я рассказал, смерть пятерых экзаменаторов не имеет ко мне никакого отношения, не говоря уже о Шэнь Си!»
Когда Тан Фан увидел, что даже сейчас тот хотел уйти от ответственности не мог не рассердиться:
«Я уже говорил вам раньше, даже если это не имеет к вам никакого отношения, вы должны рассказать всю подноготную дела с экзаменом! Только не говорите мне, что даос тайпин, который продавал экзаменационную информацию в Цинфэнлоу, — это не ваш сын!»
Шэнь Куньсю внезапно слегка вздрогнул.
Тан Фан думал, что, если он будет готов спокойно признаться, то постарается сохранить его лицо, но сейчас понял, что этот человек не хочет принимать такую милость и не будет плакать, когда он увидит гроб, так что его можно не жалеть.
Шэнь Куньсю ничего не ответил, но префект Фан с любопытством спросил:
«Мой господин, откуда вы знаете, что даос тайпин — это Шэнь Си?»
Тан Фан сказал: «Тайпин — это Чанъань. Чанъань — древнее название префектуры Сиань, а родной дом семьи Шэнь — Сиань. Разве я не прав?»
Префект Фан вздохнул: он никогда не думал об этом с такой точки зрения, но в таком ключе это имело смысл.
Тан Фан пояснил:
«Есть отец, который является чиновником в сфере образования, имеет очень завидную и полезную, но, к сожалению, инспектор Шэнь никогда не берет взяток, зато молодой господин очень любит проводить время за выпивкой и торчать в публичных домах. Конечно ежедневные расходы слишком большие и жалования чиновника не достаточно, чтобы обеспечить сына всем этим. Вот младший господин и воспользовался своими кривыми мозгами. Конечно он предпочел бы не вступать в сговор с экзаменаторами, а просто продавать вопросы, но его отец слишком честен и никогда не сделает столь низкого поступка. Предполагаю, что Шэнь Си уже получил взбучку от инспектора Шэнь за такие помыслы. Поэтому у младшего не было другого выбора, кроме как придумать иной способ заработать деньги, а именно вступить в сговор с экзаменаторами.»
Шэнь Куньсю смутился, потому что Тан Фан действительно рассказал все по фактам.
Шэнь Куньсю не знал о личных встречах Шэнь Си с кандидатами.
Молодой господин Шэнь оказался не идиотом. Он понял, как победить змею и попасть на семь дюймов. Он использовал слабости противника. Разузнал, что должность главы Академии Острова Цапли вакантна, и эти экзаменаторы намерены попробовать занять должность, поэтому воспользовался этим, используя имя своего отца, чтобы заставить экзаменаторов сотрудничать с ним, а затем, под видом даоса Тайпина, он торговал информацией в Башне Свежего Бриза.
Способность Тан Фана разгадывать такие загадки весьма впечатляет, но то, что Шэнь Куньсю сказал дальше, всех очень поразило.
«Мой ублюдок неграмотен и поступает всегда безрассудно. Это дело явно началось не с его подачи, скорее всего им воспользовался кто-то другой!»
---
Автору есть что сказать:
1. В Цзиане действительно есть серебряные рудники, но их количество крайне мало, а конкретное местоположение является чисто вымышленным, пожалуйста, не принимайте это всерьез~
2. Шэнь Куньсю родом из префектуры Сиань, об этом говорилось раньше, но думаю, что в то время никто бы не заметил эту маленькую деталь.
---
Отсебятина переводчика: Кушай барышня Цао, кушай, не отвлекайся!!! И других не отвлекай 😉))))
Дело запутанное, в принципе в прошлой главе уже многое объяснили. Но всё равно по мне так осталось еще очень много не решенных вопросов.
通判tōngpàn помощник правителя области (префекта) - Этот титул больше похож на нынешнего секретаря Коммунистической партии Китая или секретаря политико-правового комитета. Это должность, используемая для наблюдения за префектами и военными, хотя ее официальный ранг невысок, они могут напрямую докладывать императору.
不见棺材不掉泪 - bù jiàn guāncái bù diàolèi: не проронит слезу, пока не увидит гроба; не сдаваться, держаться до конца, не терять надежды; не униматься.
И мало ли захотите сказать спасибо за мой труд, принимаю не только письменно, но и на карточку 😊)) Сбер 2202 2067 4695 8904