Глава 115 [Достижение] Господин Тан приобрел еще одного поклонника.
Все прошло, как и ожидалось, гладко.
Когда Тан Фан и другие убирали трупы и сжигали их, оставшиеся в живых беженцы не останавливали, а просто молча в оцепенении смотрели, даже не шелохнувшись, потому что просто не было сил встать, они ничего не могли сделать, видя среди трупов родственников.
Закончив свою работу, Тан Фан и Лу Линси сняли перчатки и маски, а затем последовали за остальными обратно в город.
Солдаты пропустили их, проверив имена и личности, и раздали каждому по тридцать медных монет в качестве оплаты.
Выйдя из городских ворот, и убедившись, что за ними нет слежки, они проскользнули в переулок и направились прямо к югу города, куда вчера Чэнь Луань привел Тан Фаня для осмотра.
Несмотря на то, что все предположения оказались верны, и он увидел всё своими глазами, Тан Фан все еще хотел пойти и проверить место еще раз.
Как и ожидалось, когда они подошли к храму, помещение уже было пусто, циновки с одеялами убраны и никого из людей не осталось.
Так называемое благая помощь пострадавшим — это афера от начала и до конца.
Всё было сделано, для того, чтобы обмануть присланного двором имперского посланника.
Но каким бы хитрым ни был Чэнь Луань, Тан Фань все равно заметил не состыковки и разобрался в этом фарсе, докопавшись до истины.
Однако в этот момент вместо радости в его сердце был только сильнейший гнев.
Простая, нежная и элегантная улыбка полностью исчезла с его лица, и Тан Фан спокойно смотрел на пустой храм неподалеку, его лицо не выражало никаких эмоций.
Однако любой, кто приблизился бы в этот момент, почувствовал исходящую от него тяжелую и внушающую благоговейный трепет ауру.
Лу Линси никогда не думал, что у Тан Фана, такого добродушного и общительного человека, может быть столь леденящее душу выражение лица. Он как раз, хотел что-то сказать, но в это время Тан Фан уже развернулся и пошел прочь.
Лу на мгновение опешил, но быстро побежал следом:
«Брат Тан, мы сейчас...?»
Тан Фан лаконично ответил:
«Возвращайся в уезд У»
Конечно, они должны вернуться, сейчас на них все еще маскировка, чтобы не привлекать чье-либо внимание. Даже если они узнали правду, то какой смысл Тан Фаню сейчас возвращаться и обвинять Чэнь Луана, ведь тот мог спокойно изменить свои показания перед дворцом в суде. Зная насколько хитрый Чэнь Луань, он точно не признал бы себя виновным вот так просто. А Тан Фан ведь не мог пригласить сюда императора, и показать, как на самом деле обстоят дела.
Между ним с Императором сейчас тысячи километров, которые невозможно моментально преодолеть.
Поэтому Тан Фан должен найти доказательства.
Свидетелей или вещественные улики.
Задача была очень сложная. На обратном пути Тан Фань не проронил ни слова, его сердце бешено колотилось, постоянно обдумывая ситуацию.
Когда они вернулись в уезд У, Лу Линси заметил, что лицо Тана все еще очень напряженное и губы плотно поджаты.
«Брат Тан», — предложил Лу Линси, — «Почему бы мне не вернуться в столицу прямо сейчас и не обсудить все с евнухом Хуаем, чтобы тот помог найти решение. Может быть, Он предложит какие-нибудь варианты».
«Командующий - служит Его Величеству, и он завоевал доверие Его Величества. Может быть, император поверит его словам.»
Лицо Тан Фаня немного расслабилось, а губы растянулись в легкой усмешке.
«Это бесполезно. Даже если я потрачу полмесяца на то, чтобы обрисовать то, что я видел своими глазами, и отправлю его Величеству, Результат будет далек от наших желаний».
Лу Линси удивленно спросил:
«Почему?»
Тан Фан холодно сказал: «Нам помешают...».
Лу Линси не понял:
«Даже евнуху Хуаю бесполезно выкладывать факты лично Императору?»
Он явно переоценивал статус и важность Хуай Энь, потому что есть дела, в которых даже командующий был бессилен.
Тан Фан ответил:
«У нас есть только Хуай Энь, который может поговорить с Его Величеством пару раз от нашей стороны, а что насчет соперников? Дядя Чэнь Луаня — секретарь Нанкинского департамента домашнего хозяйства. Вы думаете, что партия Ван позволит людям, которые с ними не согласны, продвигаться по службе?»
«Чэнь Луань действует так уверенно не только, потому что у него есть поддержка дяди, но и потому, что он знает, что даже если я донесу информацию, в конце концов это не даст результатов. Кроме того, Цзэн Пей и У Цзун, без колебаний, предупредили меня, прежде чем я отправился в Сучжоу, что будут следить за каждым моим передвижением. Думаете, это только потому, что цзяннаньские торговцы приносят пользу Восточной ограде?
«Шан Мин не будет просто так помогать другим. Здесь должно быть что-то большее, что касается Восточной ограды. Итак, когда они все вместе будут протестовать перед Императором, как вы думаете, Его Величество послушает их или только Хуай Энь?»
С каждым вопросом, Лу Линси терялся все больше и даже не знал, как ответить.
Не смотря, на то что было начало лета, и ветер дул теплый и ласковый, его прошиб холодный пот.
Лу Линси тупо уставился на Тан Фаня, и внезапно почувствовал, как в носу защипало, он быстро опустил голову, чтобы скрыть проступившие слезы на глазах.
Он раньше сталкивался с десятками бандитов в одиночку в опасной местности, сражался один против толпы, он никогда не чувствовал столько боли истекая кровью и получая травмы. Однако, сейчас глядя на лицо Тан Фаня, он ощутил неописуемую горечь в глубине своего сердца. Все, чего он хотел, это хорошенько выплакаться.
Из-за Тан Фана.
Из-за его трудностей на государственной службе.
Лу Линси никогда не подозревал, что так сложно быть хорошим и добродетельным чиновником.
Он помолчал и спросил:
«Тогда... будем дальше расследовать?»
Тан Фан даже не задумываясь ответил:
«Конечно, а почему нет?!»
Лу Линси нахмурился:
«Но сможем ли мы победить их?»
Тан Фан засмеялся:
«Откуда мне знать, пока не попробуем?»
Такие простые слова, оказались столь вдохновляющими.
Завороженный его улыбкой, Лу Линси внезапно вздохнул:
«Брат Тан, я наконец понял, почему евнух Хуай попросил меня следовать за Вами».
Тан Фань наклонил голову, как будто он мог прочитать, все его мысли:
«Ицин, ты можешь стать кем угодно: богатым торговцем или отправиться в лес и горы, чтобы стать отшельником, который будет далек от мирских забот, но если вы в будущем решите пойти на государственную службу, я надеюсь, что выберете путь не схожий с Чэнь Луанем, Ян Цзи или Ху Вэньцзао».
Лу Линси сложил руки и торжественно сказал:
«Я обязательно оправдаю ожидания моего Господа!»
Изначально он думал, что Хуай Энь послал его на защиту Тан Фаня, так как обладает боевыми искусствами.
Теперь Лу Линси осознал, что пока был рядом с Тан Фаном, тот давал ему советы, и все выполняемые поручения, и задания, действительно очень помогли ему.
Только сейчас дошло, что раньше не понимал намерений Хуай Энь.
Он не только должен помогать и защищать Тан Фаня, но также учиться у него.
Учиться у мастера — значит узнавать образ мышления учителя и принципы его действий.
Тан Фан наверняка давно уже понял это, но он никогда не указывал место Лу Линси, а наоборот, Тан Фань везде таскал его с собой и терпел всё молча, смирившись.
Лу Линси сгорал от стыда.
Однако, помимо стыда, он стал еще больше восхищаться Тан Фанем.
Человек стоявший перед ним совершенно не знает боевых искусств, да и опыт еще не большой, за спиной нет покровителей, но при этом очень сильный духом и с отважным сердцем.
Если Тан Фан примет десять тысяч таэлей серебра, просто скроет правду о происходящем, ему не нужно будет ничего делать, кроме как написать отчет императору Всё бы прошло спокойно и мирно, и никто не создавал бы ему проблемы, даже беженцы не смогли бы обвинить его.
Но Тан Фан все же выбрал самый трудный путь.
Лу Линси глубоко вздохнул, из-за слов Тан Фаня он вернул свой боевой настрой:
«Тогда с чего мы начнем?»
Тан Фан ответил:
«Какой бы крепкой ни была крепость, трещины есть везде. В этом мире нет непобедимых, все зависит только от того, захотим ли мы ее развалить. Чтобы развязать колокольчик, нам нужен человек, который завязал его.»
Лу Линси нахмурился и на некоторое время задумался, Чэнь Луань ужасен, хотя у него сильная поддержка, он всего лишь уездный чиновник седьмого ранга, и при этом осмелился обмануть Тан Фаня совсем не воспринимая его всерьез как Императорского посланника. Ян Цзиньэн помог Чэнь Луаню передать чек Тан Фаню, следовательно, те точно были сообщниками... так что остается только...
«Ху Вэньцзао?»
Тан Фан утвердительно кивнул.
Лу Линси: «Но разве он не прячется от нас?»
Тан Фан с легкостью проговорил:
«Это только потому, что он не знал, что его предали, и притворился глупцом, лишь бы не обидеть Чен Луаня. Но теперь, когда Чен Луань и Ян Цзи заставляют его взять всю вину на себя, как может Ху Вэньцзао сидеть на попе ровно?»
С рассветом, все больше людей могут увидеть их за пределами почтовой станции. К сожалению, теперь не пробраться незаметно обратно. Тан Фан был все еще одет в грубую одежду и бамбуковую шляпу, поэтому вместе с Лу Линси в открытую вошли в здание через главный вход.
Охранник остановил их у двери, Тан Фан снял шляпу, тот сразу узнал Тан Фаня быстро пробормотал:
«М..м.. м..., мой господин?!»
Не только он, но даже тайные шпионы, следившие в это время за пределами почтовой станции, были потрясены, никто не знал, как Тан Фань и Лу Линси ускользнули у них из-под носа, и откуда они вернулись.
Тан Фань улыбнулась солдату:
«Это я, а что случилось? Не хочешь пускать?
Солдат быстро отошел в сторону:
«Нет, нет, пожалуйста, проходите!»
Глядя, как Тан Фан заходят внутрь, охранник почесал затылок и задумался, неужели у них есть какие-то странные пристрастия, он не выглядит как обычный чиновник, да еще и бегает везде в одежде простолюдинов. Если тот посланник Императора, то обязательно должен носить официальный костюм. Если бы он мог носить подобную одежду, то и спал бы в ней не снимая.
По возвращении на почтовую станцию, Цянь Саньэр забежал сообщить:
«Мой господин, Ян Цзи все еще не спит, и Цзэн Пей и У Цзун тоже не выходили».
Тан Фань спросил: «Где Ху Вэньцзао? Он не приходил?
Цянь Саньэр: «Пока нет».
Тан Фан тайно усмехнулся, Ху Вэньцзао еще не подозревает, насколько близок его конец.
Он не стал терять время впустую:
«Помогите мне переодеться, я ненадолго выйду».
Цянь Санэр поспешно сказал:
«Ты не спал всю ночь, куда сейчас пойдешь? Может сначала немного отдохнуть?»
Тан Фань покачал головой:
«Мало времени, каждая секунда на счету, эти люди обязательно доложат Чэнь Луаню о нашем уходе, может быть, успеют что-то сделать с Ху Вэньцзао, я хочу перетянуть его на нашу сторону как можно скорее».
Он смыл макияж с лица горячей водой, принесенной Цянь Санэром, привел себя в порядок, переоделся в привычный костюм и вышел.
Лу Линси теперь увидел, как Тан Фань может не спать и работать без отдыха, когда сталкивается с серьезным делом. Он восхитился им в глубине своей души и поспешно выбежал за ним.
Они направились к зданию префектуры. Было раннее утро, и ко всему прочему выходной, поэтому Ху Вэньцзао все еще спал во внутренних покоях.
На этот раз Тан Фань не стал ждать, пока слуги сообщат о нем, сразу же достал свой значок имперского посланника, вместе с Лу Линси миновали охрану и прямиком направились в покои.
Ху Вэньцзао крепко спал, когда рядом с ним неожиданно раздался женский крик, он показался ему знакомым, сквозь сон разобрал, что это был голос его наложницы.
Он разлепил веки, и через щёлочки увидел, что кто-то стоит у его кровати.
Ху Вэньцзао подумал, что какой-то слепец, решил потревожить его сон, и даже не открыв глаза полностью, холодно проговорил:
«Кем бы Вы не были, просто выметайтесь отсюда!!»
«У господина Ху такая праздная жизнь, что Тану даже обидно за себя!»
Тан Фан не испугался, а наоборот решил пошутить.
Этот голос......
Что-то очень знакомое прокрадывалось в сознание Ху Вэньцзао.
Пока его наложница не сердито не прорычала:
«Негодяй, неужели ты не слышал, что сказал Господин, убирайся вон!»
Но Ху Вэньцзао испугался, подскочил с кровати и, увидев кто стоял у кровати, полностью проснулся.
«Тан, Тан Юши!»
Лицо Ху Вэньцзао было взволнованным, смешанным с гневом и смущением:
«Как Вы могли вторгнуться в спальню без разрешения!»
Тан Фань ничего не ответил, просто спокойно смотрел на него, пока Ху Вэньцзао виновато не отвел взгляд.
Но, вскоре Ху Вэньцзао вспомнил, что он был того же ранга, что и Тан, поэтому не нужно было так бояться.
Тан Фань проговорил, заложив руки за спину:
«Я здесь, чтобы спасти вашу жизнь, господин Ху».
Ху Вэньцзао опешил:
«Пожалуйста, не пугайте меня, посланник Тан. Что моей жизни может угрожать!»
Тан Фан рассмеялся с загадочным видом:
«Вытолкайте посторонних».
Это обращение было сказано Лу Линси, и он сделал все как положено.
Лу Линси стащил с кровати растрепанную наложницу и выволок за дверь.
Наблюдая за происходящим, Ху Вэньцзао мог только беспомощно кричать:
«Что ты собираешься делать? Что происходит?» И подобное.
Лу Линси, сделал вид, что ничего не слышит. Закончив разборки, спокойно закрыл двери и встал снаружи, охранять пока Тан Фан не выйдет.
«Хорошо, наконец тишина и мы можем сесть поговорить о серьезных делах».
Тан Фан сел на стул Великого Магистрата.
«Да о чем говорить, он даже не оделся, о чем он может быть разговор!» Ху Вэньцзао яростно ругался в душе, его лицо, исказило от гнева.
Он так крепко спал, и вдруг его сон потревожили, вероломно вломившись в спальню, все мысли были написаны на лице.
«Я не знаю, о чем хочет поговорить цензор Тан?» - холодно сказал он.
Тан Фань ответил:
«Мне было приказано отправиться на юг, чтобы осмотреть проинспектировать ситуацию с голодом в Уцзяне в прошлом году. Как магистрат Сучжоу, вы мало того, что избегали меня и не удосужились поговорить, так вы еще и ленивы, халатно относились к делу. Как думаете, какие последствия Вас ждут?»
Ху Вэньцзао был невозмутим:
«Я вовремя скорректировал распределение провизии, а другие вопросы находятся в ведении магистрата округа Уцзян. Почему посланник Тан не допросит его?»
Он поступил крайне глупо, перекидывая всю ответственность на тех людей, которые хотели закопать его живьем, оставаясь чистыми.
Тан Фан засмеялся:
«Вчера я уже посетил округ Уцзян, знаете ли вы, что мне поведал окружной магистр Чэнь?»
Ху Вэньцзао не ответил.
Тан Фан не обратил внимания и продолжил:
«Уездный магистр Чэнь сначала отвел меня посмотреть городской храм. Он устроил беженцев очень хорошо и жертвы остались довольны. Единственной ложкой дегтя было то, что еды для пострадавших осталось менее чем на три дня, а амбар в округе уже пуст. Окружной магистр не отлынивал от своих обязанностей и собирался помочь пострадавшим преодолеть трудности одалживая провизию у богатых торговцев округа. Однако магистрат Чэнь также сказал мне, что причиной нехватки продовольствия для оказания помощи является то, что правительство Сучжоу выделило Уцзяну только тридцать ши зерна».
Глаза Ху Вэньцзао мгновенно расширились.
Взгляд Тан Фаня скользнул по его лицу:
«Сложно поверить? Я тоже не верил, но магистрат округа Чэнь показал мне учетную книгу зерна, в которой ясно указано тридцать ши. Он также поведал, что такого количества зерна правительство Сучжоу считает достаточным для помощи пострадавшим от стихийного бедствия».
«Бздит как дышит!» Ху Вэньцзао не вытерпел, хлопнул по столу и резко встал. Если он не выскажется, то его смерть будет неминуемой.
«Посланник Тан, тридцати ши зерна недостаточно для годового пропитания одного простолюдина. Как бы я мог поступить так! Зерна, выделенного правительством Сучжоу в то время, было, очевидно, три тысячи ши!»
Тан Фан равнодушно спросил:
«У него есть свидетельство с записями в учетной книге, а у Вас?»
Ху Вэньцзао сердито сказал:
«У меня тоже есть учетная книга! Когда еда раздается, она должна быть зарегистрирована в этой книге!»
Тан Фан: «И где она?»
Ху Вэньцзао почти проорал: «Идите за мной!»
Тан Фань «любезно» напомнил:
«Магистр Ху, хоть сейчас на дворе и жара, но ходить в нижних одеждах при гостях, немного неприлично?»
Только тогда Ху Вэньцзао вспомнил, что он не оделся, поэтому в гневе и смущении быстро накинул халат, натянул носки и тапочки.
В душе ругая Тан Фаня и Чэнь Луаня.
Снаружи вошел мужчина:
«Господин, вы звали?»
Ху Вэньцзао сказал:
«Пусть Ляо Тунцзи принесет учетную книгу с записями о зерне!»
Выслушав приказ слуга удалился.
Потребовалось некоторое время, чтобы дождаться слугу, воспользовавшись этим моментом, Тан Фан снова спросил:
«После того, как я вернулся из округа У, я переоделся и в частном порядке посетил границы западной части города, где обнаружил множество жертв стихийного бедствия. Они были изнурены и выглядели как ходячие мертвецы, погибшие от голода. Чума свирепствует среди них, Вы наверняка знаете об этой ситуации?
Ху Вэньцзао по-прежнему настаивал:
«Этот низший чиновник, не понимает, о чем говорит мой господин».
Тан Фан не рассердился:
«Хорошо, ты можешь не рассказывать об этом сейчас. Но если решишь признаться в этом позже, я все равно буду рад услышать».
Ху Вэньцзао по-прежнему молчал.
Комната вдруг погрузилась в странную тишину.
Через какое-то время Ляо Тунпан спешно вбежал:
«Мой господин!»
Он взглянул на Тан Фаня и узнал его, потому что также присутствовал при встрече его в главных воротах:
«Приветствую посланника Тана!»
Тан Фань слегка кивнул, ничего не ответив, но Ху Вэньцзао не мог больше ждать:
«Где учетная книга, ты принес ее?»
Ляо Тунпан поспешно сказал:
«Я принес все, но их слишком много, поэтому оставил снаружи. Что вы хотите найти...?»
Ху Вэньцзао:
«Хватит нести чепуху, я спрашиваю тебя, где записи о зерне, выделенном уезду Уцзян правительством Сучжоу в прошлом году, когда в Уцзяне был голод?»
Ляо Тунпань:
«Точно! Точно! Хотите взглянуть?»
Ху Вэньзао: «Тащи сюда!»
Ляо Тун ответил:
«Господа, подождите минутку, я пойду поищу!»
Он привез на телеге все учетные книги правительства Сучжоу за этот год. Он были отсортированы по времени и региону, поэтому найти среди них нужную не составило труда. Ляо Тунпану быстро отыскал ее, и пролистал до записей о выдаче зерна в прошлом году Ху Вэньцзао.
«Здесь данные о зерне, связанная с Уцзяном в прошлом году. Пожалуйста, взгляните».
Он передал раскрытую на нужной странице книгу Ху Вэньцзао.
Ху Вэньцзао почти выхватил её, он взглядом быстро пробежался сверху вниз и внезапно замер.
«ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?!» Он поднял голову с гневным взглядом, пытаясь испепелить Ляо Тунпаня.
Ляо Тун не понял, что происходит, поэтому наклонился посмотреть, и с почтением произнес:
«Мой господин, в чем проблема?»
Ху Вэньцзао взревел:
«Здесь было три тысячи ши, как они могли превратиться в тридцать?! Куда делись оставшиеся две тысячи девятьсот семьдесят ши? Ты их сожрал что ли! А?!»
Ляо Тунпан дрожащим голосом ответил:
«Не надо наговаривать на меня господин, вы явно давали указ на тридцать ши, откуда вы взяли три тысячи?»
Ху Вэньцзао чуть не рухнул:
«В прошлом году в амбаре в префектуре Сучжоу было всего пять тысяч ши. Три тысячи забрали, а осталось две тысячи. Если бы отгрузили только тридцать ши, осталось бы более четырех тысяч в амбаре. Сейчас же пойду и проверю, если там не больше четырех тысяч ши, то можешь лишиться головы вместе со своей чиновничьей шапкой!»
Ляо Тунпань посмотрел на Ху Вэньцзао, как на душевнобольного:
«Мой господин, вы неправильно запомнили? Прошлогодний запас зерна в амбаре префектуры Сучжоу составлял десять тысяч пятьсот тридцать ши. Из них десять тысяч пятьсот ши были доставлены в Нанкин и переданы императорскому двору. Остальные тридцать ши уже переданы Уцзяну, и теперь в амбаре в префектуре Сучжоу больше нет провизии, откуда взялись четыре тысячи ши?»
Ху Вэньцзао уставился на него, грудь быстро вздымалась от злости:
«Я хочу лично это увидеть, а еще прихвати учетную книгу!»
Ляо Тунпан привел Ху Вэньцзао и Тан Фаня к амбару и приказал охране открыть ворота.
Как только дверь открылась, Ху Вэньцзао растолкал всех и вбежал внутрь.
Голые стены, на земле ни зёрнышка, действительно пустой склад.
Ху Вэньзао завопил и выхватил книгу у Ляо Тунпаня. Конечно же, все записанное там, полностью совпадало со словами Ляо Тунпан.
Ху Вэньцзао тупо смотрел на него, он ни за что не поверит, что сошел с ума или что начались проблемы с памятью.
Чэнь Луань!
Чэнь Луан!!
Чэнь Луань!!!
Это имя безумно крутилось в его голове, почти поглотив все мысли.
Ху Вэньцзао медленно поднял голову, яростно глядя на Ляо Тунпаня.
Глубокий ожесточенный взгляд напугал Ляо Тунпаня, и он подсознательно сделал два шага назад.
«Ляо Шоучан, а ты действительно хорош!»
Ху Вэньцзао выплевывал каждое слово с глубокой обидой, его глаза налились красным, как будто он хотел растерзать его и утащить на тот свет вместе с собой.
Ляо Тунпан выдавил из себя улыбку и сказал:
«Я не знаю, о чем говорит мой господин».
Тан Фан хотел рассмеяться, когда услышал эти слова.
Не так давно Ху Вэньцзао использовал эти слова, чтобы отвертеться от Тан Фана, и теперь настала очередь ему услышать тоже самое в свой адрес.
Это явно кармический круговорот.
В итоге он засмеялся.
Этот смех заставил Ху Вэньцзао очнуться и ощутить легкое потрясение, все его тело содрогнулось, он пришел в себя и посмотрел на Тан Фаня с невиданным ранее выражением лица, смесью надежды и испуга.
«Брат Жунцин, мы можем поговорить об этом подробнее в другом месте?»
Ху был очень взволнован, но Тан Фан не торопился.
Заложив руки за спину, он медленно проговорил:
«О чем ты хочешь поговорить, разве есть причины для разговора?»
Лицо Ху Вэньцзао стало сине-белым:
«Я был слеп, и не видел гору Тай (типа, слона то он не приметил), пожалуйста, уподобляйся мне, братец Жунцин. Мне действительно нужно срочно многое тебе рассказать, поэтому, прошу, удели мне минутку!»
Тан Фань сделал вид, что раздумывает об этом, взглянул на взвинченного Ляо Тунпаня и подмигнул Лу Линси.
Лу Линси понял, встал прямо за Ляо Тунпанем и с молниеносной скоростью ударил его сзади по шее.
Ляо Тунпан в моментально отключился, и Лу Линси притворно закричал:
«Мой господин, что с вами! Это наверное из-за духоты в амбаре!! Давайте вынесу вас на свежий воздух, вам надо отдохнуть!»
После своей речи, не дожидаясь, пока кто-нибудь его остановит, он взял Ляо на руки и вышел на улицу, оглядываясь, чтобы найти место куда его бросить.
Ху Вэньцзао не был глуп, он быстро среагировал и позвал своих стражей:
«Быстро, возьмите это место под охрану, и выведите всех посторонних!»
Закончив раздавать команды, он повернулся к Тан Фаню с умоляющим взглядом:
«Господин?»
Тан Фан наконец слегка кивнул.
Оба вернулись в покои префекта.
Место все то же, люди все те же, но настроение уже изменилось.
Если раньше Тан Фань хотел разговорить Ху Вэньцзао, то теперь они поменялись местами и префект сам умолял выслушать его.
Тан Фан поторопил его:
«Быстрее, у меня не так много терпения».
Ху Вэньцзао на мгновение замолчал, затем глубоко вздохнул:
«Все это заговор Чэнь Луаня».
Автору есть что сказать：
Как вы думаете, господин Тан прекрасен в этой главе? ДЕРЖИТ СВОЕ ЛИЦО ДО ПОСЛЕДНЕГО......
Изначально планировалось, что появится Дзиашу (роднуля, член семьи), но не вышло. В следующую главу я постараюсь закончить на одном дыхании. Если получится, мяу.
мяу-мяу！
Некоторым Мэнменгам может показаться, что мир темен, а император слаб, но именно такой мир делает господина Тана еще более ценным.
Если будет как в "Поднебесной" пирожочек Чжу - такой же сообразительный и заслуживающий доверия император, откуда тогда браться этим захватывающим историям? Итак, темнота сейчас заключается в том, чтобы создать интригу и ожидание светлого будущего.
Маленький театр：
Слова автора Мяо: По-настоящему божественно красивый мужчина не нуждается в поддержке другого мужчины, стоящего за его спиной.
Суй Чжоу медленно вытаскивает из ножен свой клинок......
Вспышка ледяного света......
Автор умер.
Конец истории.
Ван Чжи: === Черт возьми, я еще не появился! Больше, меня нужно больше! (пп: полностью с тобой согласна, тебя нужно больше 😊)
Отсебятина переводчика: Дайте Оскар Лу Линси!!
Я еще не придумала, какое прозвище дать Суй Чжоу. В оригинале автор его называет Дзиашу, что дословно переводится как - член семьи. Но мне такое определение не нравится... Хотела обозвать роднулькой, но как-то слишком слащаво... может лучше «папик», но, наверное, остановлюсь на «папаня» или «батька»? В Китае очень любят вообще использовать с близкими людьми (не родственниками) прозвища, содержащие в себе наименования членов семьи, например: гэгэ, диди, папуля, дедуля, сынок, сестрица, предок и прочее. И кто, много читал новелл, наверняка это заметили.
И мало ли захотите сказать спасибо за мой труд, принимаю не только письменно, но и на карточку 😊)) Сбер 2202 2067 4695 8904